Глава 14. Гости в чужом доме

Энрика

Я ещё не успела открыть глаза, как услышала какой-то шум и крик Киллиана.

Мы снова в дерьме?

Видимо, да.

Голова ещё была слегка ватной, и шея безумно затекла. Не разжимая век, я попыталась немного потянуться, но резко врезалась во что-то твёрдое. Глаза распахнулись сами собой. Понимание ситуации не приходило. Уши улавливали непонятные для меня фразы.

– Где моя мать? Где она, блять?!

Это голос Киллиана. Да? Это точно его голос.

Я лишь слегка отодвинулась и поняла, что всё время упиралась в его спину. Корпус Киллиана уже был в передней части машины. Его руки плотно сжимали ворот какого-то таксиста. В этот момент мне стало страшно. Голова машинально мотнулась в сторону окна, и я осознала, что мы уже стоим рядом с отелем.

Но что за пиздец происходит? Почему мы не выходим? Почему Киллиан взбесился? Причём тут мать?

– Я уже сказал всё, что знал. Меня никто не посвящал в подробности, – голос водителя был до дрожи спокоен, как будто его вовсе не смущала происходящая ситуация.

– Как-то эта блядская бумажка оказалась в твоих руках! – орал Киллиан. Его голос оглушал. – Как-то же ты встретил её или кого-то другого! Где это было? Где? Кто тебе её дал? Отведи меня к этому человеку? – безостановочно тараторил он. – Контакты, данные, хоть что-нибудь! У тебя должно было остаться хоть что-то!

– Мистер Блейн, я уже всё вам объяснил. Ваша мать запретила применять к вам силу...

– Я сейчас к тебе силу применяю, сука! Ответь хоть на один блядский вопрос!

Эта ситуация пугала меня всё сильнее. Я ничего не понимала. Лишь прижималась к двери, чтобы эти разборки не зацепили меня. Киллиан будто обезумел. Тряс бедного таксиста и вовсе не желал отпускать его из рук. Но, могу сказать, что этот парень тоже был неплохо сложен. И судя по трясущимся рукам Киллиана, драка – это последнее, что нам сейчас нужно.

– Киллиан! – наконец завопила я. – Что происходит?

Но он даже не шелохнулся. Его костяшки побелели от того, с какой силой были вцеплены в уже растянутую ткань. Глаза упирались в до сих пор спокойного водителя.

А я была готова дать ему затрещину, чтобы вернуть в чувства. Понимала, что если приближусь сейчас, меня могут случайно зацепить. Думаю, тогда бы он пришёл в себя, но зачем мне лишний синяк?

– Вам нельзя знать больше. И я не обладаю той информацией, которую вы хотите услышать. Моя задача состояла только в том, чтобы передать записку.

– Киллиан!

Я уже хотела попробовать схватить его или ударить, но меня опередили. Послышался щелчок ремня безопасности, и незнакомый парень слишком резво повернулся. Я заметила лишь, как его кулак со всей силы прилетел в лицо моего бешеного ненаглядного. Киллиан был не в себе. Неожиданный удар откинул его назад и, как будто бы, лишил всех чувств.

Водитель же, как ни в чём не бывало, вышел из машины, слегка поправил растянутую рубашку и куда-то направился. Я не успела даже коснуться Киллиана, как мужские руки схватили его и вытащили из машины, усаживая на грязный асфальт.

Дверь осталась открытой, и я в панике выскочила, падая на колени рядом с держащимся за лицо Киллианом.

– Ты как? Покажи! – я потянула ладони к нему. – Убери руки!

Шум захлопнувшегося багажника заставил меня вздрогнуть. Я подняла глаза и встретилась взглядом с до сих пор спокойным водителем. Он лишь поджал губы, видимо, не нашёл подходящих слов. Выглядел, как побитый щенок, хотя как раз таки раненый сидел рядом со мной. Затем молча сел в машину и уехал в темноту. Меня обдало ветром и грязью от быстро удаляющихся колёс. И только когда машина скрылась из вида, я заметила наши вещи, стоящие у входа в отель.

– Сука! Сука! Сука! – Киллиан без остановки бил себя по голове.

– Тише. Успокойся и объясни, что тут вообще происходит.

– Я... я не знаю, Эри, – его голос звучал так растерянно, что моё сердце сжалось в комок. Он даже не решался поднять на меня взгляд. – Я не знаю. Я ничего не знаю. Дай мне несколько минут. Не смотри на меня, – Киллиан всё больше отворачивался от меня, зарываясь в собственных коленях. – Дай мне время, и я приду в себя. Пару минут. Иди внутрь. Я скоро вернусь и всё объясню.

