Глава 1

Margaret Mirchelli

По своей природе люди мрази, чудовища. В нас нет ничего святого, ради достижения своих же целей -  пойти по головам, это меньшее из зол на которые мы способны. Своими тонкими наманекюренными пальцами я с ловкостью лишаю жизни, не дрогнув, не задумываясь. Достаточно всего пары секунд, для того что-бы навести прицел, ещё доля секунды, что-бы нажать на курок, и жизнь обрывается, с такой же легкостью, с которой рвется самая обычная нить. Грызет ли меня совесть? Ни капли. Я с самого детства видела жестокость, видела кровь.

Меня не учили, что правильно, что нет. я выросла в жестоком мире. Я с малых лет знала, кем является мой отец, я знала, что у него всегда за спиной пистолет, я знала или по меньшей мере догадывалась, где папа пропадает вечерами. Он не читал мне сказки на ночь, не играл со мной, как с дочкой. На протяжении всей жизни он делал из меня убийцу; в три года я стреляла в людей водой или игрушечными пулями из глупого детского набора с игрушками, а в 6 лет я уже держала в руках настоящее оружие. Конечно будучи ребенком я никого не убивала, это уже из мира фантастики, но все это время тренировали мою меткость. Сначала получалось плохо, и я не хотела этого,  я хотела играть в куклы, рисовать, пойти в балетную студию или класс скрипки, но я днями проводила время рядом с мишенями.

Мама же видя моё нежелание пыталась отговорить отца от моих тренировок, но тот оказывался непреклонным и на всё мои истерики реагировал сдержано, но строго.

-Ты не должна тратить своё время на десткие шалости, ты мой боец,Маргарет, - каждый раз повторял мне папа, вкладывая в руку пистолет.

И судя по всему у него это получилось; ему удалось сделать меня безжалостной ,безэмоциональной, заставил поверить,что лишить человека жизни - это норма, более того, я с этим смирилась.

Прицеливаясь я спускаю курок. Мне нравиться это ещё тем, что убивая с винтовки не видно крови, да и её впринципе нет. Лишь маленькая дыра от патрона, задев несколько жизненно важных органов делает смерть быстрой и безболезненной. Я ненавидела растягивать это удовольствие, в отличии от моих братьев и отца. Они могли сутки убивать человека, а потом ещё столько же отмывать засохшую кровь.

Для меня это было дико,да и по правде говоря это было одно из меньших вещей, делающих меня похоже на нормальных людей. Может наличие у меня отвращения к крови и давало несколько дополнительных баллов. Надеюсь хоть эта милость мне зачтеться где-то там на небесном суде, где все мы равны. Где каждое наше прегрышение записывается в большую плотную тетрадь. Могу поспорить у меня уже несколько таких тетрадей было исписано.

Достала телефон и написала отцу, что работа выполнена. Просто очередное задание выполнено. Меня не интересовало кем он был, была ли у него семья, жена? Был ли он отцом, возможно его жена недавно родила? Меня не интересовала, каким образом он перешёл мафии дорогу. И мне не было его жаль. Со стороны покажеться, что я мразь, но человек сам виноват в своих бедах. Он сам ступил на эту дорожку, и сам подписал себе приговор,когда стал играть не по правилам.

На соседнем сидении завибрировал телефон. Вероятней всего это пришел ответ отца, но я его даже не посмотрела, а продолжала вести авто по дороге.

***Спустя некоторое время я уже была дома, апетититный запах ударил в нос ещё на крыльце, где как раз стояли и курили мои братья. Нас в семье было четверо, если мы с Алессио вечно выступаем голосом разума, и вовремя можем остановить начавшуюся бурю, то Алонсо и Октавия полные противоположности. Мама надеятся, что у сестры это пройдет, что это просто тяжелый подростковый период или желание привлечь к себе внимания. Но мы считаем, что если девчонку уже в тринадцать становится все сложнее держать под контролем, то что с ней будет в шестнадцать, восемнадцать?

Перебросившись ещё парой тройкой слов мы вошли в дом, вся семья сидела за столом. Она у нас была не совсем большая, но и маленькой её назвать тоже было бы неправильно. Помимо родителей, двух братьев и сестры были ещё жены Алессио и Алонсо; Николетта - жена Алессио с замечательной дочкой, малышкой Алессией и Карла - жена Алонсо. Так же иногда наш дом посещали экономки, что-бы убраться и приготовить еды, но после свадьбы старшего брата, это случалось намного реже. Николетта имела хорошие навыки в кулинарии и не любила когда кто-то посягал на её територрию.

-Николетта, салат по этому рецепту просто отменный, - пробормотала мама, накладывая блюдо себе в миску.

-Спасибо. - Лучезарная и теплая улыбка расскрасила лицо девушки.

-Это курица? - Подковырнула салат на тарелке Карла.

-Лосось, - проговорила Николетта, мне так же удалось уловить, что её настроение мгновенно упало.

-Ты ведь знаешь, что я не люблю рыбу. - Недовольно пробурчала Карла.

-Не нравится, не ешь. Ты второй день ходишь кислее тучи, - подняла взгляд Николетта.

-Все в порядке, просто настроения нет, - проговорила голубоглазая блондинка, глядя на своего мужа.

-Не порть его остальным, - ответила я глядя в тарелку.

-Я не порчу, все знают,что я не люблю рыбу, почему так сложно это запомнить, - бросила вилку на стол Карла.

-А ты вместо того, что-бы возмущаться хотя-бы раз приготовила ужин сама.

