Часть 5

Глава 7 Лекарство.

7 глава. Лекарство. - Сколько меня ещё здесь продержат? - мадам Помфри поставила перед Джинни поднос с едой, но та поморщилась при виде отбивных. - Столько, сколько понадобится, - она поправила сползший на бок белый колпачок на голове и быстро вышла. Джинни готова была провалиться сквозь землю. Даже обычно такая любезная, хотя и строгая, мадам Помфри говорила с ней натянуто, будто её заставляли. Джинни захотелось испариться, упасть куда-нибудь с головой и не возвращаться оттуда, пока всё не закончится. - И вот ещё что, - мадам Помфри показалась из-за ширмы так неожиданно, что Джинни выронила вилку, - после еды - выпей это. На прикроватную тумбочку мадам Помфри поставила пузырёк с прозрачной жидкостью. Что-то Джинни подсказывало, что это была вовсе не вода и не обычная настойка для поддержания тонуса. - Что это? - Джинни откупорила сосуд и принюхалась. Содержимое совершенно ничем не пахло. - Это твоё лекарство, - впервые за весь их недолгий разговор медсестра посмотрела на неё. Её взгляд был взволнованным, словно она чего-то боялась. - Каждый день по пузырьку. В твоих же интересах не отлынивать и соблюдать рецептуру. Джинни смотрела на пузырёк почти заворожено. На секунду ей даже показалось, что он пуст - настолько прозрачная жидкость была в нём. Она никогда раньше не видела таких лекарств - без запаха и цвета, и предполагала, что и вкуса у него тоже не будет. Сейчас она явственно ощутила себя больной, даже заразной. Даже не подумав притронуться к еде, Джинни осушила содержимое флакончика одним глотком. И обнаружила, что всё-таки одно свойство этой жидкости было присуще - она была холодной, словно её только что разморозили после долгой спячки в каком-нибудь морозильной подвале. Холодок пробежался по спине, и Джинни почувствовала, как жидкость прошлась по горлу и опустилась вниз, отчего внутри на секунду наступил мороз. Нывший до этого висок тут же перестал болеть, Джинни почувствовала некоторую лёгкость и даже готова была сейчас полетать на метле. И первый раз за несколько месяцев улыбнулась. Искренне и наивно, будто вдруг поняла, что всё закончилось.* *Гермиона выглядела слишком весёлой, а Рон, обычно что-то бормочущий о несносности сестры, был слишком молчалив. - Профессор МакГонагалл сказала, что я могу подтянуть тебя по некоторым предметам, которые ты пропустила, - подруга выкладывала на прикроватную тумбочку пергаменты и учебники, Джинни наблюдала за ней безразлично, - ну, конечно, это касается только теории. Боюсь, мадам Помфри не позволит тебе практиковаться здесь в заклинаниях! Она как-то слишком громко рассмеялась, совсем невесело. - Сколько меня ещё здесь продержат? - кажется, Джинни уже задавала это вопрос, но ей было всё равно. Гермиона и Рон переглянулись. - Дамблдор пока точно не сказал, но... - Гермиону почему-то начали интересовать собственные колени, она разглаживала на них школьную мантию и не поднимала головы - мы думаем, что скоро тебя выпишут. Джинни уныло посмотрела в окно, за которым бесновался дождь. Он хлестал стекло своими косыми плетнями с таким остервенением, будто то в чём-то перед ним провинилось. Так хлестали её внутри слова друзей, сидящих перед ней. - Завтра приедет мама с Биллом, - Рон вырвал Джинни из плена мыслей, всё больше нагонявших на неё тоску, хотя та поддавалась неохотно, - она очень хочет повидать тебя. - Действительно, мы очень давно не виделись. Целых пару дней, - едко заметила Джинни, но Рон, как ни странно, никак не отреагировал. Он молча теребил мантию. Складывалось ощущение, что она ему мешает. - Надо полагать, что квиддич тоже пройдёт мимо меня, - это был не вопрос, скорее утверждение, но Гермиона внезапно встрепенулась. - Нет, Джинни! Гарри взял тебя в команду, - быстро нашлась она, и Рон сбоку согласно закивал, оставив свою мантию в покое. - Без отборочных испытаний? - Джинни чуть прищурилась, вглядываясь в лица друзей. - Просто так? Рон заёрзал на стуле. - Ну, он и так знает, как