Такое поведение испугало меня ни на шутку. Вечно уверенный Киллиан, который говорил, что всё решит, что всё уладит, был мне привычен и слишком знаком. А такой растерянный вид заставлял думать о самом страшном.

– Эй, тише. Тише. Всё хорошо, – я вновь ухватилась за его лицо, поднимая его на себя. Серые глаза всё ещё смотрели в сторону, игнорируя все мои попытки докопаться до истины. – Я рядом. Мы вместе. Мы справимся. Что бы там ни было.

– Тут ничего не поможет. Всё плохо, – устало прошептал он. – Эри, всё очень плохо. И я не понимаю, как нам поступить. Не знаю. Ничего не знаю.

– Всё хорошо. Не бойся.

– Я не боюсь! – выкрикнул он, будто это было что-то постыдное.

Пришлось наклониться, вынуждая наши взгляды пересечься.

– Посмотри на меня. Посмотри, говорю, – наконец я добилась того, чего хотела. Грустные глаза встретились с моими. Я лишь нервно сглотнула от непонимания. – Что случилось? Такое твоё странное поведение пугает меня ещё больше, понимаешь? Бояться – это нормально. Не нужно защищать меня от всего. Я всегда буду смотреть на тебя. Расскажи, что произошло. Вместе мы найдём решение.

Киллиан помедлил, поджал губы, будто пытаясь проглотить слова. Казалось, что если он их не скажет, то всё это будет неправдой.

– Эри, я не знаю, как разорваться. Не знаю, где правда, где ложь. Не знаю, как всем помочь. Блять! – он вновь ударил себя по голове, но я вцепилась в его руку. – Коул. Мне звонил Коул. Дома пиздец. Эд с отцом за решёткой. Так ещё их засадила бывшая моего старшего братика. И я не знаю, как поведёт себя этот идиот. Возможно, расскажет всё, лишь бы она обратила на него внимание, – Киллиан тяжело выдохнул. – И малышня. Их заберут, если мы не приедем.

Шон? Коул? Их заберут?

Нет! Не позволю! Нельзя!

Эти дети и так не видели ничьей любви. Так ещё и детский дом? Нет. Нет. Нет. Ни в коем случае.

– Успокойся. Билеты на завтра уже куплены. Уже завтра мы будем с ними. Никто их не заберёт. Придумаем, как вытащить Эда и вашего отца. Если затянется, оформим опеку. Всё будет хорошо.

– Нет. Это не всё. Тот таксист... Он слышал мой разговор с Коулом. И как только я сбросил, протянул мне записку.

– Какую?

– Вот, прочитай.

Киллиан протянул мне скомканный в руках небольшой листок. Я взяла его и принялась распрямлять. Послание было маленькое:

Киллиан, не смейте возвращаться домой!Сбегите! Ты не идиот. Мозгов хватит найти новое место для жизни. Бегите как можно дальше. Но даже не думай возвращаться домой!

Мама

Я подняла испуганные глаза, и он криво улыбнулся. С каждой секундой мне всё яснее становилась произошедшая пару минут назад ситуация. Конечно, Киллиан захотел узнать подробности о своей матери. Я уже слышала от него, что никаких вестей от неё не было. Отец с Эдом не прекращали поиски, но все они были безрезультатными.

– Это её почерк. Правда, её. Я помню. Некоторые буквы слегка вытянуты, посмотри, – Киллиан ткнул пальцем в бумажку. – И наклон сильный. Это точно писала мама. – он посмотрел наверх, стараясь выровнять сбивчивое дыхание. – Вот о чём я говорил. Мы не можем бросить малышню. Но и эта записка очень пугает...

– Правильно, – перебила его я. – Мы не можем их оставить.

– А если слова матери связаны с тобой и Джеком или ещё кем? – серьёзный взгляд заставил меня вздрогнуть. – Если вся эта ситуация не случайна? Если это специально спланированный повод, чтобы затянуть нас назад? Если ты пострадаешь, пока я буду вытаскивать Эда? Или... или ещё что-нибудь...

– Тише, – пришлось накрыть губы Киллиана ладонью, чтобы остановить эти безумные теории. – Даже если всё подстроено, ты же понимаешь, что мы не можем остаться здесь или свалить куда подальше? Шон и Коул? Как они будут? Мы бросим их? Оставим твоего брата и отца гнить за решёткой? Мы все не святые, но мне плевать, – мой палец врезался в его грудь. – Ты – моя семья. Блейны – моя семья. И кто бы из вас что ни натворил, я всегда буду на вашей стороне. Мне плевать, что правильно, а что нет. Меня волнуют только те люди, которые меня касаются, на остальных плевать.

