Глава 6

Октавия

Международный аэропорт Кеблавик был расположен в 50 километрах от Рейкьявика. Выйдя из здания я сразу обратила внимание на зеленую траву и небольшой прудик посередине. В середине воды возвышалась железная фигура яйца, из которого торчал хвост какого-то животного. — Что это? Хвост динозавра? — поинтересовалась я ни у кого-то конкретного. — Не знаю, может быть кентавра? — сказал Мэтт и прищурив глаза, смотрел на сооружение. — Кентавр - это мифологическое существо с туловищем коня и с головой и грудью человека, — ответила я, поворачивая голову в его сторону, с приподнявшей одной бровью. — У него не может быть такого хвоста. — Ну, я не разбираюсь в римской мифологии, — он смущенно отвел от меня взгляд. — Это древнегреческая мифология, — ответил Аарон, ни на кого не глядя. Мэтт что-то невнятно пробурчал себе под нос и ускорил шаг. Мы с Анной переглянулись и обе еле сдержали смех. Загрузившись в автобус мы направились в город. По пути были только пустые поля, ведь сам город находился достаточно далеко. — Я смотрела путеводитель, нам обязательно нужно посетить церковь Хатльгримскиркья и выставку «Рейкьявик 871». О-о, и ещё улицу «Лёйгавегур» и музей «Киты Исландии», — Анна продолжала перечислять достопримечательности, которые нам стоит посетить. Я прервала ее тираду. — Анна, Анна! — только после нескольких повторов ее имени, она остановилась и взглянула на меня. — У нас уже завтра ночью вылет. У нас не будет времени, чтобы посетить все, что ты сейчас перечислила. Выбери какие-нибудь две и мы на них сходим. — Всего две? — Ты же сама знаешь, что у нас не так много времени. Она это знала, но тем не менее расстроилась. То ли от того, что мы не успеем посетить все, то ли от какой-то своей мысли. По приезде в отель, Аарон и Мэтт пошли забрать на ресепшене ключи. В этот раз номера у нас были на двоих, поэтому пришлось поделиться на пары. Я вместе с Анной пошли наверх, чтобы переодеться, а после отправиться гулять по городу. В этот раз к нам решили присоединиться Уилл с Мэттом и Джанет с Сесилией. Сначала мы пошли к церкви, с каким-то замудренным названием, которое я не запомнила. И я не пожалела об этом. Это оказался грандиозный лютеранский храм, возвышающийся на 74 метра в высоту. Оно походило на «застывшее во льду пламя», как выражались сами местные. — Зайдем внутрь? — спросил Уилл. Все согласно закивали и мы направились к большой бронзовой двери на главном входе. Изнутри сооружение казалось ещё выше. Огромные витражные окна и купола. Но самое интересное находилось не здесь. На крыше храма располагалась смотровая площадка. Оттуда открывался вид на город с 360-градусным обзором. Раньше к ней вели только бесконечные ступеньки, но сейчас наверх можно доехать и на лифте. Поднявшись наверх я обомлела от вида. На улице был день, поэтому прекрасно можно было рассмотреть город. Эти крохотные дома и бесконечный океан. По улицам шныряли люди и машины, но на фоне большого города они выглядели такими маленькими и незначительными. — Красиво, правда? — возле меня появился Уилл и оперся руками на перилла. — А ночью это здание и весь город ещё подсвечиваются лампами, что делает виды ещё более красивыми. — Ты здесь уже был? — поинтересовалась я, разглядывая дома. — Да, когда я был маленькими мы с мамой много путешествовали по миру. Здесь, в Исландии, я был два раза. Сейчас третий. — Наверное поэтому ты и стал стюардом. Ты любишь путешествовать, — это не был вопрос, но он все равно на него ответил. — Да, так и есть, — Уилл взглянул на меня, а я на него. — У меня остались прекрасные воспоминания от поездок за границу с мамой. И после окончания школы я сначала хотел стать пилотом, но понял что это слишком ответственная работа для меня. Поэтому выбрал профессию бортпроводника. — Бортпроводник - это тоже очень ответственная профессия. — А я и не спорю, — он приподнял руки в капитулирующем движении. — Кому, как не нам это знать. Но согласись, что пилоты - это более ответственная работа. Я не спорила. Ведь это так и было. Поэтому я просто ничего не ответила и отвернулась к городу. Дальше мы прогулялись по улице Лёйгавегур. Аллея была популярна своим обилием магазинов. Она была