32

ДАНИЛ.Утро понедельника я решил начать с крепкого кофе, а не с бутылки виски. Хотя убеждения о том, что моя жизнь продолжается, я всерьёз не воспринимал. Сегодня мне нужно сделать слишком много дел и под влиянием алкоголя я не смогу до них добраться. Сразу после душа, я натянул на себя серые джогеры, оставив верх без какой либо лишней ткани и спустился на кухню. По отсутствию чёрных кроссовок в прихожей, я догадываюсь, что Митчел уже на пробежке. Остальные все ещё спали. Я заварил себе кофе и сел за барную стойку, открывая новости на планшете.—Я рад видеть тебя...трезвым,— чуть сомневаясь в своих словах, произнёс сонный Эрвин, который вышел из своей комнаты. Я проигнорировал его слова, от чего между нами повисла неловкая тишина. Он почесал затылок и, достав из холодильника ледяную минералку, налил себе стакан.—Какие у тебя планы?— не угомоняясь, он сел напротив меня и я сжал губы в одну линию, закатив глаза. Отложив планшет в сторону, я сделал глоток горячего напитка и уставился на кудрявого.—Это личное.—Прекрати вести себя как трудный подросток, нам нужно что-то решать с Хьюстоном,— Эрвин оставался спокойным, что, если быть честным, бесило меня.—Я уже решил. Мейсон обломил их план кражи в новом банке на Пикадилли, вызвав анонимно полицию заранее.Я клянусь, его лицо нужно было сфотографировать и распечатать в самом большом формате после моих слов. Я мыслено благодарен, что он не заставил объясняться как я узнал о планах Хью. —Ты теперь работаешь с Уолтом?— возмущение взяло вверх над ним и он отодвинул от себя стакан с водой, начиная хрустеть пальцами. Я выдавил смешок.«Это я веду себя как трудный подросток, Эрвин Харрис?»—Огороди меня от своего допроса, Харрис,— я потянулся за плиткой чёрного шоколада, которая стояла рядом с кудрявым парнем и он машинально пододвинул ее ко мне, нахмурившись.Заметив это, я решил больше не выводить его из себя и не портить ему утро. Хотя мой вечер он вчера испортил по полной. Дверь резко открылась и в дом зашёл мокрый Митчел, на ходу снимая футболку и кидая ее на диван.—Опять ливень,— пояснил он, оттягивая мокрые пряди своих крашеных волос назад. Я вернул своё внимание Эрвину.—Мне тоже не терпится отомстить Дрю, но делать это без какого либо плана- опасно. Как только я придумаю что-нибудь, обязательно поделюсь с вами. Буду благодарен, если и вы придумаете что-нибудь стоящее.Митчел закусил губу, слушая мою реплику, которую я мечтал высказать эти дни. Оба согласились с моим планом и успокоились. Мы позавтракали омлетом, который смастерил Кастиель, как только проснулся и разбежались по делам.Я сел в машину и поехал к дому Юли, чтобы узнать у Фейт местонахождение могилы Гаврилиной в Бристоле. Она звонила в больницу после того, как узнала, что ее подруга скончалась, и узнавала адрес того самого кладбища. По дороги я решил заехать на заправку, чтобы после разговоров с Фейт отправится прямиком в Бристоль. Я питал ненависть просто ко всему, что меня окружало. Я ненавидел эти капли, что беззвучно падали на асфальт, эти высотки, улицы, прохожих, у которых есть жить нормальной жизнью. Но впервую очередь, я ненавидел себя.Выйдя из машины и накинув капюшон, я направился к магазинчику, но меня резко остановили, схватив за локоть.—Куда спешим, Данил Милохин?— я резко оттолкнул девушку, осознав, что это Фиби Хьюстон. Спустя столько лет было интересно посмотреть на неё. Ее коллекция татуировок на руке пополнилась, а волосы стали темнее, чем в последний раз, когда я видел ее. Все такой же сумасшедший взгляд и странная привычка вечно улыбаться. Жизнь щедро наградила ее деньгами, но Фиби было этого мало. Она пошла по стопам изгнанного из семьи брата—Дрю Хьюстона. Этот брат и сестричка вместе проворачивали жуткие дела...—Я очень надеюсь, что тебя крышует кто-то ещё, помимо твоего почти покойного брата, раз ты набралась смелости приблизиться ко мне.Я поджал губы, достав сигареты из кармана. Она подошла ближе, но я сделал шаг назад. Эти трюки больше не пройдут со мной.—Я решила, что тебе нужна поддержка после того, как твоя заложница скончалась. И не смотря на то, что в моей груди все сжалось и я уже чувствовал наступление потемнения в глазах, я пытался казаться непробиваемым.