Глава 17

На ветвях Большого Дуба, оказавшегося действительно очень большим - истинным исполином, раскинулся Белый Замок. Маленькие домики, башенки и павильоны, сверкающие бело-голубым, словно выстроенные изо льда, соединялись между собой тонкими и длинными ажурными лестницами. Повсюду сияли крохотные разноцветные светильники: зеленые, желтые и алые огоньки усеяли замок не хуже новогодних гирлянд. Внизу под Большим Дубом раскинулось пышное царство благоухающих цветов, ярких и крупных. А с веток гигантского дерева спускались сотни качелей - кажется, катание на них входило в любимые развлечения фей.

Василиса невольно подумала, что не прочь пожить в таком удивительном месте куда больше положенной недели.

Их поселили на соседнем дереве-гостинице - молодом невысоком дубе с необычными серебристо-зелеными листьями. Положенные им комнаты находились на третьем ярусе; девочки заняли одну на двоих, а Фэш поселился в соседней. Рядом, если осторожно пройти по ветке, находилась чудесная маленькая беседка, где можно было пить чай и спокойно разговаривать, если захочется укрыться от посторонних глаз.

- Василиса, и почему это Королева лютов приглашала тебя? - уже в который раз спрашивала Диана.

Они растянулись на кроватях в комнате, чтобы немного отдохнуть после поездки.

- Откуда я знаю! - Василису начинала злить настойчивость феи.

Хорошо, что Фэша не было с его издевательскими замечаниями: он пошел регистрировать заявки.

- Все это очень, странно, - опять покачала головой Диана. - Сначала господин Лазарев, теперь - наша Королева официально пригласила тебя на Чарования. И даже Черная Королева - все тобой интересуются! Я уж молчу о твоем отце... Три правителя обеспокоены твоим посвящением... Не понимаю.

Василиса пожала плечами.

- Погоди, почему три? - удивилась она. - Мой отец что, тоже...

- Да нет, твой отец, конечно, не король. - Диана усмехнулась. - Хотя, я слышала, он не прочь занять какой-либо удобный трон, например астроградский... Я говорю о Лазареве. Да нет, отец Ника, конечно, тоже не король, - предупреждая изумление Василисы, сказала Диана, - но он представляет интересы Астариуса, часовщика из Воздушного замка - некоронованного короля вашего Астрограда. Другими словами, подчиняется ему.

- А кто это? - удивилась Василиса. - Он состоит в РадоСвете?

- Он повелевает РадоСветом, - поправила Диана. - Но Астариус почти никогда не выходит из своей Звездной башни - самой высокой в Воздушном замке. Только когда приближаются очень важные события, война или другая мировая угроза, как сейчас... Говорят, он путешествует по времени и ему подвластны все часовые законы. Наш мир не интересен ему, потому что Астариус знает прошлое, настоящее и будущее.

- Это возможно? - удивилась Василиса. - Знать будущее?

- Будущее никто не знает.

- Но ты же говорила, что Астариус...

Диана перевернулась на живот, легла щекой на подушку и закрыла глаза.

- Будущее имеет множество моделей, - пробубнила она в подушку. - Так называемых вероятностей. Их тысячи. Астариус может свободно путешествовать по вероятностям, но какая из них произойдет на самом деле, он не может предугадать, как и любой часовщик. Только от человека зависит, какое у него будет будущее. Но варианты вероятностей будущего узнать можно. Особенно если умеешь так ловко перемещаться во времени и пространстве, как великий Астариус. Понимаешь суть?

- Кажется... - Василиса задумалась. - Допустим, передо мной тысяча разных книг. Я протягиваю руку к любой из них - это и есть вероятность. Значит, передо мной тысяча вероятностей, тысяча протягиваний руки к разным книгам. Но вот какую книгу я точно возьму в руки - узнаю только я. И то после того, как возьму.

- Молодец, соображаешь, - улыбнулась Диана. - Только учти: ты можешь вообще не выбрать ни одну из книг, и это будет тысяча первая вероятность... А если брать будущее в более широком диапазоне, ты можешь даже не подойти к этому столику с книгами, а выбрать... столик с яблоками. И тогда книжного столика вообще не будет в твоей жизни - яблочная вероятность заменит книжную.

- Ой, это уже как-то очень сложно...

- Это основы Хронологии, - зевнув, сообщила Диана. - Мой любимый предмет.

Василиса вспомнила, что уже слышала о Хронологии от феи Клементины. Интересно, какие предметы изучают в Школе часов? Есть ли там, ну скажем, зоология? А еще Василиса вспомнила, что Фэш вроде бы учился у...

