Глава 39. Даня

Как только она зашла в зал, я увидел ее. Все такая же горделивая осанка и цепкий взгляд. Светлые локоны, что когда-то были почти до поясницы, теперь чуть ниже плеч. Красивая. Время Марго совсем не портит. Но если когда-то ее губы улыбались открыто и нежно, то теперь улыбка на ее лице больше похожа на оскал. Алчный. А взгляд такой же оценивающий и продажный, как и у большинства женщин в этом ресторане. Исключение только моя Юля и Инна. – Действительно, неожиданно, – ухмыляюсь и говорю бывшим друзьям ровным голосом. – Кто бы мог подумать.Машинально нахожу ладошку Гаврилиной и вцепляюсь в ее тонкие, изящные пальчики, как в спасительную соломинку. Появляется ощущение, что она – моя единственная связь с реальностью. Отпущу – упаду. – Как ты? – тянет руку бывший друг, которую я намеренно игнорирую, прожигая недобрым взглядом.– Все как обычно. Работа, дом, семья.– Слышал, бизнес идет в гору, – только глухой не заметил бы досады в его вопросе. – Я тоже много чего слышал, Дэн. Марго молчит, словно воды в рот набрала. Смотрит, бегая глазами с меня на Юлю и молчит. Лютая ненависть мелькает в ее голубых глазах, когда она замечает на пальчике Гаврилиной кольцо. Не надо быть гением, чтобы понять, кто она для меня. – Вы? Как?Откидываюсь на спинку стула и краем глаза замечаю, как насупилась сестренка, испепеляя взглядом мою бывшую. Словно вот-вот готова вцепиться той в волосы и повыдергивать к чертям. Вот только зачем лишний раз распыляться. Этот человек не стоил ничего тогда и не представляет ничего из себя сейчас. – Отлично. Вот пришли поужинать, – кивает в сторону жены Денис, а у той кислая мина выражает все ее безмерное желание находиться здесь. – Любит моя Маргоша этот ресторан. Потрясное место.– Да уж... – фыркает "Маргоша", а мне хочется оскалиться в ответ. Твою мать, и как я мог быть таким слепым?! В какой, интересно, момент сказочные мечты моей бывшей о принце на белом коне разнеслись к чертям? Может, когда поняла, что эта сволочь Денис регулярно ходил, ходит и будет ходить налево, искать легкодоступного секса с жаждущими денег дамочками? Надо быть наивной дурой, ожидая от него другого.– Молодцы, – бросаю, понимая, что любви тут явно нет. Да и не было. Сомневаюсь, что эти двое вообще знают, что значит любить.И как-то взгляд сам собой падает на Юлю, которая перехватывает мой взгляд и улыбается. Одними губами. Сама же сидит белее мела и, кажется, даже не дышит.Что она почувствовала, увидев Марго? Больше чем уверен, что вбила себе в голову кучу глупостей и думает, что эта женщина еще каким-то образом может меня взволновать. Вот только единственное, чем эта стоящая напротив парочка задевает, так это воспоминанием о предательстве. Хреново. Не скрою. Неприятно. Заставляет вспомнить, каким был глупым и зеленым. Но не более того. И возможно, еще сутки назад, я бы мог подумать, что сам себя обманываю, но вчерашний день, проведенный наедине с женщиной, к которой тянет просто с космической силой, слишком все тщательно разложил по полочкам в моей голове и в сердце. Любить – это не сгорать в постели и держать отношения на чистой физиологии, даже не зная, о чем порой поговорить.Любить – это ругаться, кусаться, спорить, но при этом понимать, что без этого человека ты не уснешь. Уходить и все равно возвращаться, понимая, что без нее жизни дальше нет. Что тянет, даже когда вы разругались в пух и прах. Что хочешь только ее. Во всех смыслах. Защитить, обнять, оберегать ото всех. Вот это любовь!А не та глупость, что я наивно считал настоящими чувствами много лет назад.И правильно говорят. Все что ни делается – все к лучшему. – Не познакомишь? – наконец-то открывает рот бывшая подруга, кивая в сторону моей невесты.– Нет. Марго. – Юлия, – слышу твердый родной голосок и оборачиваюсь. На лице любимой несгибаемая решимость. – Не могу сказать, что рада знакомству. В этот момент опешили все, даже Инна, подпрыгивающая на месте от злости.– Маргарита, – бросает бывшая. – Взаимно.Девушки обмениваются, хотелось бы сказать улыбками, но нет, оскалами, и я сильнее сжимаю ладошку Гаврилина. Моя девочка. Во всех смыслах. Не могу сдержать довольной улыбки.– Ну, – тяну и беру со стола бокал с вином, – познакомились, а теперь... хорошего вечера, ребята, – салютую, напрямую говоря, что им пора.Только до бывших друзей не сразу доходит, что их, мягко говоря, выпроваживают. Но когда доходит, лицо Марго буквально перекосила мерзкая гримаса.– Рады были пообщаться, Милохин.– Попутного ветра ребят, – возвращаю ей ее же сарказм. И делаю глоток алкоголя, обжигаясь. Не заметив, как вылакал бокал одним махом до дна.И бросив взгляд на Инну с Лешей, эти Бонни и Клайд наконец-то "отчаливают".