—Ты переходишь черты дозволенного.—Да брось, Дань! Мы это уже проходили. Помнишь ту заложницу с рыжими волосами, кажется, ее звали Менди. Ты сам застрелил ее, когда она осмелилась бежать. Кто же знал, что у тебя чертов фетишь на заложниц девушек. Она хихикнула, выхватывая сигарету из моих рук и я кидаю испепеляющий взгляд в ее сторону. Фиби выбрала идеальное место встречи, здесь я ей ничего не смогу сделать. Она выдыхает дым прямо мне в лицо и хлопает ресницами. Юля действительно была не первой заложницей в нашем доме. Но все остальные были наживками для наших врагов. Хьюстон использовал Юлю примерно так же, как и мы других девушку, чтобы заманить к себе.—Мы можем развлечься. Я обещаю, что ты забудешь свою американскую подружку, которая все ещё под опекой матери.На секунду мое тело хорошенько встряхнуло и я заметил растерянность в глазах этой чертовки. Она попятилась назад, когда я подошёл к ней совсем близко. Схватив ее за запястье, я притянул ее так, что мои губы оказались на уровне ее правого уха. Ее пульс участился. «Все ещё под опекой матери».—Что значит, она все ещё под опекой?—шепнул я ей. Фиби попыталась оттолкнуть меня, но я прижал ее ещё ближе. Ей пришлось упереться своими тонкими ручками мне в грудь.—Я слышала, когда Дрю выяснял про неё, что она живет на деньги матери.Она ахнула, когда я сжал ее запястье.—Не ври мне,— процедил я сквозь зубы.Ее слабостью всегда было то, что она не сладила за языком, когда пыталась привлечь внимание. В ход шли просто любые обидные словечки, когда она пыталась ответить взаимностью на оскорбления и поднять себе самооценку. Совсем маленькая надежда начала зарождаться в моем нутом и я готов выбить из неё всю информацию. —Рассказывай где Юля, а иначе я прострелю тебе голову так же, как и рыженькой Менди. Ведь у меня чертов фетишь на заложниц, а ты сейчас именно ей и являешься. —Она мертва, Милохин!В ее голосе было столько страха. Я ещё никогда не видел ее в таком безвыходном состояние.—Раз.—Ты с ума сошёл, Милохин? Отпусти говорю!—Два.—Я клянусь, единственное, что я знаю— это то, что она мертва.Я достал пистолет из внутреннего кармана куртки и направил его к сердцу Фиби. На глазах появился ужас. И маска сумасшедшей девчонки исчезла, а на ее глазах появились слезы. То ли от страха, то ли от стыда за свой длинный язык.Уверен, что со стороны я выглядел безумно. Так и было. Внутри меня бурлила лава злости и я бы выстрелил в ее грудь, как выстрелили в Юлю их люди. Я оглянулся по сторонам, убедившись, что никого рядом нет и продолжил отсчёт:—Два с половиной...—Она живая в Нью-Йорке у своей матери, конченный мудак!Слова вылетали так быстро, что поверить в них было крайне сложно. Конечно, как я не додумался, что для Хью важнее причинить боль обоим сторонам, а не только мне. Не видеться с Фейт и быть далеко от нас— это пытка для Юли, даже если она это и отрицает.Я отпустил девушку, которая смахнула слезы и толкнула меня в грудь.—Хьюстон не убил ее, но клянусь, что это сделаю я.Расхохотавшись, я крикнул напоследок:—Никогда бы не подумал, что ты воскресишь во мне надежду. Это было нелепо. И я начал верить в то самое добро о котором твердила Гаврилина.Я набрал номер Эрвина и как только он поднял трубку, я вновь рассмеялся. Мне было смешно от того, как глупо обложалась Фиби. Из бардачка я достал солнцезащитные очки.—С тобой все хорошо? Ты опять под каннабисом? —Харрис, Юля жива.Посмотрев в зеркало в машине, я поправил очки.—Данил, если тебя поймают под наркотой в городе, будет крайне сложно тебя вытащить,— услышав звук открывающийся двери, я понял, что он вышел на балкон, чтобы другие парни не услышали наш разговор.«Не беси меня, Харрис!»—Я не под наркотой, придурок. Я только что встретил Фиби и она взболтнула, что Хью отправил Юлю в Нью-Йорк, к матери. Пусть Кастиель узнает у Фейт адрес ее мамы в Америке. Я скоро буду.Я скинул звонок и победно улыбнулся.Вихрь мыслей не давал мне покоя и я понял, что жизнь дала мне ещё один шанс на то, чтобы быть хоть капельку счастливым.