Глава 33

Ангелина                                                     

- Так получается, что ты с ним живешь? Или…    

- Я с ним живу. Без или, - перебила Эльвиру. - Я не домработница и не няня. Но ухаживать за Ником помогаю, - и без того недружелюбный взгляд девушки полыхнул злобой.

Ей ни к чему знать подробности и нюансы моей предстоящей беременности. Но я не хотела, чтобы она думала, что я здесь живу, как обслуга - пусть и не надеется.

- Так значит это правда, что ты уволилась и за мальчишкой приглядываешь? - потрясенно прошептала она.

Для нее оказалось шоком, что я жила с Андреем? А для меня, что она заявилась к нему в квартиру, как к себе домой.

- Правда, - спокойно ответила я. - И предлагать ждать Андрея - не буду. Как и вступать с тобой в разговоры. Ничего хорошего из этого не получится.

- Да, не получится, - кивнула она. - Потому что мое мнение насчет тебя стало только в разы хуже. И не верю я в такую жертвенность, понятно!

- Вот и хорошо. Не люблю и не пытаюсь казаться лучше, чем я есть на самом деле. А не веришь, может быть, потому что оцениваешь мой поступок сквозь призму своего малодушия? Андрей и Ник сейчас в тяжелой ситуации и им нужна поддержка, а ты...

- А я беременна! - резко перебила она меня, повышая голос. - И раз уж ты такая сердобольная, то подумай, что отнимаешь у моего ребенка отца!

- Я позвоню Андрею и спрошу, когда он приедет, потому что он может заночевать у Никиты, а я, конечно, не смогу позволить тебе остаться его ждать до утра. Скрывать не буду - я не питаю радостных чувств от нашего общения, и думаю, это взаимно. Твой высокомерный тон с самого начала дал понять, что люди моего круга для тебя мусор под ногами, но ты же кроме красивой оболочки сама ничего из себя не представляешь.

- Дерзишь, да? Чувствуешь свою власть над ним? Только он вышвырнет тебя, когда Ник выздоровеет! Вот увидишь!

- Возможно и так, но я бы советовала тебе в твоем положении меньше волноваться, - я кивнула на ее пока еще совершенно плоский живот. - И ходить на таких высоких каблуках, - без выражения сказала я, развернулась и направилась наверх, чтобы позвонить Андрею.

Но Эльвира опередила меня. Уже на последней ступеньке я услышала ее звонкий голос. Она отчитывалась мужчине, что приехала поговорить, а застала в его квартире посторонних людей.

Вот что за невезение? Господи, хоть бы ребенок Эльвиры оказался не от мужчины, к которому я так сильно привязалась. Потому что я не представляла на сколько хватит моего терпения, чтобы видеться с этой женщиной, пусть даже и время от времени. Я бы и второго малыша родила следом, если первый не подошел Никите, как донор... Только судя по всему Эльвира была далеко не дурочка, приходить к нему домой, зная, что она ждет ребенка от другого мужчины.

Телефон в моих руках ожил и я увидела на дисплее знакомый номер.

- Ангелина, я буду дома через полчаса. Мне только что позвонила Эльвира...

- Я в курсе, - перебила я Андрея, ощущая, как меня потряхивает от негодования. - И я в спальне, а она ждет внизу. Желания общаться или как-то поддерживать беседу у меня нет. Если ты звонишь затем, чтобы предупредить меня о правилах приличного тона, то это излишне...

- Хорошо, - вздохнул он. - Я скоро буду и звонил я не за этим, - голос был, как и всегда, спокойным и ровным, но сейчас даже на расстоянии я чувствовала, как мужчина был раздражен.

Отложив телефон в сторону, я включила телевизор и попыталась сконцентрироваться на фильме, который показывали по одному из каналов, но у меня ничего не получалось. Зачем она пришла? И подгадала ведь время под вечер... А может быть они заранее договорились о встрече? Но тогда бы Андрей не предлагал мне провести его вдвоем. И зачем Людмила Ивановна ее впустила? Я видела, что она недолюбливала меня, но не до такой же степени, чтобы намеренно столкнуть нас лбами с бывшей любовницей Андрея? Ни одну из нас не желала видеть в роли его спутницы? Это больше походило на правду.

Я то и дело поглядывала на часы. Андрей уже должен был вернуться, но я решила не выходить из комнаты. Это было бы невежливо с моей стороны. Будет лучше и правильнее, если они поговорят наедине. И нет, я не задумывалась в эту минуту о чувствах Эльвиры, а думала об Андрее. Он бы себя ощущал крайне не комфортно, если бы я вышла из спальни и добавила «огонька» в их беседу. А может быть мне стоило сразу сказать Эльвире, что тоже скоро буду беременна от Андрея? Естественно, не посвящая ее в детали того, что у этого ребенка от меня не будет совершенно ничего.

Когда дверь в комнату открылась и на пороге появился Андрей я даже выдохнула от облегчения. Но судя по его нахмуренному виду этот вечер больше не планировался быть романтичным. Мужчина смотрел на меня с задумчивым выражением на лице. Контуры его широких плеч, мускулистого торса и узких бедер были совершенны. Еще при первой встрече я почувствовала жизненную силу и притягательность Андрея. Нужно быть мертвой или слепой, чтобы не заметить этого. Вот и Эльвира замечала и шла к своей цели привязать его к себе всеми способами.

- Эльвира уже ушла? - я первой нарушила молчание.

- Да, я вызвал ей такси. Она временно без машины. Связки еще до конца не восстановились.

