part 6

С каждым днём всё становилось только сложнее. Мы не были вместе, но и не были порознь. Спали в одной кровати. Завтракали вместе. Иногда он касался моей руки, и от этого хотелось сойти с ума. Но потом он исчезал на весь день и возвращался пахнущий чужими духами.

Я пыталась не спрашивать.Пыталась не лезть в его мир. Но он сам впускал меня — то взглядом, то фразой, то ночами, когда наши тела будто забывали, что днём мы враги.

Однажды ночью он вернулся поздно. Я не спала. Он сел рядом, тихий, почти чужой.

— Я не должен был приходить к тебе тогда, — сказал он.

— Поздно.

— Я знаю.

Он посмотрел на меня. Слишком близко. Слишком пронзительно.

— Я опасен, Ким. И ты это знаешь.

— Но всё равно остаюсь.

Он сжал кулаки:

— Глупая.

— Сумасшедшая.

— Моя.

Он притянул меня, и всё снова вспыхнуло между нами, как бензин на спичке.

---

После той ночи я не видела его два дня. Сначала он просто не вернулся. Потом отключил телефон. Я злилась. Бессильно.

На третий день мы пошли с Тессой на концерт. Она заметила его первой.

— О, Ким... Он там. С ней.

Я повернула голову. Том действительно был в толпе.С той же девушкой, что была на вечеринке. Она смеялась, прижималась к нему.

А он... смотрел на меня.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается. И всё-таки пошла к нему. Подошла вплотную.

— Удачно проводишь время?

Он усмехнулся:

— А ты? Тебя никто не развлекает?

— Только твоя жалкая игра.

Он наклонился ближе:

— Хочешь, чтобы я уехал с ней?

Я посмотрела ему в глаза, полные злости и желания.

— Хочу, чтобы ты перестал быть трусом.

Он шагнул ко мне. Та, вторая, что была рядом с ним, что-то выкрикнула. Он не обратил внимания.

— Я не трус. Я просто знаю, что ты сломаешь меня.

— Поздно, Том.

Он поцеловал меня прямо посреди толпы. Глубоко, болезненно, вызывающе. Девушка рядом закричала и ушла, но ему было плевать.

Когда мы ушли с концерта, он не отпускал мою руку ни на секунду. И в ту ночь между нами снова вспыхнула искра — уже не от страсти, а от боли и признания.