просто усыпана ими. На ней мы зашли в один из множества баров, чтобы перекусить. Выходя оттуда - на улице уже стемнело и мы решили направиться обратно в гостиницу. По приходу у нас должно было быть ещё пара часов на отдых. Следующий полет у нас был разворотный рейс в Нью-Йорк. По прилете туда, мы должны сразу обратно отправляться в Хитроу, но уже в качестве пассажиров. Мы полетим со сменным экипажем, который будет ждать нас в аэропорту Рейкьявика. А пока у нас есть ещё время немного прогуляться. — Смотрите, что это там? — восторженным голосом спросила Сесилия и указала куда-то пальцем. Я проследила за ее направлением руки и увидела вдалеке луч света, устремленный в небо. — Это «Колонна мира», — ответила Анна. Она видимо много разузнала про местные достопримечательности. — Это сделано с помощью мощного прожектора, свет которого достигает четыре километра в высоту. Это было необычное зрелище, даже когда ты находишься вдалеке от самого места. По приходу в отель я сразу отправилась в номер, а Анна осталась в вестибюле, о чем-то разговаривающая с Уиллом. Он хороший парень, но иногда меня раздражают его подкаты. Хоть они и были ненавязчивыми, они все же были. Я согласилась сходить с ним на свидание, только в знак благодарности, за тот день, когда он меня подвез, но начинать с ним отношения я не собиралась. Если он сам этого не поймёт, мне придется сказать ему об этом напрямую. Я уже подошла к двери нашей комнаты, когда из соседнего номера справа вдруг вышел мужчина. Я повернулась полубоком и поняла, что это Аарон. Он тоже заметил меня, и сначала у меня было ощущение, что он хочет зайти обратно, но переборов себя он все же вышел в холл. — Привет, — поздоровалась я с ним. Я шарила в кармане своих брюк, в поисках ключ-карты. — Привет, почему ещё не отдыхаешь? Нам предстоит шестичасовой полет, уверена, что выдержишь его без отдыха? — его брови были нахмурены, а в голосе не звучало ни капельки заботы о моем состоянии. Это было сказано сухим и безэмоциональным голосом. — Я как раз шла отдохнуть, — достав ключ-карту я провела ею по замку, но вместо зеленого, загорелся красный индикатор. Я попробовала ещё раз и ещё, но он не срабатывал. Видимо размагнитился. Придется спускаться на ресепшен и просить новую. А я уже так устала ходить, мне хотелось только залечь на кровать и отрубиться хотя бы на час. — Что, не работает? — я незаметно вздрогнула от его голоса и обернулась. Он все ещё стоял возле своего номера. — Ты все ещё здесь что-ли? — я старалась ни придавать голосу ни одной эмоции. — Мне кажется я задал тебе вопрос, — он скрестил руки и прислонился к стене. — А мне кажется, что это не твое дело. — Все, что касается моего экипажа - мое дело. — А мне казалось, что мы - экипаж Джона, — я повернулась к нему лицом и посмотрела в глаза. — Так что наши жизни - это не твое дело. — Пока я работаю с вами, вы - моя команда и все, что касается работы - мое дело, — я видела, как он нахмурил брови и его выражения лица стало ещё более каменным, а голос ещё более холодным. — То, что моя стюардесса не отдохнет, повлияет на ее работу. А ее работа, влияет на работоспособность всей команды, в том числе - и на меня. Поэтому в данный момент ты - это мое дело. — А я тебе вот, что скажу, — я подошла ближе, так что мне пришлось чуть-чуть приподнять голову, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Мой отдых не повлияет на работоспособность всей команды. Если я буду усталой - это сугубо мои личные заботы. Но в случае чего я всегда могу взять себя в руки и отпахать на все сто процентов. И моя работа отнюдь никак не влияет на экипаж и его состояние. Ты это должен сам прекрасно знать, — я говорила это совершенно спокойным тоном, что бесило его ещё больше. Я говорила банальные вещи, которые он сам знает, что раздражало его вдвойне. Не дожидавшись его ответа, я прошла прямо, задев его плечом. Спустившись вниз, я взяла новый ключ на ресепшене и поднялась наверх. Аарона уже и след простыл. Не знаю, почему я ожидала, что он все ещё будет здесь. Зайдя в комнату, я легла на кровать у окна, поставила будильник через полтора часа и почти тут же уснула, забывая о нашем небольшом конфликте с капитаном.

