"желание вернуть владельцу"

Суббота. Торговый центр.Яркое дневное освещение, люди с пакетами, дети с шариками, приглушённая музыка из колонок.

Акума не особо любил шумные места.Он пришёл сюда просто пройтись. Послушать музыку в наушниках.Иногда ему казалось, что движение людей помогает заглушить собственные мысли.

Он стоял у витрины книжного магазина, когда краем глаза заметил знакомую фигуру.Высокий. Чёрная куртка. Характерная походка.Курсед.

"Серьёзно? Тут?"

Он замер на месте.Курсед стоял у стойки в кофейне. Заказывал что-то, полувзъерошенный, сосредоточенный.Из заднего кармана куртки — что-то выскользнуло.Купюры. Много.Они упали на пол тихо, почти незаметно.

Акума распахнул глаза.

— Эй… эй! — он дернулся вперёд, но его заглушил шум, толпа.

Курсед, даже не повернувшись, взял кофе, сунул сдачу в бумажник и направился в сторону выхода.Акума в несколько шагов оказался у места, где лежали деньги.Поднял их.

Пачка. Сверху — пятидесятки. Не меньше десяти.Он сглотнул."Он даже не заметил… Но ведь если кто-то другой найдёт — уже не вернёт.Нужно… нужно отдать. Быстро."

30 минут спустя. У выхода из ТРЦ.

Акума стоял у выхода. Сердце билось глухо. Он почти потерял его из виду, но в толпе мелькнул силуэт.Курсед. Выходил, доставая наушники.

Акума выдохнул и побежал

Ноги будто не слушались, но он не останавливался. Сквозь толпу, обгоняя людей с пакетами, извиняясь на ходу.

— Стой… пожалуйста…

Он выскочил на улицу, почти оступился на скользком кафеле, но не сбавил темп.Вот он. Впереди.

Он подбежал вплотную и, запыхавшись, положил ладонь на плечо Курседа.

— Эй… подожди…

Курсед резко обернулся, на лице — привычная реакция: градус тревоги

— …Ты?

Акума тяжело дышал, опустив глаза, потом поднял руку, в которой был аккуратно сложенный свёрток из купюр.

— Ты… уронил это. В кофейне.Я заметил.Подумал, что… ну, вдруг потеряешь.

Он протянул деньги, опустив взгляд, голос стал чуть тише:

— Было бы неправильно не вернуть.

Курсед долго смотрел на него.Слишком долго.Потом — медленно взял деньги.

Молчание между ними — как электричество.Что-то меняется.

— …Ты серьёзно бежал за мной полчаса, чтобы это вернуть? — наконец сказал Курсед, удивлённо. Без издёвки. Просто… в голосе — что-то новое. Почти мягкое.

Акума пожал плечами. Почти шёпотом:

— Я просто подумал, что… ты бы так же сделал.

Курсед чуть нахмурился. Слова будто зацепили его за что-то внутри.Он кивнул, медленно. Смотрел не отводя взгляда.

— …Спасибо.

Акума кивнул тоже и уже собирался уйти, но Курсед, сам не зная зачем, придержал его за локоть.

— Эй…А почему ты вообще заметил меня?

Акума посмотрел ему в глаза впервые за всё время. Честно.

— Ты просто всегда заметен.

Курсед всё ещё стоял, держа в руках деньги, которые только что вернул ему… Акума.Тот самый Акума, с которым они чуть не подрались.Которого он избегал.За которым тайно наблюдал.

И вот он.Стоит перед ним.С дыханием, сбитым после бега.С тёплой ладонью, которая  только что была на его плече.

И что-то внутри дрогнуло.Акума сделал шаг назад.Его плечи слегка опустились, он, кажется, хотел уйти.Уже разворачивался…И в этот момент Курсед протянул руку.Остановил его.Пальцы лёгкие, но твёрдо держали его за край рукава.

— Подожди.Акума удивлённо повернулся.На лице — растерянность.А Курсед смотрел на него, чуть нахмурившись, будто борясь сам с собой.

— Я…Я пойду в кофейню. Выпью ещё кофе. Он замялся. Потом выдохнул чуть раздражённо — на себя, не на него.

— Хочешь пойти со мной?

Акума замер.Глаза — как два темных озера, в которых застыли эмоции: удивление, тревога, робкая надежда.

— …Ты предлагаешь мне…?

— Кофе. Просто кофе. Не взрыв мозга, — быстро вставил Курсед.— Раз уж ты вернул мои деньги, могу купить тебе капучино. Или что ты там пьёшь. Молчание.Долгое.И вдруг — едва заметная, очень хрупкая улыбка на губах Акумы.

— Я люблю эспрессо. Без сахара.Курсед усмехнулся краем губ.

— Конечно. Ещё бы.

И после этого они двинулись в сторону кофейни

Кофейня. Небольшой столик у окна.Акума аккуратно держит чашку обеими руками. Курсед пьёт, откинувшись назад, но всё время поглядывает на него.Между ними — тишина. Но не та, что раньше.Теперь — спокойная.Даже уютная.

Курсед по привычке облокотился на стол, глядя на улицу, потом, чуть хрипловато:

—Зачем ты вообще это сделал?

— Что именно?

— Почему ты вернул мне деньги?

Акума чуть пожал плечами.

— просто не хочу быть тем, кто мог бы унести чужое и забыть.

Курсед какое-то время молчал.Потом тихо: — Знаешь, ты странный.Реально странный.

Акума сдержанно кивнул.

— Я привык.

Курсед посмотрел на него.Долго.И вдруг сказал, не подумав:

— Но, может, это и не так уж плохо.Акума поднял на него глаза. Медленно.На секунду их взгляды встретились.

Что-то в этом взгляде… впервые не отталкивало.Наоборот — притягивало.