34 глава

Нашу малышку сегодня положили в больницу, состояние дошло практически до критического. Если верить анализам у неё отказывают печень и почки, на подходе ещё несколько органов. Чем помочь ей, мы не знали. Рожать она должна со дня на день, но до этого надо ещё дожить.Я смотрел, как она гаснет на глазах и выл от бессилия. В моих руках огромный опыт, сила и мощь, но они тут не к месту. Лена борется со смертью сама, моя храбрая девочка. Мой лучик солнца тухнет на глазах, а с ней и моя жизнь. Мы старались быть каждую минуту рядом с ней, время так дорого и даже бесценно, когда знаешь, что скоро его вообще не станет.Зная, что жизнь скоро кончится, стараешься все успеть и жить как можно ярче. Так и жила она. Каждую минуту она старалась провести со смыслом, делала то, что любила. Я видел, как она изменилась после первого посещения больницы, увидел тот страх, что испытывал сам. Как я кричал тогда на врачей, они обещали молчать, но мне сказали, что сила Луны слишком велика, чтобы ослушаться её приказа. А как она стоила весь замок и охрану, радость моя!С момента, как она стала нашей женой законно, прошел месяц. Очень тяжелый месяц. Лена ворчала, что беременность должна быть лучшим моментом её жизни, самым запоминающимся. С последним она не прогадала, все ожидали исхода. И каким он будет, зависит только от неё. Её желания жить!Врачи дежурили около неё двадцать четыре часа в сутки. Последнее время мы жили уже в больнице и боялись отойти от Лены, но сегодня она нас выгнала, сказала, что нам надо развеяться. Как раз заберём сменную одежду себе и ей. Хотели поспорить, но это себе дороже. К тому же сегодня она выглядит значительно лучше, даже румянец на щечках появился, мы и согласились.Когда зашли в дом, нам позвонили.— Слушаю, — сказал я на звонок Маркуса.— Сэр, Луна рожает!— Едим! — крикнул ему, срываясь обратно.— Что там? — взволнованный голос Криса рядом.— Рожает! Вот как чувствовала, специально нас отослала.Когда примчались в больницу, удивились столпотворению у двери её палаты.— Что случилось? — обратился к врачам, которые были белые как мел.— Она не пускает, говорит рано, — заговорил обеспокоенно один из них.— И вы слушаете её?!— А как иначе, она так силой бьёт, что и не подойти. Прошу успокойте её, нам надо её осмотреть.— Так, где Рейчел и Наталья, — этих девушек не наблюдалось, что очень странно.— Наталья там, только её Луна и подпустила. Рейчел в пути, скоро будет, — отчитался охранник.— Хорошо, как приедет сразу сюда, а вы готовьтесь, — прорычал я, заходя в палату.Думал у неё слезы и истерика, а она смеется и сидит на огромном резиновом мячике и прыгает. Я явно чего-то не понимаю. Кристиан тоже озадаченно смотрит на эту картину.— А вы что тут делаете? — удивленно спросила она, а её глаза были абсолютно желтыми. Сегодня полнолуние, и детки выбрали нужное время.— Мы тут посидим, — мягко сказал Кристиан, садясь в кресло.— Это плохая идея.— Всё будет хорошо, мы справимся, — заверил её, садясь в соседнее кресло и наблюдая за ней.— Ну смотрите, я за язык вас не тянула, — усмехнулась она.Да что такого тут может случиться? И почему она сказала, что это плохая идея? Спустя несколько часов я пожалел о том, что сказал. Ни черта я не справлялся!Кто же знал, что рожают так долго! Прошло уже девять часов, а стоны малышки становились чаще и громче, а на её личике отражалась такая боль, что я сам готов лезть на стену. Нам объяснили, что рожать она будет быстро минут двадцать, но надо дождаться какого-то раскрытия, и вот пока оно не будет полным, мы будем наблюдать агонию Лены, по-другому это не назовешь.Попытались дать обезболивающее, не помогло. А стоны и крики становились всё чаще. Как тяжело наблюдать за любимой и знать, что ничем не помочь. Самое интересное, что ее это не пугало, покричит и успокоится, а мы вот как звери в клетке, не знали куда себя деть. За то это забавляло малышку.