44 глава

Вскоре после того, как Совон и Мëнги погрузились в свои мысли, в комнату вошли охранники с подносами, полными еды. Они раздавали порции, не обращая внимания на настроение участников, словно это было обычным делом. Совон взяла свою тарелку, но аппетита у неё не было. Мысли о Намгю и произошедшем конфликте не оставляли её в покое.

— Почему я должна страдать и отказываться от еды? — думала она про себя. — Может, если я поем, мне станет легче.

С усилием она начала есть, но каждый кусок казался тяжёлым и безвкусным. Мëнги всё это время сидел рядом с ней, его внимание было сосредоточено на её состоянии. Он заметил, как его бывшая девушка Юнхи сидела недалеко от них, она колебалась, будто собиралась подойти, но не решалась. Он понимал, что она хотела что-то спросить, но его сердце сжималось от мысли, что он не мог ей помочь.

Совон заметила, что Мëнги не ел. Он лишь ковырял палочками в своей тарелке, изредка вздыхая. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понять: что-то его мучило. Но он никогда не стал бы рассказывать ей о своих переживаниях, чтобы не растраивать её ещё больше.

— Ты не голоден? — спросила она тихо.

Мëнги лишь покачал головой, продолжая смотреть в тарелку. Совон почувствовала, как её сердце сжалось от жалости к нему. Она знала, что он переживает из-за Юнхи, и это добавляло ей тревоги.

Тем временем её взгляд невольно скользнул к Намгю. Он сидел на другой стороне комнаты, погружённый в свои мысли и еду. Его лицо выражало печаль, и Совон поняла, что он всё ещё думает о том, что произошло между ними. Она знала, что он сомневается в её чувствах и считает, будто она любит Мëнги больше, чем его.

— Какая глупость! — подумала она с горькой усмешкой. — Если бы я действительно любила Мëнги, я бы уже лежала с ним в обнимку и целовалась.

Но это было не так. В её сердце бушевали чувства к Намгю, и она не могла с этим смириться. Каждый раз, когда она смотрела на него, её захватывало желание подойти и обнять его, сказать, что всё будет хорошо. Но страх перед его реакцией сдерживал её.

Мëнги вдруг поднял голову и встретился с её взглядом. В его глазах читалось беспокойство и нежность. Совон почувствовала прилив тепла и одновременно грусти. Она не могла позволить себе быть слабой, но в то же время не могла скрыть свои настоящие чувства.

— Ты правда не хочешь есть? — спросила она снова, пытаясь отвлечься от своих мыслей.

— Я просто не могу сосредоточиться на еде сейчас, — ответил он честно.

Совон кивнула, понимая его состояние. Они оба были поглощены своими переживаниями и не могли найти утешение друг в друге. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь звуками еды и тихими разговорами других игроков.

Наконец охранники объявили о том, что после обеда будет голосование.