41.Наказание для злодеев

После беспорядочных событий Реймс попросил Равина увезти Майома и Мингкван как можно дальше, а сам остался решать оставшиеся проблемы. Главной задачей сейчас было вывести любимого из этого места, пропитанного ужасными воспоминаниями, которые могли нанести ему еще больший вред. Мужчина сомневался, хватит ли у Майома сил справиться с этим.

– Малыш, иди с Равином, а я скоро приеду, — сказал Реймс, утешая младшего и нежно целуя его в заплаканные глаза, чтобы успокоить от пережитого шока.

– П-п-пи Реймс, мне страшно, — тихо сказал Майом, крепко держа его за руку, как будто в поисках защиты и тепла, способных помочь справиться с холодом и страхом в своей душе.

– Не переживай. С Равином ты будешь в безопасности, — мягко улыбнулся старший, кивнув брату, чтобы тот увел Майома.

– Ты точно уверен, что не хочешь, чтобы я остался и помог? — спросил Равин, явно готовый еще раз наказать негодяев.

– Не нужно. Я сам справлюсь. Поверь мне, я не позволю им спокойно жить даже в тюрьме, — голос Реймса звучал так холодно и угрожающе, что даже сидящие поблизости преступники начали теснее жаться друг к другу, надеясь, что в группе им будет безопаснее.

– Тогда я оставляю это на тебя, — сказал Равин, бросив последний взгляд на пятерых ублюдков, после чего взял Майома на руки и ушел, Мингкван последовала за ними, неся вещи друга.

– Господин Реймс, что будем делать с этими людьми? — спросил один из полицейских, подойдя к сидящему на стуле, закинув ногу на ногу, мужчине и, оценивающе разглядывающему связанных преступников. Все, кроме одного, избегали его взгляда. Этот один, несмотря на свое жалкое состояние, упрямо смотрел ему прямо в глаза, отказываясь признавать поражение.

– Этих четверых я поручаю вам. Можете еще раз хорошенько их проучить, а потом отправить в тюрьму до конца их дней. А вот с этим... Я хочу, чтобы ты нашёл для меня наркоманов. Устройте полицейский рейд, привезите человек десять. Если среди них будут больные, захватите и их. Я готов щедро заплатить каждому, — сказал Реймс, спокойно обсуждая свои планы, словно речь шла о погоде.

От его слов у всех по коже побежали мурашки, ведь это был человек, обладающий абсолютной властью. Деньги, решительность и жестокость — все это сосредоточилось в нем одном. Мужчина всеми своими действиями доказывал, что благодаря деньгам можно решить любую проблему, превратить черное в белое, а плохое — в хорошее. Но такая жесткость и решимость даются не каждому.

И господин Реймс... действительно страшный человек.

– Н-нет, пожалуйста, не делайте этого с нами! Скажите, сколько вам нужно денег, я попрошу отца привезти их! – один из пятерых попытался подползти к мужчине, умоляя его без остановки.

– Ты думаешь, что твой отец богаче меня, раз решил осыпать меня деньгами? Убирайся отсюда! – холодно бросил Реймс и безжалостно пнул голову того, кто пытался подползти к нему. – Запомните имя "Реймс Кулнат" и держите его в своих пустых головах! Если я что-то говорю, то никогда не отступаю от своих слов и не беру их обратно!

После этих слов мужчина кивнул, давая сигнал полицейским вывести четверых, оставив только Графа, который продолжал смотреть на него, не моргая.

– А что касается тебя, скоро всё закончится. Любишь групповые развлечения? Я устрою тебе это. Уверяю, у тебя будет десять «мужей» одновременно. Среди них даже найдутся больные. Как тебе моя идея? Ты должен быть благодарен мне за такую щедрость – десять за раз, это же выгодно, не так ли?

Реймс одарил Графа ледяной улыбкой. Парнишка пытался скрыть страх, но его напряжённое лицо выдавало всё.

Прошло немного времени, прежде чем полиция доставила специально отобранных людей. Все они были крупными, грязными, грубыми наркоманами: у некоторых из них были язвы на коже. Их вид заставил Графа задрожать от ужаса.

– Если ты решил разрушить чью-то жизнь, то должен быть готовым принять свою карму и пережить тоже самое, что сделал с другим. – Произнося эти слова, Реймс подписал десять чеков по миллиону бат каждый, и передал их группе, которая только что вошла в комнату.

– Я поручаю вам заботиться о нём три... нет, лучше четыре дня без перерыва. Даже если он потеряет сознание, приведите его в чувство и продолжайте мучить, пока он не получит то, что заслужил!

Дав последнее указание только что прибывшим людям, он молча покинул комнату. Последние звуки, которые услышал Реймс, были треск разрывающейся одежды и крики, постепенно затихающие, когда дверь за ним захлопнулась.

Завершив все дела, мужчина поспешил домой. Вернувшись, он сразу направился в комнату Майома. Открыв дверь, он увидел, что тот уже спокойно спит на мягкой кровати.

– Как он? – Реймс понизил голос, переводя дыхание после того, как быстро поднялся наверх.

– Уснул, – ответил Равин, аккуратно поправляя одеяло, чтобы укрыть Майома и защитить его от холода. – Его подруга только что ушла, незадолго до твоего прихода.

– Это хорошо. Мы многим ей обязаны, – кивнул Реймс, вспоминая Мингкван, которая помогла им получить информацию о местонахождении Графа. 