-Это не в моих интересах, ты хочешь возиться сутками возле плиты, да пожалуйста, никто же не запрещает, но не возвышай это, экономка получает за это не самые большие деньги, и превозносить себя уж точно не стоит.

-Карла, прекрати, - я проследила как брат, искоса посмотрел на девушку.

-Да ради дьявола, идите все к черту, - она отодвинула свою миску и вышла из-за стола.

Я услышала смешок с другого конца стола.

-Что смешного, Октавия?- Спросила мать?- Посмотри на себя со стороны

-Я не веду себя как истеричка, ничего личного Карла, но беременость на тебя плохо влияет, - наколола помидорку черри на вилку сестра.

Две пары глаз строго устремились на неё.

-Ой, это оказывается был секрет, - приторным голосом пробормотала Октавия.

-Карла ты в положении? - Нахмурил взгляд отец, за столом было чертовски душно, хотелось как можно скорее оттуда уйти, - надеюсь хоть ты подаришь мне внука,  - Глядя на Николетту пробормотал отец.

-Да, мы хотели это сообщить в более праздничной атмосфере, - сказал за девушку Алонсо, - но спасибо моей любимой сестренке, за то что оборвала всю интригу.

Октавия лишь закатила глаза, и продолжила есть.

У меня не было ни сил ни желания участвовать в их женских разборках, ведь почему то была уверенна, что мама снова накричала на Октавию, за что она ещё сорвалась на своих невестках, и сестра решила ещё больше подлить масла в огонь. Ужин закончился в напряженной обстановке, вконце которого все разошлись по своим комнатам, лишь мы с братьями и отцом направивись в его кабинет.

-Что за проблема? - Спросила я.

-Не проблема, скорее новое дело. Я буду пробиваться от нашего имени на политическую арену. - Захлопнув дверь произнес отец.

-Алонсо займет моё место в бизнессе, Алессио станет его советником, младшие босы остаются при своих местах, а ты Маргарет станешь исполнителем. На следующем собрании я это обьявлю.

Исполнителя ещё называли мясником. Этот человек всегда исполнял грязную работу. Сейчас роль мясника исполнял Алессио, и ему доставляло удовольствие приносить боль и страдание. Он мог медленно и очень долго пытать человека,выбивая из него нужную информацию, а потом с непринужденным выражением лица играл в куклы со своей трехлетней дочкой.

-Отец, я не могу быть мясником.

-Почему нет?

-Я не выношу вида крови, это эти два придурка могут сутками снимать скальп с кожи, - Кивнула в сторону братьев.

-Перебори свои капризы, - немного резким голосом сказал отец, - тебе не 5 лет. Маргарет ты мне нужна на этом месте.

-Наши люди будут против этого. Девушка мясник и для противостояние с Сакрой  - это не есть огромным плюсом. -Задумавшись, сказал Алессио.

-Сакру мы задавим, как и всех Эрколано вместе взятых. Человек, которого Рити сегодня убила был предателем и их шпионом и сам бог знает, что он успел им передать.

-Почему тогда его убила она, мы должны были с ним развлечься.

-Потому что если бы вы с ним развлеклись Виталио узнал бы, что его пешка расскрыта, а так вокруг него шума не будет, ну убили и убили.

-А Эрколано не догадаются почему он мертв?

-Но он же не изуродован, отделался слишком просто, так сказать, - отец опустился в свое кресло, - а мы предателей так просто не отпускаем, но эта мразь все же успела им передать ноутбук с некоторым компроматом на нас, если это всплывет - сенаторского кресла мне не видать, - всплеснул руками

-И что нужно делать? - скрестил руки на груди Алонсо.

-Мы украдем весь материал назад. Но тут уже присутствует некая сложность, если в том, что ноутбук они ещё не включили я более чем уверен, то бумажные материалы уже могли пойти в расход.

-Кто этим займеться?

-Марго ты едешь в Даллас, и добудешь ноут, - отец бросил небольшой переносной GPS навигатор, где мерцала крассная точка. - Если она станет зеленой, значит они включили ноутбук и обошли систему безопасности. Не подведи меня Маргарет, и будь осторожна.

-Я отправлюсь утром, - спокойно произнесла я.

-Нет, ты отправишся сейчас, счет идет на часы, а дерьма из-за этого материала может быть слишком много.

-Вплоть до...., - подойдя к зеркалу начал приглаживать свои волосы Алессио.

-Мне не до вашего устроумия, дело срочное, - прикрикнул папа.

-Как страшно, - пробурчала я.

-Маргарет прекрати, мне важна эта просьба и важно что-бы это сделала ты!

Я подняла взгляд на отца и братьев, и зайдя на первый попавшийся сайт забронировала билет в Даллас. Ещё одной просьбой отца, было не брать частный самолет, что тоже меня настрожило. - Вылет через два часа.

-Отвезти тебя?

-Спасибо, я доеду, иди к матери. - Небрежно бросила я.

-Алонсо, -позвала я брата, когда он уже выходил из комнаты. Он медленно повернул голову на меня, и поднял уголки губ к верху в немом вопросе- поздравляю.

-Спасибо, Ритти, Карла конечно несносная стала в последнее время.

-Привыкай брат, это ещё только начало. - Похлопал Алонсо по плечу Алессио.

-Не преувеличивай, я четыре раза это прошел, - Показал на пальцах отец.

Он хоть и был жестоким человеком, но он был очень добрым и любил нас. Пусть он этого никогда не говорил, он никогда не говорил нам приятные слова, не делал маме комплименты, но не словом,а делом он показывал свою любовь.