19 глава

Скинув капюшон, он дергает мою сумку, помогая искать чип.— Ой, бабы, какие вы сложные. Ты сама хотела, чтобы я свалил. Ты не выходила на работу, Жанна. Ты призналась мне в любви, а потом кормила своего мудака с ложечки.— Он мой муж! Мы разводимся, но, — верещу ему в лицо, — он отец моего ребенка! Это по-человечески! Так люди делают.— Вот поэтому я и хотел выкинуть тебя из головы к чертовой матери! Я старался Жанна, очень старался, но, как видишь,у меня не вышло.Отбирает у меня ключи, сам прикладывает чип, открывает для меня дверь.— Мы встретились случайно! Если бы не встретились, то…— Ты, — вздохнув, — наивная, если думаешь, что такие вещи происходят случайно.— Всё! — Заскакиваю в подъезд и бегу по ступенькам. — Я пошла!— Беги-беги, Жанна Кирилловна, только быстрее, а то догоню!

Я уже успеваю добраться до площадки второго этажа.— Иди домой, мажор, — словно юная, одуревшая от первой любви девчонка кричу вниз, заглядывая в прорезь между перилами.В ответ слышу шаги и грохот закрывающейся двери.Ушел. Ну и отлично. Так будет лучше для нас обоих. Все равно у нас нет будущего.Я дома. Стою у двери. Закрылась на все замки, несколько раз проверила верхний и нижний. И даже стул поставила, подперев полотно, так, чтобы этот дикий волчара не ворвался ко мне в дом. Знаю его, как никто другой, сейчас набросится, и мне конец. С ним самое главное — отсутствие физического контакта.А потом оглядываюсь и понимаю, что я, когда ругалась с ним на крыльце и чип второй раз в сумке искала, пакет с покупками поставила на ступеньки и благополучно его там забыла.Вот гад. Задурил мне голову. Пакет жалко. Придется идти за ним. Денег и так мало, не время продуктами разбрасываться.Выдохнув, выглядываю в подъезд. Детский сад какой-то. Взрослая женщина, мать десятилетнего сына, а веду себя как пятиклассница.Надеюсь, что Кораблин  уехал.Вернее, не совсем так. Одна половина сердца, которая разумнее, считает, что мы ни в коем случае не должны общаться и необходимо отбиваться от пацана всеми силами. Но другая — та, которая до сих пор вибрирует от волнения, даже рада, что нашлась причина спуститься вниз.Вообще, чем больше я с ним пререкаюсь, тем быстрее забываются эти полгода. Как будто и не было разлуки и боли. Это ужасно, что я так легко прощаю. Какого-то черта верю его словам.Но смысла все равно нет. Он слишком молодой для меня. Да и характер… Кто может выдержать подобную импульсивность? Вот завтра мы поссоримся, и он устроит какую-нибудь дичь, приревновав, например, к коллеге.