- У этого Астариуса есть ученики? - спросила она вслух. - Вот Фэш...

Диана приглушенно хмыкнула:

- Конечно, наш ворчун тебе больше об этом рассказал бы... Да, Астариус обучает лучших учеников часовых школ и наш друг Драгоций входит в число счастливчиков. Раз в неделю верховный часодей вызывает их к себе в Башню и обучает всяким временным хитростям.

- А взрослых он тоже учит? - полюбопытствовала Василиса.

- Нет, хотя многие бы хотели стать его учениками. Лазарев не раз говорил, что Астариуса интересует всего лишь одна вещь: свобода выбора. Та сила, которая и направляет человеческую руку в бессчетном море вероятностей. И что юный ум более гибок в принятии решений, чем зрелый, наполненный под завязку всякой чепухой. Поэтому юных еще можно обучать, а старых уже поздно. - Фея не выдержала и захихикала.

- Наверное, поэтому он и обучает юных часовщиков, - высказала предположение Василиса. - Потому что у них гибкая свобода выбора.

- Верно мыслишь, - прищурилась Диана. - Все так и считают. Поэтому любая семья мечтает подсунуть Астариусу своих детей на обучение, чтобы те стали великими часовщиками. Например, Маришка Резникова, с которой ты уже знакома, тоже обучается у Астариуса.

Вспомнив наглую девчонку, Василиса поморщилась.

- Интересно, как Фэш попал к Астариусу? - задумчиво произнесла она. - Наверное, он из какой-нибудь крутой и богатой семьи. Ник вроде говорил про это...

Речь Василисы рассмешила Диану.

- Насколько я слышала от Ника, Фэш из ужасной-преужасной семьи. Мало того, наш друг Драгоций сбежал из дома и числится в Школе темночасов как сирота. А самое интересное, - Диана понизила голос, - родной дядя преследовал Фэша и даже подавал в суд на школу, чтобы отдали мальчишку назад.

- Правда?!

- Правда, - кивнула Диана. - Я слышала от Ника, что Фэш успел хлебнуть горя в семье. Он поссорился со своим дядей, и тот угрожал ему. Фэш еле от них спасся... В школе пацан быстро догнал остальных и вскоре стал лучшим учеником, и все благодаря постоянной учебе... Жалко только, что эта усидчивость, видать, и испортила его характер. - Фея прыснула.

Василиса тоже улыбнулась. Но она никак не могла поверить, что злой и заносчивый Фэш тоже родился в «неправильной» семье, раз захотел убежать от своих родственников. Она совсем по-новому взглянула на него и даже преисполнилась к мальчишке некоторым сочувствием.

- И все-таки что за интерес к тебе у Черной Королевы? - поменяла тему Диана. Видно, сцена на мосту все не давала ей покоя. - Не понимаю...

Василиса, все еще размышляя о Фэше и его семье, промолчала.

- Кстати, Астариус будет присутствовать на Часовом Круге, - продолжила Диана. - Я знаю, потому что Лазарев при всем дворе передавал эту новость Белой Королеве... Ох, надеюсь с отцом Ника все в порядке... Иначе кто спасет самого Ника?

Василиса вздохнула. Лишь бы ее пригласили на это посвящение! И тогда она обязательно поможет Нику.

В дверь постучали.

- Можно? - спросил Фэш снаружи.

- Нужно, - ответила Диана. - Ты что, как не свой?

- Кто знает, чем вы тут заняты, - огрызнулся Фэш, мигом нарисовавшись на пороге. Мальчишка выглядел очень счастливым. - Наше выступление через три часа, - довольно сообщил он Диане. - Фу-у, выступим и будем свободны. - А фейра танцует сразу после нас, - насмешливо добавил он. - Мы выступаем в двенадцатом отделении: будем плыть на лодке и распевать песенки... - Фэш поморщился. - А она пойдет позориться в тринадцатом отделении.

- О, счастливый номер! - улыбнулась Диана.

- У нас на Остале он не считается счастливым, - кисло сказала Василиса. У нее крепко сосало под ложечкой: начинался мандраж перед выступлением. - И почему так быстро? А подготовиться? А музыку подобрать? А костюм?

Она разволновалась не на шутку.

- Ты за выступление сильно не переживай, для тебя это не главное... - успокаивающе произнесла Диана. - А вот когда минует полночь, будет поинтереснее... Но сейчас тебе надо подобрать другое платье, от этого одни обрывки остались.

- Точно, - поддакнул Фэш. - По улицам было стыдно лететь, пролетающие на тебя оборачивались...

