Баллада о друге

Когда я слышу о дружбе твердой,О сердце мужественном и скромном,Я представляю не профиль гордый,Не парус бедствия в вихре шторма,-

Я просто вижу одно окошкоВ узорах пыли или морозаИ рыжеватого щуплого Лешку -Парнишку-наладчика с "Красной Розы"...

Дом два по Зубовскому проездуСтоял без лепок и пышных фасадов,И ради того, что студент АсадовВ нем жил, управдом не белил подъездов.

Ну что же - студент небольшая сошка,Тут бог жилищный не ошибался.Но вот для тщедушного рыжего ЛешкиЯ бы, наверное, постарался!

Под самой крышей, над всеми намиЖил летчик с нелегкой судьбой своей,С парализованными ногами,Влюбленный в небо и голубей.

Они ему были дороже хлеба,Всего вероятнее, потому,Что были связными меж ним и небомИ синь высоты приносили ему.

А в доме напротив, окошко в окошко,Меж теткой и кучей рыбацких снастейЖил его друг - конопатый Лешка,Красневший при девушках до ушей.

А те, на "Розе", народ языкатый.Окружат в столовке его порой:- Алешка, ты что же еще неженатый? -Тот вспыхнет сразу алей закатаИ брякнет: - Боюсь еще... молодой...

Шутки как шутки, и парень как парень,Пройди - и не вспомнится никогда.И все-таки как я ему благодаренЗа что-то светлое навсегда!

Каждое утро перед работойОн к другу бежал на его этаж,Входил и шутя козырял пилоту:- Лифт подан. Пожалте дышать на пляж!..

А лифта-то в доме как раз и не было.Вот в этом и пряталась вся беда.Лишь "бодрая юность" по лестницам бегала,Легко, "как по нотам", туда-сюда...

А летчику просто была б хана:Попробуй в скверик попасть к воротам!Но лифт объявился. Не бойтесь. Вот он!Плечи Алешкины и спина!

И бросьте дурацкие благодарностиИ вздохи с неловкостью пополам!Дружба не терпит сентиментальности,А вы вот, спеша на работу, по крайности,Лучше б не топали по цветам!

Итак, "лифт" подан! И вот, шагаяМедленно в утренней тишине,Держась за перила, ступеньки считает:Одна - вторая, одна - вторая,Лешка с товарищем на спине...

Сто двадцать ступеней. Пять этажей.Это любому из нас понятно.Подобным маршрутом не раз, вероятно,Вы шли и с гостями и без гостей.

Когда же с кладью любого сортаНе больше пуда и то лишь разСлучится подняться нам в дом подчас -Мы чуть ли не мир посылаем к черту.

А тут - человек, а тут - ежедневно,И в зной, и в холод: "Пошли, держись!"Сто двадцать трудных, как бой, ступеней!Сто двадцать - вверх и сто двадцать - вниз!

Вынесет друга, усадит в сквере,Шутливо укутает потеплей,Из клетки вытащит голубей:- Ну все! Если что, присылай "курьера"!

"Курьер" - это кто-нибудь из ребят.Чуть что, на фабрике объявляется:- Алеша, Мохнач прилетел назад!- Алеша, скорей! Гроза начинается!

А тот все знает и сам. Чутьем.- Спасибо, курносый, ты просто гений!-И туча не брызнет еще дождем,А он во дворе: - Не замерз? Идем!-И снова: ступени, ступени, ступени...

Пот градом... Перила скользят, как ужи...На третьем чуть-чуть постоять, отдыхая.- Алешка, брось ты!- Сиди, не тужи!.. -И снова ступени, как рубежи:Одна - вторая, одна - вторая...

И так не день и не месяц только,Так годы и годы: не три, не пять,Трудно даже и сосчитать -При мне только десять. А после сколько?!

Дружба, как видно, границ не знает,Все так же упрямо стучат каблуки.Ступеньки, ступеньки, шаги, шаги...Одна - вторая, одна - вторая...

Ах, если вдруг сказочная рукаСложила бы все их разом,То лестница эта навернякаВершиной ушла бы за облака,Почти не видная глазом.

И там, в космической вышине(Представьте хоть на немножко),С трассами спутников наравнеСтоял бы с товарищем на спинеХороший парень Алешка!

Пускай не дарили ему цветовИ пусть не писали о нем в газете,Да он и не ждет благодарных слов,Он просто на помощь прийти готов,Если плохо тебе на свете.

И если я слышу о дружбе твердой,О сердце мужественном и скромном,Я представляю не профиль гордый,Не парус бедствия в вихре шторма,-

Я просто вижу одно окошкоВ узорах пыли или морозаИ рыжеватого, щуплого Лешку,Простого наладчика с "Красной Розы"...