Он прав, я действительно боюсь жить. Если человек делает тебя счастливым, разве не это самое главное? А Егор  делает. Вот я ходила все время хмурая и замкнутая, а как встретила его на олимпиаде, так не могу сердце успокоить, оно словно придурочное без устали танцует вгруди танго.Именно его страстность и была главной причиной, почему я сошла с ума, позволив себе отдаться. И до сих пор это работает. Вот сейчас уламываю сама себя и горю во всех местах, вспоминая его настойчивость.Спускаюсь вниз. Выхожу на улицу и не нахожу своего пакета.Украли, наверное. А вот машина Кораблина  на месте. Как и он сам. Никто его не украл — стоит себе, подпирает бок тачки. Смотрю на него с замирающим сердцем, не зная, что делать.— Ты не это потеряла, Жанн? — Открывает багажник, взглядом указывая на мой пакет.Злюсь и бегу к его авто. Что это вообще значит? Что он такое придумал?— Отдай мои продукты, Егор . Сейчас же! Ты вор, что ли, не пойму?— Отдам после того, как мы вместе сходим пожрать.— Очень романтично, Кораблин.— Как есть, по-молодежному.Видя мое воинственное настроение, Егор  недовольно поджимает губы и захлопывает багажник прямо перед носом. Обходит тачку, садится за руль. Все было бы гораздо спокойнее, если бы он чуть меньше нравился мне внешне. А то сюрреализм какой-то, буквально тужусь, выжимая из себя ненависть.— Вор и шантажист! — истерично дергаю крышку.Не открывается.— Сын твой где? — Выглядывает из окна и, похоже, блокирует из салона багажник.Я не могу его открыть.— Мой сын дома, ждет маму с курицей. А курица в машине одного малолетнего воришки.— Ты врешь.— С чего ты взял?Качаю головой. Закатываю глаза. Театрально вздыхаю. Ну откуда он такой взялся? Ну есть же нормальные старые мужики! А меня угораздило. По моему виду догадался, змееныш, что сына дома нет.— Вот и супер. Садись ко мне, Жанн.— Мы, кажется, решили, что ты уезжаешь, — пытаюсь быть спокойной, а у самой внутри бурлит. — Открой багажник, студент Кораблин, сейчас же!— А вот это удар ниже пояса! Я давно уже не твой студент, Жанна.— Для меня ты всегда мой студент, — натягиваю на лицо улыбку, продолжая бессмысленно дергать багажник.— Ну да, конечно. Отстань от моей машины.Руки опускаются. Я так устала. Пульс бьется как сумасшедший, а все тело словно ватное. Мне этот негатив уже поперек горла. И главное, читает же меня как открытую книгу. Даже с Юрой вот этого не было, а у нас сын.Откуда-то чувствует, гад, что я его хоть и посылаю, но как бы не совсем до конца. И он давит на эти кнопки, как профессиональный пианист на клавиши.Цепляет, зараза, нужные струны. Вижу по глазам — догадался, что я все еще неравнодушна к нему.— В общем, Жанна, заканчивай истерику, поедем в грузинский ресторан. Хочу хачапури, — говорит мне Кораблин , при этом высовывается из машины почти наполовину. Я так и пытаюсь открыть багажник, который, очевидно, в его крутой тачке блокируется изнутри намертво. На случай, если сумасшедшая баба вдруг решит украсть у него знак аварийной остановки, аптечку, огнетушитель, буксировочный трос или пусковые провода.— отдай мой продукты! Сейчас же!— Ой, Жанна, ну хватит тебе. Утомила, ей-богу. Твои соседки уже за шторами попрятались и наблюдают. Неужели прикольнее жарить курицу самой, чем есть вкусный готовый ужин? Ладно меня не выносишь, но хачапури-то должна любить. Их все любят.

Ага, так не выношу, что стоит нашим глазам встретиться, как руки, плечи и грудь покрываются гусиной кожей.Усмехнувшись, отхожу. Но все равно пыхчу от злости. Дую губы.— Мы можем сесть за разные столы, Жанна Кирилловна. Ты, как девочка, у окна, а я, как уступивший тебе мальчик, в проходе.Не двигаюсь с места. Дома одна, а в ресторане будет хорошая еда и приятная музыка. Никто в здравом уме от такого не отказывается. К тому же это не то чтобы пойти абы с кем. Это же Кораблин.— Так и будешь стоять там как вкопанная? Ты же понимаешь, что я не открою тебе багажник?— Я думаю.— Думай быстрее, у меня уже живот к ребрам прилип.— Он у тебя и был такой.— Не правда, он был рельефным, а теперь плоский. Помнишь, ты его даже облизывала.— Не сочиняй Кораблин, не было такого. — Конечно было, но кто же в этом признается? — Если я даже и поеду с тобой, Кораблин , то это ничего не будет значить.Тут я очень сильно пугаюсь. Сама от себя не ожидаю, но дыхание перехватывает. Потому что Егор  после моих слов исчезает внутри тачки. Какое-то мгновение я думаю, что он уедет. Обиделся. А потом он открывает пассажирскую дверь. Для меня.Отпускает. Медленно иду, завязав пояс пальто потуже и уже довольно наигранно сжав губы в недовольной гримасе.— А блондинку свою тоже в этот ресторан возил? — Ставлю одну ногу в салон, плавно опускаюсь на сиденье, подгребаю вторую.— Вообще никогда не водил женщин в ресторан, Жанна Кирилловна. Лет мне сколько. Помнишь?— Я каждую секунду жизни вспоминаю о том, сколько тебе лет, Кораблин . Прям ни на мгновение не забываю.— Ну вот. Тебе должно быть приятно, что ты лишишь меня ресторанной девственности.

