Глава 103. Охота начинается

Драко вернулся поздно. Тяжёлые шаги едва звучали на мраморном полу коридора — он всегда ходил так, будто мэнор сам наблюдает за ним и ждет ошибок.

Миссия была успешной: их отряд схватил нескольких Пожирателей, переметнувшихся к светлым. Гнусная работа. Грязная. Но привычная.

Он вошёл в гостиную... и замер.

Беллатрисса сидела в кресле у камина. Не двигалась, только смотрела в пламя — неподвижно, хищно, будто слушала его дыхание в соседней комнате.

— Ну и... как прошло задание, Драко? — спросила она, не поворачивая головы.

Он медленно снял перчатки, бросив их на край стола, и приподнял бровь.

— Удивлён, что это вас интересует, тётя, — последнее слово он произнёс с холодным акцентом.

Он уже собирался пройти мимо, направляясь в столовую, но Беллатрисса резко поднялась на ноги.

— Стой.

Он остановился — но не повернулся сразу, давая ей понять, что её приказ для него не больше, чем сквозняк.

Она подошла к нему — быстро, почти бесшумно, как тень. Он развернулся к ней, сохраняя выражение равнодушия.

И вот тогда её рука потянулась к нему — медленная, кожистая, дрожащая. Мгновение — едва заметное — выражение его лица исказило отвращение. Драко сделал шаг назад, но она всё равно коснулась его воротника.

— Что вы... — начал он, но замолчал.

Она поправила складку на его рубашке, словно заботливая родственница. Но её прикосновение было липким, как яд.

И именно в этот момент она увидела кулон.

Её взгляд вспыхнул. Но лицо осталось бесстрастным — даже ласковым.

— Красивая вещица, — медленно сказала она, вкрадчиво. — Древний артефакт, верно?

Драко нахмурился.

— Вас интересуют древности?

— Нет, — мягко протянула она, вновь проводя пальцами по его воротнику и будто невзначай касаясь цепочки. Затем спрятала кулон обратно под рубашку, ласково приглаживая ткань на его груди. И добавила, точно бросая вызов:

— Просто любопытно. Кажется... я уже где-то видела подобное.

Драко резко убрал её руку, словно сбрасывая паука.

Драко резко убрал её руку, словно сбрасывая паука.

— Вряд ли, — произнёс он холодно, даже лениво. — Вещь очень редкая, знаете ли.

Тишина между ними сгущалась, будто воздух стал гуще.

Беллатрисса смотрела на него так пристально, что обычный человек давно бы отвёл глаза. Но Драко не был обычным. Он выдержал её взгляд — ровно, нагло, почти вызывающе.

Она медленно улыбнулась. Та самая её улыбка — безумная, тянущая губы слишком широко.

— Редкая, говоришь... — протянула она. — Интересно, где же я могла видеть точно такую же...

Драко не дрогнул. Но мышцы на скулах напряглись едва заметно.

Беллатрисса шагнула ближе. Её пальцы, тонкие, словно когти, потянулись к его щеке — и он вновь отступил на половину шага. Так мало, что это мог бы заметить лишь тот, кто следил за каждым движением.

Её глаза сузились.

— Ты нервничаешь, племянничек?

— Я устал, — отрезал он.

— Или... — она склонила голову, как змея, изучающая жертву. — ...боишься, что я узнаю, где ты на самом деле был, пока нас одурачивали в банке?

Драко сжал зубы.

— Вам стоит аккуратнее подбирать слова, тётя, — спокойно ответил он. — Намекаете, что я участвовал в ограблении собственной семьи?

— А почему бы и нет? — её голос стал шелковистым и ядовитым. — В Гринготтсе видели двух воров — В Гринготтсе видели двух Лестрейнджей — одну, безусловно, фальшивую. Она приподняла подбородок, изучая его реакцию.

— И второго — Малфоя... слишком похожего на настоящего, чтобы быть просто совпадением.

Он приблизился сам — ровно на шаг, на который ушёл до этого.

— Если вы хотите обвинить меня — обвиняйте прямо, — сказал Драко низко. — Если нет — не тратьте моё время.

Её улыбка исчезла.

На миг.

Потом вернулась, но другой — тонкой, опасной.

— Осторожнее, мальчик. — Она почти прошептала. — Время может оказаться тем, чего у тебя слишком мало.

Он не моргнул.

— Это угроза?

— Это факт.

Беллатрисса резко развернулась и направилась к выходу, полы её чёрного платья рассыпали искры от огня камина.

У двери она остановилась, повернула голову на несколько градусов.

— Передай своей матери, что я загляну позже. Мне нужно... кое-что обсудить.

Драко вскинул бровь.

— Передайте сами, тётя. Я не посыльный.

Её глаза вспыхнули, как керосин, поймавший искру.

Но она ничего не ответила.

Просто вышла, захлопнув дверь так, что пламя в камине дрогнуло.

Драко остался стоять один.

И позволил себе выдохнуть — медленно, ощетиниваясь холодной яростью.

Она знает. Она что-то знает.

И если Беллатрисса начнёт копать...

Он сжал кулон под рубашкой.

Он не позволит ей.

Позже Драко стоял у окна, глядя на холодное зимнее небо, усыпанное звёздами. Хлопок трансгрессии прозвучал мягко, но он обернулся сразу — будто ждал каждую секунду.

— Ты пришла, — тихо сказал он и подошёл ближе.

Гермиона едва улыбнулась, но улыбка быстро исчезла, когда он остановился прямо перед ней — близко, почти касаясь дыханием.

Он поднял руку и легко коснулся её ключицы — не резко, не требовательно, а осторожно, как будто проверял свою догадку.

— Твой кулон, — сказал он спокойно, но голос был натянутым. — Его нет.

Не вопрос — утверждение.

Гермиона замерла. Её пальцы дрогнули, метнулись к шее... пусто.

Воздух в груди оборвался так резко, будто кто-то ударил.

— Я... — она сглотнула. — Драко, я... его нет. Я потеряла.

Её голос сорвался, в глазах мелькнула паника — она не столько переживала за вещь, сколько за смысл, который кулон нёс.

Драко медленно выпрямился. Несколько секунд молчал, будто обдумывал все последствия сразу — одно за другим.

И только потом тихо, почти шёпотом произнёс:

— Это плохо.

Не упрёк. Не злость. Просто констатация факта — и тяжёлый, опасный подтекст, от которого у Гермионы похолодело внутри.