да

Арина: Смотрю то на Глеба, то на Алину с телефоном в руках. Они томятся в ожидании, пока я соображаю что здесь происходит. Глеб выжидающе стоит на одном колене, протягивая футляр в мою сторону. Смахиваю слезы, льющиеся огромным потоком по щекам, и активно киваю головой, протягивая правую руку Глебу. – Да, конечно, да! - вскрикиваю я, и Глеб выдыхает, надевая на безымянный палец моей руки золотое, невероятной красоты кольцо. – УРААА! - кричит Алина, но я слышу в унисон с её голосом ещё один - мужской. Оттуда же, откуда вышел и Глеб пять минут назад, выходит Леша с ребенком на руках взрывает хлопушку, которая осыпается красивым сверкающим дождиком. Глеб встает на ноги и заключает меня в свои крепкие, полные любви, объятия и я продолжаю плакать, но уже ему в рубашку. Кто бы мог подумать: я убежала от него из города, разорвав все свои прежние связи и поменяв все адреса и номера. Я убегала от него даже тогда, когда он нашел меня здесь. И вот, я стою прижатая к его телу, а на моей руке сверкает помолвочное кольцо.

Официанты спешно убирают тарелки, с которых мы с Алиной  уже поели, и приносят новые, обновляя полностью содержимое стола и алкоголь. Сидя за красивым столом, я представляю, как Глеб договаривается с Алиной о помощи, как он втихую от меня организовывает этот пароход, покупает кольцо, готовится....– Глеб вызывает Рину, прием, - поддразнивает меня кудрявый, отдергивая из своих мыслей. – А? Я просто задумалась, - улыбаюсь я, и перевожу взгляд на огромную корзину цветов, стоящую сбоку. Лепестки слегка колышутся от не сильного ветра, разгоняя чувственный аромат роз по периметру палубы. – Я спрашиваю: как отдохнули здесь вдвоем? - повторяет свой вопрос Викторов, делая небольшой глоток из своего стакана. – Стой, - говорю я Глебу, и поворачиваю голову в сторону подруги, – А что, никакого Влада не существует? Алина начинает смеяться, оголяя зубы, и её звонкий смех заставляет всех улыбнутся. – Не сердись. Я должна была тебя сюда вытянуть, - отвечает она. Леша ласково держит на коленях свою дочь, которая намерена достать своими маленькими ручками салфетницу из центра стола. – Вы просто сумасшедшие, - смеюсь я, но на глазах вновь начинают накапливаться слезы от осознания того, что я теперь невеста. — Так, прекрати, - говорит Глеб, нежно убирая слезы с моего лица, – Иначе я могу подумать, что  мысль выйти за меня замуж настолько хреновая, что ты невольно начинаешь рыдать.Подсмеиваюсь сквозь слезы, и приживаюсь к парню щекой, ласково его приобнимая.

Спустя час, мы с Глебом танцуем медленный танец под какую-то мелодию, а Алина и Леша активно обсуждают будущую свадьбу: они решили, что именно они будут свидетелями. – Я считаю, нужно делать в августе - тепло, красиво, - рассуждает подруга, попутно играя с дочкой Леши. – В августе может быть и лютая жара, - усмехается парень, делая глоток алкогольного напитка. – А вы где остановились? Вы же только недавно приехали? - интересуется Алина. – Мы пока в отеле, к сожалению. Очень тяжело найти подходящую квартиру, - отвечает Леша. Глеб слышит его реплику, и резко поворачивает голову в его сторону. – Ты придурок, Лех? Почему ты нам ничего не сказал? - спрашивает Глеб, но не отпускает меня из своих объятий. – Не хотел мешаться там вам, тем более я же не один, - улыбается парень, намекая на свою малышку дочку. – Леш, ну ты совсем, - вздыхаю я, – Мы рады вам и приняли бы вас на любой срок. – А приезжайте ко мне? - предлагает Алина, – У меня пустует аж две свободные комнаты, одна большая, как раз для тебя и ребенка хватит. По цене договоримся, - говорит девушка, убирая волосы назад. – Ох, это хорошее предложение....я подумаю, Аль, спасибо. Не хотелось бы никого стеснять, - улыбается Леша, на что девушка машет рукой в его сторону. – Глупости!

Домой вернулись уставшими. Глеб тащит огромную корзину цветов на себе, причитая о том, что я могла бы и помочь. – О нет, это слишком тяжело, - смеюсь я, открывая дверь в квартиру. – Надо было оставить их там, на пароходе, - наконец поставив цветы на пол, говорит Глеб. – Ещё чего! Сколько их там? - спрашиваю я, думая найдется ли столько ваз, чтобы рассортировать розы. – Сто одна, - потягиваясь отвечает Викторов, и спешно расстёгивает пуговицы на рубашке, а затем кидает её на диван, – Терпеть не могу эти дурацкие рубашки. – Мог не надевать, - подсмеиваюсь я, кидая сумку на тумбочку. – Да? Чтобы ты потом мне весь мозг вынесла, говоря о том, что я на фотках как гопник? - говорит Глеб, натягивая на себя обычную черную футболку. Валюсь на постель в спальне, и рассматриваю кольцо на своем пальце. Если я проснусь, и это всего лишь сон - то это самый лучший сон в моей жизни.