– Змеюка. Как хотелось ее неприятную мину расцарапать тогда, так хочется и до сих пор, – выдает Инна, стоит парочки только отойти от нас, и кидает на меня обеспокоенный взгляд. – Все в норме?Я же только улыбаюсь, пожимая плечами и говоря:– В норме, Инн. Потому что, может, и резануло по живому их появление здесь, но эти люди давно уже вычеркнуты из моей жизни. – Ты как? – поворачиваюсь к Юле, подцепляя пальцами за подбородок и заставляя посмотреть на меня. – Все хорошо? – шепчу, пока сестренка с мужем отвлечены разговором. – Эффектная, – трогает губы печальная улыбка. – В такую сложно не влюбиться.– Ничего подобного, Гаврилина, – рычу, даже не представляя, чего она вбила в свою милую головку. – Даже не думай. Что бы там ни было! Поняла? – Хорошо, – и снова улыбка. Словно это ее любимый щит, за которым она сегодня собирается от меня прятаться.– Юля!– Я поняла-поняла, – торопливо говорит девушка, обхватывая меня за запястье. – Не думать.– Извини, но я правда, не думал, что столкнемся здесь, – провожу подушечкой большого пальца по сладким губкам и, не сдержавшись, быстро целую, ощущая острую необходимость прикоснуться.И еще раз. И еще пару томительно-долгих раз, впитывая ее запах и наслаждаясь мягкостью и вкусом ее губ.– Все хорошо, – заладила Гаврилина, уверяя, вот только я же вижу, что ничего не хорошо. – Пошли, – встаю из-за стола и тяну Юлю за собой.– Куда? – удивденно хлопает ресницами, но поднимается.– Вы ку... – начинает Инна, но тут же замолкает, поймав мой предупреждающий взгляд. – Хм...– Скоро вернемся, – бросаю ребятам и, уверенно перехватив за ладошку Гаврилину, размашистым шагом веду ее за собой в сторону уборных. – Даня, что ты удумал? – слышу за спиной и, не медля ни секунды, открываю дверь в женский туалет и убедившись, что никого там нет, затаскиваю за собой неуверенно переступающую ногами Юлю и закрываю за нами дверь на замок. Разворачиваюсь и встречаю удивленный, испуганный взгляд Гаврилиной.– Я не маньяк! – поднимаю руки, оттесняя ее к стене.– Зачем ты меня сюда притащил? – Затем что хочу, чтобы ты поняла, Юля. Ничего эффектного, настоящего и хорошего в ней нет, – говорю, обхватывая ладошками смущенные щечки и заглядывая прямо в глаза, в зелени которых можно утонуть.– Я же сказала, что по...– По взгляду вижу, что ты себя с ней сравниваешь, – перебиваю, прижимая за талию к себе. – Не вздумай.– Но как?! – наконец-то возмущенно выдыхает Юля, а я внутренне ликую, что удалось-таки пробиться через эту ее броню "все хорошо". – Как не сравнивать? – шепчет и дует губы. – Она красивая. Она из хорошей семьи. Богата...– Нет! – машу головой. -–Нет и нет, Гаврилина. Я обязательно тебе все расскажу. Позже. Когда будем дома. Но сейчас хочу, чтобы ты даже на мгновение перестала сомневаться в своем превосходстве над ней. Над Марго, Анжелой и над любой из них в этом ресторане, – говорю и вижу, как прячет взгляд Юля, а щечки все больше и больше покрывает милый румянец. – Ты лучше. Поняла меня? – зарываюсь пальцами в волосах и, обхватив за затылок, заставляю посмотреть на меня. – В десятки раз. В сотни, Гаврилина, – говорю и чувствую, как бешено бьется ее сердечко и растягиваются в улыбке губы. Нет. Это пытка.Стоять с ней так близко наедине и не поцеловать.– И не вздумай сказать мне "хорошо", – предупреждаю и, услышав ее тихий смех, целую. Прикасаюсь к ее губам и вкладываю в свои движения всю силу желания и всю ту агонию, что гуляет внутри рядом с ней. Постоянно. Заставляю разомкнуть губки и проникаю языком, сходя с ума от мягкости и нежности ее губ. Полной грудью вдыхая ее запах и заводясь от ее ответных движений. Запускаю ладошку в вырез ее длинной юбки и хватаю за ногу, заставляя закинуть мне на бедра.Сгорю. Однажды я точно сгорю от желания.Это преступление – хотеть кого-то вот так. До искр в глазах. Но я, черт побери, ничего с собой не могу поделать и, если бы не стук в дверь уборной, мы бы на этом поцелуе здесь не остановились.– Так, – вздыхает Юля, отстраняясь, – побережем силы до возвращения домой, – смеется, тяжело дыша. – Запомни, на чем мы остановились, – ухмыляюсь и, поймав ее теплый взгляд, поправляю смятую рубашку, целую в щеку и хватаюсь за ручку двери. – Жду тебя в коридоре, – вздыхаю, с секунду пронаблюдав, как торопливо Юля одергивает юбку, и больше не говоря ни слова, щелкаю замком и выхожу. Встречаясь с ошарашенным взглядом одной из посетительниц, которая, судя по всему, поняла, что мы там не губы красили.Черт. Губы. – Медовый месяц, дело такое, – ухмыляюсь, вгоняя женщину в еще большую краску, а сам иду на террасу, оттирая пальцами помаду Юли со своих губ.Курить хочу. Последний раз. Последняя сигарета и брошу. Точно брошу!– Да уж, смотрю все слишком серьезно, Милохин... – слышу ехидное за спиной и оборачиваюсь, как по щелчку пальцев снова закипая, только на этот раз от злости.