64.Антидот

Мы молчим еще несколько минут. Тишину в комнате перекрывает записанный треск брёвен и шорох кресла, когда я усаживаюсь по удобнее. А именно, прямо на против Стива, в то время как крылья лениво свисали на ковёр, расстилаясь махровыми перьями словно подол длинной юбки. На ногах уже нет обуви, так как я сняла ее перед, тем как зайти на приятный волнистые и светлый коврик. Который придавал этому место особый уют. Но сейчас было не до этого, ведь та подозрительная коробка так и манила к себе. А Роджерс, как на зло, все никак не начнёт. Но я его не тороплю и просто наслаждаюсь его дружной компанией. И в итоге моё внимание полностью переключается на то, как мягко и приятно отсвечивается приглушённый свет от золотого кольца. Хозяин которого наконец начинает говорить. - Когда-то давно я решил, что хочу стареть вместе с Тони. Так же по обычному, как и все люди. - шепчет Роджерс, а после медленно поднимает на меня глаза. - Я тогда прямо сказал, что хочу избавиться от этих сил, так как угроз уже не было. Да и надобности в них тоже. Тем более, Тони очень сильно заботило, что он стареет. Думал, разонравится мне или что еще там было такого глупого в его голове. Стив начинает тихо и так горько смеяться, что, казалось, я чувствую как эта горечь летает в воздухе. Как она впитывается в мою кожу и заставляет сердце биться чаще. И не только от этого. Так как я все ещё не могу понять, к чему он клонит. Что такого собрался делать, раз ради этого дела ему понадобилась именно я. И вот, Роджерс продолжает говорить, попутно отвечая на все мои вопросы. - В один из таких дней, я попросил его сделать антидот. Но Тони, тогда на дыбы встал, не желая даже говорить об этом. И тогда мне пришлось выдвинуть ему ультиматум, сказав, что я попрошу кого-то другого. На это Тони ответил: если я и вколю себе эту дрянь, то это будет лично его разработка. Так как никому другому, кроме себя, Тони не доверит. Примерно через пол года я ее получил. - Роджерс пару раз мягко бьёт кончиками пальцев по той самой коробке. Далее он хмыкает и болезненно закусывает нижнюю губу. - Ещё давно мы обещали друг другу продолжить жить, если кто-то из нас погибнет, но я решил слегка смухлевать. Стив открывает коробку и достаёт оттуда небольшой шприц с темно синей жидкостью. Как по щелчку пальцев, я вспоминаю, что в день кражи Старка у Роджерса был, примерно, такой же шпиц. И такой же цвет препарата внутри. Получается очень интересно. Один укол привел Стива к нормальной и счастливой жизни, а второй сейчас вернётся его обратно. Вот только на этот раз могут быть серьёзные последствия. И я даже не думаю за побочки, так как Тони явно сделал все на высоте. Так, чтобы не было ни одного последствия. Я думаю за то, сможет ли потом человеческое тело справиться с тем стрессом, с которым сейчас еле справляется тело супер солдата. В итоге я мгновенно ловлю его за запястья и крепко сжимаю. Мне обязательно нужно нечто уточнить прежде, чем позволить другу это сделать. Отговаривать его бессмысленно, а так, я хотя бы пойму, что он точно хорошо все обдумал. - Постой. Пожалуйста. Ответь мне на пару вопросов. - прошу я, на что получаю кивок согласия. И даже так руку все ещё не отпускаю. Хотя Роджерс ее и не выдергивает. Начинает казаться, словно он боится спугнуть момент. - Давай с самого первого. Как и что сказать остальным? - Остальных я поставлю перед фактом. Эрик ничего не скажет, так как я старше, а значит знаю, что делаю. А Джей... - он усмехается и прикрывает глаза, лениво мотая головой. - Он точно будет против. Накричит и, вероятно, по лицу даст, но смирится. Джеймсу, как и мне, так будет легче. Ведь ему останется это только принять. - Знаешь, мне, наверное, ещё тогда нужно было начать вести блокнот. В нем бы записывались те моменты, где я задаю тебе это вопрос, так как уверена: их уже, примерно, за сотню. И теперь я снова тебе его задам. - мне сейчас не до шуток. Становится уже по-настоящему страшно. Так как каждый раз подобный вопрос из пустого места не появляется. - Стив, почему именно я? - За все