Восставший из пепла

Ещё один город мёртвых на моём пути - Фаундлайн. Вокруг пустующие магазины и устрашающие небоскрёбы, из которых, так и кажется,  кто-то наблюдает за тобой. Деревьев и травы почти не осталось и это не удивительно, ведь в этом городе прошла страшная стихия, не пощадившая никого - огонь.- Жесть, как мрачно,-сказал я сам себе наступив на какую-то игрушку. То была кукла. А ведь совсем недавно какая-то девочка играла с ней, заплетая косички и напевая песни.Настоящий апокалипсис. Время, когда увидеть кого-то в живых было редкостью, время, когда нужно выживать.В руках я держал пистолет "Colt M1911" на поготове выстрелить - мало ли, может кто агрессивный попадётся.-Нужно где-то передохнуть, уже как часа четыре без остановки иду.Осмотрев окрестности, я заприметил книжный  магазин, не столь пострадавший от пожара, и решил немедля зайти внутрь.Магазин был двухэтажным. На первом этаже находились стеллажи с книгами разных жанров - они были разбросаны, некоторые безжально порваны. В руки мне попался "Собор Парижской Богоматери" Виктора Гюго, пару страниц книги поглотил огонь, а  некоторые были разрисованны смайликами и непристойными вещами.-Да уж, не ценят некоторые мировую классику. Хоть бы не разрисовывали, придурки,-скорчив недовольную гримасу, я аккуратно положил книгу на стол, усевшись на рядом стоящий стул. Стол был покрашен в бежевый цвет, но краска постепенно отходила от поверхности. Моё внимание привлекла немного мятая бумажка, и я тут же принялся за её изучение. Это было письмо.

"Дорогая Джейн,я не знаю, что случится со мной, но это не важно. Прошу, забирай детей и уезжай из этого города смерти, как можно скорее. Я попытаюсь помочь другим выбраться и, дай Бог, мы с вами увидимся. Если же нет, значит такова судьба. Не плачь и береги детей. Целую вас.                                    С любовью, Элиот"

Страшно это - терять близких тебе людей. Жизнь перестаёт быть прежней после смерти человека, которого ты так сильно любил и ценил. Хочется кричать пока голос не надорвёшь, рыдать навзрыд, крушить и метать, поскорее увидеться с умершим на том свете; но потом понимаешь, что нужно жить дальше, жить для себя, чтобы ушедший   гордился тобой, видел твою улыбку и радость.Шорох. От этого я вновь вернулся в реальность и резко встал, достав из кобуры пистолет. На мгновение шорох прекратился, но потом послышался скрип, будто кто-то поудобнее усаживается в кресло. Звуки доносились со второго этажа.-Ну-ка глянем, кто это там такой затаился, - шепотом произнес я, поднимаясь по лестнице.Оказавшись на нужном этаже я сразу увидел коричневое кресло и сидящего там человека в странном сером прикиде с глубоким капюшоном.- Не двигаться!-заорал я на весь этаж.Фигура в кресле не пошевелилась и медленно, одной рукой, перевернула страницу книги.-Для жизни пригодны лишь те, кто не боится умереть, - неизвестный резко закрыл книгу, медленно поднимаясь с кресла.Передо мной стоял высокий человек, хорошо сложенный, лица его не было видно - глубокий капюшон скрывал его; руки были сильными, местами в ссадинах и крови.-Ты боишься умереть?-я услышал лёгкий смешок и представил, как губы мужчины расплываются в коварной ухмылке.-А ты как думаешь?-в любую секунду я готов был выстрелить.-Думаю, что не боишься. Да и к тому же ты здесь, передо мной, а значит смелый - выжил.-Кто ты?-я всё так же крепко держал Colt M1911, целившись чётко в лоб, не сводя глаз с неизвестного.-Восставший из пепла, вот, кто я.Я сморщил нос.-Что ты мелишь? Шутки шутить вздумал?Мужчина оперся о стол, сложив руки на груди, и как-то уставше вздохнул.-Слушай, малец, ты начинаешь меня удручать, -вдруг из-за спины незнакомец достал нож.-Да и к чему все эти расспросы? Прикончу тебя поскорее и пойду дальше.-Да нет уж, извольте, не здесь и не вами убит буду,-с издевкой ответил я, спокойно стоя на месте.                                   ***Мрачные здания Фаундлайна вновь окружали меня, точнее нас, пытаясь вселить в сердца страх.Восставшего из пепла звали Байден.-Так, если мы теперь команда, может, расскажешь, как ты очутился в  живых?-спросил я, смерив мужчину вопросительным взглядом. Капюшон он не снимал, поэтому доселе его лицо остаётся загадкой.-Я жил здесь с супругой и дочерью. Когда начался весь ужас, нам удалось продержаться ровно два дня - наш дом находился далеко от центра, где началась вся суматоха. Но потом огонь достиг моей семьи. Всеми силами я пытался спасти своих родных, получил не один ожог, но,-Байден остановился и голова его опустилась,-не смог.Поджав губы, я просто смотрел на этого человека, и, кажется, он плакал. Что может сделать потеря родных людей даже с таким сильным и непоколебимым мужчиной! -Как думаешь, кто-то причастен к этой масштабной беде?- поправив пряжку от рюкзака, будто нарочито спадающую с моего плеча, спросил я. Байден поднял голову и посмотрел на меня.-Да. Люди сами виноваты в этом. Из-за  эгоизма, лицемерности и желания власти, - руки его сжались в кулаки, отчего костяшки побелели.- Я не доверяю никому и презираю каждого, кто причастен к трагедии и, в частности, смерти моих самых близких людей! Чёртовы твари, а не люди!Ухмыльнувшись, довольный ответом, я сказал:-Надеюсь, восставший из пепла, я стану одним из первых, кому ты будешь всецело доверять.Байден остановился, слегка повернув голову в мою сторону, издав смешок. Я чувствовал как на его губах рождалась хитрая ухмылка. -Посмотрим, малец, насколько человечным ты будешь.