Аарон

Вылет был в пять утра, поэтому в четыре мы уже все находились в аэропорту. Познакомились с нашим сменным экипажем и отправились на брифинг. Я старался не вспоминать об Октавии, о том как легко она вчера вывела меня из себя. Я правда должен беспокоиться о физическом состоянии своей команды, если хочу, чтобы полет прошел хорошо. А она просто взяла и обесценила мое беспокойство. Наехала на меня и ушла не дав сказать и слова в ответ. Тем самым ещё больше напомнив мне о ней. Она тоже любила спорить со мной и перечить. Поэтому сегодня я как можно меньше контактировал с Октавией. Не смотрел на нее и не разговаривал. Так было проще и мне и ей. Мне вообще не обязательно с ней разговаривать. Полет до Нью-Йорка прошел в целом хорошо. Правда, мы попали в небольшую зону турбулентности, но через двадцать минут вышли из нее и до конца полета больше не о чем было беспокоиться. После приземления, не выходя из аэропорта, пошли переодеваться в комнатах для экипажей. После чего загрузились опять в самолет. Бизнес-класс сегодня был забронирован для нас, и именно там мы и расположились. Преимущества нашей работы - это вот такие редкие полеты в бизнес-классе. Когда экипаж расположился, я встал и направился к кокпиту. Там я ещё раз поздоровался с капитаном Мэтью и вторым пилотом Наталиэлем. — Что там по прогнозу? — поинтересовался я, садясь в дополнительное кресло, находящееся возле двери. — Ожидается небольшая турбулентность, но ничего серьезного, — ответил капитан хриплым голосом. Ему было уже около семидесяти, но он оставался одним из лучших пилотов нашей компании. Правда в последнее время он стал выглядеть неважно, и начальство думает об его отставке. Они даже говорили об этом самому Мэтью, но тот сказал, что он ещё вполне здоров, чтобы безопасно переправлять пассажиров через страны. — Судя по прогнозам ещё может начаться гроза в Лондоне, — сказал второй пилот, сверяясь с бумагами. — Но об этом мы будет думать при посадке. В воздухе она нам не помешает. — Хорошо, в случае чего можете обращаться ко мне, — сказал я. — Мистер Бейкер, — обратился ко мне капитан. — Я понимаю, что вы один из самых молодых и лучших капитанов нашей компании, но у меня стаж побольше вашего будет, — он снисходительно улыбнулся. — Вряд ли вы знаете что-то, чего не знаю я. — Я понимаю, — я тоже улыбнулся ему и вышел из кабины. Пассажиров через минуту уже должны были начать запускать, поэтому я быстрым шагом добрался до своего места. Я сел рядом с Мэттом, который уже успел уснуть, прислонившись к окну. Достав бумаги и откинув столик, я принялся заполнять отчеты. Обычно это делает Мэтт, но я решил дать ему отдохнуть. Все равно я сейчас не усну, так лучше займусь делом. Я услышал позади себя шаги и как кто-то сел позади меня. Как только она заговорила, я понял, кто это. Октавия принялась беседовать с Анной, тем самым мешая мне сосредоточиться на документах. Целый час я пытался их заполнить, но в мою голову влезали посторонние голоса и отвлекали. Наш полет длится семь часов, не смогут же они общаться все это время. Но спустя ещё один час мое терпение не выдержало и я развернулся к ним. — Девушки, вы не затыкаетесь уже второй час, — начал я. — Из-за этого я не могу сосредоточиться на своей работе. Можете пожалуйста прекратить тараторить. — Судя по всему, мешаем мы только тебе, — ответила мне Октавия. Я оглянулся на Мэтта, который продолжал спать. Потом оглядел весь салон. Никто не обращал внимания на девушек, видимо они и правда мешались только мне. — И тем не менее, я прошу вас быть потише, — сказал я, обращаясь к Анне. На Октавию я принципиально не смотрел. — Извини, мы постараемся не отвлекать тебя, — было мне ответом, которым я удовлетворился. Я отвернулся и попытался снова сосредоточиться на работе. К моему удивлению, они и правда перестали болтать. Через полчаса я аккуратно обернулся к ним и увидел, что они обе уснули. Октавия положила голову на плечо Анны, а та оперлась щекой на ее голову. Ее рыжие волосы рассыпались по плечам и закрывали лицо. Мне хотелось протянуть руку и убрать их ей за ухо, но я сдержал этот мимолетный порыв. Развернулся обратно на свое место, откинул голову и на секунду прикрыл глаза.

