Глава 17

    ЛИСА. Это был всего один разговор. Вот и все. Ладно, немного больше, чем просто разговор, но в целом, всего лишь одна встреча. Я даже не знаю его имени или как выглядит. Он вполне может оказаться убийцей.И все же моя кожа горит, покалывает, те участки тела, к которым он прикасался, буквально поют, а вены словно охвачены огнем.Опасный, разрушительный огонь.    Я несусь вниз по лестнице с одной целью: найти Адриану и рассказать ей каждую невероятно ошеломляющую и похотливую деталь последних… даже не знаю, сколько времени я отсутствовала. Десять минут? Пятнадцать? Пятьдесят?Она точно убьет меня за то, что я ее бросила, и будет права. Но потом воскресит, когда расскажу про этого, надеюсь, невероятно красивого, незнакомца с божественным ртом, который целовал меня так, будто от этого зависела его жизнь, и довел до оргазма, издеваясь над моим клитором, в чертовом публичном месте.Мое лицо пылает, и я уверена температура кожи сейчас не уступает температуре солнца. Нет, я не считаю себя ханжой. Но, еще ни один мужчина, с которым я познакомилась за пять минут до этого, не опускался на колени и не вылизывал меня посреди клуба, где в любой момент кто-нибудь мог нас застать.    Я потеряла свою маску, но мне абсолютно плевать, потому что Адриана умрет, когда услышит, что только что произошло.Меня подмывает тут же развернуться и последовать за ним в отель, хотя тупая, безымянная боль разъедает грудь, стоит только вспомнить, что он завтра улетает. В следующее мгновение злюсь на себя, ведь тоже возвращаюсь домой через несколько дней. Нет смысла оставлять место для глупых, иррациональных чувств.И все же, назойливая, необъяснимая пустота внутри не исчезает. Дрожащей рукой касаюсь губ, все еще пульсирующих после его поцелуев. Пальцы трепещут, в этом движении столько же восторга, сколько и полного недоумения. Мое тело до сих пор гудит от возбуждения.    Когда добираюсь до основного зала, сразу направляюсь туда, где в последний раз видела Адри. Толпа сместилась, и я ее не замечаю.Я плохо запомнила парня, которого она собиралась охмурить ради пары шотов, так что не могу сказать, здесь он или нет. Наверняка она в другом конце бара, болтает с каким-нибудь бедным барменом, мечтающим стать музыкантом, о недавно открытии взаимодействия между каким-то грибком и растением.Ее нигде нет.Может, она тоже нашла своего Призрака в маске и сейчас точно так же, как и я, растворяется в поцелуях в тесных коридорах Firenze.    Бармены качают головами, когда спрашиваю о ней, едва обращая на меня внимание из-за наплыва клиентов.Так что я жду. Сажусь на удачно освободившийся стул и жду, когда она вернется, от возбуждения ерзая на месте.Когда проходит десять минут, возбуждение сменяется тревогой. Я тереблю подол платья, проверяя телефон на случай, если она ответила на одно из моих сообщений.Пятнадцать минут спустя тревога превращается в беспокойство. Когда проходит час, беспокойство перерастает в панику.Меня начинает тошнить от страха. Горло царапает истерика, и я больше не сижу. Мчусь по клубу, крича имя сестры, требую от охраны вмешательства, толкая их, когда они только пожимают плечами, говорят, что, должно быть, она ушла домой. А потом просто выгоняют меня из клуба.    Может быть она сейчас в разгаре самого жаркого поцелуя в ее жизни. Может она выпила все шоты с текилой и отключилась где-то на одном из бархатных кресел Firenze. Может она устала ждать меня и действительно ушла домой.Я ведь правда не так уж и надолго исчезла… может быть.Нет.Не может быть.Я, блядь, надеюсь, что так и есть.Потому что другая возможность…Не могу даже представить.    Сбрасываю каблуки и бегу домой.Это в сорока минутах ходьбы, дольше, когда босиком. Быстрее было бы просто сесть на метро, но я лишена рациональных мыслей. В груди стучит паника, в голове только оглушающий гул страха, и он несет меня вперед по пустым улицам, пока мои ноги не начинают кровоточить, и я не оказываюсь у нашего Airbnb.Но Адрианы там нет.Нигде нет.Она не вернулась.Я стою в нашей вдруг ставшей невыносимо тихой гостиной, и перед глазами, мучая меня, вспыхивают сцены, как мы смеялись, дурачились, болтали, будто ничего плохого в мире не может случиться. И именно в этот момент, отчетливо ощущаю, как умирает моя душа.Это вся моя вина.

