Тишина перед близостью

Сеул. 19:37Стеклянная дверь офиса Ros Company бесшумно скользнула в сторону, впуская прохладный вечерний воздух.Розанна вышла первой.Высокая, в узких тёмных брюках и пальто цвета мокрого асфальта. Волосы собраны в низкий хвост, пара прядей выбилась к виску. Каблуки чётко отбивали шаг по плитке, но она не спешила — шла размеренно, будто всё вокруг принадлежит ей.Город уже светился неоном. Машины гудели внизу, воздух был свежим, с запахом раскалённого бетона, сигарет и жасминового чая, разлитого на углу у чайной лавки.Из-за угла свернул чёрный Hyundai. Она не удивилась, когда машина плавно остановилась, и из неё вышел Ыну.

— Ты как всегда красива, — сказал он с лёгкой улыбкой, подавая ей руку. — Хоть и хранишь этот ледяной фасад до последнего.— Это не фасад. Это броня, — спокойно ответила она, но ладонь в его руке задержалась чуть дольше обычного. — Как ты нашёл меня?— Я не терял.Он открыл перед ней дверь, и она села в салон, откинувшись на спинку. В его машине всегда пахло чем-то знакомым — ветивер, мягкий кожаный салон, чуть-чуть корицы.— У меня ощущение, будто за мной следят, — выдохнула она.— Не знаю, паранойя это или... кто-то действительно ходит по пятам.Ыну посмотрел на неё.— Это он? Чонгук?— Нет. Он бы не стал прятаться. Он из тех, кто идёт лоб в лоб.— Ты ему доверяешь?Розанна замолчала. Глаза её были устремлены в окно.— Я не знаю, что это. Но когда он рядом, я... дышу иначе.В это же время. Несколько метров в стороне.

Чонгук сидел в машине. Тонированные стёкла, руки сжаты в кулаки на руле.

Он видел, как она улыбается Ыну. Как тот заботливо коснулся её руки.И в груди закипало — тихо, опасно.Он прикасается к ней, как к своей. А она позволяет...— Босс, всё в порядке? — тихо спросил Тэхён с пассажирского сиденья.— Отвези меня к ней. Позже. Когда он уедет.Около полуночи. Квартира Розанны.Она зашла, сбросила пальто на стул и осталась в чёрной блузе и тонких брючках. Волосы рассыпались по плечам, когда она освободила их от тугой резинки.И тут — тихий, тяжёлый стук в дверь.Она открыла — и застыла.Чонгук.Тёмный, в пальто, как ночь. Его глаза — словно пронзают сквозь всё.— Я не мог не приехать, — сказал он.— Я видел, как ты смотришь на него.— Он — мой друг.— Но ты моя.Она медленно отступила внутрь.— Тогда войди. Забери, раз считаешь, что можешь.Он вошёл. Дверь закрылась за ним, щелчок — как спусковой крючок.Спальня.Он стоял перед ней.Пальцы прошлись по её щеке, вниз по шее. Взгляд — прожигающий, тяжёлый.— Скажи, если хочешь, чтобы я ушёл, — прошептал он.— Я хочу, чтобы ты остался.Он поцеловал её. Сначала мягко. Потом — глубже. Сильнее.Её спина ударилась о стену, когда он прижал её телом, губы — на шее, пальцы — на талии, жадные.Она сорвала с него пальто, пальцы дрожали, скользили по его груди, расстёгивая пуговицы. Он поднял её, она обвила его ногами, и он понёс её в спальню.Ткань падала на пол — рубашка, блузка, тонкий лиф. Всё слилось в дыхании, в кожаных прикосновениях.Он уложил её на постель, склонился, провёл губами по ключице, животу, вниз — и она изогнулась, сдавленно выдохнув его имя.— Ты не представляешь, как долго я хотел этого, — прошептал он, и голос дрожал.Она смотрела на него снизу, глаза затуманены страстью.Он вошёл в неё — медленно, сдержанно, а она выгнулась, всхлипнув.Ритм был неторопливым, чувственным. Они двигались в унисон, кожа к коже, дыхание в унисон. Он сжимал её ладони, а она смотрела в его глаза, впервые не прячась.В этот момент не было мира за пределами этой комнаты.Только они.Двое.И правда, которую не нужно было говорить.Позже, лежа на его груди, она медленно провела пальцем по шраму на его плече.— Что это?— Старое. Как и всё во мне.Она закрыла глаза.— Тогда я хочу знать все твои шрамы.— Я покажу. Но не сразу. И не все.— Некоторые — я прячу даже от себя.