ты хорошо держишься на метле, - Гермиона всеми силами старалась придать своему лицу как можно больше воодушевления, - к чему эти формальности. Испытания... Если бы Джинни снова могла разозлиться, если бы хоть на секундочку она могла снять блокировку своего сознания - она тут же бы вскочила и накричала бы на двух людей перед ней. Как можно быть такими бездушными? Неужели, они не понимают, как больно делают ей своей дурацкой жалостью? - Мне не нужна ваша жалость, - ей казалось, что она проговорила это одними лишь губами, но Гермиона с Роном всё же услышали. - Джинни, перестань, - начала Гермиона, быстро находя поддержку в лице кивающего Рона - Гарри просто хотел, как лучше. Джинни чуть дёрнулась, будто от дурной мысли. Невидимые нити сковывали рвущуюся наружу злобу, но раздражение они скрыть не могли. Ей было и противно и обидно одновременно. Все вокруг неё стали такими ручными, до тошноты притворяющимися, что всё хорошо. - Вы ведь всё знаете, - Джинни заговорила, даже не посмотрев на друзей - знаете и ведёте себя так, словно ничего не случилось. Словно нет никакого заклятья. Готова поспорить, мама завтра не будет так притворяться. - Она волнуется и это понятно, Джин, - Рон посмотрел на сестру с полуулыбкой - но не могу обещать, что она не разрыдается прямо при входе в палату. Джинни чуть заметно улыбнулась. От мамы этого действительно можно было ожидать. - Джинни, мы просто пытаемся тебя поддержать, - Гермиона вертела в руках палочку, не зная, куда себя деть - не думаю, что ты хочешь всё это переживать одна. И мы справимся, все вместе. И с Волан - Рон поёжился - и с Волан-де-Мортом, и с эти заклятьем. - Как всё просто у тебя, Гермиона, - Джинни склонила голову на бок, шея начинала затекать - я бы тоже хотела так думать. Это все, наверное, потому, что заклятье всё же на мне, а не на ком-то из вас. Рон подался вперёд. - Гермиона права. Джинни прошлась по лицу брата отсутствующим взглядом. - Я не смогу...убить кого-то...просто не смогу... Гермиона всхлипнула. Её глаза наполнились слезами, Джинни сделалось совсем не по себе. - В последние пару дней я так не думал, - Рон легко улыбнулся, будто они разговаривали о погоде. И Гермиона, кажется, тоже улыбнулась уголками рта. За ширмой, у входа в больничное крыло, раздался какой-то грохот. Все трое встрепенулись. - Осторожно, кладите его сюда, - беспокойный голос мадам Помфри раздался где-то совсем рядом - да что же это такое? Вы что, совсем не умеете летать? Больничное крыло наполнилось голосами, разрывая тягучую тишину, царившую здесь до этого. - Что там случилось? - Джинни попыталась вытянуть шею, но ширма была слишком высокой. Рон поднялся со стула и украдкой взглянул за белое преграждение. Его лицо, кажется, просияло. - Малфой, - прошептал он одними губами и вернулся на место, Гермиона почему-то беспокойно оглянулась - кажется, свалился с метлы. Хвала небесам! Гермиона ткнула его в бок. - Прекрати, Рон. Так нельзя, - её голос звучал приглушённо для Джинни, будто уши ей забили ватой. Ей совсем не хотелось лежать в одной палате с Малфоем. Что это было? Стыд? Да, скорее всего ей было просто стыдно за свой поступок. Сейчас, когда привычной ненависти и злобы не было, она испытывала стыд. - Джинни? - Гермиона потрепала подругу за плечо - всё нормально? - Да, - будто очнувшись, проговорила она, придав своему голосу как можно больше уверенности - просто стало неуютно. Голоса за ширмой не стихали, слышался звон каких-то склянок, шуршание бумаг и одежды. Взволнованный голос мадам Помфри, что-то говорившей о "дурацкой" игре квиддич, и еле слышное среди всего этого тяжёлое с едва уловимыми стонами дыхание. - Рон, твоё воспитание никуда не годится, - продолжала сетовать Гермиона, тыча в него указательным пальцем. Рон, похоже, угрызений совести не испытывал. Его лицо озарила непонятная улыбка, совсем не виноватая. - Мне кажется, Рон с этим заклятьем справился бы куда лучше меня, - Джинни посмотрела на улыбающегося брата.

