Глава 17

Глава 17Ветки щекотали нос Грозы, продиравшейся через кусты в поисках дичи. Деревья и кусты постепенно покрывались юной листвой, а одновременно с листьями кое-где появлялись маленькие, но неожиданно злющие зелёные шипы. Молодая свирепая собака поморщилась, когда один такой шип впился ей в губу, но Микки лишь добродушно заворчал.– Да уж, от этих шипов с ума можно сойти! Гроза, посмотри вокруг того поваленного дерева, хорошо? Надеюсь, там есть что-нибудь интересное.Она поглядела на большой ствол, вероятно, упавший ещё несколько Ледяных Ветров тому назад, судя по густой шкуре мха, облепившей его кору, и высокой траве, выросшей вокруг. С виду дерево, и впрямь, обещало щедрую добычу, но когда Гроза тщательно обследовала его, то не нашла ничего, кроме старого запаха землеройки.– Наверное, тут где-то гнездо, – сообщила она Микки, вернувшись, – но сами землеройки ушли.– Ничего страшного, – поспешил утешить её Микки, хотя Гроза видела, что он тоже разочарован. – Будем надеяться, Леснику повезло больше нашего.Гроза скосила глаза в сторону. Даже в густом подлеске она разглядела бурую с белым фигуру, вынюхивавшую дичь. «Сегодня дела продвигаются очень медленно!» – с нарастающим отчаянием подумала Гроза. После того, как каждый охотничий отряд стал выходить в лес в сопровождении одного разведчика, ловцы получили возможности более тщательно прочёсывать окрестности в поисках дичи, однако Гроза нашла нововведение крайне досадным. Теперь, когда разведчик постоянно бежал впереди, высматривая богатые дичью места и предупреждая о малейшей опасности, Гроза уже не могла в одиночестве носиться по лугам, полагаясь на чуткость своего носа и удачу.«Если так пойдёт и дальше, мои лапы отсохнут за ненадобностью», – ворчливо подумала она.Гроза вздохнула, устыдившись своих мыслей. Она понимала, что Счастливчик придумал замечательное новшество, благодаря которому охота станет более удачной. Более того, Гроза была польщена и взволнована тем, что её включили в первый охотничий отряд, вышедший за добычей вместе с разведчиком. Она даже не очень огорчилась, когда разведчицей в их патруль назначили Стрелу. «Главное, чтобы она хорошо делала свою работу, а её обидные слова про свирепых собак я сумею пропустить мимо ушей. Да и не всегда же она будет нашей разведчицей!» – подумала она, ещё не зная, что отряд отправится в лес совсем с другим провожатым…Гроза насторожила уши. Впереди послышался какой-то громкий шум, треск ломаемых веток и шорох листьев. Внезапно из зарослей выскочил Шёпот и радостно запыхтел, высунув язык. Гроза с трудом заставила себя не отвернуться, поймав его обожающий взгляд.– Что случилось, Шёпот? – как можно спокойнее пробурчала она.– Ничего, Гроза! Всё прекрасно! Я не чувствую никаких опасностей – ни здесь, ни на расстоянии двух-трёх кроличьих пробежек!В горле Микки заклокотало недовольное урчание.– Шёпот, почему ты докладываешь об этом Грозе? Сегодня охотничий отряд возглавляю я!Смущение мгновенно стёрло с морды Шёпота все следы недавней радости. Его уши грустно поникли.– Прости, Микки.– Ничего страшного, – буркнул Микки, выразительно покосившись на Грозу. – Но в следующий раз соблюдай правила.– Непременно! А сейчас я проверю всё ещё разок, для верности! – с этими словами он умчался в ту сторону, откуда только что прибежал.– Во имя Собаки-Земли, это невыносимо! – прорычала Гроза, когда серый хвост назойливого пса скрылся в кустах. – Прости, Микки. Честное слово, я не хотела, чтобы он мне докладывал! Он прекрасно знает, что я сегодня не во главе отряда.