Киллиан прикрыл глаза. Он молчал. Может, подбирал, что сказать. Может, обдумывал мои слова. Но в любом случае, уже выглядел более спокойным.

– Я знаю, что ты права. Но слова матери. Думаешь, она просто так хочет обезопасить? Или эта женщина хочет ещё больше запутать нас? Господи, я уже ничего не понимаю, – Киллиан потёр уставшие глаза. – На чьей она стороне? Говорит ли правду? А может, это вообще не она писала? Может, подделали почерк?

– Плевать, на чьей она стороне. Это будем решать и узнавать позже. Сейчас у нас одна задача – не дать малышне попасть в детский дом. Забрать их и успокоить. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала одно, потом другое. Я уже говорила тебе, что хочу стать сильнее. Пора возвращаться. Самая сильная мысль, которая подкосила меня тогда , это то, что ты отказался от меня, выбрал другую. Ни Джек, ни его истязания. Я и раньше переживала ад. Но потом появился ты. Киллиан, вместе с тобой я справлюсь. Мы со всем разберёмся. А если Джек или кто-то другой что-то задумали, если что-то сделают со мной, я прекрасно знаю, что ты перережешь горло любому.

Неожиданно для себя я услышала его смех. Он знал, что я права. И я знала, что ради меня он именно так и поступит.

– Ты уверена, что нужно возвращаться?

– Да.

– Блять. Я знал, что будет сложно. Но не думал, что всё начнётся даже раньше нашего возвращения. Засиделись мы здесь. Видимо, и правда нам пора домой.

***

Утром следующего дня мы уже были в самолёте. Уверенность в правильности решения не растворилась. Киллиан так же, как и я, помнил, что положение безвыходное. Как бы ни было страшно, что бы ни приготовила для нас судьба, мы должны вернуться домой. Перед моими глазами вновь и вновь возникали образы малышни. Хотя Коула было тяжело назвать прямо-таки малышом, но для нас всё было именно так. Пятнадцатилетний парень с расшатанной психикой явно не был в состоянии справиться со всем один. Да и страх того, что их могли забрать, усиливался с каждой секундой.

Рука Киллиана сжала мою, наши пальцы переплелись. Я закрыла глаза, стараясь выровнять дыхание и опустошить голову от навязчивых мыслей. Но одна за одной вновь и вновь проникали в голову.

Я не переживу, если мы опоздаем. Не вынесу, если кто-то из моих близких людей пострадает.

– Попробуй заснуть, – прошептал Киллиан, слегка наклоняясь ко мне. – Всё будет хорошо.

С этой ночи он вновь и вновь повторял эту фразу. Думаю, что таким образом уверял меня и себя в правдивости этих слов.

Всё будет хорошо.

Всё будет хорошо.

Сил сопротивляться еле открывающимся векам не осталось. Только облокотилась на его плечо и провалилась в неизвестность.

Сознание вернулось ко мне лишь когда самолёт вновь коснулся земли. Сонная я плелась вслед за Киллианом, который тащил наши вещи. На выходе из аэропорта нас встретили люди, которые раньше помогли Киллиану пересечь границу, когда он бежал из психбольницы.

Мы только сели в машину, и я расслабилась, понимая, что осталось совсем немного, и я увижу родных людей. Глаза вновь начали слипаться.

***

Дыхание давалось всё тяжелее с каждым шагом. Я медленно плелась по дороге, погружённая в бесконечные размышления, упиралась взглядом в землю. Даже не слышала топот Киллиана за спиной. Лишь прокручивала в голове то, что сейчас должна буду произнести. Мысли путались: одна накладывалась на другую и перекрывалась третьей. Слова не подбирались. Всего было мало. Любая фраза звучала как жалкая насмешка, особенно когда я представляла их глаза. Те взгляды, с которыми вот-вот встречусь.

Ноги упёрлись во что-то. Я нехотя подняла глаза и увидела родную дверь. Время пришло. Больше оттягивать было нельзя. Плотно сжала кулаки: ногти впились в ладонь. Боль помогла хоть немного вернуть здравый рассудок. Сердце уже давно было не на месте, в висках отдавался барабанящий звук.

Я поднесла сжатую руку к двери и ударила два раза. Внутри все внутренности сжались в одну секунду. Лёгкие вновь передавило. Стало резко жарко, и казалось, что даже тошнота подошла к горлу.