    ЧОНГУК.Она не пришла.Она, блядь, не пришла.           ЛИСА. Настоящее время.

— Как легко ты забыла мужчину, который лизал твой клитор и трахал пальцами киску, cara, — продолжает Чонгук, его голос не более, чем томное, ленивое мурлыканье. — Это у тебя происходит так часто, что ты даже не смогла запомнить меня?    Я смотрю на него снизу вверх, прижатая им, все еще в шоке прикрывая рот рукой, пока обрывки той ночи мелькают перед глазами.Это был он.Он тот незнакомец.Он мой Призрак.Тот, о ком я запрещала себе думать.В ту ночь произошло два события. Одно из-за другого.Этот незнакомец, Чонгук, вскружил мне голову, отвлек, отравил своими поцелуями, руками, телом… Настолько, что я полностью забыла об Адриане.Именно в это время ее похитили. А потом убили.Из-за меня.Потому что я была эгоисткой, и поставила свои желания выше ее.    Давление сдавливает грудь, удерживая воздух в легких. Будто кто-то только что уронил наковальню на грудную клетку.Чонгук наблюдает за каждой эмоцией, что отражается у меня на лице. Его рука опускается, касаясь моей талии. Тепло ладони обжигает мое внезапно остывшее тело, заставляя вздрогнуть.    — Наконец-то ты узнала меня, — говорит он. Я улавливаю в голосе слабую нотку облегчения.Он наклоняется, нос скользит по открытому изгибу моей шеи, почти прижимаясь к коже.— Скажи мне, — требует он, — почему ты не пришла ко мне той ночью?    Я едва слышу его.Я не здесь.Мое тело, возможно, под ним, но разум на полтора года в прошлом.Адриана вообще не хотела идти тогда в клуб.Я ее заставила. А потом бросила.Эгоистка. Эгоистка. Эгоистка.Как только поняла, что не могу ее найти, все воспоминания о Призраке, его прикосновениях, стерлись вместе со вкусом его губ. Но только на время, пока находилась в режиме бей или беги.Когда воспоминания начали возвращаться, я изо всех сил пыталась их задушить. Затолкать поглубже. Уничтожить.Бесполезно.Я не заслуживаю счастья. Не заслуживаю даже малейшей искры положительной эмоции, если она связана с ним.Если бы я не встретила его… Адриана, возможно, была бы еще жива.Вина, которую так усердно подавляла последние пару недель, скрывая ее под более сильными, неожиданными эмоциями, теперь взрывается с новой, безжалостной силой.Я не могу подвести Адриану во второй раз.    Эффект неожиданности дает мне преимущество, поэтому резко отталкиваю Чонгука от себя. В его глазах мелькает замешательство, я замечаю это даже сквозь слезы, прежде чем он скатывается с меня.Тут же вскакиваю и бегу к выходу, пока он не успел ничего сказать. Чонгук  тянется к моей лодыжке, но я быстрее, и его пальцы лишь скользят по коже, не успев ухватиться.Он зовет меня, тем самым глубоким голосом, который еще недавно заставлял меня дрожать.Я не оборачиваюсь.И посреди всего этого эмоционального хаоса меня пронзает осознание.Чонгук был со мной той ночью. Он не мог быть причастен к похищению Адри.    Какая-то неизвестная часть меня готова разрыдаться от облегчения. Но другая, более трезвая, осторожная, задает вполне разумный вопрос.Что он делает в Лондоне?Он ведь сказал, что живет в Риме, и улетает туда на следующий день.Так почему он все еще здесь? Почему работает в Firenze, чем занимается в Фамильи? Почему живет в этом городе?Неужели все было ложью?