Я почувствовал, что кто-то тормошит меня за плечо. Открыв глаза я увидел перед собой стюардессу, не из моего экипажа. Она трогала меня за плечо и широко улыбалась. Но улыбка выглядела слишком натянутой и мне показалось, что я увидел напряжение в ее глазах. — Капитан Бейкер, вас вызывают в кабину пилота, — продолжая широко улыбаться, сказала стюардесса. — Что-то случилось? — я приподнялся и посмотрел на наручные часы. Мы летим уже шесть часов. Похоже я не заметил, как заснул. — Вам лучше самому туда прийти, — я встал и последовал за стюардессой. Я увидел, как кто-то из команды напряженно смотрит мне вслед. Они тоже почуяли неладное. Мы подошли к кокпиту, стюардесса набрала код и дверь открылась. Первое, что бросилось мне в глаза - это пустое капитанское кресло. На месте справа я увидел взволнованного второго пилота. Тут я перевел взгляд на дополнительное кресло и увидел на нем распластавшегося Мэтью. Возле него сидела ещё одна стюардесса и проверяла пульс. — Что случилось? — спросил я, присаживаясь рядом с ней. — Не знаю точно, но все указывает на то, что у него инфаркт, — салфетками она утерла выступившие капли пота на лбу капитана. — Он встал из кресла и сказал, что хочет выйти попить воды, — я обернулся на голос Натаниэля, второго пилота. — Я ему сказал, что можно попросить стюардессу, но он сказал, что в кабине душно и ему нужно немного пройтись. Когда он подошел к двери, то видимо потерял сознание. Он просто завалился набок и упал на пол. Я тут же подскочил к нему и вызвал стюардессу. Мы посадили его в кресло и я отправил Женевьеву к вам, — видимо это была та самая девушка, которая меня разбудила. — Я не знаю, что делать. Думал совершить на аварийную посадку, но мы уже через полчаса будем в Лондоне. В общем я не знаю, что делать и поэтому позвал вас. — В каком он состоянии? Протянет до места назначения? — спросил я у стюардессы, поднимаясь на ноги. — Я не врач, точно сказать не могу. Но пульс у него учащенный. Наверное надо спросить у пассажиров, есть ли среди них врач. — Нельзя, иначе пассажиры поднимут панику, что мы летим без капитана, — начал было Натаниэль, но я уже отдавал приказ девушке. — Идите в салон и спросите есть ли среди них врачи. Скажите, что поплохело одной из стюардесс, так паника не начнётся, — я повернулся ко второму пилоту, когда девушка уже выходила из кабины. — Я сяду за штурвал, помогу тебе посадить самолет. Что там по погоде? — Над Хитроу сейчас гроза, сильный дождь и ветер, — второй пилот явно был сильно взволнован. — Ничего, я и ни при таких условиях сажал самолет, — ответил я, садясь в кресло и связываясь с диспетчером. Надо было попросить их передать информацию о смене капитана начальству. Через несколько минут пришла стюардесса, за ней шел мужчина лет сорока пяти, с небольшим чемоданчиком в руках. — Вы же сказали, что плохо стюардессе, — сказал он, но в его голосе не было страха. — Здравствуйте, меня зовут Аарон Бейкер, а это капитан Мэтью, он вел самолет, — он хотел было что-то сказать, но я не дал ему это сделать. — Есть подозрение, что у него инфаркт, можете пожалуйста оценить его состояние. Не волнуйтесь, самолет поведу я, я тоже пилот. — Сейчас проверим, — мужчина наклонился и принялся ощупывать больного. — Как Вас зовут? — поинтересовался я, следя за его отточенными движениями. — Билл Галлахер, можно просто - Билл, — он расстегнул несколько пуговиц на рубашке Мэтью и достал что-то из своего чемоданчика. После чего он рукой раскрыл рот капитана и капнул какое-то количество капель этого вещества. Закончив, он положил баночку обратно и встал, поворачиваясь ко мне. — Все указывает на микроинфаркт. Я дал ему 30 капель корвалола, это должно нормализовать пульс и успокоить организм. Но ему нужна госпитализация. — До Лондона лететь ещё десять минут, потом около двадцати-тридцати минут займет посадка. Он сможет дотянуть? — я очень надеялся на положительный ответ. — Смочь, то он может сможет, но по прилете нужно, чтобы машина скорой помощи уже нас ждала, после чего первым вывести его из самолета. — Это мы сможем организовать, — я поблагодарил Билла и он вышел из кабины, обещаю никому из пассажиров про это не рассказывать. Я надеялся, что он сдержит свое обещание. — Нам надо перетащить его в зону отдыха для экипажа, чтобы он мог принять лежачее положения, — сказала Женевьева, которая зашла сюда сразу после выхода врача. — Но придется протащить его через салон. — Нам нужно будет протащить его через весь самолет, ты это понимаешь?