Два глухих стука. И тишина. Но затем чей-то громкий топот послышался с той стороны двери.

Веки закрылись лишь на пару секунд. Раз. Два. Три. Я распахнула глаза. Маленькая детская рука обхватила тяжёлую дверь и пыталась её распахнуть. Ноги будто прилипли к полу. Я не могла пошевелиться. Неужели теперь всё будет хорошо? Неужели это правда происходит со мной? Наконец, дверь смогла приоткрыться, и детский силуэт шагнул из темноты.

Неужели?

Передо мной стоял Шон. Мой малыш. Тот, кому я читала сказки перед сном. Тот, чьи рассказы про динозавров слушала с открытым ртом, восхищаясь его невероятной памятью. Тот, кого я полюбила как младшего брата, как родного человека. Его заспанный вид заставил мои губы дрогнуть в улыбке. Шон потирал закрытые глаза и зевал, не прикрывая рот рукой. Мой милый малыш. В ту же секунду я почувствовала, как по моей щеке покатилась слеза, а за ней вторая. Я уже не могла остановить это.

– Прости, что задержалась.

Всё, что смогла сказать я, хоть сто раз прокручивала в голове эту встречу.

– Рика? Рика? – вновь прошептал Шон, а затем его глаза округлились. – Рика! Это ты? – уже вскрикнул малыш. – Это же ты? Рика! Рика! Ты вернулась!

Он быстро шагнул вперёд и вцепился в мою ногу, впиваясь в джинсу пальцами. Слёзы уже безостановочно стекали по моему лицу, и горло сдавило. Я наклонилась, подхватывая его на руки и прижимая так близко, как только могла. Детское тельце дрожало и хваталось за мою шею. Шон плакал со мной в унисон и продолжал безостановочно шептать моё имя.

– Да, мой маленький, мой хороший. Я дома. Я здесь. Всё хорошо.

Я уже не могла открыть глаза, лишь наслаждалась долгожданной встречей и этими тёплыми объятьями. Но один звук всё же заставил меня вздрогнуть.

– Рика? – из глубины дома послышался голос Коула. – Блять! Неужели!

– Коул...

Не успела договорить я, как входная дверь с шумом ударилась о стену, и мои плечи сжались в сильных объятьях. Голова Коула уже лежала на моём плече. Даже маленький Шон взвыл от силы, с которой нас обоих сжимали.

– Рика. Рика. Неужели. Неужели это ты? Я так скучал. Боже, спасибо, – ещё тише прошептал Коул. – Спасибо. Неужели.

Он поднял голову и уставился на меня, как будто подбирая слова. Но вместо этого его губы припали к моей макушке.

Казалось, что в этом действии не было какого-то странного контекста. Вовсе не то чувство, когда Коул вздумал поцеловать меня в тот раз. Это ощущалось как сильная тоска, которая только что закончилась. Но кое-кому так вовсе не показалось. За моей спиной послышался голос человека, которого никто из этой малышни не заметил.

– Ты тоже давай, грань не переходи. Уйди, – прошипел Киллиан, снимая руки брата с моей спины. – Ты слишком прилипчивый. Обними лучше брата. Ой, как я по тебе соскучился, – он резко сам сжал его в крепких объятьях. – Коул. Коул. Как же я скучал по тебе. Ночами не спал, всё думал, как ты тут.

В голосе Киллиана читалась некая язвительность, но я прекрасно знала, что он действительно скучал по малышне, что любил свою семью.

Наконец мы снова встретились. Наконец я смогла увидеть этих двоих. Сейчас мне не хотелось как-то скрывать или контролировать эмоции. Это было не нужно. Я хотела, чтобы они знали, что я тоже безумно скучала по ним, что хотела вернуться. Позже всё-всё им расскажу, но не сейчас. В данную секунду просто хотелось насладиться моментом.

– Я так скучала по вам, – шептала я, всё сильнее прижимая к себе Шона и поглядывая то на него, то на Коула. – Думала, никогда не увижу. Думала, что та идиотская свадьба будет моим последним воспоминанием с вами. Я вас так люблю. Так скучала. Так скучала по вам.

Вновь прикрыла глаза, чтобы хоть чуть-чуть остановить весь поток слёз.

Я так счастлива! Безумно счастлива!

Но где-то вдалеке навязчиво и безостановочно звучал чей-то голос. Что? Это Киллиан? Это он кричит? Но что он кричит? И почему?

– Эри! Эри! Приди в себя! Эри, очнись!