Не могу сдержать усмешку.— Я там с мамой и папой был на их годовщину. Мне понравилось. Решил тебя угостить.— Отлично, — вздыхаю, тяну ремень безопасности.— Тогда поехали, мадам педагог.*— Все только на нас и косятся.

Осматриваю зал ресторана. Возле окна, на расстоянии трех столиков, сидит пара средних лет, они одинакового возраста, оба лазят в телефонах и ждут свой заказ. Женщина периодически поднимает на меня глаза и улыбается.— Вот сто процентов она думает, что ты альфонс и я тебе плачу за секс. К тому же я в блузке.

Егор листает меню и ржет.— А у нас все наоборот, Жанна Кирилловна. Платить тебе за секс буду я.От его слов по коже ползут мурашки. Прикрывшись меню, вжимаю голову в плечи.— Ты, Кораблин, иллюзий особо не строй. Я здесь, чтобы ужин не готовить и покупки вернуть, украденные.Он исподтишка, но очень внимательно время от времени отрывается от кожаной папки и поглядывает на меня.— Да-да, я помню. Губу закатал. Ширинку на замок закрыл. Ты спасаешь продукты. Я все понимаю. А блузка-то тут при чем?— Ну я как будто начальница — твой босс.Егор  смотрит на меня своими глазами. Игриво. Ему очень идут его выбеленные пряди, так брови смотрятся темнее, а глаза ярче.— Если хочешь, можем в это поиграть. Но, если честно, меня больше привлекает роль твоего босса.Вздохнув, чуть сползаю по стулу.— Повторяю, Егор, ты сейчас находишься в приятном заблуждении относительно моего здесь времяпрепровождения.Прыснув со смеху, Егор  вертит башкой в поисках официантки. А я выискиваю еще одну женщину, которая, как мне кажется, тоже пялится на меня.— Они думают, что я твоя мама.— Бабушка, — прикалывается Волков.А мне вот совсем не смешно.— Что?— Они все пришли сюда не жрать, а поглазеть на нас с тобой, и, присмотревшись, тут же решают, что я твой внучек, Жанна Кирилловна.Несмотря на то что мы все еще ни к чему не пришли, не могу сдержать вырвавшийся изнутри смешок.— Не замечала за тобой раньше такого блистательного юмора, Кораблин. Никак не могу решить, уйти мне или нет.— А я не могу решить, заказать мне чурчхелу или нет? Так-то я уже много чего задумал, но переедать вредно для здоровья.— Надо было переодеться. Я в деловом, а ты в толстовке. Как будто ты мой ученик, а я твоя учительница.Егор вздыхает, потерев переносицу и отложив в сторону меню.— Ну ты и зануда, моя Кирилловна. Фишка в том, что я все равно не отпущу тебя из-за твоего заунывного оплакивания нашей разницы в возрасте. Совсем нет. Тебе придется, пусть и постепенно, но все же свыкнуться с этим фактом, — зевает, — меня аж в сон потянуло от нудности. Тебе надо расслабиться. Закажу-ка я тебе киндзмараули. А то ты такая напряженная, что сейчас лопнешь как шарик. Хотел сказать гандон, но побоялся, что ты обидишься.— Я не буду пить — это исключено, — поднимаю ладони вверх и машу руками.Егор играет бровями и обзывает меня кислятиной.В этот момент у него звонит телефон, и он говорит кому-то, что мы уже сидим за столиком.— За тобой мама приехала?— Ой, как ты догадалась, радость моя?У меня аж сердце останавливается. Не многовато ли событий для одного дня? Он, конечно, сам меня соблазнил, но кому я это буду доказывать?Он видит мое посеревшее лицо и задорно морщится, улыбаясь.— Мама, но не моя. Хочу тебя кое с кем познакомить.— А можно я не буду ни с кем знакомиться? Верни мои продукты.— Ой, Жанка, скрипуха ты моя любимая. Все будет хорошо, не переживай.Он встает. Оборачиваюсь. К нам приближается пара. Молодой парень и женщина. Он выглядит совсем как Егор . Его спутница беременна и намного старше своего партнера.— Кто это?— Секретарша моего бати, причем она уже лет дцать на отца работает. Ирина Викторовна недавно вышла замуж за двадцатилетнего парня. Я сразу про них подумал, когда ты согласилась пойти в ресторан.— Класс, только мы тут при чем, если я здесь ради продуктов?