хорошее. - тихо смеётся он. А после тянет к моей руке свою ладонь и накрывает сверху. - Ты всегда была рядом. Была, когда я только готовил план по перевороту и краже Тони. Была, когда я его едва не потерял. Была, когда мы ездили за Джеймсом в Сибирь. И ко всему прочему, была даже тогда, я обидел тебя думая, что ты... Роджерс запинается, так как эта ситуация оставила на его памяти огромное черное пятно. Как в прочем и на моей. Но я тогда быстро все простила и отдала ещё одну вещь, о которой не вспоминала до этого упоминания. И снова сейчас я, как могу, скидываю это в сторону и наконец говорю свои следующие слова. - Да, я поняла. - киваю я, и так же накрываю его ладони. Теперь это больше похоже на то, что мы просто держимся за руки. Но, на деле, мы оба помогаем друг другу держаться за здравый смысл. За все, что у нас осталось. - Теперь главные и последние вопросы. Ты точно в этом уверен? Все обдумал? Знаешь, как потом будешь жить в теле простого человека? - Да, на все сто процентов. - тихо, но уверено отвечать Роджерс. Из-за чего я, наконец, убираю от него свои руки и позволяю сделать то, что он так хотел. Быть ближе к своей смерти самым гуманным способом. Быть ближе к Тони, не нарушая их уговоров. Не нарушая, своего личного обещания. - Не могу сказать "хорошо", но я искренне надеюсь, что ты не сорвал. Так сказать, поверю тебе на слово. - мне становиться тяжело дышать. Кажется, будто Стив будет вкаловать это мне, а не себе. Кажется, словно сейчас я теряю еще одного друга, но на этот раз все немного иначе. Он останется жив. Но на долго ли? - Спасибо. - шепчет глава и достаёт шприц. Далее его руки тянутся к карману и оттуда Роджерс достаёт квадратик с одной медицинской салфеткой. Достав ее из упаковки, он протирает место укола. Перед этим попросив меня плотно сжать его руку. Став сбоку, я услужливо удерживаю в плотное кольцо пальцев на сгибе локтя. Далее Стив зубами открывает колпачок и аккуратно подставляет тонкую иглу к поднявшейся из-за давления вене. Потом, не торопясь, вводит ее под кожу и точно так же нажимает на поршень. Жидкость по-немногу теряется в его теле. Как только последняя капля исчезает, шприц убирается в сторону, а я отпускаю пальцы, но все еще не убираю свои ладони от его плеча. Роджерс передаёт мне небольшой квадратик, сказав, что именно им нужно заклеить место укола. На радость, сыворотка еще работала, по этому кровь не успела начать выливаться из под пробитой вены. По итогу я наклеиваю этот квадратик ровно по середине укола и еще несколько раз провожу кончиками пальцев, чтобы пластырь надёжно приклеился. В то время как Стив, прикусив нижнюю губу ощущает, как начала кружиться голова. Так же все начало плыть перед глазами, при этом никуда не исчезая. В результате из самого неприятного была только заметная слабость и лёгкая дрожь в теле. А так все вполне ожидаемо. Теперь его можно было поздравить с тем, что он простой человек. Хотя и выглядит так же, ведь, на деле, изменения были только внутри. - Как ты? Есть новые ощущения? - тихо спрашиваю я, беспокойно заглядывая в помутнённые глаза друга. Который, кажется, перед собой ничего не видел, так как был сильно погружён в анализ своих новых ощущений. К тому, что стал уже не таким чувствительным. И первый пример этому: обоняние. - Ну, терпеть я не могу так хорошо уловить твои духи и, мне кажется, я чуть хуже вижу. В любом случае, я ожидал худшего. - тихо смеясь, готовит Роджерс, желая подняться. - Да и спать так дико захотелось, будто не делал этого вечность. Как только глава становится в ровное положении, то тут же получает неприятный толчок боли в голове и сильную слабость во всем теле. Не имея сил, он начинает падать. На радость, я это быстро ловлю и, крепко обняв, не даю Стиву упасть. А после обратно сажаю в кресло, смотря на его лицо. Веки почти полностью закрывали глаза, а губы были растянуты в мягкой улыбке. Стив сделал то, что хотел, по этому ему уже плевать на это все. В то время как я судорожно осматриваю его тело, лицо и руки, что стали заметно холоднее, чем до этого.