Что-то я не заметила, чтобы она хромала, но кажется, поняла мотивы женщины. Она приехала так поздно, потому что планировала остаться в его квартире на ночь и утешить его? Что же весьма правильный ход… Теперь я понимала почему она была так зла на меня. Потому что я спутала ей все карты по воссоединению с Андреем!

- Зачем она приходила?                        

Он ухмыльнулся и вздохнул.           

- Я крайне удивлен. Она сказала, что готова сдать все анализы, чтобы подтвердить мое отцовство и помочь Никите, если ее ребенок подойдет, как донор. Мы договорились, что на днях встретимся в клинике.

- Как неожиданно... - растеряно отозвалась я.

И вроде это были хорошие новости, но мне стало грустно.

Эльвира вела себя так резко со мной, потому что винила в их расставании с Андреем. А что если его чувства не угасли к ней и взыграют снова? И все впятером они потом останутся жить в этой квартире, а меня выкинут на улицу, как бездомного котенка, отобрав при этом дитя, на которого фактически я никаких прав иметь не буду? Почему эти сомнения грызли меня изнутри и отравляли душу?

- Я ведь рассказывал тебе, что практически не помню родителей? - Андрей внимательно на меня поглядел. Я кивнула, сфокусировав на нем взгляд. - Но если бы мой повзрослевший сын пришел ко мне и спросил, как ему быть в этой ситуации, я бы ответил ему, что поступай так, как чувствуешь. В бесконечной гонке и суматохе за очередным миллионом я многого не замечал. Но зато сейчас четко осознаю, что одна твоя улыбка и вот этот честный и открытый взгляд вселяют надежды и веры больше, чем любые заверения докторов. В чем-то я очень даже понимаю сына, когда он требует от меня, чтобы ты бывала с ним чаще...

Я и сама чувствовала себя с этими мужчинами иначе. Отец и сын так быстро и смело вошли в мою жизнь, что мне казалось, будто я находилась рядом с ними всегда.

- К чему ты мне это все говоришь? - спросила я нервно.

- Что какой бы итог не был у беременности Эльвиры, буду я отцом этого ребенка или нет, в наших с тобой отношениях это ничего не изменит. У тебя же на лице сейчас все написано. Все твои страхи. Ангелина, я не привык жить по чьей-то указке, меня не прогнуть шантажом или уговорами. У меня есть своя голова на плечах и я уважаю в людях чувство собственного достоинства. У тебя оно, бесспорно, имеется, но также в тебе сейчас много неуверенности и сомнений на мой счет.

Он был прав, говоря все эти слова, словно читал меня, как открытую книгу.

- Те или иные эмоции необходимы нам, чтобы поглядеть иначе на какие-то ситуации в жизни и понять истины, которые раньше казались непостижимыми. Я думал, что счастье в достатке и успехе, чтобы был красивый и шикарный дом, а мой ребенок ходил в лучшую школу. По сути у Никиты все есть, и в то же время нет ничего… - он грустно ухмыльнулся, а в глубине его глаза затаилась боль.

- Андрей... - я коснулась его щеки.

- Я это говорю тебе затем, чтобы ты понимала: в одну минуту ничего не изменится. Я долгое время жил по-другому. Но у меня есть к тебе чувства, есть уверенность в твоей искренности, а главное желание быть с тобой рядом, а не с какой-то другой женщиной. С Эльвирой такого ощущения у меня не возникало. Сейчас моя жизнь перевернулась с ног на голову, меняются привычные устои и взгляды на многие вещи. Что из этого получится, я не знаю, но, определенно, ты не оставляешь меня равнодушным. Мне хочется возвращаться к тебе, и в минуты, когда мои мысли не заняты Ником, я думаю о тебе, - он склонился и его губы едва коснулись моих. - Разве, по-твоему, я настолько слеп, что не вижу эту нежность в твоих глазах, не чувствую, как ты дрожишь, стоит мне углубить наш поцелуй? Я испытываю те же чувства, Ангелина, но сейчас я всецело в своем сыне. Если ты готова ждать, быть рядом со мной, не требуя от меня никаких серьезных шагов, то у нас все получится.

- Но ведь я и так не требую ничего…

- Не требуешь, - согласился он. - Но сомневаешься. Только напрасно.

Андрей стянул с меня майку и прижал к себе. Углубил поцелуй и опрокинул меня на кровать. Ласкал меня, медленно исследуя мое тело руками и языком, пока я умирала от отчаянного желания слиться с ним воедино. Но он как будто решил наказать меня за то, что сомневалась в нем, и не спешил. Я стонала и извивалась под ним, стараясь теснее прижаться, но как бы не пыталась отвечать на его ласки, не могла сломить его самоконтроль. Наверное в эту ночь я окончательно поняла, что не смогу отказаться от этого мужчины, потому что уже любила его.

Утром я проснулась одна. Андрей уехал к Никите в клинику, а меня внизу ждал Павел, чтобы отвезти в центр репродукции. Я собиралась выйти из дома, как в дверь позвонили. После вчерашнего визита Эльвиры, я ожидала увидеть кого угодно, но только не курьера с охапкой цветов. Таких огромных букетов мне еще никто и никогда не дарил. Я расписалась за доставку, отнесла цветы в гостиную, нашла вазу и поставила их в воду, не в силах отвести глаз от розовых бутонов. Набрала Андрею короткое сообщение с благодарностью, и спустилась вниз со счастливой улыбкой на лице. Прошедшая ночь была прекрасной и незабываемой, однако мои сомнения никуда не исчезли. Я не могла ничем объяснить это тревожное чувство, которое пустило свои корни во мне, но просто знала, что за свое счастье мне еще предстоит побороться.