Не по сценарию

Прошло две недели с того самого свидания под пледом и винилом.  И если бы кто-то спросил Настю, как она себя чувствует — она бы не смогла сразу ответить.  Слишком спокойно.  Слишком хорошо.  Слишком... непривычно.

Ростик не исчез, не стал вести себя «по-блогерски», не растаял в миллионе дел. Он писал каждое утро. Забирал её после учёбы. Иногда просто приезжал и молча садился рядом, пока она монтировала свои проекты. Иногда звал на ужин, в парк, на крыши. Всё — просто. Легко. Без показушности.

А главное — без камер.

Один вечер, вернувшись домой, она достала телефон и увидела новое сообщение.

> **Ростик:**  > «Я кое-что придумал. Не стрим. Не пранк. Не ролик. Просто день, где ты будешь главной. Согласна?»

> **Настя:**  > «Главной? Как в фильме?»  >  > **Ростик:**  > «Как в твоей жизни. Только в этот раз — я рядом.»

***

Он привёл её в маленькую творческую студию. Теплый свет, запах кофе, кисти, холсты, пластинки. Где-то играла приглушённая Florence + The Machine.

— Сегодня ты можешь делать всё, что угодно. Рисовать. Слушать. Танцевать. Писать. Спать на полу. Что угодно.  — А ты?  — А я просто буду рядом. Тебе не нужно быть интересной. Ты просто — есть. Этого достаточно.

Настя села на пол, облокотившись на подушку, и выдохнула. Внутри будто щёлкнуло. 

— А если я просто буду молчать часами?

— Тогда это будет лучший час моей недели.

Они провели весь вечер в этой студии. Настя рисовала что-то хаотичное, размазывала краску пальцами, а Ростик лежал на полу и читал ей стихи вполголоса. Без понтов. Без съёмки. Он говорил так, будто делает это каждый день.  А в какой-то момент он просто замолчал, наблюдая, как она двигается — не грациозно, но живо, по-настоящему. 

— Ты не похожа на тех, кого я знал, — сказал он тихо.  — Почему?  — Ты не стараешься быть для кого-то. Ты просто — ты.

Настя посмотрела на него и вдруг сказала:

— А ты не похож на тех, кого я боялась. 

Он поднял брови.  — Ты боялась? Меня?  — Не тебя. Образа. Ростислав999. Миллион подписчиков. Сцены. Громкости. А в итоге — ты умеешь слушать тишину. Это редкость. 

Он подошёл ближе, опустился на колени, взял её ладони в свои. 

— С тобой — я не хочу быть шоу. Хочу быть тишиной, в которой тебе будет спокойно.

И она вдруг поняла: не нужно было света, чтобы почувствовать, что он — «её».  Но сейчас, при этом мягком свете ламп, при его голосе, при прикосновениях, когда всё видно, слышно и ощущается в полной мере — она это знала точно.

Он притянул её к себе. Они сидели, склонившись лбами друг к другу, не говоря ни слова.

И всё в ней, всё в нём — совпадало.

*Это было не по сценарию.  Это было лучше.*