— Вы сами захотели остаться, вот и получайте, — посмеивалась она.Когда я готов был выть, как и мой волк, Рейчел сказала пора, можно рожать! Малышку сразу отвезли в другую комнату, где помогли залезть на странное кресло. Сюда же хлынули и врачи.— Где хирург и анестезиолог, — закричала Лена.— Мы тут, — хором ответили два врача в сторонке.— Вы зачем тут? — удивился я.— Луна так приказала, — сказали врачи, а к ним подошла медсестра, со столиком, на котором лежали инструменты.— Лена! — закричал я.— Это страховка, дети будут жить! А вы и не вздумайте, если что, уходить вслед за мной, детям нужны отцы и любовь. Если я не смогу, у них будете только вы, — тихо сказала она с нежностью смотря на нас.Она предусмотрела всё, и даже самый печальный исход взяла в свои нежные руки. Родная, как же так, ты же сама говорила верить!На нас с Кристианом накинули белые халаты и разрешили подойти к нашему сокровищу.— Ну что, Лена, пора поработать, — сказала Рейчел, садясь в ногах Лены. Наталья стояла рядом готовая в любой момент помочь.— Я говорю тужиться, и ты выполняешь, как раз будет схватка, — объяснила врач, смотря на нашу малышку, та кивала.Рейчел смотрела на монитор, где что-то пиликало, так же был подключен аппарат, где другие врачи следили за сердцем Лены.— Давай! — крикнула врач.— А-а-а, — малышка мертвой хваткой вцепилась в наши руки, думал, сломает. Но моя боль никчемна по сравнению с ее.— Ещё! — кричала врач, и малышка послушно слушалась.— Молодец! Один есть, осталось два, — сказала Рейчел, а я наблюдал, как Натали уносит маленький комочек.— Тужься! — кричит врач, и малышка воет. По лицу течет пот, а руки намертво держат нас.— Еще раз! — и вот слышен плачь, — Мальчик! — Наталья уже наготове и уносит нашего сына. Мы остаемся с Леной.— Луна давай, ещё немного осталось, хочу увидеть твою дочку, — старается шутить Рейчел.— Я так устала, — шепчет Лена.— Не время отдыхать, давай!— Хорошо, я готова, — увереннее сказала Лена. Умница моя!Ещё несколько минут, и на свет появилась наша дочь.— Молодчина! — гордо сказала она, показывая нам малютку.— Все живы! Дайте их мне! — Лена отпустила наши руки, и теперь тянула их в сторону детей.— Минутку, сейчас врачи их осмотрят и отдадут вам, — мягко сказала медсестра. — А отцы могут подойти к столикам, взглянуть.— Лена, мы ещё не закончили. Осталось совсем немного. Должен выйти послед, — сказала Рейчел.— Идите, я сама справлюсь, — радостно сказала она.Когда подошел к столикам, мне протянули маленький сверток.— Первый мальчик, — заботливо сказал врач, а я смотрел в желтые глазки сына. Мой малыш, Альфа! Я чувствую силу, теперь не удивительно, что Лена всеми командовала.— Вот второй, — другой сверток, но такой же маленький протянули Кристиану.— Сокровище моё, сынок, — гордо сказал он, целуя малыша в лобик.— А вот и принцесса! — радостно сказала Наталья, показывая малышку, она была еще меньше братьев, но с такими же желтыми глазками. Волчата мои!— Можно мне? — неожиданно спросил Маркус, и когда успел переодеться.— Можно, но аккуратно, не раздави, — усмехнулся Кристиан, но его, похоже, не слышали.Огромные руки Маркуса аккуратно взяли сверток, и он нежно прижал её к груди, и со счастливой улыбкой смотря в золотистые глазки. Потом, очень довольно вздохнул её запах.— Здравствуй, моё сокровище, моя Луна, — нежно сказал он, целуя малышку в щечку.Мы с Кристианом удивленно переглянулись. Неужели пара?Тут комнату огласил пищащий звук, Лена! Мы бросились к малышке. Монитор показывал, что сердце остановилась. Как же так? Нет!— Дефибриллятор срочно, — кричал врач. На малышку одели кислородную маску, и делали массаж сердца. Лена лежала с улыбкой на лице и не дышала, кажется, что просто спит, вот только это совсем не так.