Но Микки только тихо рассмеялся.– Ах, Гроза, ты тут ни при чём!– Но я правда не понимаю, какая блоха его укусила! – взорвалась Гроза. – Зачем он только напросился пойти с нами? Стрела прекрасно справилась бы, и всем было бы спокойно!Стрела на удивление легко согласилась поменяться с Шёпотом, и теперь бедная Гроза была вынуждена второй день подряд охотиться с псом, который не давал ей проходу.– Я полагаю, ни для кого не секрет, почему Шёпот сегодня так хотел заступить на место Стрелы, – усмехнулся Микки.– Что? – Гроза резко повернулась и посмотрела на него. – Почему это? Что ты хочешь сказать, Микки?– Ничего. Это меня совершенно не касается, – торопливо фыркнул Микки, но от Грозы не укрылась многозначительная ухмылка, появившаяся на морде доброго пастушьего пса.– Микки, немедленно скажи, в чём дело! – она так рассердилась, что остановилась, преградив Микки дорогу.– Да ты что, Гроза? – Микки пристально посмотрел на неё, потом громко вздохнул и вмиг посерьёзнел. – Неужели ты сама не догадалась?– О чём я должна догадываться? Я не…– Великие Небесные Псы! Да ведь вся стая уже знает, что Шёпот… Короче, он испытывает к тебе гораздо более глубокие чувства, чем уважение к замечательной соратнице по стае. Я понятно выразился?– Нет, я не поняла… Ой! – Догадка была настолько невероятной, что Гроза взвизгнула, как Солнышко. Озарение оглушило её, как упавшая ветка. – Нет! Микки, это невозможно!– Прости, Гроза, я не знал, что ты ни о чём не догадывалась. На самом деле, это всем давно известно. Все видят, как он смотрит на тебя!– Шёпот хочет, чтобы я стала его подругой? – Пасть Грозы широко распахнулась, нижняя челюсть задрожала от ужаса. – Но мне не нужен никакой друг! Никакой. Никогда! Тем более Шёпот.– Да что ты такое говоришь, Гроза? – Микки удивлённо пошевелил усами. – Ты же понимаешь, что все собаки рано или поздно создают семью. Никогда не поверю, что ты никогда не задумывалась над тем, чтобы завести друга.– Делать мне больше нечего, кроме как думать о всякой чепухе! – взорвалась Гроза. – Я хочу охотиться! Зачем мне друг? Какая от него польза? И потом… Шёпот?– Ладно, ладно, успокойся, – едва сдерживая смех, проворчал Микки. – По крайней мере, теперь ты знаешь, чем объясняется его… внимание к тебе.Грозу затошнило. Она с трудом развернулась и побрела прочь. Микки был добрым псом, он всего лишь хотел помочь ей, но только ещё сильнее расстроил. «О чём только думает этот Шёпот? Он что, совсем разум потерял?»И тут, словно вызванный невесёлыми мыслями Грозы, из кустов снова выскочил её непрошенный обожатель. Бросив влюблённый взгляд на Грозу, Шёпот радостно завилял хвостом, но на этот раз он всё-таки нашёл в себе силы повернуться к Микки и доложить по всем правилам.– Микки, впереди чувствуется очень сильный запах дичи! Он доносится из гущи леса, рядом с бывшей территорией Ужаса.– Очень хорошо, – кивнул Микки. – Здесь мы почти ничего не нашли, так что всё равно нужно двигаться дальше Отличная работа, Шёпот.Глаза серого пса просияли от счастья, он не удержался и снова украдкой взглянул на Грозу, словно хотел убедиться, что она слышала похвалу, которой его одарил вожак отряда.– Рад стараться, Микки!– Лесник! – коротко рявкнул пастуший пёс, и самый крупный член отряда немедленно примчался на его зов. – Шёпот доложил, что впереди пахнет дичью – бежим и проверим Вперёд!И прежде чем Гроза успела протестующе тявкнуть, оба пса бросились в кусты и исчезли из виду. Возмущённый вой заклокотал в горле у Грозы.