– Если бы не Мингкван, нам было бы очень тяжело, а хуже всего пришлось бы Майому, — добавил Равин, присаживаясь и глядя на лицо, покрытое синяками и ссадинами – следами насилия тех отморозков. Вспоминая это, он хотел бы снова вернуться и избить их еще раз.

– Но после того, как всё закончилось, я злюсь на Майома. Он сделал всё по-своему, не сказав нам, и поставил себя под удар, — Реймс смотрел на лежащего человека взглядом, полным любви и гнева.

– В таком случае, нам придется ещё немного изменить привычки Майома. Пусть это будет наказанием за то, что он отправился к этому ублюдку, даже не предупредив нас, – Равин погладил мягкие волосам юноши, глядя на него с теплотой. Однако, ему придется быть строгим, чтобы преподать урок. Ведь если бы они не успели вовремя, неизвестно, какие ужасы могли бы с ним произойти.

Поэтому, чтобы Майом понял, насколько его действия были неправильны, они, как его возлюбленные и временные опекуны, должны проявить строгость и усилить наказание за его безрассудное поведение, которое привело к такой опасности.

****

Майом проснулся на следующее утро, чувствуя себя изможденным. Боль во всём теле всё еще давала о себе знать после многочисленных побоев. Ночью он почти не спал, постоянно просыпаясь от кошмаров, связанных с событиями прошлого дня.

Но больше всего его шокировало осознание того, что произошло. Неужели тот незнакомец действительно сделал это с ним?

Чувство отвращения к самому себе вызвало у Майома приступ тошноты. Вспоминая грубые, жадные прикосновения пятерых мужчин, которые пытались получить удовольствие за его счет, он едва сдерживал желание встать и выбежать из комнаты.

– Проснулся? Тогда прими лекарства, — сказал Равин, заходя с подносом для завтрака в руках. За ним с серьезным видом шел Реймс. Сначала юноша испугался, увидев, как кто-то заходит в комнату, но, узнав любимых, немного успокоился. Однако он всё равно не решался поднять глаза и посмотреть на них, чувствуя вину за то, что снова доставил столько проблем.

– Спасибо, — тихо ответил Майом, опустив голову и медленно начав есть рисовый суп. Несмотря на отсутствие аппетита, под давлением взглядов старших ему ничего не оставалось, кроме как есть ложку за ложкой.

– Ты понимаешь, к чему привели твои действия? — наконец заговорил Реймс, так и не взглянув на Майома. Маленькие руки, на запястьях которых всё еще были видны следы от веревок, медленно опустились, и он приготовился слушать, что скажет старший. – Если информация о том, что тебя изнасиловали, станет известна, это разрушит твою репутацию и репутацию нашей семьи. Другие не будут считать тебя жертвой насилия, они будут думать, что ты просто распущенный ребенок, который ввязывается в сомнительные связи с мужчинами. А если это повлияет на твое будущее и на бизнес всей семьи, то пострадаешь не только ты, но и твоя мать, которая беспокоится за тебя из-за твоих необдуманных действий. Ты понимаешь это?

Реймс говорил долго, и это была правда, о которой Майом тоже задумывался. Он лишь мог склонить голову, признавая свою вину. Его маленькие ладошки сжимались от давления, которое он ощущал под взглядами Реймса и Равина. Ему казалось, что он не может дышать.

— Да, ты хотел исправить свои ошибки, это правда. Но что в итоге? Ты действовал самовольно, не посоветовавшись с нами, и поставил себя под угрозу. Если бы мы не успели вовремя, что бы с тобой стало?

Реймс прервал свою речь, словно не хотел продолжать. Гнев, который кипел в его душе, не находил выхода, что только усиливало его раздражение. Это заставляло Майома чувствовать себя еще более виноватым и грязным.

— Мы предупреждали тебя много раз, чтобы ты держался подальше от этого парня. Но ты никого не хочешь слушать, тебя не заботят чувства других. Зачем ты снова пошел к нему? — внезапно спросил Равин, его взгляд был полон разочарования и боли.

— Или нам снова нужно поступить с тобой так, как в прошлый раз, чтобы ты наконец понял? Нужно ли нам прибегнуть к этому, Майом, чтобы ты осознал свою ответственность? Ты даже не способен быть хорошим партнером, верно? — Равин резко схватил его за плечи, так сильно, что Майом задрожал всем телом.

Его лицо было залито слезами. На этот раз Майом действительно сожалел о своем ошибочном решении, которое привело к таким тяжелым последствиям. Он ясно осознавал, что глубоко разочаровал своих возлюбленных. Холодные, отстраненные взгляды, направленные на него, словно разрывали его изнутри.

Эти взгляды... Вы очень разочарованы во мне, правда? Да, я грязный, ничтожный... Что я могу предложить вам?

У меня больше ничего не осталось, чтобы быть достойным вас...

Майом опустил голову, избегая их взглядов. Он не оправдывался, не спорил, лишь повторял про себя, что он ничтожен и недостоин их любви.

Реймс, заметив его молчание, решил, что их слова, угрозы и предупреждения наконец возымели эффект. Он надеялся, что этого будет достаточно, чтобы Майом больше не подвергал свою жизнь опасности. 

Пусть немного отдохнет, прежде чем они попытаются вернуться к прежним отношениям.

Ведь самое ужасающее во всей этой истории было то, о чем страшно даже думать – они могли навсегда потерять своего любимого...