Я сам решаю, каким будет её вкус

Рождественский бал в Хогвартсе, но не обычный – а с торжественным присутствием родителей, что делает атмосферу наэлектризованной, интригующей и чуть опасной. Дорелус приводит Исидору и Регулуса – легенд. Тени, тех, кого давно считали мёртвыми, проклятыми или исчезнувшими. А в зале – Теодор Нотт, Драко Малфой и остальные старые знакомые, возможно и их дети. И этот вечер становится не просто балом – а встречной волной прошлого и настоящего.Сотни свечей дрожат под потолком, снежные хлопья медленно падают с зачарованного неба, но не касаются пола. Магия музыки плетётся между столами, хрустальными люстрами и золотыми гирляндами. Бал не как прежде – на этот раз в зале стоят не только ученики, но и их родители. Чистокровные, полукровки, молча одетые в старинные мантии и политые наследством. И вот – двери распахиваются.

Входят те, кто были тенями на снегу – Исидора и Регулус. Она – в длинном, тёмно-синем платье, как ночь перед штормом. На шее – нитка из чёрного жемчуга, тёплая от её магии. Он – в чёрной мантии без герба, но с серебряной застёжкой в форме звезды. Регулус не прячется – он не тень, а живой призрак, который сам выбрал вернуться. И тишина в зале трескается, словно заклятие.Тео стоит у стены, с бокалом сливочного сидра. Узнаёт сестру сразу – по тишине, которую она несёт с собой. Глаза его – не испуг, не радость. Только тихое понимание: «Она не вернулась – она пришла, когда посчитала нужным.»- Исидора... -чуть слышно проговаривает он.Драко, как только видит её, сердце сжимается. Он помнит ту ночь перед свадьбой, когда она исчезла. Он тогда был мальчиком, теперь – отец. Но она не постарела, только стала тише. Регулус кивает Малфою – призрак с глазами живого. Драко, не зная зачем, кивает в ответ. «Она не исчезла, она сбежала. Сбежала к Блэку, моему кузену.» -всё, что сейчас в мыслях Драко.В зале начались перешёптывания:- Это она? Та, что сбежала перед свадьбой?- Регулус Блэк мёртв!- Море говорило, что она русалка.. а теперь она в платье...- А кто это с ними? Их сын?

Дорелус – сын, идущий рядом. Спокойный, без имени на ярлыке. В нём – их взгляд, их походка, их тишина. Он подходит к Драко и Тео, не для слов. Просто смотрит – и этого достаточно, чтобы понять: он помнит всё: даже то, чего не знал.

* * *

В какой-то момент музыка смолкает, Дамблдор поднимает бокал.- Сегодня рождество. Но некоторые подарки приходят не в коробках, а в виде тех, кого мы не ждали увидеть вновь.. но всё равно ждали. Добро пожаловать домой, Исидора. Добро пожаловать домой, Регулус.

* * *

Бал гудит под светом и вином, но в одном углу зала – тишина. Исидора стоит у колонны, Тео подходит не спеша, как тогда – когда они были детьми. Когда он был её братом, когда ещё не было тишины между ними. - Я знал, что ты жива. Никто не поверил бы мне, даже я себе не всегда верил.Она молчит, но потом – короткий кивок, губы шевелятся: - Ты всё ещё здесь.- Ты тоже. Их диалог – не прощение, не обвинение, просто... встреча. Два человека, у которых было море между ними, и вдруг – зал, полон свечей. Рядом, в толпе сверкающих учеников – Кассиан Нотт. Тёмные глаза, складки на мантии, взгляд – как нож, но в ножках. Он замечает Дорелуса и подходит, без угроз. Просто тянет бокал тыквенного пунша:- Значит, ты – сын тех, кто исчез. А я – сын тех, кто остался. Значит, мы оба – тени, просто в разное время.Дорелус берёт бокал.- И всё же мы оба здесь. Значит, ни одна тень не вечна.Они не улыбаются, но чокаются. И в это мгновение между ними – не магия, не дружба, а нечто древнее. Признание, наследие и начало чего-то нового.

* * *

Пожилой волшебник с родовитой осанкой, выпив, громко говорит:- Регулус Блэк – предатель! Его смерть была честью! А теперь он танцует под музыку грязнокровного директора!Все замолкают, но Регулус не двигается и тогда – Хогвартс отвечает. Стена позади волшебника трескается, паутина из инея обвивает его кубок. А над его головой свет застывает в виде герба Блэков, но с белым крестом. Не Регулус сделал это, не Дамблдор, сам замок. Он запомнил, кто вернулся достойно и кого не стоит трогать.

Вечер продолжается, музыка звучит. Кто-то танцует. Кто-то смотрит в сторону Исидоры – как на предание, ставшее реальным. Кто-то впервые ощущает, что магия фамилий – ничто, если нет в ней любви. А на галерее Дорелус стоит, смотря вниз и шепчет себе:- Это – мой бал. Это – мой род. Это–- моя кровь. Но теперь я сам решаю, каким будет её вкус.