Тогда все точно поймут, что это капитан и начнут паниковать, — ответил ей Натаниэль. — Но его нельзя оставлять в таком положении, — повысила тон девушка. — Тихо вы, дайте подумать, — ответил я, перебирая в голове варианты. Это конечно напугает пассажиров, так рисковать нельзя. У меня появилась другая идея. — Нам не обязательно нести его в зону отдыха экипажа. Кресла бизнес-класса раскладываются в кровати. Можно будет положить его и пристегнуть. На всякий случай ещё посадить кого-нибудь рядом. — Отличная идея, только кто его понесет? — спросила стюардесса, нервно поглядывая на капитана. Его пиджак висел на кресле, а верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, поэтому капитан дышал не так часто, как до этого. — У вас есть стюарды мужского пола? — Только один. — Тогда выйдите, скажите моим стюардам помочь, — стюардесса вышла и вернулась через пять минут с Уиллом и Джейкобом, нашим вторым мужчиной стюардом. Он был крепкий и высокий. — Аарон, что случилось? — спросил Уилл, но его взгляд тут же устремился к полулежавшему Мэтью. — Он умер? — Пока нет, но случится может, что угодно, — я увидел, как Натаниэль расширил глаза от моих слов. — Извини, но это правда. В общем помогите отнести его на мое место и разложить кресло так, чтобы он смог лечь, — обратился я к парням. Джейкоб почесал рукой затылок, примеряя как бы лучше взять мужчину. — Я пойду за вами и объясню экипажу всю ситуацию. Уилл с Джейкобом в четыре руки подхватили Мэтью и с тяжелым кряхтением понесли его в салон. Женевьева открыла перед ними дверь и я последовал за парнями. Никто из нашей команды уже не спал, все их внимание теперь сосредоточилось на капитане. — Что такое? — Анна выглянула из-за кресла и ахнула, прикрывая рот рукой. — Это что, капитан? Он умер? Уилл усмехнулся, ведь несколько минут назад задал тот же вопрос. — Нет, но дела обстоят не лучшим образом, — обратился я ко всем сразу. Взгляды всей команды уставились на меня и внимали каждому моему слову. — У него случился микроинфаркт, поэтому самолет поведу я. На земле нас будет ждать скорая помощь, хотя погодка там отвратительная. В Лондоне гроза с дождем. — Что насчет ветра? В какую сторону дует? — этот вопрос задала Октавия. Не думал, что она знает детали управления самолетом. — Ветер боковой. — Черт, это хреново, — она что-то просчитывала у себя в голове. — Но мокрая полоса должна ещё больше усложнить задачу. У тебя получится посадить самолет? — А ты что, хочешь помочь? — огрызнулся я. — Нет, я просто беспокоюсь за безопастность пассажиров. Может мы лучше ещё покружим над аэропортом и дождемся более благоприятных условий? — Ветер сейчас находится в пределах нормы посадки. А Мэтью дольше ждать нельзя, его и так сразу надо было госпитализировать, ждать больше нужного мы не можем. — Просто будь осторожен и не лихач, — она пристально смотрела на меня и ее беспокойство не было поддельным. Я тоже волновался, но мне нельзя было терять контроль, поэтому я просто скупо кивнул и ушел в кабину. Через десять минут мы снизились и увидели, что творится в Хитроу. Шёл ливень, но благо не было молний. Это бы только усложнило нам и так сложную задачу. — Сажал когда-нибудь самолет при боковом ветре и скользкой полосе? — поинтересовался я у второго пилота. — Нет, — Натаниэль явно нервничал и я решил немного успокоить ее. — Когда я был в летнем училище, то встречался с одной девушкой. Хотелось как-то ее впечатлить и позвал посмотреть, как я летаю на кукурузнике. Полет