Василиса тут же вспыхнула.

- Выйди, ты нам мешаешь! - прикрикнула на него Диана.

- То свой, то мешаешь, - пожал плечами Фэш. - Пойду лучше по Большому Дубу, то есть Белому замку, погуляю...

- Я тебе сейчас наэферю какое-нибудь платье. - Диана встала с диванчика. - Только я не очень умею, не моя специализация.

- Постой! - Василиса хлопнула себя по лбу. - У меня есть, э-э, штука одна, мне ее когда-то подарили, давно... Ну, не то чтобы очень давно, в общем... но я не знаю, работает ли вообще эта вещь.

Василиса потупилась: судя по лицу Дианы, ее бессвязная речь казалась чудной и неискренней.

Чтобы не сболтнуть еще чего-нибудь, Василиса поднесла руку к плечу и вытянула иголку из ткани платья.

Диана, широко раскрыв глаза, молча смотрела на иголку.

- Это не волшебная вещь, да? - по-своему поняла ее изумление Василиса. - Мне сказали, что эта иголка может превращать любое платье в другое...

- А ты, Василиса, совсем не проста, - медленно произнесла Диана. Осторожно, словно боясь уколоться, она потрогала иголку. - Мало того, многие модницы готовы были отдать все свои богатства, чтобы получить такой королевский подарок.

Василиса, скосив глаза, глянула на иголку: обычная, с простой синей ниткой.

- Испробуй, - быстро сказала Диана. - Представь любую одежду, какую тебе нужно для танца, и протяни иголку через ткань.

- Так просто?

Фея всплеснула руками:

- Василиса, ну конечно, непросто! Твоя иголка - мощное устройство, тонкий временной механизм. Он переплетает вероятности будущего и прошлого, пользуясь твоим же воображением, и создает их в настоящем. Я лично знаю только одного такого мастера: отец Ника может создавать подобные вещи... Давай не тяни.

Василиса закрыла глаза и отчетливо представила коротенькое платье испанской гимнастки с последнего чемпионата мира; она смотрела эти выступления в тренерской, вместе с Ольгой Михайловной и ребятами. Платье было сине-белое, охваченное языками льдисто-голубого пламени, надетое на белое прозрачное трико. Отличное платье...

- Ух ты!

Василиса открыла глаза. Диана держала в руках большое зеркало - видно, только что наэферила.

Платье на Василисе было в точности такое, как на испанской гимнастке.

- Ох какое красивое! И необычное. - Диана удивленно рассматривала костюм Василисы. - Даже на ноге узор есть!

Василиса глянула: точно! А она даже забыла, что у испанки был точно такой же рисунок на трико... Скорей всего, иголка в точности восстанавливает виденный ранее образ.

- Диана, - медленно произнесла Василиса, - а ты можешь мне наэ-э... наэферить такую вот маленькую палочку с серебристо-синей лентой длиной метров в семь?

Фея задумалась.

- Знаешь что? А я дам тебе свою часовую стрелу, - наконец сказала она. - И наэферю какой хочешь длины ленту...

- А я не сломаю? - забеспокоилась Василиса.

- Только попробуй! - грозно сказала Диана и тут же весело добавила: - Часовую стрелу нельзя сломать, не переживай. Разве положишь ее на наковальню да как бахнешь со всей силы тяжелым кузнечным молотом... И даже тогда остается шанс, что все будет в порядке.

* * *Никогда еще Василиса так не волновалась. Как она сейчас выступит, без тренировки? Придется импровизировать на ходу... Но сколько же зрителей! Со школьными соревнованиями и близко не сравнишь. И даже с областными... Ну ничего, все будет хорошо: танец с лентой - лучшее из программы, что они с Ольгой Михайловной готовили для выступления в летнем лагере.

Между толстыми ветвями соседнего с Белым замком дуба была протянута тонкая серебристая паутина.

- На вид не очень прочная, - поделилась опасениями Василиса, когда Диана перенесла ее на самый край площадки.

- Не бойся! Эта паутина плотная и очень крепкая, на ней даже замок можно построить - выдержит... Ладно, я полечу, посмотрю, где Фэш лазит, что-то его нигде не видно.

Василису немного кольнуло, что Фэш даже и не думал смотреть ее выступление. Но, с другой стороны, он и не обязан видеть, как она «опозорится».

- Наверняка спасается от поклонниц, - продолжала щебетать раскрасневшаяся после выступления Диана. - А голос у него и вправду хорош...

