31

— любимая, я дома, — Влад вошёл в квартиру, кидая ключи на тумбу и уже готовясь услышать её смех или увидеть улыбку.

— привет, — голос Илоны прозвучал холоднее, чем обычно, без привычного тепла. Она сидела на диване, локти на коленях, в руках телефон. — Нам нужно поговорить.

Влад замер, в груди неприятно заныло.— Что случилось?

Она не дала времени на раздумья — резким движением пододвинула экран телефона ближе к его лицу. На фото — он, рядом девушка, которую явно подловили папарацци или фанаты. В кадре будто ничего особенного: смех, рука в воздухе, но в пабликах заголовки кричали о «новой паре».

— Что это за девушка? — Илона смотрела прямо ему в глаза, и её голос звенел напряжением. — Почему все паблики вас сводят?

Влад провёл рукой по лицу, будто хотел стереть всю усталость и раздражение от того, что чужие люди снова влезли в его личное.— Илона, — он сел рядом, осторожно, но она отодвинулась. — Это... просто совпадение. Мы были в одной компании, на съёмках. Ни-че-го больше.

Он подчеркнул каждое слово, но Илона не отпускала телефон из рук, будто боялась, что если спрячется за экраном — не выдержит его взгляда.

— А знаешь, как это выглядит со стороны? — её голос сорвался. — Ты с ней, фото в каждом паблике, комментарии «какая красивая пара». И где я, Влад? Я должна сидеть тут, в тени, пока они придумывают тебе «идеальную девушку»?

Он потянулся к её ладони, но она всё ещё держала телефон крепко.— Ты знаешь правду, любимая. Только ты. И если нужно — я прямо сейчас напишу, объясню. Но прошу тебя, не верь этим слухам.

Влад смотрел на неё так, будто готов был клясться каждую минуту, только бы она поверила.

Илона сидела, не моргая, её глаза блестели то ли от злости, то ли от слёз, которые она упрямо не позволяла упасть. Влад видел — внутри неё всё кипит.

— Пойми меня, Влад, — наконец выдохнула она, — я не хочу быть «невидимой». Я не хочу, чтобы обо мне знали только твои друзья. Я не требую, чтобы ты выкладывал нас в сторис... но когда я вижу это, — она снова ткнула пальцем в экран с фотографией, — мне больно.

Он вдохнул глубже, будто искал правильные слова.— Я понимаю. Я виноват, что ты чувствуешь себя так. Но, Илон, — Влад чуть подался вперёд, заглядывая ей прямо в глаза, — всё, что есть настоящее, — это ты. Не эти паблики, не их фантазии, не фотки. Ты — моё. Я хочу, чтобы это было навсегда.

Её взгляд дрогнул, она впервые отвела телефон в сторону. Влад мягко взял её запястье, потом пальцы, осторожно вытянул гаджет из рук и положил на стол.

— Хватит кормить себя их словами, — прошептал он и коснулся её щеки ладонью. — Слушай только меня.

Илона хотела возразить, но в тот же миг его губы легли на её губы — настойчиво, жадно, так, что внутри у неё всё сжалось. Она ещё секунду сопротивлялась, но потом растаяла в его поцелуе. Влад притянул её ближе, обнял, прижал к себе. Его пальцы скользнули в её волосы, а другой рукой он гладил её спину, будто хотел стереть все сомнения.

— Я люблю тебя, — тихо сказал он между поцелуями, — только тебя.

Она положила ладонь на его грудь, ощущая бешеный ритм его сердца, и наконец позволила себе улыбнуться сквозь влажные глаза.— Знаю... — прошептала она, прижимаясь крепче.

И их разговор растворился в нежности, в ласке, где больше не существовало ни фотографий, ни пабликов, ни чужих мнений — только они двое.

Влад почувствовал, как напряжение постепенно уходит из её тела. Его поцелуи становились мягче, но при этом всё глубже, будто он пытался доказать ей каждое слово своей любовью, а не пустыми фразами. Илона закрыла глаза, позволив себе раствориться в этом ощущении, и руки сами потянулись к его шее, скользнули вниз по плечам.

Он осторожно опустил её на диван, не разрывая поцелуя. Его ладони легко скользнули по её талии, прижимая ближе, оставляя горячие следы на коже. Влад будто боялся отпустить хоть на секунду — держал её так, словно весь мир мог разрушиться, если она уйдёт.

— Ты моя, — шепнул он хрипло, целуя её ключицу, оставляя дорожку жгучих поцелуев вниз. Илона вздрогнула от ощущения его горячего дыхания, от того, как его руки уверенно и нежно исследовали каждую линию её тела.

Она выгнулась навстречу, отвечая страстью на страсть. В её прикосновениях не было сомнения, только желание показать, что она тоже без остатка принадлежит ему. Её пальцы скользнули по его груди, ниже — и Влад застонал тихо, срываясь на дыхании.

Их вечер превращалась в признание без слов — в каждом движении, в каждом поцелуе, в каждом трепетном касании они будто заново клялись друг другу в верности. Илона целовала его так, будто это могло стереть все её страхи и его сомнения. Влад отвечал с такой силой, что у неё не оставалось ни единого сомнения — для него не существует другой.

И страсть сменилась нежностью — когда они оба были уже слишком близко, слишком честно открыты друг перед другом. Его руки ласкали её так бережно, что сердце билось в такт каждому движению.

