Глава 5

- Это платье моей дочери, оно должно быть тебе как раз в пору. Думаю, она не будет против, что я подарю его тебе, ей оно все равно уже мало. Столько времени утекло с тех пор, как она его одевала. Воспоминания о дочери заставили женщину сменить радостную улыбку на печальную. Дочь выросла, вышла замуж, родила детей, а до родной матери ей дела не было. Вся в своих заботах и делах она так редко навещала свою родительницу, что та почти забыла, как та выглядит.

Агата приняла из рук Софи платье, благодарно улыбаясь. Прислонив его к своей груди, она прикидывала, подойдет оно ей по размеру или же нет. Девушка заметила, как сменилось выражение лица женщины и поэтому осторожно коснулась ее плеча, тем самым подбадривая.

— С вашей дочерью ведь все хорошо? — рука успокаивающе погладила. Из-за состояния Софи она и сама задумалась о семье. Точнее, о папе. Мать свою Агата никогда не видела, отец утверждал, что она погибла при родах. Так ли это было на самом деле? Сколько информации он скрывал от нее еще? Если Джонатан был уверен в том, что отношение девушки к отцу изменится, значит ему было что скрывать.

- Все хорошо деточка, а теперь беги, прими ванну, от тебя прямо благоухает лошадиными фекалиями! - скомандовала старушка, - а потом спускайся к обеду. Надеюсь, Даррен будет так любезен тоже поучаствовать за обедом. В последнее время он так себя не бережет. - слова Софи словно были о другом человеке, противоречили поведению Смита младшего в пух и прах, но открывали его с другой стороны, не с той, которую он всем показывал.

Заметно смутившись, девушка кивнула в знак согласия и убрала руки. Упоминание о Джонатане навело былую тоску. Скоро ли он успокоится? Как вообще будет себя? На эти вопросы хотелось бы найти ответы, но кажется, придется разузнать все самой уже за обедом.

Агата ретировалась в ванную. Выглядела она и вправду не очень. В чужом доме не было возможности даже элементарно ухаживать за собой и приходилось довольствоваться лишь водой и мылом. Спасибо хоть и на том. Это было безусловно логично, ведь она все-таки находилась в плену и не могла выглядеть так же, как прежде.

Хорошенько вымывшись и причесавшись, Агата спускалась вниз по лестнице уже в новом платье. Она все еще беспокоилась по поводу того, что ей вероятно придется столкнуться с привычной плохой стороной Джона, а не с хорошей, к которой успела самую малость проникнуться. Она все еще пыталась отрицать это. Он точно не дружит с головой.

За столом мужчины не оказалось, чему Софи похоже была не очень рада. Она вытирала со щеки слезу, когда заметила девушку и натянула улыбку.

- Агата! Ты уже пришла! А я как раз накрыла на стол и собиралась позвать тебя.

Похоже, этот засранец умудрился испортить настроение даже этой милой старушке своим отвратительным нравом. Как он мог вообще ей грубить или заставлять ее расстраиваться? Это было просто невыносимым грехом.

Агата насторожилась, ведь не могла не заметить, что женщина явно скрывала истинные эмоции за напускными. Опухшие глаза и голос ее выдавали.

— Он вас обидел? — первое, что пришло в голову. Девушка недовольно нахмурилась. Вот теперь она все точно просто так не оставит, обязательно поговорит с ним и будь что будет. Пускай не послушает, пускай ей самой тоже достанется, но Софи доводить она не позволит. Эта женщина слишком многое для нее сделала. Вздохнув, Агата села за стол и вновь взглянула на старушку. Руки, что лежали у нее на коленях под столом, сжались в кулаки от нервов. Она старалась не выдавать свою злость, но получалось плохо.

- Давай скорее пообедаем.

Девушка, на предложение могла только согласиться, своих планов же раскрывать не хотела, ведь понимала, что Софи попытается ее отговорить, а она готова была стоять на своем до последнего.

Закончив с обедом, Агата поблагодарила женщину и выскочила прочь из комнаты. Предположить, где находился хозяин дома было несложно — лишь одну комнату за вчерашний день она не успела проверить и прямо из нее выходил Джонатан Смит, когда они столкнулись.

