Глава 49

– Стойте, стойте! Не двигайтесь! Вот так! – Да ты достал Даттебайо! – взмолился Наруто. Киба продолжал ползать вокруг с баллончиком. – Долго еще? – поинтересовалась Хината, замечая косые взгляды прохожих. – Чуть-чуть!

Так вышло, что они все вместе гуляли по городу и ели мороженое. Наруто остановился у здания музея, чтобы прочесть афишу художественной выставки. Он обнял Хинату, они стали болтать о возможности или невозможности того, что однажды и их работы могли бы оказаться в этом музее, и тут Киба... нет, не вмешался в спор! Он вспомнил о своей излюбленной теме и стал рисовать тень влюбленных! А пока он старательно вырисовывал баллончиком линии за их спинами на асфальте, им, разумеется, нельзя было шевелиться. – Круто получается! – сделал фотографию Шикамару. Отошел на пару шагов назад и щелкнул еще раз. – О, боже, – рассмеялся Нейджи, видя, как из дверей музея выходит охранник, – бежим! И они сорвались с места. Хината крепко держала руку Наруто и не переставая смеялась. Даже бежать не было сил. Тучный охранник решил, что ему за хулиганами не угнаться, поэтому просто сыпал проклятиями вдогонку.– Подумаешь, на асфальте нарисовали! – возмутился Киба, когда они завернули за угол и сбавили шаг. – Это тоже живопись! Музей у них там или как?

Так же смеясь, они сели на мотоциклы и помчались к берегу. Там, словно разом лишившись разума, молодые люди, скинув одежду, понеслись к воде. Накупавшись до хрипоты, до синих губ и до привкуса соли в носу, они выкарабкались на пляж и распластались на теплом песке рядом с разбросанной повсюду одеждой и обувью. Хината поводила ладонями по песку и присела. Она вгляделась в даль. Цвет моря менялся: то синий, то голубой, то бирюзовый, то темно-зеленый с переходами. Девушка подняла руку и посмотрела, как небо просачивается сквозь пальцы. Безбрежное, тихое, почти прозрачное.

Наруто тоже поднялся и тоже вытянул руку: – Что ты там видишь? Она улыбнулась: – Смотри не на руку, Узумаки. Смотри на небо.Свет пронзал кожу насквозь, она казалась оранжево-красной, светилась. – Мы такие хрупкие внутри, – прошептала Хината.Наруто поднес свою руку к ее руке, закрыл своей ладонью ее ладонь, и свет больше не мог проникать через кожу девушки. – Так крепче, – сказал он. Хината положила голову на его плечо, переплела их пальцы вместе: – А вот так идеально. – Нет, – усмехнулся парень. Поднес их руки к своему сердцу и прижал к груди. – Вот так. Наруто улыбался счастливо, как мальчишка, и она рассмеялась. – Тебе принадлежит весь этот город, – тихо сказал он. – А тебе – мое сердце, – ответила Хината.

И это было в тысячу раз важнее. Уже поздно вечером, когда все друзья собрались в мастерской, Наруто подозвал ее к себе: – Не собираешься домой? Девушка обняла его за шею: – Совсем не хочется. – Страшно? – Вообще-то, да, – печально призналась она.  – Днем казалось, что я горы могу свернуть, а те перь... – Хината посмотрела на весело спорящих друзей, на танцующую у окна Тентен. – Даже не знаю, как к такому можно быть готовой морально. Парень притянул ее к себе и поцеловал в лоб: – Наверное, лучше вернуться, иначе скандала не избежать. – Что поделаешь... Скандал так скандал.

– Кажется, столичные журналисты заинтересовались моим предложением, – сказала Тентен, приблизившись к ним. Она плюхнулась на стул. – Но им нужно переговорить с начальством. Во-первых, если они дадут согласие, нам придется собирать весь материал по стройке. Во-вторых, им нужен ты. – Зачем? – Голос Наруто стал жестким. – Ты центральная фигура так называемого народного сопротивления, – развела руками девушка. – Они предложили скрыть твое лицо и сделать обширное интервью. – Н – это все мы. Это не только я, ты же понимаешь. – Им нужен конкретный человек, лидер. – А потом окажется, что это материал о том, как развивалось уличное искусство на юге страны, а не о нашей борьбе Даттебайо? – Но все же это шанс, – заметила Тентен. Наруто шумно выдохнул. – Или ловушка, – предположила Хината. – Не нарочно, но они могут выдать лидера движения. И тогда конец нам, конец району, конец Наруто, которого могут посадить в тюрьму. – Давайте не будем загадывать наперед, – попросила Тентен. – Давайте сейчас сосредоточим свои силы на чем-то осязаемом? На акции протеста, например? – Я не хочу, чтобы мы просто вывели на улицы людей с лозунгами и подставили их под удар Даттебайо, – сказал Наруто. – Это должна быть мирная инсталляция. Послание. Все должны понимать, что речь идет не о политике, а о живых людях, которым грозит опасность. – Давайте расскажем эту историю сердцем, – поддержала его Хината.