прошел отлично и она даже хлопала мне. Но когда я вылезал из самолета, то запнулся о какой-то трос и потерял равновесие. На ровном месте я умудрился сломать руку и получить небольшое сотрясение мозга, — я улыбался, вспоминая эту историю. — Мне было так неловко, что все это произошло у нее на глазах, что сам после этого и бросил ее. Эта история немного сняла напряжение в кабине и второй пилот заметно расслабился. Так-то лучше. — Начинаем подготовку к снижению, — сказал я, настраивая чистоту диспетчерской позиции Хитроу. — Закрылки в положение 30. Скорость 150 узлов, — Натаниэль повторял мои слова и настроил режим введения по маршруту. Мы снизились до эшелона 40. Видимость из-за дождя и темноты была не очень хорошей. — Так, армируем захват курса глиссады, — мы начали работу со стартом. Ветер дул с правой стороны. —Снижаемся до 30 эшелона. Выпускай шасси. Закрылки в положение 15, — второй пилот четко выполнял мои указания. — Захватили глиссаду. Закрылки в положение 30. Я настроил угол носа самолета против ветра. За счет сопротивления самолет выравнивается и задние шасси касаются полосы. Я почувствовал небольшой удар и понял, что нас заносит. Я начал выравнивать направление носа по оси взлетно-посадочной полосы вручную. Самолет недостаточно выровнялся, нас все ещё заносило влево. Тогда я включил реверс тяги и отклонением педалей установил самолет по оси ВПП, после чего перемещением колонки штурвала от себя до упора опустил самолет на передние колеса. Выпустил средние спойлеры и приступил к торможению. После включения реверса самолет шел ровно по полосе и в итоге остановился. — Самое сложное осталось позади, — я обернулся к Натаниэлю. — Поздравляю с успешной посадкой. Тот облегченно вздохнул и тихо рассмеялся. Видимо перенервничал. Надеюсь он после этого не уволится. Я рулил до конца полосы и включил ВСУ. Нас уже встречала машина скорой помощи и бригада. Они стояли под проливным дождем и ждали полной остановки самолета. Я поставил судно на парковочный тормоз и отключил двигатели. Первым делом на носилках вынести капитана Мэтью, после чего начали выпускать пассажиров. Мы со вторым пилотом ждали освобождения самолета, сидя в кокпите. После этого мне ещё нужно было зайти к начальству и сделать отчет, с того момента как я принял на себя управление. Спустя только два часа я вышел из кабинета и направился к выходу. Но я увидел свою команду и слегка опешил. Что они здесь делают? Самолет давным-давно приземлился и сейчас они должны были отдыхать у себя дома. Как только они заметили меня, то сразу всем составом направились в мою сторону. — Что сказали? — спросил кто-то из толпы. — Все прошло хорошо? — Что вы здесь делаете? — озадаченно спросил я, проигнорировав их вопрос. — Тебя ждали, — ответил старший бортпроводник. — Не хотели уходить, не зная что происходит. — Ничего не происходит, — ответил я, оглядывая их всех. Мои глаза остановились на Октавии. Она стояла около Уилла и пронзительно смотрела на меня. Как будто хотела прочесть мои мысли и понять, что я сейчас чувствую. — Нам второй пилот сказал, что тебя вызвали на ковер к начальству, — сказала Анна. — Мы подумали, что тебя хотят уволить. — Уволить? — я хрипло рассмеялся. От этого все только больше насторожились. — Уволить за то, что я благополучно посадил самолет в критических условиях? С чего бы это? Нет, меня только попросили составить отчет о полете и задали пару вопросов по поводу капитана Мэтью. — Фух, ну слава богу, — эмоционально сказала Анна. — Мы уж думали, что придется с тобой прощаться, — неожиданно она подошла и резко обняла меня. Я опешил и не знал, что мне делать, но она уже отпустила меня и отошла назад. Они все ждали здесь два часа, только потому что думали, что меня могут уволить. И когда я успел заслужить их уважение ко мне? — Не стоило меня ждать, правда, — я слабо улыбнулся и вспомнил ещё одну вещь. — Кстати, капитана Мэтью благополучно доставили в больницу и сказали - жить будет. Только теперь он уже не сможет