Я резко распахнула глаза и подскочила. Руки Киллиана сжимали моё лицо и с ужасом осматривали каждую частичку на нём. Осознание ситуации никак не приходило. Я полностью потерялась в пространстве. Где Шон и Коул? Почему мы в полутьме? Почему? Что вообще происходит? Ведь секунду назад я...

– Где Шон? Где Коул? Где мы? – я вырвала свою голову из его рук и принялась безостановочно крутить головой. – Что происходит? Мы же только что были дома!

Неужели то место, где я сейчас нахожусь, – это реальность? Неужели никакой встречи не было? Неужели это был сон? Издевательский сон? Что это, блять, было?!

Мои щёки всё ещё были влажными, как и секунду назад. Я плакала во сне. Всё было таким настоящим. Всё и было настоящим! Я не могла это придумать! Это не мог быть мираж или глупый сон! Это была правда! Шон плакал на моих руках, и я вместе с ним! Коул сжимал меня в руках! Я видела их! Мы были дома! Мы, блять, были дома! Только что, сука! Мы были дома!

– Эри...

– Нет! – резким воплем перебила его я. Продолжала безостановочно крутить головой в надежде очнуться от этого кошмара. – Нет! Мы только что были дома! Я видела их! Мы были дома! Нет! Киллиан! Нет! Это неправда!

– Эри, – Киллиан поджимал губы и не решался поднять на меня взгляд. – Это был сон или обморок. Я не знаю. Нас заперли. Но ты не бойся, – серые глаза, которые я еле могла разглядеть в этой тьме, посмотрели в мои. – Мы выберемся, – после этой фразы мои губы задрожали, и я не смогла сдержаться. Осознание обрушилось на меня, очередной всхлип вырвался из горла. Киллиан схватил меня и прижал к груди. – Тише. Тише. Не плачь. Скоро мы выберемся. Эри, я обещаю. Помнишь, ты сама говорила, что всё будет хорошо.

Почему? Почему наша жизнь не может быть хоть на капельку легче? Почему этот мир так жесток к нам? В прошлой жизни я была кем-то ужасным? Почему сейчас должна так страдать? Почему всё не могло пойти нормально? Почему мы просто не могли спокойно вернуться домой?

Может, это то, о чём предупреждала нас миссис Блейн? Может, от этого хотела обезопасить? А если это она сама и подстроила?

Дерьмо.

Несколько минут я продолжала реветь в его руках. Цеплялась, выла, кричала и пыталась прийти в себя. Киллиан же держался. Видимо, вчера была его точка кипения, а сегодня – моя. Мы оба очень устали. Хотелось бы ещё немного выдохнуть. Снова вернуться в тот злополучный колледж и познать все сложности обычной жизни. Но наша судьба иная. В ней слишком много испытаний. И как бы я ни ненавидела все эти обстоятельства, именно они столкнули нас с Киллианом, именно они раз за разом сводят нас вместе. И если такова цена, чтобы быть рядом, я готова.

Нужно стать сильнее, как и говорила. Мне необходимо вернуть прежнюю стойкость. Страх не поможет преодолеть все эти идиотские испытания, поэтому нет смысла тратить на него время. Страх только в голове. Нужно опустошить её, отпустить ситуацию. Его не существует. Это всего лишь эмоция, которую я позволяю себе испытывать. Он нереален. 

– Где мы? – вытирая остатки слёз, прошептала я. – Как долго мы здесь?

– Точно не знаю. Сам очнулся минут за десять до твоего пробуждения. Нас чем-то отравили. Газ или... чёрт знает. Я потерял сознание, когда машина приблизилась к границе. Глаза слиплись. Ничего не помню. Мы пересекли границу и, думаю, что мы уже где-то внутри города.

– Думаешь, это Джек?

– Кто ещё способен на подобное дерьмо?

Я понимала, что Киллиан прав. Только этот псих мог схватить нас и запереть чёрт знает где.

– Нас убьют, – раздался чей-то шёпот. – Нас точно убьют. Мы все умрём.

Моя голова машинально повернулась к источнику шума. Только сейчас я осознала, что мы были заперты не одни. Растерянность после сна и полутьма скрыли от моих глаз настоящую картину происходящего. Я аккуратно привстала с Киллиана и на ватных ногах шагнула в неизвестность. Голос сразу показался мне знакомым, но определить в ту же секунду, кому он принадлежал, я не могла. Лишь присмотревшись, заметила зажатую в углу фигуру. У меня даже рот слегка приоткрылся. Это был сын бывшего главы – Сэм Ноэль. Тот самый золотой мальчик, который всё время спускал деньги отца в казино. Видимо, если бывший глава и жив, то он не захотел забирать этого непутёвого ребёнка с собой. Хотя и ребёнком его было сложно назвать. Этот идиот был старше меня, если меня не подводит память. Его запястья остались такими же тонкими, как я и запомнила. Только эти светлые волосы отросли ещё сильнее. Они лежали на его груди и полностью скрывали лицо.