*** Джон вновь сидел в кабинете совершенно один. Покручивая в руке бокал с янтарной жидкостью, он задумчиво смотрел в монитор, уже перешедшего в режим ожидания, ноутбука.

Он отправил видео Картеру. Оставалось выжидать. Нет, он не отделается так просто. Он должен все потерять, но эта девчонка. Она плотно засела у Джона в голове и никак не собиралась ее покидать. Сначала он подумал, просто пленница, ничего особенного. Сколько он уже пытал людей в свои то годы?! Получит то, что хочет и убьет ее и папашу, но теперь... ему отчего-то хотелось все больше времени проводить с девушкой. Ему нравилось, как она пугается его, как сопротивляется, как искренне радуется мелочам. Он бы вечность связывал и развязывал ее, чтобы видеть эти оленьи глазки, полные благодарности. Точно с головой не все в порядке.

Вспомнишь лучик, вот и солнце! Даже не постучавшись, девушка бесцеремонно вошла в кабинет и закрыла за собой дверь, не беспокоясь о том, что это могло не понравиться мужчине. Злость распирала ее изнутри, но внешне она пыталась сохранять невозмутимость.

- Ты часто срываешься на других и убегаешь от проблем вместо того, чтобы их решать?

Бокал из руки мужчины пролетел мимо девушки, столкнулся со стеной и разбился вдребезги. А вот этого Агата не предвидела. Она зажмурилась, вновь испытав страх от неизбежности, но лишь на миг. К счастью, бокал разбился об стену, а не ее голову, на том спасибо.

- А ты всегда входишь без стука? - спросил встречно мужчина с совершенно невозмутимым лицом, будто это и не он сейчас швырнул в нее стакан, намеренно промахнувшись.

- В следующий раз я ведь могу и попасть, - он поднялся с места, обошел стол и плюхнулся на диван, - чего пришла? Не о моих проблемах разговаривать же?

Девушка фыркнула, отвернув голову в сторону.

- Если невидимый барьер, который ты возвел меж собой и окружающим миром для тебя тоже проблема — то да, — ничто не выдавало ее волнение. Она все еще побаивалась мужчину и его агрессивных действий, но отступать было поздно. Агата тоже не из робкого десятка, будет стоять на своем до конца.

- Ну, попробуй! - он бросал ей вызов?? - ты даже подойти боишься, не то что на путь истины меня ставить. У самой коленки трясутся как у девственницы в тёмном переулке. Прикрыв глаза, мужчина отчего-то на миг задумался. Что с этой девчонкой не так? Нет бы сидеть и не высовываться, так она сама лезет нарожон. Словно овечка, пришедшая в лес, прямо к логову злого голодного волка. Джон похлопал по пустому месту на диване, показывая присесть.

Губы девушки сжались в тонкую полоску, а руки нервно сминали подол платья. Она понимала, что словами и действиями мужчины руководили эмоции, поэтому готова была простить ему даже такие слова. Изначально она пришла для того, чтобы отчитать его, но сейчас хотелось помочь. Помочь принять себя настоящего.

Агата послушно присела на диван, но в глаза не смотрела, предпочитая сосредоточиться на первой попавшейся точке пола.

- На пути в подвал я встретила человека. Кого-то доброго, сострадательного, возможно заботливого. Полная противоположность Даррена Джонатана Смита, который создал для себя образ холодного и жестокого человека, а теперь пытается его придерживаться, — девушка ухмыльнулась и наконец решилась взглянуть на Джона. Дрожащая рука сама потянулась к его щеке. — ты не такой, Джон. Зачем ты это делаешь?

Все произошло в один миг. Подмяв девушку под себя, он оказался сверху, прижимая тело девушки к мягкой поверхности дивана собой. Он не делал ей больно, лишь держал вот так, доминируя, не позволяя двинуться ни влево, ни вправо ни одной конечностью.