«Так нечестно! Как ты мог, Микки? Вы оставили меня наедине с Шёпотом!»Конечно, она могла бы удрать и попытаться догнать Микки, но Шёпот был быстроногим псом, именно поэтому Счастливчик выбрал его в разведчики. От него не убежать… Гроза подавила вздох. «Теперь мне придётся терпеть его до самого места, где водится дичь!»Пересилив себя, Гроза высунула язык и постаралась вести себя, как ни в чём не бывало.– Ну что, идём? Нехорошо отставать.Но Шёпот не тронулся с места. Склонив голову набок, он с нежной заботой смотрел на Грозу, словно её близость разом лишила его всякой воли.– Гроза, как ты себя чувствуешь? Ты хорошо выспалась… после вчерашнего?Гроза непонимающе уставилась на него. Её пасть сама собой открылась, потом закрылась.– Что? Ты говоришь о вчерашней стычке на поляне? Но при чём тут я?– Нет-нет, я о другом. – Шёпот горячо запыхтел, не сводя с неё глаз. – Я говорю о том, что ты опять ходила во сне. Ты не поранилась?Грозе показалось, будто земля ушла у неё из-под лап, а лес начал заваливаться набок. Она будто падала с высокого утёса, но ещё не успела удариться о землю. Несколько мгновений Гроза беспомощно смотрела на Шёпота, потом с трудом выдавила:– Я… что?– Ты ходишь во сне! Я тебя видел.– Н-нет! – С нарастающей паникой она затрясла головой и попыталась пройти мимо Шёпота. – Наверное, тебе это приснилось!– Нет! – он бросился за ней и побежал рядом. – Я всё видел и очень встревожился. Я так боялся, что с тобой что-то случится, что не спал и ждал, когда ты вернёшься. Ты ходила во сне, как наяву, но немного неуверенно. Ах, Гроза, я так тревожусь за тебя! Ты же можешь упасть или столкнуться с каким-нибудь хищником.Голова у Грозы пошла кругом Её снова замутило, страх холодным камнем ухнул на дно живота. Шёпот даже не понимал, насколько ужасно обстоят дела, он всего лишь искренне беспокоился о её безопасности.– Ничего страшного, Шёпот. Просто такая уж у меня дурная привычка.– Но ты же можешь во сне свалиться со скалы, – продолжал встревоженно поскуливать Шёпот. Он так разволновался, что забежал вперёд и встал перед Грозой, преградив ей путь.Она с трудом подавила острое желание схватить его клыками за шкирку и отшвырнуть прочь. Сдержавшись, Гроза только скрипнула зубами.– Я же сказала – ничего страшного! Хватит, оставь меня в покое!«Что я могла натворить в беспамятстве? – с внезапным ужасом подумала она. – Вдруг по ночам я делаю что-то ужасное, но ничего не помню наутро? Великие Небесные Псы, как так вышло, что о моих хождениях узнал именно Шёпот?»– Не сердись, Гроза! – заскулил Шёпот. – Честное слово, со мной ты можешь говорить обо всём! Не волнуйся, я всё понимаю!– А я не понимаю, почему ты продолжаешь говорить об этом, если я попросила перестать и оставить меня в покое! – пролаяла Гроза в его блестящие влюблённые глаза. – Я не хочу больше ничего слышать! Отстань от меня… пожалуйста!Дрожа всем телом, она протиснулась мимо Шёпота и понеслась в сторону пустоши, где валялись груды сучьев и поваленные бурей деревья. Сделав глубокий вдох, Гроза помчалась со всех лап, но, как она и опасалась, от Шёпота было не так-то просто отделаться. Очень скоро он без труда нагнал её, забежал вперёд и потрусил дальше, то и дело оборачиваясь и бросая на Грозу преданные виноватые взгляды.