~29~

Инес

По приезде в Рим, Алессандро ввел меня в курс дела. Оказывается, Жизель приехала сюда ради мести, она хочет моей смерти. Взамен на убийство Дезире, Алессандро должен убить меня.

Как бы мне было не жаль, эту бедную девушку, но все, что она пытается сделать сейчас выглядит полным бредом. Но это только часть, от основной проблемы. Мужчина заявил, что, чтобы не терять время, он хочет убить Джакапо. Он принес столько боли всем нам, когда его тело будут сбрасывать в могилу, я не пророню и слезы.

— Инес? — резко выйдя из своих размышлений, я посмотрела в сторону большой каменной стены. Алессандро держал в руке маркер. За все то время, когда я была в себе, он успел исписать всю доску.

— Повтори, пожалуйста, — стыдливо попросила я.

Мои щеки немного покраснели от стыда. Мне не стоит уходить в свои мысли, пока Алессандро и Лоренцо пытаются придумать план, как нам избавиться от Жизель и Джакапо.

— Говорю, что есть единственный план, который нанесет тебе меньше всего ущерба, — сказал Алессандро мне.

Уверенными шагами, я подошла ближе к мужчинам и взглянула на маркерную доску. Слишком много стрелочек и сокращений. Я не понимаю ничего. Единственное, Алессандро говорил только о том, что Жизель требует увидеть, как мое безжизненное тело упадет на землю.

— Ты бледная, — Лоренцо подошел ко мне со спины. — Может выйдешь, подышишь свежим воздухом?

Мне стало трудно дышать, схватившись за грудную клетку, я последний раз посмотрела на обеспокоенного Алессандро, а затем открыла дверь веранды.

Морской воздух приятно обдувал лицо, температура продолжала оставаться высокой. Я присела на ротанговое кресло и смотрела куда-то вдаль порта, то и дело обращая на яхту Алессандро. Ярко-оранжевое солнце садилось за горизонт, за собой оно оставляло красновато-розовые следы. Все это выглядело настолько красиво, что я не смогла не сфотографировать.

— Сеньора Гуэра, с вами все в порядке? — ко мне вышла одна из работниц. Рыжеволосая коротко подстриженная девушка. На ней были длинный обтягивающие брюки и плотная белая футболка. Я помнила ее. Во время «бунта» работниц она стояла в стороне, не желая хоть как-то принимать участия. — Все хорошо, спасибо, эм... — черт, я даже не знаю как её зовут. Очень неловко. — Марго, — девушка мягко улыбнулась мне и подала стакан воды с салфеткой.

Я немного нахмурила брови, когда приняла это все в свои руки. Достав телефон и включив камеру, я обнаружила, что туш немного потекла, а глаза покраснели. Меня закат растрогал, что ли? Не помню, чтобы была такой эмоциональной. Наверное, последние события хорошо повлияли на меня, раз такие незначительные вещи заставляют меня растрогаться. — Спасибо, — я попыталась выдавить улыбку.

Ещё пару минут мы стояли и болтали, как за мной пришёл Алессандро, и Марго вернулась на своё рабочее место.

К этому времени, роговица перестала слезиться, а отпечатки туши под глазами я успела подтереть.

— Ничего не бойся, — Алессандро сжал мою руку. — Главное, доверься мне.

Я сидела на переднем сидение в машине и нервно тормошила салфетку, так и оставшуюся в моей руке. Сегодня вечером, Жизель должна подумать, что меня убили. За все то время, пока мы ехали до места встречи, Алессандро несколько раз и очень медленно повторял план, надеясь, что я ничего не забуду.

— Скажи, что ты все поняла? — мужчина вложил в мою руку уменьшенную версию стандартного пистолета, и я спрятала его за поясом джинс.

Мои руки подрагивали, ладошки слегка вспотели. Теперь, я не так уверена во всем этом. — Да, — стараясь сдержать дрожь произнесла я. — Покончим с этим раз и навсегда. — Крепко сжав руку Алессандро, я вышла из машины и направилась к каменной скале. Снизу открывался вид на пляж. Солнце давно село за горизонт. Над небом летали вороны, их карканья не позволяли сосредоточиться. Резко меня пронзило дежавю.

Я и Алессандро стояли около огромной каменной стены. Она превышала наш рост в несколько тысяч раз. С острых камней капала алая кровь, прямо на песок. Вороны летали над нашими головами и нервно каркали. Погода была беспокойной, воздух влажным. Серые тучи сгустились и образовали, что-то на подобие воронки. На душе было тяжело. Словно камень свалился на душу, не давая сделать глубокий глоток воздуха.

Услышав звук подъезжающей машины мы оба обернулись и увидели Жизель. Мой живот скрутило в тугой узел. Девушка брезгливо улыбнулась и обратилась к Алессандро: — Вижу, все в сборе, — со жгучим предвкушением сказала она. — Инес, ты уже придумала прощальную речь или как?

Я заметила, как мужчина посмотрел на меня безжизненными глазами. Он начал идти на меня. В руках он сжал пистолет, только, что снятый с предохранителя.

Выпучив глаза я стала отдаляться от него, пока моя спина не уперлась в каменную стену. От такой неожиданности меня всю прожгла резкая боль. Я стиснула зубы и с ощущением невыносимой боли посмотрела на Алессандро.

Внутри него что-то щёлкнуло. Он понял, что мне больно, но ничего не сказал, лишь ещё сильнее сомкнул свои губы.

Его движения стали плавней и опасней. Из-за спины он вытащил нож с золотистой рукояткой. Если бы на небе было солнце, нож бы красиво переливался под яркими лучами.

Алессандро со всей силы взял мою ладонь и вложил к него нож. Маленькая капелька крови упала на песок, окрасив его.