Сэм, как и всегда, отличался смелостью и позитивным настроем. Вроде бы сын бывшего главы, а вёл себя как маленький мальчик.

– А ты что здесь забыл? – я аккуратно присела на корточки рядом с ним.

– Не говори со мной! – рявкнул он, ещё больше сжимаясь в комок. – Я знаю, что мистер Холл ищет тебя. Мне не стоит с тобой говорить. Это он нас тут запер, – его голос был похож на сумасшедшего. – Если здесь есть камеры или прослушка? Не говори со мной! Мне не нужны проблемы!

– О ком ты? Кто такой мистер Холл? – Киллиан опередил мои вопросы и подсел рядом.

– Вы оба идиоты? – наконец Сэм удосужился заправить длинные волосы за уши и продемонстрировал нам своё лицо. – Новый глава! Как вы можете этого не знать? До сих пор думаете, что мой отец глава центра?

– Джек...

Только успела произнести я, как Сэм зашипел, заглушая мой голос.

– Тише. Побольше уважения. А то... – его глаза метались по темноте за нашими спинами. – Хотя тебе нечего бояться. Он явно простит тебя за любую ошибку. А вот тебя, – Сэм кивнул в сторону Киллиана. – Тебя он точно прикончит. Все на ушах были. Энрика Грейс пропала. А потом и второй сын Блейнов. Мистер Холл сразу понял, что что-то не так. Так что зря вы решили вернуться.

– Заткнись! – рявкнул Киллиан. – Как ты попал сюда? Как давно здесь? Что ты знаешь?

Сэм молчал, лишь притянул ноги ближе к себе и попытался вновь вжаться и скрыться. Но у моего любимого психа нервы были расшатаны до предела. Киллиан дёрнул его за ногу, слегка протягивая тело по полу.

– Отвечай!

– Успокойся! – Сэм вытянул руки вперёд, пытаясь остановить безумие. – Хорошо! Я скажу! Скажу, – он вновь попытался усесться. Видимо, на локте его кожа содралась, потому что Сэм сразу схватился за него второй рукой. – Я пытался пересечь границу. Хотел сбежать на поиски отца, ведь этот идиот бросил нас с матерью. А может, он вообще сдох. Я ничего не знаю! Но я побоялся оставаться здесь. В обществе уже давно ходят волнения. Мистер Холл не всех устраивает. И некоторые начали собираться вокруг меня, желая сделать главой.

Я даже усмехнулась от абсурдности его слов. Неужели Джек устроил настоящую тиранию, раз кто-то решил, что нерадивый Сэм способен стать лучшим главой, чем он? Конечно, я понимала, что это вполне возможно. Мистер Ноэль слишком долго занимал свой пост, и многие просто напросто привыкли к подобному управлению. Но разве Сэм хоть чем-то похож на отца? Раздолбай, которого всю жизнь недолюбливало общество. Но меня слишком долго не было в городе, чтобы что-то утверждать.

– И зачем ты попытался бежать? – Киллиан уселся на землю, притягивая меня к себе.

Мне стало чуть легче от его прикосновений. Темнота и слегка замкнутое пространство пугали меня. Но настолько быстро сменяющиеся события даже не дали мне до конца осознать, в каких обстоятельствах я сейчас находилась.

Рядом с ним мне не так страшно. И его руки, сжимающие меня, помогли сбавить бешеный пульс.

– Я испугался, – вновь прозвучал голос Сэма. – Мне не нужна эта ответственность. Но самое страшное было даже не это. Я не хотел идти против нового главы, не хотел рисковать своей жизнью ради глупых игр за власть. Мне это не нужно, – он откашлялся, отводя стыдливый взгляд. – Не знаю, сколько уже прошло. В этой тьме тяжело ориентироваться во времени. Может, дня два или три. Не знаю. В одном уверен точно: мы сейчас в доме главы. Когда меня несли сюда, я очнулся на секунду и увидел дом изнутри. Не так давно сам приходил сюда для объяснения всех этих волнений в обществе. И я даже думать не хочу, что со мной сделают дальше.

