●Глава 16●《Лалиса》

2 месяца спустя.— Так, Лиса, соберись, — смотрю на себя в зеркало и пытаюсь набраться решимости, но удается плохо. Первый день на новой работе, а я как размазня. Думала, что хотя бы смена деятельности поможет мне вернуть вкус к жизни и перестать хандрить, но пока не помогает. Нужно больше времени, только вот, сколько именно — неизвестно.Он все еще снится мне ночами. Мой Чонгук. Его поцелуи, наша страсть, его руки и последние слова "Будь счастлива, Лалиса".Я пытаюсь, Гук, честно.Знать бы, где ты и что с тобой.Тогда, два месяца назад, Бам Бам действительно внимательно выслушал меня и пообещал проверить все мои слова и помочь, но получилось ли у него, я так и не узнала, потому что сначала он не отвечал на мои звонки — я даже телефон его нарыть сумела, а потом вовсе его номер перестал быть доступен.К кому идти? Кого спрашивать? Я не знала и не знаю сейчас. Как ненормальная я все два месяца бросалась к экрану телевизора, чтобы посмотреть последние сводки новостей. Ну хоть что-то сказали бы! Но ничего… Один раз в интернете я видела новость, что идет следствие по делу Чон Чонгука, а как идет, что выяснили, ничего сказано не было.Чтобы не сойти с ума, я даже пыталась сама обо всем узнать. Ездила в отделение полиции — там меня послали. Побывала на бывшем адресе Бам Бама, но он уже давно съехал оттуда. Чего я только ни делала, а все без толку.Наверное, меня можно назвать слабой, но я опустила руки. Ждать не перестала, но перестала сама пытаться выйти на связь. Вместо этого пару раз съездила в хижину.Поплакала там, вспоминая дни, проведенные с Чонгуком. Также узнала, где похоронен тренер Чонгука. Он сказал, что даже на похороны к нему не попал, поэтому я купила цветы и принесла их на могилу.Из мотеля я уволилась, как уже сказала, чтобы перестать хандрить. Устроилась администратором в ресторан. На удивление, меня быстро приняли. Это потому, что я перестала бояться и паниковать. Чонгук своим принятием открыл мне новый мир. И в этом мире я не чокнутая, не чужая, не трусливая. Я красивая и желанная, я смелая и решительная. Мне нравится мой новый мир и новая Я в нем. Не хватает здесь только Чонгука.Звонок в дверь с трелью попугайчиков заставляет меня подпрыгнуть на месте и отлипнуть от зеркала. Наверняка опять соседка пришла. Недавно в квартиру напротив переехала бабушка. У нее вечно какие-то вопросы — то телевизор не включается, то машинка перестала стирать. Вот я хожу и помогаю ей. Не могу отказать, ведь меня саму вырастила бабушка. И я знаю, как старым людям бывает необходимо внимание, даже если телевизор не включается просто потому, что она не на ту кнопку жмет, а машинка не стирает, потому что она ее на паузу сама поставила.Глубоко вдохнув, одергиваю блузку и направляюсь к двери.Все будет хорошо, Лис. Ты обязательно станешь счастливой.Снова раздается трель попугайчиков.— Сейчас! Уже иду! — выкрикиваю, ускоряя шаг, затем снимаю цепочку и тяну дверь на себя.Застываю, ощущая, как сердце замирает на краткий миг, а потом разгоняется бешеным галопом, норовя пробить грудную клетку.Этого не может быть…— Здравствуй, Лалиса, — хриплый голос Чонгука доносится до меня как будто через вату и, не спрашивая разрешения, мужчина заходит в квартиру. Его широкие плечи тут же заполняют узкое пространство коридора. Он и так казался мне огромным, а в моей маленькой квартире выглядит настоящим гигантом.— Чонгук … — не веря собственным глазам, произношу беззвучно, одними губами. Руки будто начинают жить своей жизнью, потому что я не замечаю, как мои ладони касаются его крепкого тела. Суетливо скользят по груди, ощупывают лицо, плечи, руки, словно проверяя — он реален? Он здесь? Это, правда, он?— Улица Космонавтов, четвертый проезд, дом двадцать три, подъезд единственный, третий этаж, сорок восемь ступеней, десять шагов вправо, квартира номер двадцать четыре, звонок звучит, как попугайчики. Все правильно запомнил, -выдыхает мужчина, накрыв мои ладони своими. Я чувствую, как бьется его сердце — быстро и мощно. Кажется, оно даже моих пальцев касается.— Да, — тяжело сглатываю, чувствуя, как слезы текут по щекам, оставляя горячие влажные следы на коже. — Все правильно, Чонгук … Гук… Ты здесь… Неужели это ты? Скажи, что ты мне не мерещишься! Тебя выпустили?— Это действительно я, Лалиса, — улыбается здоровяк. — И, да, меня выпустили.Потому что одна маленькая синичка напела нужному человеку кое-что важное. И он смог по своим связям вытянуть меня.Бам. Бам все же помог. Господи, Бамик, спасибо тебе, родной, где бы ты ни был…Бросаюсь Чонгуку на шею, прижимаю к себе так крепко, как только позволяют силы.Вдыхаю самый родной аромат и окончательно убеждаюсь — не сон. Чонгук правда здесь, со мной. Бесчисленное количество раз я видела этот момент в своих снах, представляла, мечтала, надеялась. Так много хотела сказать ему. О том, что чувствую, о том, как мне было плохо без него. А сейчас, когда самое сокровенное желание сбылось, я просто молча жмусь к самому желанному на свете мужчине и не могу вымолвить ни слова. Утыкаюсь лицом в его грудь и заполняю лёгкие таким родным запахом мускуса и цитруса. Не в силах справиться с эмоциями, дрожу, когда Чонгук проводит слегка шершавой ладонью по моей спине, гладит, ласкает, а потом прижимается губами к горлу, и по моей коже расползаются мурашки от жара его учащённого дыхания.— Лис, ну, что? Расскажешь, сколько шагов до твоей комнаты? — Чонгук хватает меня на руки и с серьезным видом вглядывается мне в глаза. — Только не ошибись. А то я могу сделать лишний шаг, и мы вместе упадем на кровать. Ты будешь виновата.Я заливисто смеюсь и шмыгаю носом, потому что все еще плачу.— Никогда так не хотела ошибиться, как сейчас…— А ревешь-то чего, глупая?— Просто я теперь счастлива. Как ты и просил, Чонгук …