— Так мы не договаривались, — шепнула ему я. — Ты говорил...

— Заткинись, — рявкнул он. — Думаешь, я правда буду иметь хоть какое-то дело с шлюхой, которая хотела затащить меня за решетку?

Мои глаза наполнялись слезами, когда грязные обвинения были выплюнуты в мою сторону.

— Какого черта? — сквозь слезы спросила я.

— Единственное, в чём был прав мой отец, так это в том, что я должен был разобраться с тобой несколько месяцев назад. Выкинуть из своего дома. — Алессандро схватил меня за шею, заставляя поднять глаза на него. — Мы неплохо развлекались, только из-за этого я даю тебе выбор: ты убиваешься себя сама, либо это делаю я.

— Алессандро...— плакала я. — Не надо.

— Решай. Живо! — его крик эхом прошёлся по скалам. Море бушевало. Оно было не темно синим, а чёрным. Словно глаза этого мужчины, который с каждой секундой больше и больше вселял в меня страх.

Стоя с ножом в руке, я молилась, чтобы все это было сном. Вот, сейчас я проснусь в нашей квартире в Риме, рядом с мужчиной, которого люблю больше всего, он будет слегка посапывать и улыбаться во сне.

— За что? — еле слышно спросила я.

— Вся твоя семья — проклятье для меня. Если не станет Леоне, все проблемы уйдут.

Зажмурив глаза, одна капля скатилась с моего глаза и упала на изображение волка с аистом. Хищник забирает жизнь, птица её даёт.

Алессандро превратился в того самого хищника. Он раздавит меня. Высосет всю мою жизнь. Когда хищник чует страх, он понимает, что теперь жертва точно его. Ей больше некуда бежать.

Я держала нож, остриём к себе, но резко развернула и направила кончик на него, надавив в области сердца.

— Тогда, я хочу умереть с тобой. Сейчас, — ещё сильней надавив, я почувствовала, как нож постепенно входил в его грудь. Слёзы не переставали лить, языком я пыталась слизывать солоноватые дорожки.

Взгляд Алессандро был таким же пустым, как в самую первую встречу. Только на секунду внутри его шоколадный глаз что-то вспыхнуло, но так же стремительно погасло.

— На небесах и на земле, — прошептал он, смотря мне в глаза.

— Пока смерть не разлучит нас, — закончила я и проткнула его сердце ножом.

***

Жизель громко закричала, когда увидела как тело Алессандро повалилось на песок. Он не дышал. Девушка как можно быстрей пыталась добраться до него, но песок замедлял ее действия.

Кровь каплей за каплей стекала на песок. Где-то в далеко послышался раскат грома. Ещё раз взглянув на Алессандро, я крепче сжала золотистый наконечник и резко воткнула в себя. Мир вокруг закружился, а после потемнел. Я была ещё в сознание, когда послышался выстрел, он был совсем рядом.

Прошло какое-то время, пока незнакомым мне мужчина усадил меня на сиденье машины. Он протянул мне бутылку воды и батончик. Тело немного побаливало. Виски пульсировали, а в голове стоял гул. Ничего не помню, кроме того, как воткнула нож в Алессандро.

— О, Боже. Где он?! — чуть ли не крича спросила я. Мужчина в чёрном посмотрел на меня, а потом крикнул, что-то кому-то. Перед моими глазами появился Чарли и Лоренцо. В их руках были пистолеты. Подойдя ко мне, они спрятали их под куртки.

— Он...Ты немного глубже обговорённого воткнула нож. Алессандро в больнице. — Лоренцо с сожалением посмотрел на меня. Он не винил меня в этом. Хотя, любой бы на его месте пришел в не себя от такого.

— Он в больнице из-за меня! — я попыталась встать. — Он не может умереть сейчас. Я не смогу жить с этой виной. — Ты не задела сердце. Ему наложили пару швов. С ним все хорошо.

— Мне нужно увидеть его.

*** Алессандро лежал на больничной койке. В вене правой руки была вставлена капельница. Глаза были закрыты, но я видела как он дышит. — Гуэра? — тихо окликнула я его. Он тут же открыл глаза и широко улыбнулся. Подозвав ближе, я присела на край кушетки и крепко обняла его, но так, чтобы не задеть швы. — Прости, amore. Я перегнул палку.

— Ты назвал меня шлюхой, — расстроено сказала я.

— Мне очень жаль, — он виновата посмотрел на меня. — Я заткнула Алессандро быстрым поцелуем, не давая продолжать все эти извинения. — Я чуть не убила тебя. Здесь никакие извинения не помогут. — Быстро сморгнув слёзы, я ещё раз поцеловала его, только в руку.

На нас были надеты пуленепробиваемые жилеты. Но кто бы мог подумать, что не совсем сильная женщина сможет насквозь проткнуть его.

— Если бы я умер... — я не дала, договорить Алессандро, как тут же начала ругать за такие глупые мысли. Он легонько улыбнулся и рассказал, что с Жизель покончено. — А её отец? Что он скажет? — Если Гильбе узнаёт о смерти своей дочери, всю оставшуюся жизнь нам с Алессандро придётся провести в бегах. — Он умер несколько дней назад. Жизель сама рассказала мне об этом. Скоро состоится свадьба Максимилин и Эсм, и власть перейдет в его руки.

— Это плохо? — наивно спросила я.

— Эсм не даст нам посещать Париж, amore, — печально ответил он. — Отныне, въезд туда закрыт.

Мне стало грустно за Алессандро. Теперь, он никогда не сможет навестить могилу своей мамы.

— Жизель мертва, — заявил мужчина. — Остался отец. С ним я разберусь самостоятельно, а ты тем временем, сиди дома и не высовывайся. Тебе понятно?

— Все, что потребуется. — Прошептала я ему и поцеловала в губы.