Да, надо признать, спел Фэш что надо. Они с Дианой исполнили необычайно грустную песню на неизвестном Василисе мелодичном языке, похожем на французский, а может, испанский... Песня явно была о любви, судя по одухотворенному и немного глупому выражению их лиц, особенно у Фэша. Василиса поймала себя на мысли, что слушает затаив дыхание - хорошо, что мальчишка этого не видел, - точно бы потом издевался.

Зазвучала красивая, нежная музыка, будто зазвенели колокольчики на ветру.

- Ладно, я пойду к зрителям, - заволновалась Диана. - Главное, запомни: как только выйдешь на край площадки, вспомни мелодию, под которую будешь танцевать, и она тут же зазвучит. Видишь, все просто. Да и не переживай! Просто выступи - и все.

Василиса передернула плечами: говорить уже не могла от волнения.

Тут же, перебивая мягкую, хрустальную мелодию, ударили барабаны - зачастили дробью.

Диана еще раз ободряюще кивнула Василисе и упорхнула.

Фир в голубом одеянии, с белыми, словно из искрящегося льда крыльями, завис над сценой и объявил открытие тринадцатой части праздничного вечера. После долгой и витиеватой вступительной речи, где возносились заслуги победителей-танцоров прошлогодних Чарований, вновь ударили барабаны и тут же смолкли.

- Василиса Огнева! Танец с лентой!

Мурашки последний раз пробежали по ее спине и пропали.

Василиса глубоко вздохнула, выпрямилась, крепче сжала палочку с намотанной на локоть лентой и вышла на прозрачный серебристо-серый пол.

По краям площадки горели огни, мягким светом озаряя пространство сцены. Множество фей и фиров расселись на ветках, а некоторые зависли в воздухе. На самом верху возвышалась королевская лоджия для почетных гостей. Среди разноцветной толпы Василиса увидела двоих, мгновенно бросавшихся в глаза: слепяще-белую и мерцающе-черную фигуры, причем последняя была весьма широкоплечей.

Василиса еще раз вздохнула и закрыла глаза.

И тогда зазвучала мелодия - марш из «Щелкунчика», - та самая, что Ольга Михайловна подобрала Василисе для выступления в летнем лагере.

«Эти зрители - просто игрушки, - решительно сказала себе Василиса, чтобы расслабиться. Она всегда так настраивалась. - Я буду выступать перед своими любимыми, старыми игрушками».

Василиса взмахнула часовой стрелой, и лента змейкой метнулась в сторону, оставляя за собой серебристо-синий зигзаг. Повинуясь ритму музыки, девочка упала на колено и сделала переворот - лента послушно прокрутилась вслед.

Волнение привычно отступило, Василиса окунулась в знакомую стихию, где каждое движение дарило ей радость правильно исполненного элемента. Она любила гимнастику больше всего на свете, любила свою программу, любила танцевать с лентой, просто любила танцевать.

Василиса носилась по площадке, исполняя пируэт за пируэтом, прогибаясь в мостик, вращаясь на одной ноге и совершая сложные прыжки. Лента охотно подчинялась ее уверенной руке, скручиваясь во всевозможные зигзаги, восьмерки и спирали.

Вот гимнастка с силой подкинула стрелу, сделала переворот на одной ноге и тут же поймала снаряд на лету, пустив ленту широким зигзагом. Зрители восторженно взревели и захлопали в ладоши. На миг Василисе показалось, что она выступает на обычных соревнованиях и это знакомые ребята приветственно выкрикивают ее имя в общем гуле толпы, а не все эти феи с фирами.

И вот - коронный элемент номера. Василиса высоко подняла руку со стрелой и, пустив ленту по кругу, быстро-быстро завращалась на одной ноге, вторую идеально выпрямив вверх. Это был самый сложный элемент ее выступления и потому требовал полного сосредоточения.

Лента вновь заплясала вокруг гимнастки, извилась и запрыгала - то бросалась в сторону сверкающей молнией, то шла вокруг плавной линией, то сворачивалась мелкими кольцами.

И вот последние аккорды знаменитого марша. Василиса закрутила ленту в кольцо, прыгнула в него же и изо всех сил подкинула стрелу. Пока лента описывала плавную дугу в воздухе, гимнастка сделала три изящных кувырка. Па-бам! Осталось лишь поймать стрелу и тут же замереть с улыбкой на губах, сильно прогнувшись в мостик.

Феи взвились в воздух и подняли свои часовые стрелы в приветственном крике - по-видимому, так они выражали свое одобрение.

Василиса была счастлива. Эх, видела бы это выступление Ольга Михайловна! Ее ученица не совершила ни единой ошибки.