– Почему Джек вызвал тебя не в здание центра, а домой? – уточнил Киллиан.

– Я не знаю. Ничего не знаю. Может, меня хотели убрать без свидетелей.

– Он мог это сделать и в центре.

– Я же сказал, что не знаю! – вскрикнул Сэм, но быстро понизил голос. – Всё, что знал, рассказал.

Неужели Джек уже начал сходить с ума, лишь немного почувствовав вкус власти? Честно, я не хотела знать ответ на этот вопрос. Лучше бы он умер. Лучше бы кто-то случайно или специально прострелил ему голову или перерезал глотку.

На секунду я задумалась о том, что даже будь главой мистер Ноэль, всё было бы проще. Было бы хоть понятно, чего можно ожидать и к чему готовиться. А что ждать от этого психа, я не знала.

Возникшую тишину прервал звук резко открывшейся двери. Искусственный свет проник в комнату. Глаза заболели от неожиданной вспышки после той тьмы, где мы находились. Тёмная фигура лишь толкнула что-то в комнату и захлопнула дверь, быстро поворачивая ключ.

Киллиан дёрнулся к двери и начал барабанить в неё руками, кричать, бить ногами. Но всё было тщетно. Мы вновь оказались заперты.

– Что это? – я притянула рукой небольшой столик на колёсах, который только что закатили сюда.

Мне удалось присмотреться и понять, что это была небольшая тележка с едой. Два уровня, на которых находилось три подноса. Тарелка с сэндвичем и бутылка воды. Сбалансированный завтрак, что сказать. Или сейчас уже обед? А может, вообще и ужин? Как же отвратительно не знать время.

Сэм, не глядя, вцепился в еду, начиная жадно поглощать её. Мы же с только успокоившимся Киллианом решили пропустить приём пищи. Даже воду было страшно пить. А вот Сэм с радостью ухватился и за наши порции.

И, видимо, не зря мы решили не пробовать только что поданную еду, так как спустя несколько минут из горла Сэма вырвался громкий, нескончаемый кашель. Он осел на стену, на которую только что облокачивался. Киллиан дёрнулся к нему, приложил два пальца к шее.

– Живой. Просто без сознания. Зачем ел эту хуйню? Идиот.

Признаться честно, нас мало волновало его благополучие. Не умер и хорошо. Единственное, что сейчас было важно – это выбраться отсюда. Неизвестно сколько уже прошло времени. Малышня ждёт нас. Мы обещали вернуться сегодня. Но мысль, что «сегодня» уже прошло и неизвестно сколько вообще прошло – пугала до чёртиков.

Несколько часов мы с Киллианом пытались найти на ощупь хоть что-то полезное. Перетрогали все стены. Ничего. Абсолютно. Единственное, было понятно, что мы не в подвале. Это какая-то комната. Без окон. На полу было какое-то деревянное покрытие, на стенах краска. Никакого бетона, холода, кирпичей. Ничего странного.

Киллиан ещё не раз пытался вынести дверь, но всё было бессмысленно. Мы даже осмотрели тележку в поисках чего-то полезного. Но ничего. Таранили тележкой дверь. Бессмысленно. Все попытки были тщетны.

– Блять! Сука! Откройся! – Киллиан вновь и вновь пытался сломать замок на двери.

– Сядь. Отдохни. Нам нужно подумать.

– Не о чём думать. Отсюда только один выход – через дверь. И либо мы её выбьем, либо снесём голову тому чудесному доставщику еды, когда он наведается в следующий раз.

Я вновь проверила, жив ли Сэм, и убедилась в этом. Запыхавшийся Киллиан плюхнулся рядом со мной, вновь притягивая к себе.

Весь этот стресс и переживания о том, как выбраться, полностью выместили клаустрофобию из моей головы. Скажу честно, на неё не осталось даже сил. Все мои мысли занимали малыши, которые ждали нас дома.

– Как думаешь, моя мать сейчас находится вместе с его отцом? – Киллиан кивнул в сторону лежащего на земле Сэма.

– Не знаю. Не уверена. Но всё возможно.

– Хотя бы жива, – прошептал он, опуская голову на свободное колено.

– Мы найдём её. У миссис Блейн явно есть оправдания и ответы на все твои вопросы.

– Я уже ни в чём не уверен. Ну, только в одном на все сто. Первым делом, как мы выйдем отсюда, я вскрою горло ублюдку гав гаву. Хотя нужно...

Киллиан резко замолчал, к чему-то прислушиваясь. Он подскочил и подбежал к двери, распахивая её. Я прикрыла глаза рукой от резкого света. Ещё не понимала, что произошло.