- Откуда тебе знать какой я? - он дышал тяжело, то ли от ярости, то ли от перевозбуждения. Вот она - вся в его власти, такая беззащитная, такая невинная. Пришла помочь. Пф, Что за бред?! Ему не нужна помощь маленькой глупой овечки. Он сердитый серый волк, которого все боятся и не суются в лес.

Агата, оцепенев от страха, смотрела широко раскрытыми глазами на Джонатана. Уперевшись руками в его грудь, она попыталась оттолкнуть его от себя, но сил было явно недостаточно для того, чтобы противостоять взрослому мужчине. Девушка очень боялась того, что тот мог совершить что-то необдуманное и поэтому была просто обязана привести его в чувства. Говорить получалось с трудом, как и сохранять спокойный тон в голосе:

- Ты пытаешься скрыть свои хорошие стороны от окружающих, но я все видела. Ты и сейчас делаешь это, чтобы в очередной раз доказать, какой ты плохой и запугать меня. поэтому, — Агата прикрыла веки, чувствуя, как бешено колотится собственное сердце. — отпусти меня.

- Вот еще, - сказал, как отрезал. Он не собирался ее отпускать, не в этот момент. "Надо ее хорошенько проучить, чтобы не совала свой нос куда не следует" - подумал Джонатан, - "она слишком много себе позволяет". Склонив голову ниже, касаясь носом шеи девушки, он глубоко вдохнул ее запах. От девушки исходил аромат клубничного мыла, что притащила Софи. Признать для себя мужчине пришлось, что этот аромат на ее коже сильно туманил рассудок. Он даже на мгновение забыл, что собирался опять как следует ее напугать, а вместо этого сделал столь странную вещь. Он прикрыл глаза, касаясь ее плеча своими губами, щетиной щекоча кожу.

"Как и думал. Нежная и бархатистая" - подметил брюнет.

И вновь поступающая паника, стоило девушке получить отказ. Ну разумеется, кто она такая, чтобы возражать? Она не заслужила ни уважения, ни просто человеческого отношения. Да она даже не пленница, просто вещь. Агата не могла вымолвить ни слова, ведь они застряли в горле. Зажмурившись, она вздрагивала каждый раз, когда мужчина к ней прикасался. Пускай прикосновения были пока безобидными, девушка все равно ожидала худшего исхода событий. — Ну же, прекрати, — она вновь попыталась толкнуть его. Страшно и мерзко от того чувства, что ей могут распоряжаться так, как угодно душе, полностью игнорируя чувства, даже с тем фактором, что не такие уж они и неприятные. Эти касания. Девушка не могла понять этого противоречивого ощущения, страха и ненависти, и ожидания чего-то большего.

- Угомонись, - приказным тоном произнес тот. Схватив девушку за руки, он закинул их ей над головой, прижав одной рукой. Свободной рукой он провел по ее щеке, наблюдая за своими же действиями как завороженный. - Каково так чувствовать себя? Беспомощной, когда я вот так легко могу сделать с тобой все, что мне заблагорассудится. Тебе страшно? Противно? Опиши это чувство.

От приказного тона по коже пробежали мурашки. Она устала плакать, как та самая маленькая запуганная девочка, но снова находилась на грани. В третий раз. И вот уже дважды возникло такое чувство, будто она проживает не свою жизнь и вообще все это происходит не с ней. Кто мог подумать, что ее сначала похитят, а потом она станет жертвой домогательств?

Выслушивать Джонатана было еще более мерзко, чем терпеть его надругательства. Испытав сильное чувство злости или возможной ненависти, Агата решилась на то, чего сама от себя не ожидала: плюнула мужчине прямо в лицо.

- Терпеть тебя представляется возможным ровно до того момента, пока ты не откроешь свой поганый рот, — девушка сама оторопела от своей смелости и только потом начала понимать, что этим сделала только хуже.