пилотировать. Его карьера летчика окончена. — Главное, что с ним самим все в порядке, — сказал кто-то. После чего мы направились к выходу и начали разъезжаться по домам. Я увидел, что Октавия стоит возле входа и копается в телефоне. Я подошел к ней. — Черт бы побрал эти гребаные такси, — она нервно тыкала в телефон. — Все хорошо? — она подняла голову, когда услышала меня. Она колебалась, не знала отвечать мне или нет. Но в итоге ответила. — Автобусы уже не ходят, а такси все на данный момент заняты и ближайшее сможет прибыть только через сорок минут, — она опять что-то начала тыкать в телефоне. — Подвезти? — я сам не понял, как этот вопрос вырвался из моих уст. Я вовсе не это хотел сказать. Я даже не знаю, на что я рассчитывал, когда подходил к ней. Но на мой вопрос она удивленно подняла голову и рассмеялась. — Ты предлагаешь подвезти меня? С чего вдруг такая благотворительность? Мне не нужны твои подачки. — Это не подачка, — процедил я сквозь сжатые губы. Какая нахалка, я ей предлагаю помощь, а она смеется надо мной. — И я уже пожалел, о том что предложил. Не хочешь, не надо. Au revoir! Я развернулся и пошел к парковке. Когда я уже подошел к своей машине, я услышал сзади приближающиеся шаги и настойчивый голос, требующий чтобы я остановился. Я резко затормозил и развернулся. От неожиданности сего действия она практически врезалась в меня. — Твою мать, зачем так резко тормозить, — она отошла на шаг назад. — Я принимаю твое предложение, спасибо. Как ни в чем не бывало, она обогнула мою машину и встала напротив пассажирской двери. Посмотрела на меня и кивнула на машину, ожидая, когда я ее открою. Я прыснул и направился к водительскому месту. У меня была BMW 7 чёрного цвета. Я купил ее год назад и с тех пор эта малышка меня ни разу не подводила. Водить я любил так же, как и пилотировать. Мы сели в машину, она сказала адрес и я поехал по направлению к ее дому. Первые минуты в салоне была тишина, после чего она первой решила нарушить молчание. — Как там второй пилот? Хорошо справился со своей задачей? — Вполне, — я не отрывал взгляда от дороги. — Он сильно волновался, но работал как профессионал. Четко выполнял указания. — Хорошо, иначе наверное если бы не ты, то никто бы из нас не дожил до приземления, — она усмехнулась. — А как там Уилл? — не знаю, зачем я это спросил. Идиот. — А при чем тут он? — она посмотрела на меня, но я был сконцентрирован на дороге. Тогда она посмотрела на мои руки, обхватывающие руль и я почему-то немного занервничал. Я начал постукивать одним пальцем по рулю, но это только больше взбесило меня. Тогда я убрал руку на колено и продолжал вести одной рукой. — Я не знаю, позвони ему и спроси. О чем она? Ах да, я же спрашивал про Уилла. — Вы разве не встречаетесь? — и что на меня сегодня нашло. Наверное в моей крови до сих пор играет адреналин из-за посадки, иначе никогда бы такого не спросил у нее. — С чего бы это? Нет, мы просто друзья, — она вновь посмотрела на меня. Я остановился на светофоре и тоже развернул голову в ее сторону. Сейчас она не была накрашена и я увидел небольшое скопление веснушек на ее щеках и носу. В ее глазах отражались свет фар проезжающих мимо машин и было ощущение, что она вылезла из сказки. Ее расслабленное лицо ничего не выражало, зато глаза казались очень оживленными. Наверное я никогда не видел глаз красивее. Я услышал сигнал автомобиля и увидел, что уже давно горит зеленый свет. Я газанул и молчал всю оставшуюся дорогу. Она тоже ничего не говорила. Только когда мы подъехали к дому, прежде чем выйти из машины, она сказала. — Ты сегодня отлично посадил самолет, несмотря на стрессовую ситуацию, — она уже держалась рукой за ручку двери. — Можешь гордиться собой. — Я и так. — Напыщенный индюк, — эти слова она сказала тихо, но я ее услышал. Она вышла из машины и нагнувшись сказала. — Спасибо, что подвез. — Пожалуйста, — но она уже закрыла дверь и шла домой. Я дождался когда она зайдёт в подъезд и только после этого поехал к себе.