Глава 6

Лицо Доминика стало яростным. Скулы задвигались, зубы заскрипели, зрачки с карих превратились в чёрные, наполняясь гневом. Он стёр ладонью остатки моей слюны, и присев на кровать рядом со мной, достал что-то металлическое из заднего кармана джинс, одним нажатием раскрыв это. 

Стальное лезвие армейского ножа блеснуло на свету. Мне тут же захотелось прижать ноги к груди. Но сильная рука Ника схватила мои ноги за щиколотки и вдавила их в матрас. 

—Проси прощения, детка...  — выдал он с ухмылкой, раскинув с силой мои ноги в стороны.

—Я не стану... — начала снова протестовать, несмотря на лютый страх в душе́.

Доминик, как все затих, с интересом, прокручивая между пальцами рукоять ножа и разглядывая лезвие. Стоящие в проходе, весело усмехались, шепча что-то друг другу на ухо. 

В долю секунды, бывший обернулся в сторону мужчин и подмигнул тому, у которого была камера в руке. Она была как раз у мужчины с рыжей бородой и волосами. 

Рыжий ухмыльнулся, нажав на кнопку включения записи. После навёл объектив на меня и Доминика. Мой мучитель коварно улыбнулся и медленно вернул взгляд ко мне. 

—Чего ты замолчала? Давай, озвучивай свою мысль до конца...  

Ник настойчиво заглянул мне в глаза, не обращая внимания на задний план и камеру. Но я не могла не думать о ней. 

«Зачем он дал сигнал снимать происходящее и позвал их всех сюда? Боже, как же это ужасно...» 

—Я... — замямлила, смотря на красную лампочку индикатора в камере. 

—Смотри на меня. — тихо приказ мне Доминик, и я подчинилась. 

Он приложил лезвие орудия к моему бедру и медленно провёл им по ноге, поднимаясь выше. 

—Нет... Не надо. — я машинально дёрнулась, умоляя прекратить. В глазах застыл немой ужас, когда почувствовала опасный холод от металла.

—Питт, будь добр, придержи её.  — не поворачиваясь, сказал Ник с ухмылкой, стоящему в дверях блондину. 

Мужчина тут же, переглянувшись с остальными, подошёл к кровати войдя в кадр. Стал у изголовья, и схватив мои запястья, заломил их мне за голову. Доминик же сел на меня всем весом сверху, придавив мои колени к матрасу. Теперь, я не в силах двинуться с места!

С моих глаз скатились предательские слёзы и из груди вырвался отчаянный скулёж, как только рука Доминика поднялась выше, достигнув краёв сорочки. Он проник под ткань лишь кончиком рукояти, задев мои интимные места, а я уже заревела в голос, позабыв про смелость. Всё тело напряглось от страха...

—Где же сейчас твоя гордость, а? — с забавой, задал риторический вопрос мой бывший. 

Я не сочла нужным отвечать. На что лезвие внезапно коснулось моего лобка. Сердце пропустило пару быстрых ударов, а тело замерло, боясь напороться на оружие. Я задержала ртом дыхание и это только развеселило Доминика. 

Сдвинув руку в бок, он ткнул тупую часть ножа в мою внутреннюю сторону бедра. Затем надавил острым лезвием, делая царапину на ноге. От острой боли я вскрикнула и выгнулась в спине, почувствовав небольшую струю кр*ви. У меня буквально перехватило дыхание... 

Насытившись моим страхом, Ник убрал нож от моей кожи, дав мне облегчённо выдохнуть.  Я надеялась, что на этом мои мучения закончились. Но, кажется рано радоваться. 

Доминик поднял руку и снова коснулся ножом легонько моего живота. Начал плавно скользить лезвием к груди. Остановившись на сонной артерии горла, облизнул удовлетворённо свои губы. 

 Я судорожно сглотнула, смотря на его лицо. Он выглядел как больной маньяк. А я, как жертва, загнанная в ловушку.

«Моя фигура всегда нравилась Доминику, но сейчас в нём была не просто страсть. В его глазах будто горели огни влечения и азарт» 

В какой-то момент нож исчез с моего горла. Но пальцы "Демона" взялись за мои шлейки сорочки и опустили их вниз. Грудную клетку тут же пронзило холодом. Я покрылась мурашками от холода и страха. Стыд на удивление уже пропал. 