— Я позвонил им, они как раз были неподалеку. Они всего на полминуточки к нам.Пара подходит к столику. Молодой человек тут же кладет руку на талию женщины.— Ребят, познакомьтесь, это Жанна, моя девушка.— Егор ! — смотрю на него строго.Наши гости ничего не понимают, а меня раздражает и в то же время волнует его уверенность в себе. Как может бесить и возбуждать одно и то же?— Это решенный вопрос, — отрезает Кораблин .— Ты вообще, что ли?— Жанна шутит.— Мне очень приятно с вами познакомиться, но я здесь ради продуктов.— Жанна прикалывается, не обращайте внимания.И пока ребята улыбаются друг другу, он грозит мне кулаком. Эти двое никого не замечают. Егор  болтает с Ириной о ее будущем ребенке, спрашивает, что да как. Потом они переходят на отца и его работу. Ее муж поддерживает супругу, и, наблюдая за ними, я понимаю: им совершенно плевать, что думают люди. Они милые и взахлеб, перебивая друг друга, рассказывают о том, как побывали в медовом месяце. Потом узнали, что беременны. Очень хотят девочку, но все пророчат пацана.А еще мне кажется, что Ирина лет на пять меня старше и их разница в возрасте еще больше нашей с Волковом. Только она вся светится, и ей на это наплевать.Отчего-то успокаиваюсь. Даже сердце бьется ровнее. Ребята прощаются и уходят. А нам приносят еду.Наблюдаю за тем, с каким аппетитом Егор  уплетает хачапури.Официантка открывает вино. А Егор по-мужски отбирает у нее бутылку и галантно за мной ухаживает.— А ты сам пить будешь?— Я же за рулем.— Ладно, налей, только совсем чуть-чуть.От пары глотков моментально хмелею. Егор перестает болтать и с каждой минутой кажется мне все более привлекательным. Хотя… Мне всегда не хватало воздуха рядом с ним. Он такой горячий и страстный, даже когда просто смотрит на меня, поедая свой ужин.Он ест с таким аппетитом, что даже завидно. То ли градусы дают в голову, то ли знакомство с его друзьями повлияло положительно. Отчего-то забываю последние обиды и пререкания.— Помнишь, я говорил, чтовыиграл конкурс? — окидывает он меня томным взглядом.— Ага. — Стараюсь увлечься панно на стене.Но когда я сижу за одним столом с этим красивым мальчиком, взгляд тянется только к нему.— Это был твой портрет.— Класс. А я-то думала, куда он исчез. Мой портрет из моей аудитории, — пригубив вина, смеюсь. — Опять украл, как и мои продукты.Кораблин прекращает есть. И, откинувшись на спинку стула, нахально меня разглядывает.Он потирает подбородок, разминает пальцы. И не сводит с меня глаз, жарит взглядом. Мне становится душно, и я расстегиваю верхнюю пуговицу на блузке.Егор достает из кармана пачку жвачки и, закинув подушечку в рот, жует.— Егор , что ты делаешь?Смеюсь. Неожиданно все становится гораздо более забавным, чем ранее.— Жую жвачку, мне необходимо свежее дыхание.Он так пронзительно на меня смотрит, что я смущаюсь и трогаю ворот блузки.— Понятно. Это дело хорошее.— Ты в туалет не хочешь?Еще один прямой, горячий, исподлобья взгляд, такой, что не терпеться окунуться в ледяную бочку.— Ты прав. Пожалуй, схожу.Мне нужно прервать этот зрительный контакт и вернуть мозги на место. Потому что вся моя ненависть и злость куда-то испарились. И он мне совсем не помогает. Он уже не шутит и не уговаривает. Егор  меня будоражит и кружит голову, добавляя в кровь адреналина. Он умеет. Одними глазами…Именно поэтому я фактически сбегаю. В туалете тут же прилипаю носом к зеркалу. Вижу свое отражение и самой себе кажусь моложе лет на пять, а то и на десять. Дурдом какой-то. Что со мной происходит? Но вместо ответа вселенная снова посылает мне испытание.За мной в туалет заходит Волков. Он закрывает дверь на замок и словно человек-паук взбирается по стене и дверце кабинки наверх, вытаскивает изо рта жвачку и залепляет ею глазок камеры.— Ты что творишь?!

•Актив=глава_______________Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