— Люблю, — снова прошептал он, прерываясь на поцелуи её губ, шеи, груди.— И я, — ответила она, не сдерживая дрожи в голосе, и её тело говорило громче любых слов.

Её дыхание становилось всё чаще, кожа горела под его ладонями. Влад будто боялся, что одного касания будет мало, и оставлял на её теле сотни поцелуев — лёгких, горячих, нетерпеливых. Он прижимался к ней ближе, слушая, как сбивается её дыхание, как сердце бьётся всё быстрее, отвечая на каждое его движение.

Илона не выдержала — её пальцы крепко сжали его плечи, а потом медленно скользнули вниз по спине, оставляя дрожь за собой. Она откинула голову, позволяя ему целовать шею, грудь, каждый изгиб тела. Влад шептал ей слова любви, между поцелуями, между дыханием, так искренне, что её внутри будто сжималось от переполнявших эмоций.

— Влад... — её голос дрогнул, но в нём слышалась просьба и страсть одновременно.

Он поднял взгляд на неё, и их глаза встретились. В тот миг всё лишнее исчезло — сомнения, фото, чужие разговоры. Был только он и она, их прикосновения и это невыносимое желание быть ближе.

Илона не осталась в стороне — её губы нашли его, жадные и трепетные, а руки уверенно скользнули вниз, заставляя его простонать её имя.Она села сверху, откидывая его на спину. Его глаза загорелись от этого движения, он улыбнулся, но тут же прикусил губу от удовольствия, когда она начала задавать свой ритм.

Влад схватил её за талию, направляя, помогая, но в то же время полностью отдавая инициативу. Он смотрел на неё снизу, с такой нежностью и восхищением, что она почувствовала, как внутри всё переворачивается.

— Ты сводишь меня с ума... — выдохнул он, срываясь на хрип, и прижал её сильнее к себе.

И ночь продолжалась — наполненная страстью, поцелуями, словами, которые они шептали друг другу между стонами. Каждый их момент был как обещание: они вместе, несмотря ни на что.

Илона двигалась всё смелее, её волосы падали ему на лицо, щекотали кожу, а он не удержался и поймал несколько прядей, прижимая к себе её голову, чтобы снова поцеловать. Её губы были сладкими, влажными, горячими — он тянулся к ним снова и снова, будто не мог надышаться.

Его руки скользили по её телу, обхватывали бёдра, помогая ей держать ритм. Каждый её вздох, каждый стон отзывался в нём так сильно, что он едва удерживался, чтобы не перевернуть её и не взять инициативу себе. Но Влад хотел, чтобы она чувствовала власть в этом моменте — пусть правит, пусть наслаждается, а он будет растворяться в ней.

Она опустилась ниже, прижимаясь к его груди, её дыхание обожгло его кожу, и Влад застонал, чувствуя, как всё его тело накрывает волной.

— Любимая... ещё... — прошептал он, впиваясь в её шею поцелуями, оставляя горячие следы.

Илона ускорилась, её движения стали более резкими, смелыми, и он уже не мог сдерживаться. Влад прижал её к себе, крепко, будто боялся отпустить, и в ту же секунду они оба потерялись в пике удовольствия. Вздохи и стоны смешались, дыхание сбилось, время остановилось.

Их тела дрожали, сливаясь в одном ритме, пока напряжение не спало, оставив после себя только сладкую усталость и ощущение, что весь мир исчез, остались только они.

Она рухнула на его грудь, тяжело дыша, а Влад провёл рукой по её спине, обнимая и прижимая ближе. Его губы нашли её висок, оставили нежный поцелуй.

— Ты моя. И всегда будешь, — выдохнул он, и Илона только улыбнулась, слушая, как под её ухом бьётся его сердце.

Они ещё долго лежали рядом, не отпуская друг друга, пока дыхание постепенно выравнивалось. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь дождём за окном и тихим стуком их сердец. Илона первой поднялась, натянула на себя его рубашку, что валялась возле кровати, и, заправив волосы за ухо, глянула на Влада.

— Пошли на кухню, я умираю с голода, — она улыбнулась и потянула его за руку.

Влад нехотя поднялся, всё ещё с ленивой улыбкой на лице. На кухне царил мягкий полумрак — он включил только подсветку над столешницей. Илона поставила чайник, достала из холодильника сыр, виноград и хлеб. Он достал бутылку вина, оставшуюся после какой-то прошлой встречи с друзьями.

— Знаешь, — сказал Влад, усаживаясь за стол и наблюдая, как она ловко нарезает багет, — с тобой даже обычный ужин кажется чем-то особенным.

Она фыркнула, поставила перед ним тарелку и села напротив.— Это потому что ты ещё не видел, как я умею спалить макароны.

Влад рассмеялся, налил им вина и протянул бокал ей. Их пальцы коснулись, и он поймал её взгляд — усталый после эмоций, но всё равно яркий и полный огня.

Они ели медленно, разговаривали ни о чём — о её подругах, о завтрашних планах, о том, как сильно шумит дождь за окном. Илона закинула ноги на его колени, а он машинально начал массировать её ступни, слушая её болтовню.

В какой-то момент она наклонилась ближе и тихо сказала:— Я люблю такие вечера.

Влад кивнул, поднялся, обошёл стол и поцеловал её в висок.— Я тоже. Хочу, чтобы таких вечеров у нас было больше.

Она положила голову ему на грудь, а он обнял её, глядя в окно на струи дождя. Вино грело изнутри, её тепло — снаружи, и ему не нужно было ничего больше.