Она делала вид, будто ничего не замечает. Куда же запропастился Микки? Гроза была в отчаянии. Она хотела только одного – как следует поохотиться и вернуться в лагерь с богатой добычей, но сегодня собаки будто сговорились портить ей день! «Почему они не могут просто оставить меня в покое? Я не хочу думать о том, что сказал Микки, не хочу думать о Шёпоте, и уж точно не хочу думать о моих ужасных снах и о том, что я делаю по ночам…»– Гроза! – оборвал её мысли резкий оклик Микки. – Я чую кроличий след за тем гнилым пнём. Ты не проверишь, куда он ведёт?«С превеликим удовольствием! – мрачно подумала Гроза, пускаясь бежать по поваленным веткам в ту сторону, куда указывал пастуший пёс. – Мне срочно нужно поохотиться! Я больше не хочу ни о чём думать».Она быстро и без труда взяла след, однако вскоре убедилась, что он петляет по всей пустоши, а Грозе совершенно не хотелось расходовать свои силы на скучную беготню. Глаза у неё были моложе и зорче, чем у Микки, поэтому она очень быстро поняла, что означает чёрная тень, притаившаяся за серебристыми стволами мёртвых деревьев.Это был вход в кроличью нору!Забыв обо всех своих страхах и огорчениях, Гроза бросилась к норе. Просунув нос внутрь, она втянула в себя запах. Так и есть! Там, внутри, притаился кролик.Молодая свирепая собака не нуждалась в дальнейших указаниях. Целиком отдавшись могучему потоку радостного возбуждения, волной прокатившегося по её мышцам, она принялась разбрасывать лапами землю. Она работала с таким остервенением, что вскоре оказалась по самую грудь перепачкана землёй. Её сильные когти глубоко вонзались в землю, царапали, рвали, расшвыривали, мышцы работали во всю силу. Аромат кролика сделался оглушительным и невероятно сладким. – Гроза чувствовала запах его смертельного страха, нараставшего с каждым движением её когтей. От этого запаха у неё кружилась голова. Её пасть и ноздри были забиты землёй, морда перепачкалась до ушей, сырая глина застряла между пальцев, но Гроза этого не замечала. Она была уже близко.Совсем близко!Ещё один рывок – и огромная груда земли сдвинулась и осыпалась вниз. Со сдавленным воплем Гроза просунула голову и плечи в нору и защёлкала пастью. Есть! Через мгновение её зубы впились в мягкую шерсть, под которой чувствовалась тёплая живая плоть. Кролик отчаянно лягался, пытаясь вырваться и убежать в глубину норы, но было уже поздно. Клыки Грозы с хрустом сломали ему хребет. Она почувствовала, как маленькое тело мгновенно обмякло в её пасти, и поспешно выбралась наружу, сжимая в зубах свою дичь. Швырнув кролика на землю, Гроза с силой наступила на него передними лапами.Он был мёртв, в этом не было никаких сомнений. Она должна быть довольна – так почему же её трясёт от ярости? С громким рычанием Гроза схватила кролика за заднюю лапу и рванула, с удовольствием почувствовав, как она отделяется от тела. «Как это просто… как это хорошо… он слабый… такой слабый». Она снова набросилась на кролика, оторвала ему голову, потом впилась в спину. Кровь и внутренности убитого зверька смешались с грязью, облепившей морду Грозы. Она схватила кролика за плечо, потянула…– Гроза! ГРОЗА! – Микки с такой силой врезался ей в бок, что Гроза пошатнулась. Вздрогнув всем телом, она выпустила кролика из пасти.– Да что на тебя нашло? – Микки теперь стоял прямо перед ней, гневно сверкая глазами.У Грозы закружилась голова. Она несколько раз моргнула, глядя на растерзанную дичь, валявшуюся у её ног.От кролика почти ничего не осталось. Вокруг Грозы валялись окровавленные клочья, смешанные с песком и глиной, глубоко втоптанные в землю. То, что осталось, вряд ли можно было взять в пасть.