Глава 6

Лицо мое искажается от боли. Из глаз начинают капать слезы... Сердце ноет, будто кто-то безжалостный ковыряет его ножом, нанося глубокие раны. Кажется, что грудная клетка просто провалилась, а вместо нее - пустота... Ни крика, ни вздоха не вырывается из моих уст. Только кусаю мокрые от слез губы до крови, совсем не ощущая боли. Письмо дрожит в руках и буквы расплываются:"Грейс, я, правда, пытался, но я не могу простить тебе твой побег. Я должен наказать тебя. И я это сделаю. Возможно, ты сейчас плачешь. Возможно, проклинаешь меня. Но мне плевать. Ты сбежала от меня без разрешения, и я не спущу тебе это с рук. Ты - моя маленькая сучка, моя рабыня, моя игрушка, моя вещь. Моя! Понимаешь? И только я решу, когда от тебя избавиться. Так вот. Твое наказание: ты месяц сидишь взаперти. Одна. И не думай бежать - я все предусмотрел. Посмотрим, станешь ли ты послушнее. Твой хозяин."Я плакала. Боже! Как же я плакала! Я сжала записку в кулаке:- Господи! За что?.. - я закричала.Закричала до хрипоты в голосе, до рези в горле.- ...Ааа!... - я упала на колени.Сердце разбивало грудь изнутри. Я хватала ртом воздух и глотала слезы. Я кричала. Плакала. Как сумасшедшая. Я забилась в угол и, запустив руки в запутавшиеся волосы, смотрела в одну точку... А потом свернулась калачиком прямо на холодном полу. Увидел бы кто, сказал: приступ у психически больной. Но это не приступ. Это крик души. Крик от боли, сжигающей изнутри и разрывающей меня на части. Истерика. Я сидела, как дикая запуганная птичка в клетке. Никогда раньше со мной такого не было, но люди называли это состояние одним острым словом.Безысходность.Я так и не поднялась на второй этаж. Всю ночь я, как кукла, неподвижно просидела на полу. Обхватила колени руками и смотрела в бездонную пустоту. Неслышно было уже всхлипов или надрывных рыданий. Только опухшие глаза, которые я периодически протирала ладонью, напоминали, что я еще жива. Слезы не прекращались. Никогда в жизни не подумала бы, что смогу столько плакать...Когда первые солнечные лучи коснулись моих плеч, я, как прокаженная, бросилась наверх. Не хотела видеть солнце. Хотела вечную ночь. Тьму. Может в темноте легче перенести боль...Первые три дня во мне жила надежда, что это жестокая шутка, что вот-вот придет Стив с чашечкой кофе, или Дэйл в стельку пьяный ввалится в комнату. Мне было все равно, кто придет и зачем. Я просто хотела видеть людей, разговаривать с ними. Но чуда не происходило. Пустота душила меня, связывала стальными путами и не давала дышать. Давящая тишина заставляла содрогаться от собственного сердцебиения.Я почти не вставала с кровати. Жила в своей комнатке, как подопытная крыса, каждую секунду ожидая чего-то неизвестного. Раз зашла в спальню Дэйла и разрыдалась прямо на пороге. Его парфюм, кровать, на которой он меня обнимал... Душа заплакала от боли. Не смогла. Не выдержала. Ушла и больше не приближалась к его комнате.Первая неделя была сущим адом. Я ничего почти не ела, сидела часами в комнате или пялилась в телевизор. Однажды в истерике разорвала подушку...Дни шли, а я умирала. Гибла. Сохла, как цветок, который хозяева бросили и уехали на курорт. За две недели я потеряла восемь килограмм, появились мешки под глазами, стали видны скулы, обтянуты кожей, руки постоянно дрожали...В начале третьей недели я, не сдержавшись, разбила руки в кровь, колотя входную дверь. Но я нашла спасение. Алкоголь.Я взломала бар Дэйла и целыми днями ходила с бутылкой. За четыре дня я оприходовала больше десяти литров спиртного. Текила, виски и коньяк стали моими лучшими врачами.Но в конце недели я окончательно впала в депрессию. Уже даже выпивка не облегчала мои мучения. Я не могла плакать. Было больно даже пошевелиться. Я просто лежала, как овощ.Я умирала...В начале четвертой недели я зашла в кабинет Нормана.Зачем? Просто потихоньку сходила с ума. Я поймала себя на мысли, что была бы счастлива, даже если бы он пришел, избил меня, поимел и еще раз избил. Мне было бы плевать на боль. Лишь бы он пришел...Я нашла диск. Тот самый с его песнями. Взяв диск с собой, я захватила из бара бутылку мартини и направилась в ванную. Нужно было расслабиться.Я набрала ванную, включила диск на всю громкость и залезла в воду, надпивая из бутылки. Горячая жидкость обжигала все внутри, а горячая ванна приносила наслаждение. Я закрыла глаза.

