Глава 22

Его грозный голос, намекающий на нечто плохое, чуть припугивает. И я как блеющая овца инстинктивно поднимаю голову. Да, сдаюсь. Невозможно ему противиться, особенно когда он говорит так. Серьёзно.Заглядываю в тёмную бездну. Которая горит, изнутри. Распространяя огонь по всей черноте. Разве она может гореть?Судя по тому, что вижу — способна.— Я не кидал тебя, — начинает с самого главного. Обычные слова.Те, которые хотела услышать при нашей встрече.Но…Не хочу в них верить. Возможно, я бы растаяла пять дней назад, но не сейчас.Он просто соскучился по тугой киске. Сейчас трахнет меня разок и всё. Снова выкинет из своей жизни.— В тот день… — он делает паузу. Ищет отмазку? Пытается вспомнить то, что придумал? Хотя… Нет, не думаю. Такие люди как Даня не ищут причину для оправданий. — Я свалил, да. Но по делам. Нужно было кое-что решить, некоторые проблемы. Я не мог с тобой связаться. Ни номера, ни почты, да я даже тебя в инсте найти не смог.Слушаю его и отчего-то не верю. Понимаю, что да, эти факторы уместны.И правда, я не сказала ни одного контакта.Но он мог приехать в кафе!— И зачем ты мне всё это говоришь? Голос чуть надрывается. Но стараюсь быть уверенной. Нет, я не поведусь снова.— Ты ведь женщина, — закатывает глаза. Прямо как я. — Вы любите себе надумать. Да и последняя наша встреча. Да, блять, клянусь, сам подумал, что кинул тебя после секса. Но! Можешь спросить у любого! Не было меня в городе! Я даже два штрафа получил от местных копов. На мгновение он расслабляет хватку. Достаёт бумажки из чёрных джинсов и протягивает мне.Не знаю, зачем делаю это. Принимаю их из его рук и сразу же впиваюсь взглядом в дату. Не в курсе, может, пытаюсь в душе оправдать его?Изучаю штраф. Дали его ровно неделю назад, в день нашего расставания, но только вечером. И вчера. Он что, правда, был в другом городе? Не верю.Может, подделка? Хочу спросить это, но с языка вылетает совершенно другое.— И ты специально нарушил ПДД, чтобы показать мне, что ты был далеко?Вряд ли такой человека как Даня будет халатно относиться к вождению.Хотя… Он сел пьяным за руль. Неожиданно мужчина ухмыляется. И я понимаю — права в том, что озвучила.Что-то, а чувствую, Даня может это сделать.— Угадала, — явно доволен своей сообразительностью. — Там даже печать стоит. Поэтому, куколка, у тебя нет и шанса. Проиграешь. Прощай меня.Он уже всё решил, а я раздумываю. Неразбериха. Хрень какая-то. Лишил меня девственности, пропал на неделю.Я убивалась первые дни, лила слёзы, проклинала всех мужиков на свете. Даже чуть не сорвалась и не трахнулась с соседом. Назло Дане. И только потом поняла, что это был глупый поступок, и, разуваясь, закрыла дверь на замок. Чтобы не сорваться и не натворить глупостей. Потом ещё два дня я ходила в апатии. Следом какой-то парень пригласил меня в итальянский ресторан, и чтобы отвлечься и поесть, я согласилась.Только бы не забивать голову ублюдком. Тем самым, что сейчас стоит передо мной.А вместо того, чтобы сидеть и есть равиоли за чужой счёт, покручиваю в руках глупые бумажки из ментовки.— Ты вообще нормальный? — спрашиваю невозмутимо, чувствуя в груди толику неожиданной радости. Если это всё правда… Он думал обо мне? Правда, думал? То есть, не кидал. Не использовал. Уезжал по делам? Не верю!— Кажется, уже нет, — морщится так, что хочется заехать ему по лицу. Что это за пренебрежение на лице? — Но в любом случае, чё я вообще тебя спрашиваю?Он задаётся своим же вопросом, и только сейчас кое-что понимаю. А ведь он прав. Он может не спрашивать. Просто взять. Где он — высокий бугай и я — метр с кепкой. Ну, чуть побольше, но не суть!— Потому что уважаешь? — уголки губ сами неловко приподнимаются. — И не будешь меня принуждать.— Возможно, — нехотя отвечает, отводя взгляд. Но сразу же возвращает его обратно, на моё лицо. — Короче, куколка. Шевели булками, поедем ко мне домой. Буду тебя задабривать.И кажется, понимаю как. Но вот хер ему, а не секс. Пока не искупит свою вину по-другому, в постель с ним не лягу. Он травмировал не только то, что находится у меня между ног, но и душу.Пусть теперь заглаживает свою вину.— Хочу равиоли, — произношу внезапно. Как раз и узнаем, любит ли он итальянскую кухню. Я — да, но денег у меня постоянно на неё нет. Дорого, пипец. — Хочешь, чтобы простила — накорми.Этими глупыми словами неосознанно даю ему второй шанс. На самом деле… Я хочу есть.И раз уж этот вернувшийся подонок сделает всё, чтобы я его простила… Попользуюсь этим.И, кажется, он принимает мои слова, раз улыбается. Так широко, искренне, что я таю. В прямом смысле этого слова.Хорош, гадёныш…— Охуенно, — радостно восклицает. — Пойдём, накормлю тебя. А потом… Он сильнее прижимает к себе. И снова его властные и грубые руки проходятся по спине. Ласкают тело через слой плотной ткани.А улыбка становится такой пошлой, как и взгляд.И следом он чеканит то, что заставляет моих бабочек в животе трепетать.— Я тебя раздену, куколка.