Умирая от стыда и ужаса, Гроза подняла голову. Плечи Микки горбились от гнева, губы разъехались, обнажая острые клыки. Гроза задрожала от страха и жалости к себе.«Что я наделала? Как я могла так опозориться и подвести Микки?»– Свирепые собаки, они есть свирепые собаки, – процедил Лесник, стоявший за спиной Микки. – Что тут скажешь?И снова слепая ярость закипела в крови Грозы. Ей потребовалось сделать несколько судорожных вдохов, чтобы успокоиться и не наброситься на Лесника. Это потребовало таких усилий, что всё её тело задрожало от напряжения. «Что со мной? – ужаснулась Гроза. – Почему я не могу себя контролировать? Неужели Лесник прав?»И, самое главное, почему она пришла в такое исступление? Что её так разозлило? Неужели всё дело в собаке, которая смотрит на неё с таким обожанием? В собаке, которая преклоняется перед ней и готова не спать целую ночь, дожидаясь её возвращения после сонных блужданий? Неужели эта забота и любовь привели Грозу в такую ярость, что она растерзала в клочья беспомощную дичь?Сердце Грозы тяжело колотилось в рёбра, голова раскалывалась от боли, но она облизнулась и с трудом заставила себя успокоиться. «Я не стану огрызаться на Лесника, – твёрдо сказала Гроза себе. – Этим я только докажу его правоту». Решительно отвернувшись от Лесника, она виновато легла перед Микки и тоненько заскулила. Он гневно взглянул на неё, и тогда Гроза покорно перевернулась на спину, подставив вожаку отряда свой беззащитный мягкий живот.– Прости меня, Микки. – Гроза заглянула ему в глаза и кротко моргнула. – Я виновата, прости меня. Я забылась. Этого больше не повторится, даю слово.Микки всё ещё тяжело дышал, но постепенно он успокоился и сел. Сделав над собой усилие, он кивнул.– Хорошо, Гроза. Но постарайся, чтобы этого больше не было. – Он стукнул хвостом по земле и снова посмотрел на остатки кролика, словно никак не мог успокоиться.– Я больше не буду, – жалобно проскулила Гроза. – Обещаю.– Хорошо. – Микки отошёл в сторону, а Гроза снова перевернулась на живот и встала. Её бока содрогались, хвост мелко трясся. – Этого кролика мы в лагерь не понесём, но впереди я чувствую сильный запах дичи. Давайте посмотрим, что там есть хорошего, и, если повезёт, вернёмся в лагерь с доброй добычей. Согласны?Лесник с готовностью тявкнул, было видно, что ему не терпится поскорее забыть о неприятной сцене, разыгравшейся около кроличьей норы. «А уж мне-то как хочется!» – с тоской подумала Гроза. Но не успела она повернуться к Микки, как увидела несущегося к ним Шёпота. Его глаза блестели от страха, всё тело тряслось мелкой дрожью.«О, нет! – простонала про себя Гроза. – Неужели опять?»Её худшие страхи оправдались, когда Шёпот, не обращая внимания на Микки, бросился к ней и прижался дрожащим боком к её боку.Гроза в бешенстве отстранилась. Как он смеет вести себя так – сейчас, на глазах у Микки и Лесника? Она была в ярости, и в то же время её одолевала тревога. Шёпот был явно чем-то до смерти напуган. В его блестящих глазах стоял ужас, дрожь волнами пробегала по телу.– Что случилось? – провыла Гроза, изо всех сил стараясь подавить своё раздражение.«Какой ужасный день! Что ещё могло приключиться?»Но Шёпот только сильнее прижался к ней, его голос дрожал и срывался.– Ох, Гроза! Я шёл по запаху дичи, как положено. Я шёл всё дальше и дальше, чтобы проследить до конца… А потом мне пришлось остановиться, потому что я уже не мог идти дальше, ведь он был прямо передо мной!Он задрожал и завыл от ужаса.– Кто, Шёпот? Кто?!Серый пёс громко сглотнул и облизнулся.– Косматый!