– Кто-то любезно открыл нам дверь, – прошептал он. – Или же этот идиот что-то задумал. Но кто? Кто будет нам помогать? Может, это снова человек его матери? Или же это очередная подстава от Джека? Хотя зачем ему выпускать нас? Особенно моего озлобленного психа? Уж явно по шуму можно было догадаться, что мы не стали есть ту отраву.

– Аккуратно беги на улицу и спрячься. А мне нужно прикончить одного ублюдка, – Киллиан мило улыбнулся мне, подавая руку и помогая встать. – Сама понимаешь, что это лучший шанс. Чем быстрее я избавлюсь от него, тем меньше проблем у нас будет. Спрячься неподалёку, я скоро найду тебя.

Его губы на секунду прихватили мои, как будто этим поцелуем он хотел остановить мои любые возражения.

Киллиан потянул меня за собой, осматриваясь по сторонам. Довёл до выхода и аккуратно выглянул наружу. На улице уже была поздняя ночь. Лишь небольшое количество охраны стояло у входа на саму территорию.

– Чисто. Спрячься в тех кустах, – он указал на самую затемнённую часть участка. – Эри, я скоро вернусь. А теперь беги.

Я понимала, что он прав. Прикончить Джека сейчас – это самая лучшая идея. И решение нашей основной проблемы.

Всё будет хорошо.

Всё должно быть хорошо.

У меня уже почти получилось добраться до укрытия. Но в один момент я кое-что осознала. Мурашки побежали по спине. И я рванула назад в дом, даже не оглядываясь на охрану. Влетела внутрь и начала осматриваться.

О нет! О нет!

Я забежала в первую попавшуюся комнату и принялась крутить головой. Может, я ошибаюсь? Может, это всё пробелы в памяти после стресса? Или другие обстоятельства?

Но тут на мои глаза попала небольшая фотография, стоящая на резном, винтажном камине. Я взяла её трясущимися руками и протёрла глаза, мирясь с реальностью.

Подождите. Стоп. Стоп. Стоп. Неужели это какая-то ошибка? Зачем у Джека в доме стоит фотография Сэма с матерью? Нет. Подождите. Блять.

Я была права!

Это не дом Джека. Поэтому я в моменте и поняла, что ничего здесь не узнаю. Надеялась, что, может, этот псих удумал купить новую жилплощадь. Но эта фотография лишь подтвердила мои сомнения.

Это не Джек всё подстроил. И это не его стоит сейчас бояться. Это дело рук Сэма! Того, кто так искусно притворялся испуганным. Того, кто сейчас лежит без сознания. Ведь так?

Но зачем? На чьей он стороне? И где сейчас Киллиан?

– Килли... – попыталась заорать я, но грубая рука накрыла мой болтливый рот.

Глаза стали в ужасе метаться. Я не могла вырваться, хоть и пыталась дёргаться.

– Тише, Рика, – прошептал Сэм в моё ухо. – Не порти игру, если увидела подсказку. Дай Киллиану достигнуть своего финала.

***

Джек

Наконец, в этом доме появилась частичка неё – моей милой Энрики. Кажется, было правильным решением заказать этот портрет в полный рост. Он идеален. Будто она сама стояла передо мной. Это невероятное чувство, когда сердце содрогается при одном лишь взгляде, а все внутренности скручиваются в тугой узел. Я так давно подобного не испытывал. Так давно не видел её.

– Левее! – рявкнул я на и так зашуганного парня. – Ты оглох? Я сказал, левее!

Но у этого идиота руки явно росли не из правильного места. Дерганные, неуверенные движения. Ещё бы секунда, и этот безмозглый придурок уронил бы мою Энрику. Сил терпеть его глупость не осталось. Я лениво завёл руку за спину и вытащил пистолет. Не отрывая взгляд, я следил за его последней в жизни попыткой сделать хоть что-то хорошо. Но, видимо, зря. Резко нажал на курок и схватился за голову от оглушающего звука. Мой дом – не лучшее место, чтобы устраивать стрельбища. Но мне просто напросто надоело смотреть на этот идиотизм. Парень осел на колени и плашмя упал на пол.

– Ну вот, – я привстал со своего места и подошёл к слегка раскачивающемуся портрету. – Только всё испортил. Моя милая Энрика испачкалась в крови этого ублюдка, – взгляд устремился к нарисованным зелёным глазам. – Но не волнуйся, я всё исправлю, милая. Осталось совсем немного, и ты вернёшься домой.