Глава 8 «Диалог между столбами, лишь бы не столкнулись лбами»

"Две нити вместе свиты, Концы обнажены. То "да" и "нет", не слиты, Не слиты сплетены. Их темное сплетенье И тесно, и мертво. Но ждет их воскресенье, И ждут они его. Концов концы коснутся Другие "да" и "нет", И "да" и "нет" проснутся, Сплетенные сольются, И смерть их будет Свет." ( "Электричество" З.Гиппиус) Этой ночью Джинни почти не спала. Стоны Малфоя за тоненькой ширмой никак не давали ей покоя. Если бы у неё была волшебная палочка, она смогла бы наложить какое-нибудь блокирующее звуки заклятие. Но, обшарив в третий раз всю тумбочку, она её не нашла. Значит, Гарри был прав - Дамблдор всё же забрал палочку. И Джинни с трудом верилось, что сделал он это для её исследования. Мадам Помфри угомонилась не сразу. Она долго что-то нашёптывала у кровати Малфоя, а затем ещё с полчаса гремела баночками у его тумбочки. Наконец, когда свет в её каморке погас, и палата погрузилась во тьму, Джинни решилась встать. Она толком и не знала, зачем ей смотреть на израненного Малфоя. Но что-то будто подтолкнуло её. Осторожно, в кромешной тьме, она пробралась за ширму. Босым ногам было зябко, но Джинни быстро подобрала их под себя и уселась на стул возле его кровати. Не было ни крови, ни бинтов - ничего, что могло означать, что он упал с метлы. Его светлые волосы разметались по подушке. Мадам Помфри накрыла его одеялом до самого подбородка, и смотрелся он так до ужаса нелепо. Он что-то прошептал во тьму и повернул голову на бок, Джинни увидела глубокий порез на шее. Он уже не кровоточил, скорее наоборот, с невероятной быстротой затягивался. Но пару часов назад, из этой раны наверняка хлестала кровь. Малфой ещё раз что-то неслышно прошептал и наморщил лоб, будто о чём-то размышлял во сне. Джинни чуть было не улыбнулась. Но тут же одёрнула себя. Она всё ещё помнила то необычное ощущение облегчения, когда услышала, что он жив. И теперь ей было это безумно важно. Всегда знать, что он жив. Иначе... иначе она просто начнёт винить во всём себя. И даже питая к нему сильную неприязнь, отчётливое отвращение, она не могла его ненавидеть. Пока действует жидкость, которую она выпила сегодня за ужином, она не сможет его возненавидеть. И даже его погибшего отца, который наложил на неё это чёртово заклятье. Но под действием лекарства она определённо знала одно, подумай она о Том-Кого-Нельзя-Называть, и ненависть в ней тут же проснётся. Но теперь в одной палате с Малфоем, она никогда себе не позволит, чтобы эта злоба снова вырвалась наружу. Она уже однажды могла его убить... "Убийство..." Окно, в которое так настойчиво стучался дождь весь вечер, вдруг отворилось настежь. И только лёгкая ширма спасала Джинни и Малфоя от беспощадной стихии, ворвавшейся в комнату. Она покачивалась из стороны в сторону от сильного ветра, гнулась, но всё же стояла. Джинни быстро рванула к окну, откуда доносился неестественный вой дождя, и с силой захлопнула его. Из-за ширмы, где лежал Малфой раздался протяжный стон. Джинни хотелось что-нибудь сделать, чтобы тот больше не издавал ни звука, чтобы не причинял своими стонами ей ещё большую боль. Но она ничего не могла и, усевшись на собственную кровать, уставилась куда-то перед собой. - Пить, - раздался тихий шепот из-за ширмы. Джинни вздрогнула. Всё-таки этот порыв ветра его разбудил. Девушка осторожно заглянула за преграждение. Малфой вертел головой, пытаясь, видимо, разобрать, где находится. - Чёрт, - также тихо прошептал он и попытался сесть, но гримаса боли тут же отразилась на его лице. Когда-то давно, а на самом деле, пару дней назад, Джинни бы многим пожертвовала, чтобы увидеть это выражение лица. Беспомощность, боль и...