Всех лишних выгнали из палаты, в том числе и нас. Прижав сына крепче к груди, я взглянул на спящую Лену, и вышел. Кругом суета, все бегают, кричат, что-то требуют принести. Дети чувствуют, что что-то не так, и тоже стали плакать. Не сберег!К нам подошла медсестра и забрала ребенка, как и у Кристиана. Маркус отказался отдавать малышку и ушел следом за врачом. А мы остались у палаты, и наблюдали через стекло, как врачи пытаются вернуть нам наше солнышко. Ведь если она умрет, то вслед отправятся ещё две души.Сколько мы сидим у палаты, не знаю. Мир становился серым, звуки стихали. Зверь стонет в груди, как и я. Лена, так ведь нельзя. Ты нам так нужна, ты обещала выжить. Ты нужна своим детям, и нам, вернись.Одинокая луна светила ярче обычного. Она слышала, как молятся пять душ, за одну очень дорогую для каждого. Они просят её вернуться, и не оставлять их.Я сидел в детской с Дерриком на руках и пытался накормить. Имена мы выбрали давно, ещё с Леной.— Что, не нравится? А это? — ребенок крутился в руках и отворачивался. Мы перепробовали уже с десяток смесей, но дети отвергали всё.Вальтер тоже отказывался есть, и теперь крутился на руках Кристиана.— Малыш, надо поесть, а то не вырастишь, — вещал ему друг. В принципе я мог понять малышей, случайно как-то попробовал эту молочку и сам скривился.— Берите пример с нас, мы уже закончили! — улыбался Маркус, неся на руках Софью. Он вообще не спускал её с рук, для нас она принцесса, для него королева. Иногда приходилось буквально выгрызать собственную дочь, чтобы подержать её на руках.Дети растут очень быстро, несмотря на то, что прошло всего две недели, с виду им дашь почти полтора месяца.— Опять не подходит, — устало сказал я, стараясь укачать малыша. Можно было бы отдать их няньке, которую мы нашли, но они истерили у неё на руках, и засыпали только у нас. Как и принимали еду. От кормилицы отказались сразу, как только они чуть не искусали её.— Может принести? — тихо спросил Маркус, укачивая свое сокровище.— Неси, — сказал тихо.Детям не хватало материнского запаха и тепла, так сказали врачи после того, как дети отказывались спать пару дней подряд. Выход нашла Наталья. Взяли вещи Лены и укутывали в них детей. Сразу сработало. Теперь малыши засыпают в малышкиных футболках и платьях, которые ещё сохранили её запах. Вот и сейчас, стоило принести Ленину футболку и накрыть волчонка, как он сразу засыпал.Как же нам её не хватает. Она бы смогла решить любую проблему.На шейках каждого волчонка весит кулон с крылышками, и такой знакомый камень поблескивает, напоминая о ней.— Ты поедешь? — тихо спросил Кристина, укачивая сына.— Да, ты справишься? — взглянул на него. Кто бы мог подумать, что в таком суровом волке проснется заботливый и нежный отец.— Если что, мне поможет Маркус, — улыбнулся он.— Хорошо, — кивнул ему, и переложил Деррика в кроватку. Он так похож на меня. А вот Вальтер вылитая копия Кристиана, то же лицо и волосы. Даже взгляд вроде ещё детский, но такой проникновенный и жесткий. Наша принцесса очень похожа на Лену. Её золотистые волосы и очаровательная улыбка не оставили никого равнодушным, может поэтому мне тяжело на неё смотреть.Быстро собрался и пошел к машине. Пора прокатиться. Туда мы ездим каждый день, хоть нам и говорят не надо, но я просто не могу по-другому.Проезжаю пропускной пункт и останавливаюсь у дверей. Охрана пропускает без вопросов. Иду по тихому коридору, тут мало кого встретишь. Захожу в комнату и сажусь на стул, просто молча смотрю. Эта больница останется надолго в моей памяти, так как самый счастливый и самый печальный день произошли именно тут.