Она разозлила его, определенно. Ремень на его брюках расстегнулся характерным щелчком со звоном, давая понять тем самым, что сейчас произойдет что-то нечто ужасное. Девушка замерла на месте, услышав лязг ремня. Вот сейчас мужчина не шутил и от этого ощущения становилось еще более гадко на душе. Его руки, скользнули под ткань ее платья, срывая нижнее белье. Грубый, настолько, что при другом раскладе это могло бы даже возбудить, не пытайся он сейчас ее поиметь против ее воли. Глубоко вздохнув, тот попытался успокоиться, чтобы не сорваться вновь. - Оттого насколько сильно ты будешь сопротивляться зависит то, насколько этот процесс будет болезненным. - слова словно предупреждение сорвались с его уст. Он пытался держать себя в руках до последнего.

Как она могла только подумать о том, что в этом человеке есть хоть что-то хорошее? Сейчас Агата полностью убедилась в том, что он прогнил насквозь, потому что этот поступок не шел ни в какие сравнения с другими. Попытки сопротивления не прекращались, кажется, она пропустила даже последние слова мимо ушей. Страх нарастал, а когда Джонатан без каких-либо усилий лишил девушку нижнего белья, паника достигла своего предела. Агата толкалась, пыталась свести колени, мотала головой в отрицании и так жалобно шептала «нет». Она бы хотела вести себя спокойно, дабы не провоцировать и без того разъяренного зверя, но почему-то не получалось. Наверное, все еще наивно полагала, что ее могут отпустить. Надежда умирает последней.

Бесцеремонно раздвинув той руки силой, мужчина прижался к девушке. Но пугающего проникновения просто напросто не произошло. Мягкое белье мужчины разделяло его и ее от этого пугающего шага в их отношениях.

- С тебя довольно и этого. - фыркнул Джонатан, отпустил ее и, поднявшись с места, застегнул брюки.

- Я не опущусь до поступков твоего отца, - сказал он и вышел из кабинета, оставив девушку одну.

Агата удивленно захлопала ресницами. Проводив того зглядом до самой двери, она все же осталась наедине сама с собой и смогла прийти в себя, но не совсем до конца. А ведь она почти поверила в то, что с ней произойдет то самое непоправимое, но все обошлось. Мужчину нахваливать желания не было. Да, он сдержал себя, остановился, при этом же наговорил много неприятных слов и заставил девушку почувствовать себя униженной.

Девушка закрыла лицо руками, пытаясь переварить случившееся и успокоиться. Однако ее заинтересовало и то, что она находилась в кабинете Джонатана, а значит могла здесь найти ответы на свои вопросы. Видимо, мало досталось.

Поднявшись и подобрав свое белье, она прошмыгнула к двери, дабы выглянуть и убедиться, что хозяин дома возвращаться не собирался. Запирать дверь на замок изнутри было бы просто нелепо, поэтому приходилось действовать быстро. Агата проверила содержимое всех тумбочек, но так ничего и не нашла интересного по поводу своего отца. Тогда внимание привлек ноутбук, что стоял у нее все время перед носом. Если бы мужчина только знал, чем она занималась, убил бы на месте.

На столе стоял ноутбук. Тот был заблокирован и требовал ввести 8 символов. Об этом свидетельствовала надпись на экране "введите восьмизначный пароль".

Девушка разочарованно вздохнула, осознав, что заглянуть в ноутбук ей не удастся. Такой пароль она никак не могла отгадать. Не идиот же Джонатан, чтобы ставить классический пароль, состоящий из одних нулей или отсчета от одного до бесконечности. Вообще никакой информации. Совершенно случайно Агата заметила фотографию девушки в рамке. Она стояла рядом с ноутбуком. На ней было фото молодой девушки, она лучезарно улыбалась со снимка очевидно тому, кто его делал. Некоторые части тела были слегка размыты, что говорило о том, что кадр был снят случайно, но видимо, Джонатану так понравилась эта фотография, что он решил поставить в рамку именно ее.

Взяв ее в руки, дабы рассмотреть поближе, она сделала вывод, что это кто-то очень близкий. Его первая любовь, мать, сестра? Во внешних данных определенно было какое-то сходство. Не думала она, что такой эгоистичный человек способен скорбеть. Убедившись в том, что здесь она больше ничего не найдет, Агата выскользнула из кабинета и убежала в свою комнату.