Доминик коснулся лезвием моей правой груди, от чего я громко вскрикнула и зажмурила глаза, не желая видеть происходящее. Меня пугало не только лезвие, но и то, что нахожусь в беспомощном состоянии перед столькими мужчинами, держа в руке чёртову камеру. 

—Ты поняла, что меня нужно слушать? — садист оскалился, задав вопрос и тыкнул до боли ножом рядом с соском. Из груди тоже потекла тёплая, алая струя кр*ви. 

—По-ня-ла. — сбитым дыханием сказала я, надеясь, что он прекратит причинять мне боль. 

—Будешь делать, что скажу? — убрав лезвие от груди, прикоснулся им к коленке.

—Буду... — выдала я, шёпотом. 

Ник прищурился остановившись, но нож так и не убрал. В добавок он сильно сжал двумя пальцами мою порезанную грудь, заставив меня выгнуться от новой дозы боли. Питт, стоящий над моей головой смотрел на всё происходящие одобряюще. Но изредка в нём будто проскальзывало сочувствие по отношению ко мне.

—Пожалуйста, прекрати... — взмолилась я, заплакав в голос. 

—Скажи, что ты МОЯ, и тогда я остановлюсь. — произнёс мне на ухо Доминик. 

—Я твоя, прости...меня! — сквозь слёзы, произнесла я, когда лезвие коснулось вновь моей промежности. 

В этот момент мне показалось, что Доминик готов вонзить лезвие внутрь меня, ни разу не моргнув. 

«Больной псих!» — хотелось выкрикнуть ему это вновь в лицо, но я воздержалась, дабы не усугублять своё положение. Мало ли, что ещё придёт в его больную голову. 

—Хорошо... — выдохнув, Доминик довольно ухмыльнулся, и убрав оружие в карман, встал с меня. Я же начала жадно хватать воздух ртом.

Стоящий до этого в проходе мужчина с камерой, подошёл поближе и начал снимать меня крупным планом.

—Я всё ещё жду, милая... — пробормотал Ник, подняв бровь. 

"Чего он ждёт?" — моргнув ресницами, не поняла я. 

—Давай, иначе я убью вас обоих... — шикнул он, склонившись надо мной.

Испугавшись за жизнь своего парня и за свою, попыталась убрать слёзы. Как только мои руки отпустили и мужчины ушли за камеру, я выполнила то, что хотел бывший. 

—Остин, я не люблю тебя... — выдавила из себя эти слова на камеру, чуть снова не заплакав. 

«Только что, я разрушила надежду на спасение!»

—Умница, теперь отдыхай. — Доминик победно улыбнулся, прежде махнув рыжему рукой, чтобы тот окончил съёмку. 

Почувствовав свободу, я согнула ноги в коленях и поджала их под себя, начав тихо всхлипывать. По моему телу всё ещё текли маленькие струйки кр*ви. Но боль притупилась от адреналина. 

—Пристегните её к кровати! — рявкнул внезапно бывший Доминик своим подельникам. После чего направился к выходу. 

—Дэм, может Нейтана позвать? Пусть её осмотрит. — посмотрев через плечо главного, отозвался тихо рыжий. 

—Позови, Фил. Но с начало, сделайте, как я сказал... Пусть побудет в таком положении одну ночь, потом подумаю, освобождать её или нет. Хочу слышать её мольбу, когда ей приспичит в туалет. Знать, на что она будет готова ради свободы... — произнёс с паузами Доминик. После скрылся в коридоре. 

Оба мужчин подошли ко мне, заставили лечь вновь спиной на матрас, и взяв мои дрожащие запястья, приковали их к изголовью двумя парами железных наручников. Затем все покинули помещение, оставив меня одну с истерикой и жгучими ранами. Не только физическими, но и моральными.  

Проплакав какое-то время, от усталости, мои глаза начали болеть и слипаться. Наверняка я сейчас вся красная... Я отключалась, когда вновь раздался скрип двери и в неё кто-то вошёл.