Моя малышка лежит неподвижно всё с той же улыбкой, с которой она ушла от нас в тот день. Но самое главное она дышит! Лена в коме. Врачи пытались объяснить, что организм сам уснул от перегрузки, когда все придет в норму, она должна проснуться. Но когда это произойдет, никто не знает. А так как прошло уже две недели, то шансы на её пробуждение ещё меньше.Мне даже принесли документы на отключение, но я был так зол, что чуть не придушил врача. Благодарен он должен быть охране, которая смогла меня оттащить от него, больше я его не видел.— Ну как ты? Ещё не выспалась? — начал нашу беседу. Я всё время говорил с ней, веря, что она услышит меня. — У нас всё хорошо, малыши растут. Только вот опять забраковали очередную смесь, им ты нужна. Малышка, пора просыпаться, ты нужна нам всем. Мы так скучаем! Родная, я так люблю тебя! Прошу, услышь и возвращайся. Ты ведь столько боролась за всех, так не оставляй нас. Ты сказала верить в тебя, и я верю, мы все верим! Я обещаю показать тебе мир, мы съездим с детьми куда ты хочешь! Даже подругу твою возьмем, и, если хочешь поэкстремаль с ней. — Взял её хрупкую ладошку в свою. Она такая холодная.— Родная, проснись, посмотри какие у нас чудесные дети, — достал сотовый. Я каждый день снимаю малышей и показываю ей, что бы она ничего не пропустила. Пусть услышит их голоса, может хоть они пробьют её брешь.Включаю очередное видео, и комната заполняется детским смехом и ворчанием.— Они растут с каждым днем, ты же не хочешь всё пропустить? То, что ты выбрала уже мало, пора проехаться по магазинам.Ложу голову на её холодную ладошку и целую. Как мне не хватает её тепла, нежной улыбки, жарких поцелуев. Мы столько времени потеряли в пустую, а надо было всего лишь послушать её. Любимая вернись!— Если не успеешь застать их малышами, придется тебе ещё рожать, чтобы посмотреть на это, — стараюсь шутить, чтобы как-то поднять настроение себе и ей.— Только сам будешь рожать, — раздался тихий и такой знакомый голос.— Лена! — не веря шепнул я, поднимая голову. На меня смотрели усталые, но такие знакомые глаза. — С возвращением, родная, — шепчу и целую моё сокровище.— Я долго спала? — прохрипела она.— Нет, но мы успели очень соскучиться, — улыбнулся ей.В палату вбежали врачи и сразу стали осматривать её. Теперь все будет хорошо, она вернулась, наше солнышко рядом и снова греет. И теперь уж я сберегу её.Звоню Кристиану, чтобы обрадовать. Наконец-то наша семья в сборе.Когда Лену оставили в покое, сажусь рядышком и с нежностью смотрю на нее. Она справилась, моя сильная волчица, моя истинная теперь со мной.— Люблю тебя, — сказал, накрывая нежные губки.— А я сильнее, — улыбнулась она и ответила.ЭпилогПрошла неделя с моего пробуждения. Не думала, что всех так перепугаю своим не запланированным сном. Мои любимые были всегда рядом и верили, что я скоро проснусь, это мне рассказал Алик. Я впервые видела его таким взволнованным и счастливым.С моими малышами все отлично, они дома, находятся под опекой кучи нянек и защитой лучших волков. По моей просьбе мне привезли моих ангелочков, и я не могла их отпустить. Они так выросли!Они моё счастье и моя жизнь, ради них я рискнула собой и нисколько не жалею.Как только меня перевели домой, я не выходила из детской, как и мои любимые волки. Оказывается, у моей принцессы уже есть свой защитник, которые её безумно любит и дорожит. Было забавно наблюдать за Маркусом, как он оберегает её и заботится, кормит, одевает. Альфы только посмеивались над ним.— Смотри Маркус, как воспитаешь жену, такой и будет, — смеялся Кристиан.— Главное, вы мне её не разбалуйте, — серьезно говорил он, укачивая малышку.— На счет этого не обещаем. Всё же она у нас единственная дочь, — посмеивался Алик, смотря, как волк отдает мне дочку на кормление.Молоко у меня появилось, не сразу, но за это стоило потрудиться. Грудь стала ещё больше, и это нравилось не только деткам, но и их папам.