Глава 10

Пиздец, аж башню срывает.Но всё же остаюсь в ней, немного играясь пальцами, которые она так охотно принимает в себя. И из-за чего в моих трусах настоящая дубинка. Стукни ею по стеклу — оно разлетится, нахуй, вдребезги.— Я не такая, — скулит, но делает все наоборот, от того, что говорит. Сама вытягивается вверх, чуть высвобождая мою ладонь, и сама же дёргается вниз, насаживаясь на то, что сейчас трахает её киску.— Пиздишь, — ухмыляюсь, видя, как она изнывает от недостатка ласки. — Если сейчас ты не закричишь, как только я продолжу движения… До оргазма тебя не доведу. Поняла? Она судорожно кивает, явно не понимая, в чём дело.А я встаю. Отбрасываю одеяло в сторону и переворачиваю тяжело дышащую куколку на спину. Через плотную белую ткань её соски так и просятся в мой рот. Чтобы обхватил их губами, укусил зубами и оттянул.Ох, блять…Задираю её майку до самой груди, обнажая светло-коричневые соски. От одного только их вида уже готов кончить в трусы.Но нет. Сегодня мы развращаем недотрогу-официантку.Срываю с неё трусики и нависаю над ней, разводя ноги в разные стороны. Смотрю в её миловидное лицо. В горящие от возбуждения глаза.— Что тебе снилось? — спрашиваю из любопытства.Прежде чем я залез к ней в бельё, там был настоящий водопад. А сейчас влаги стало ещё больше. Что она вытекает из её киски, делая мою ладонь полностью влажной.— Ты, — честно отвечает, прикусывая и так припухшие губы.Ох, как заговорила… Вчера — насильник, сегодня — любовник.Какая непостоянная.— И что я делал? — вхожу в сладкую девочку двумя пальцами. Дана натягивается, как струна, вытягиваясь. Приоткрывает розовые губки и звонко протягивает букву: «о».— Входил в меня-я, — она пытается говорить, но сдерживает своё обещание — стонет, когда ускоряюсь ладонью, доводя куколку до исступления.— И? — опускаюсь губам к её груди, хватая зубами сосок, так приковывающий к себе внимание. Причмокиваю, целую, снова слыша замечательную симфонию звуков из этого сладкого рта.— И т-трахал, — чувствую, как ещё чуть-чуть и она подойдёт к концу. Уже извивается на простыне, не зная куда деться.Как бесы вселились.Волосы растрепались по подушке, а майка задралась до самой шеи. Узкие бёдра подрагивают в такт пальцев в её лоне.А я просто кайфую.Наблюдаю за её лицом, её состоянием и просто хочу кончить. Потому что она такая… Чувственная. Нежная. Скромная. Прям то, что я люблю.— Тебя пока рановато трахать, — говорю честно и делаю добивающие толчки.От которых куколка резко сводит бёдра.Сворачивается калачиком, громко выпуская из своего грешного ротика безумный стон наслаждения. Сжимает своими тугими стенками пальцы и шумно выдыхает, сминая простыню пальцами.— Так бы смотрел и смотрел. Сначала не понимаю, что говорю это вслух.Но, когда вижу её мутные от возбуждения глаза и смущающиеся щёки, понимаю, что ляпнул. Вынимаю пальцы из её податливого тела и отодвигаюсь. Бля, вот бы её трахнуть, да и всё… Но…Бля, не вижу причины, кроме того, что она ещё слишком невинна. А мне же похуй должно быть. Вот и пусть будет!Только хочу схватиться за эти ножки, развести в разные стороны, как слышится звонок мобильного. Мне редко звонят. А если и делают, то по важным делам.Поэтому вскакиваю с кровати, беру телефон в руки и смотрю на звонящего.Артур.— Кажется, куколка, тебе пора домой, — кидаю через плечо, понимая, что наше весёлое утро закончилось быстрее, чем успело начаться.А мне придётся ехать разбираться с делами со вставшим членом и ноющими яйцами.Заебись начало дня.