страх? - Что ты как маленький, - прошептала ему в ответ Джинни, выходя так, чтобы тот смог её увидеть - протяни руку и попей. Малфой на секунду замер, но потом резко дёрнулся в бок, кажется, пытаясь нашарить на тумбочке палочку. - Идиот, - прошептала Джинни и протянула ему стакан, всем своим видом показывая, что ей это безумно противно делать. - Уизли? - прохрипел он, но стакан всё же взял. Джинни кивнула. Похоже, он упал с метлы точно на голову. - Там, где ты, я всегда почему-то полуживой, - он снова попытался сесть, но тут же плюхнулся обратно, подавляя в себе искушение застонать. Он отпил из стакана воды и протянул его Джинни. - По-твоему, я твоя сиделка? - презрительно бросила девушка и громко поставила стакан на тумбочку. Нет, она не могла разозлиться. - По-моему, ты апокалипсис в чистом виде, - он откинул чёлку с лица и снова поморщился от боли - сгинь! А то со мной ещё что-нибудь случится. Джинни захотелось ему что-то ответить, но рот не открывался. Она молча прошлёпала к своей кровати. Чёрт, она даже не может ответить ничего на его колкость. Она слышала, как он ворочается в кровати, пытаясь что-то сделать. Может, снова хочет дотянуться до стакана с водой? Она не знала, сколько вот так пролежала, почти без движения, глядя на причудливые тени, ползущие по потолку. Но его голос заставил её очнуться. - Почему ты здесь? - раздалось из-за ширмы, и Джинни напряглась - я думал, таких, как ты, держат в больнице святого Мунго. Опять нет. Она не могла даже повысить голос, чтобы тот почувствовал, насколько ей неприятно слышать эти слова. - Избавь от разговоров с тобой, Малфой - ответила она ему ровным голосом. Но тот не унимался, решив вдоволь поиздеваться, раз уж есть возможность хотя бы словесно отомстить ей. - Ах да, я совсем забыл, - она была готова поспорить, что на идеальном, смазливом личике сейчас играет усмешка - содержание больного стоит немалых денег. Как жаль...Тебе наверняка так скучно в обществе нормальных людей. - Тебе что, не спится? - Джинни всё ещё силилась разозлиться, но голос звучал ровно и отстранённо - я могу позвать Помфри, она то тебя быстро угомонит. - Вот только услуг не нужно, - Малфой снова тяжело задышал, но это не мешало ему язвить - кто знает, каким образом я верну тебе этот долг. Джинни тяжело выдохнула и накрыла голову подушкой. Слушать его больше совершенно не хотелось. Только злость. Ну, где же это проклятое чувство, когда оно так нужно? - Полегче, Малфой, - этот голос заставил Джинни подскочить на месте от неожиданности - что должно с тобой случиться, чтобы ты, наконец, закрыл свой поганый рот? Перед Джинни появился Гарри. Он снимал мантию-невидимку и грозно смотрел на стоявшую рядом ширму. - Гарри, что ты здесь... - начала было Джинни, но Малфой её опередил: - Поттер, ты не подумал о том, что я могу позвать мадам Помфри? Гарри невесело усмехнулся и плюхнулся в кресло рядом с Джинни, всё ещё ошарашено смотрящую на него. - А ты не подумал, что я могу остаться незамеченным, а Помфри сочтёт твои слова нездоровой галлюцинацией? Слизеринец, кажется, хмыкнул. - Поттер, ты просто болван. Я, кстати, волшебник и у меня, так, на всякий случай, имеется волшебная палочка. Одно моё заклинание - и ты предстанешь перед Помфри во всей красе. - Может, вы прекратите так громко...- но Джинни снова перебили. У неё сложилось ощущение, что Гарри пришёл навестить Малфоя. - Одно моё заклинание - и ты не сможешь произнести ничего в ближайшие пару часов, Малфой. Так что лучше заткнись, - Гарри всё ещё смотрел на ширму, будто разговаривал сейчас именно с ней. Малфой подозрительно молчал. Джинни не особо верилось в то, что ему нечего сказать. - Зачем ты пришёл? - шепотом спросила Джинни, но всё же была уверена, что Малфой за тонким куском пластмассы её хорошо слышит. - Решил проведать тебя, - пожал плечами Гарри, будто это было само собой разумеющимся - я сегодня не смог к тебе зайти. У меня опять взыскание. - Дай-ка угадаю, - Джинни подалась вперёд, чтобы лучше видеть парня - Снейп? Гарри кивнул. - А ты не подумал, что я могла банально спать? - Джинни в удивлении подняла одну бровь. Ей так нравилось, что она могла чувствовать столько разных вещей. Удивление, облегчение, грусть, лёгкую радость. Вот только волнения Гарри у неё не вызывал.