8:

 Дни тянулись, а ночи казались бесконечными.  Мое тело наконец-то стало полноценно подчиняться мне. Ну, а принесенная пища была настолько пресной, что вкуса так такого я не чуяла.  Джеймс приносил очень много свежей питьевой воды для того, чтобы я очистила свой организм от соли. Я не говорила с ним и даже не смотрела. Да, и он не горел желанием тратить свое время на меня. Полная безмолвная тишина, то что нужно мне для  реабилитации. Тем не менее, эта пустота, одиночество дало всплывать самым ужасным картинам в моей жизни.  Заснеженный сосновый лес, вьюга не дающая увидеть даже собственной руки, и,  конечно же разбившейся тессеракт. Я не знаю, что из него теперь за эти пять лет.  Я упала на его осколки, что они вошли в мою плоть, а камень, который находился внутри, стал светится иссиним цветом. Всю опушку озарил слепящая синея вспышка вместе с  моим  криком боли.  Ледяной поток энергии, который шел от яркого камня, плавно перетекал в мое тело.  Я видела, как мои длинные, черные  волосы медленно седели, пока полностью не стали пепельными. Там уже, в моей груди что-то защемило, и пришло осознание о смерти моего отца. Мое сердце еще долго болело, что я просыпалась в холодном поту с бешенным сердцебиением. Это не изменилось и по сей день.

 Шаги по коридору. Это он.  Они уже триггерно влияют на меня, что спутать их с кем-то другим, просто не способна. Дверь с мерзким скрипом открывается, на что я, утыкаюсь головой в подушку. Он двигает стул, стараясь сделать это, как можно громче. Приняв сидячие положение, встречаюсь с его ледяным взглядом. Сегодня он даже не соизволил снять фуражку, и весь его вид оказался слишком нервным. Уже было видно, что ему эта вся ситуация надоела очень сильно. 

-Что на этот раз? -молчание. Он игнорирует меня, изучая взглядом. Чувствую себя игрушкой на витрине. Его зрачки расширяются, а глаза падают ниже моего лица. Я поступаю его примеру и смотрю себе на грудь: первые пуговицы белой рубашки оказались расстегнуты.   Я потянулась к ним в желании застегнуть, но Джеймс коснулся своей рукой моих запястий. Следом возвращаясь обратно в позу, в которой он сидел. Тут до меня начинает доходить осознание: чего он добивается. 

-Ты считаешь, что мне будет некомфортно или ты меня этим унизишь? Сломаешь? Заставишь говорить? - я встала с кровати нависая прямо над ним, -Нет, и еще раз нет.

 Он смотрел на меня исподлобья, а козырек прикрывал половину лба. Хоть он и сидел, а я стояла, казалось, что это он смотрит на меня сверху вниз, но не наоборот. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одна мизерная эмоция не проскочила в его глазах. Единственное, что выдавало его с лихвой-это расширенные зрачки. Несколько минут он смотрел на меня, так же как и я. Но через мгновение, я была прижата к холодной стене. Вот сейчас ненавистный Джеймс вернулся. Он смотрит на меня так, будто-то готов убить. Тем не менее, я как девушка, чую от него вторую сторону-желание. Эта игра на выживание. Хочешь жить-умей вертеться.

-Отпусти меня.-он лишь облизнул губы и сжал правой рукой мое горло. Я стала ерзать в попытках ослабить хватку, и коснулась, совершенно случайно, коленом его паха. Джеймс шумно втянул в себя воздух, но не отпустил. Меня стало напрягать его молчание. Я и так не говорю не с кем, и порой вечная тишина действует мне на нервы. Теперь и он играет со мной в молчанку. 

-Скажи что нибудь!-я стала вырываться и бить его руками по всему телу. Во мне проснулась истерия, которая никак не заканчивалась. Я не знаю, сколько уже провела в этих катакомбах. Это чертовой каморке и с этим психом. Я лишь кажусь перед ним не пробиваемой, но на самом деле у меня не осталось уже никаких сил. 

-Ответь, Джеймс! -он перехватил мои руки заводя их за голову, что я тут же вспомнила его слова в коридоре: мне руки достаточно, чтобы обхватить твои тонкие запястья.

-Прекрати.-процедил он сквозь зубы, не отрывая глаз от моих губ. Я нарочно закусила нижнею губу, наблюдая за его реакцией. В нем будто-то боролись две стороны. Первая; жаждало власти, лидерства и господства над всеми. Также эта сторона ненавидела меня и сейчас презирает себя за такие чувства. Вторая: хотела владеть мной во всех смыслах, играться мной и подчинять. Это значило моментальным проигрышем для него самого. Ведь тессеракт он тогда получить не сможет. 

-Это ты прекрати, Барнс.-секунда и я была окончательно свободна. Схватившись за горло, принялась массировать кожу. Стараясь прогнать боль в мышцах.

 Барнс задержал на мне тяжелый взгляд, развернулся, и вышел за дверь. Я медленно осела на пол. Он вызвал во мне, какие-то противоречивые чувства. Одновременно влечение вперемешку с отвращением. Почувствовать тягу к тому, кто тебя пытает изо дня в день -это уже выше моих сил. Обняв себя за ноги, сжалась сильнее. Он словно дьявол, который проверяет тебя на прочность. Только этот "дьявол" сам теряет контроль над собой...