— Лена, ну хоть вы на моей стороне? — с мольбой смотрит на меня Маркус.— Конечно на твоей, но как я могу не баловать дочь? — усмехнулась я, прижимая маленький комочек, которая сразу нашла грудь и стала кушать причмокивая.— Ладно Маркус, иди займись делами. Выясни что за девушки, и все по протоколу. Если все в порядке, то принимай, — серьезно сказал Кристиан, выталкивая волка за дверь.— Девушки? — удивилась я.— Сестры, они сбежали из своей стаи, и теперь ищут новую, или убежище, — задумчиво сказал Алик.— Я уже все проверил, — взмолился Маркус, и упирается как маленький ребенок. Его взгляд так и падает на малышку.— Ну все, иди тогда прогуляйся, завтра придешь к своей паре, — посмеивался Кристиан стараясь выпихнуть волка, а на Маркуса жалко смотреть. Волку тяжело оставлять свою избранную, особенно если ей нужна защита. Для меня стало нормой видеть серого волка у детской кроватки. Не повезло ему, к малышке он прикоснётся не раньше 18, за этим проследят папаши.Когда Маркус наконец-то ушел, я смогла откинуть одеяло, которым прикрывала малышку и грудь. Юная обжора, с аппетитом причмокивала, и крепко держала своей маленькой ладошкой грудь.— Неужели так интересно? — Тихо спросила, глядя на задумчивого Алика, который сидел рядышком и внимательно следил за нами.— Это лучшее, что я видел в жизни, — улыбаясь, сказал он.— Так может, тогда сам покормишь? — пошутила я.— Нет, мне нравится, что наша дочка ест с таким аппетитом, и ест из твоей соблазнительной и аппетитной груди, — хрипя, сказал он. От его слов по телу прошел жар. Как же я соскучилась по ним, во всех смыслах. Мы конечно спали рядом, но мне не хватало их ласки. И сколько мне ещё мучится?— Родная, думаю всё, — от мыслей отвлек тихий голос Алика.Дочка сладко спала и улыбалась. Аккуратно поднялась с ней и переложила в кроватку.— Спи, моя принцесса, — нежно поцеловала дочку в лобик.— Пойдем хорошая моя, и тебе пора отдохнуть, — тихо прошептал Альфа, обняв меня и уводя из комнаты.В постели нас ждал раздетый Кристиана. Как же он прекрасен. Пальчики так и чешутся запустить их в его волосы, или пройтись ими по такому мощному телу. Хочу пощупать его сильные плечи, коснуться груди и накаченного пресса. Можно и ниже заглянуть.— Родная, я чувствую твое желание даже отсюда, — улыбнулся волчара.— Да мне вообще много чего хочется, но нельзя, — печально сказала раздеваясь.— Уже всё можно, — прошептал Алик, целую в плечо. — Нам дали добро, если аккуратно, — прорычал он, прижимая меня к уже голому телу, когда успел?!Меня быстро подхватили на руки и унесли в кровать, где уже дожидался второй возбужденный волк.— Но я думала ещё месяц.— Это у людей месяц, но ты же не совсем человек, — соблазнительно улыбнулся Кристиан, накрывая меня своим горячим и таким желанным телом.И зачем я от них бегала, ведь мое счастье было так близко. Судьба буквально толкнула меня в их объятия. И меня держали крепко. Мы все не поняли своего счастья. Мне стоило понять их, а им держать не крепко, а нежно. Да, у нас были ошибки и обиды, но сейчас они кажутся такой мелочью.Я попробовала вкус жизни и ощутила, как она прекрасна, особенно когда знаешь, что она может оборваться в любую минуту. Я выжила и теперь намерена насладиться всем временем, что у меня есть. Буду радоваться каждому дню, каждой минуте, особенно если рядом есть те, кто сделает мою жизнь ещё ярче. Буду любить и буду любима.— Пошалим, родная? — коварно улыбнулся Алик.— Кто-то задолжал мне сладкие ночи, и не только, — хитро посмотрела на возбужденных мужей.— Мы всё вернем, и с процентами. Начнем, пожалуй, прямо сейчас, — с жаром сказал Кристиан, накрывая мои губы в поцелуе. А губы Алика прокладывали путь по животику и ниже, где давно все пылало.Ох и горячая ночка меня ждет! Жизнь так прекрасна, что надо брать все, что она дает!Конец.