Акт 1, сцена 4

Улица.

Входят РОМЕО, МЕРКУЦИО и БЕНВОЛИО с пятью или шестью РЯЖЕНЫМИ, ФАКЕЛЬЩИКИ и МАЛЬЧИК С БАРАБАНОМ.

Ромео. Прочесть ли нам приветствие в стихахИли войти без лишних предисловий?Бенволио. Нет, в наше время это не в ходу.Мы сможем обойтись без КупидонаС повязкой шерстяною на глазах,С татарским луком (14*) из линючей дранки,Который видом так бывал нелеп,Что дамам был страшней вороньих пугал.Нам не придётся никого томитьЭкспромтами при помощи суфлера.Под дудку их не будем мы плясать,А спляшем под свою и удалимся.Ромео. Тогда дай факел мне. Я огорчёнИ не плясун. Я факельщиком буду.(15*)Меркуцио. Ромео, нет, от танцев не уйдёшь.Ромео. Уволь меня. Вы в лёгких бальных туфлях,А я придавлен тяжестью к земле.Меркуцио. Ведь ты влюблён, так крыльями амураРешительней взмахни и оторвись.Ромео. Он пригвоздил меня стрелой навылет.Я ранен так, что крылья не несут.Под бременем любви я подгибаюсь.Меркуцио. Повалишься, её не придави:Она нежна для твоего паденья.Ромео. Любовь нежна? Она груба и зла.И колется и жжётся, как терновник.Меркуцио. А если так, будь тоже с ней жесток,Коли и жги, и будете вы квиты.Однако время маску надевать.Ну, вот и всё, и на лице личина.Теперь пусть мне что знают говорят:Я ряженый, пусть маска и краснеет.Бенволио. Стучитесь в дверь, и только мы войдём -Все в пляс, и пошевеливай ногами.Ромео. Дай факел мне. Пусть пляшут дураки.Половики не для меня стелили.Я ж со свечой, как деды говорили,Игру понаблюдаю из-за плеч,Хоть, кажется, она не стоит свеч.Меркуцио. Ах, факельщик, своей любовью пылкойТы надоел, как чадная коптилка!Стучись в подъезд, чтоб не истлеть живьём.Мы днём огонь, как говорится, жжём.Ромео. Таскаться в гости - добрая затея,Но не к добру.Меркуцио. А чем, спросить посмею?Ромео. Я видел сон.Меркуцио. Представь себе, и я.Ромео. Что видел ты?Меркуцио. Что сны - галиматья.Ромео. А я не ошибался в них ни разу.Меркуцио. Все королева Маб.(16*) Её проказы.Она родоприемница у фей,А по размерам - с камушек агатаВ кольце у мэра. По ночам онаНа шестерне пылинок цугом ездитВдоль по носам у нас, пока мы спим.В колёсах - спицы из паучьих лапок,Каретный верх - из крыльев саранчи,Ремни гужей - из ниток паутины,И хомуты - из капелек росы.На кость сверчка накручен хлыст из пены,Комар на козлах - ростом с червячка,Из тех, которые от сонной лениЗаводятся в ногтях у мастериц.(17*)Её возок - пустой лесной орешек.Ей смастерили этот экипажКаретники волшебниц - жук и белка.Она пересекает по ночамМозг любящих, которым снится нежность,Горбы вельможи, которым снится двор,Усы судей, которым снятся взятки,И губы дев, которым снится страсть.Шалунья Маб их сыпью покрываетЗа то, что падки к сладким пирожкам.Подкатит к переносице сутяги,И он почует тяжбы аромат.Щетинкой под ноздрею пощекочетУ пастора, и тот увидит сонО прибыльности нового прихода.С разбегу ринется за воротникСолдату, и ему во сне приснятсяПобоища, испанские ножи,И чары в два ведра, и барабаны.В испуге вскакивает он со снаИ крестится, дрожа, и засыпает.Всё это плутни королевы Маб.Она в конюшнях гривы заплетаетИ волосы сбивает колтуном,Который расплетать небезопасно.Под нею стонут девушки во сне,Заранее готовясь к материнству.Вот эта Маб...Ромео. Меркуцио, молчи. Ты пустомеля.Меркуцио. Речь о сновиденьях.Они плоды бездельницы-мечтыИ спящего досужего сознанья.Их вещество - как воздух, а скачки -Как взрывы ветра, рыщущего слепоТо к северу, то с севера на югВ приливе ласки и порыве гнева.Бенволио. Не застудил бы этот ветер твойНам ужина, пока мы сдуру медлим.Ромео. Не сдуру медлим, а не в срок спешим.Добра не жду. Неведомое что-то,Что спрятано пока ещё во тьме,Но зародится с нынешнего бала,Безвременно укоротит мне жизньВиной каких-то страшных обстоятельств.Но тот, кто направляет мой корабль,Уж поднял парус. Господа, войдемте!Бенволио. Бей в барабан!

Уходят.