Нежная мелодия разлилась по всему дому и мурашки пробежали по моему телу - я отхлебнула мартини.

"Сволочь... Какая же он сволочь... Держит меня, как экзотическое животное, взаперти.. Одиночество поедает меня. А ему все равно. Он живет дальше, и ему нет дела, что я здесь увядаю, что тает мое человеческое яство. А боль, боль душевная, она разъедает меня... Я превращаюсь в живой труп. Теряю жизненные силы... и все равно, как дура, хочу его видеть... Хочу чувствовать синяки от его рук, хочу прятать засосы от его губ... Хочу его... Боже... Как же я его хочу!.. " - признавалась себе я.Но злость, пробудившаяся при воспоминании о нем, заглушила все предыдущие чувства. Он причинил мне столько боли, что невероятное желание видеть его, касаться его тела и целовать его губы, тонуло во мраке ненависти...- Ненавижу тебя, Норман... - прошептала я, делая очередной глоток. - Ненавижу... и в тоже время не могу без тебя... сволочь... сволочь!.."Сумасшедшая мысль гремучей змеей заползала в мое сознание:"Он мучит меня... А я помучаю его. Если не сделаю больно, то хоть неприятно... Пусть почувствует, как это, когда тебя ни во что не ставят. Ему нравиться его игрушка? Тогда я сломаю ее. Я убью его игрушку! И плевать, что эта игрушка - я. Я убью себя!"Я потянулась к полочке с кремами и вытащила из бритвы лезвие...По телу пробежал легкий холодок.Я коснулась лезвием запястья. Секундная пауза. И я, надавливая, веду лезвием по вене... Немного жжет, струйка горячей жидкости течет по руке и окрашивает воду в грязно-красный цвет.. Я чувствую, как пульсирует вена и стараюсь дышать ровно, глубоко. Я, взглянув на руку, испачканную кровью, отпила мартини и откинула голову назад.Не было страха, боли, боязни умереть. Я даже не осознавала, что сейчас гаснет огонек моей жизни. Я опустошила бутылку и просто бросила ее на пол, пожалев, что не прихватила с собой еще одну. Послышался звон разбитого стекла. Моя рука безвольно опустилась на ванну. Я не хотела смотреть, насколько окрасилась вода. Просто лежала с закрытыми глазами, думая, каким будет выражение его лица, какими будут первые мысли, когда он найдет в ванной мое бездыханное тело.Я представила, как ему будет больно. "Будет ли он винить себя?" - вопрос, ответа на который я не знала.Я на миг оживила в памяти черты его лица: карие матовые глаза, пухлые губы, острый профиль, играющие скулы... И мое сердце забилось сильнее! Черт возьми! Я не могла причинить ему боль!..В одну секунду в моей голове проснулся голос разума: "Регина, что ты делаешь? Остановись! Убивая себя, ты убиваешь его!.. Нет!.. Нет!.. Я не умру! Не хочу! Не сдамся!.. Я хочу жить!.. Жить... хотя бы ради него..."Я попыталась было встать, но не смогла даже подняться - не было сил. В глазах плясали разноцветные пятна, и кружилась голова."Спокойно... Все еще поправимо... Надеюсь." - я хваталась за последнюю соломинку.Я потянулась рукой к тумбочке и достала телефон. Набрала один номер и, закрыв глаза, прислонила мобильный к уху. Послышались длинные гудки..."Ну же! Возьми трубку! Я звоню тебе впервые за четыре недели! Ты должен поднять трубку!.. Должен... " - я молилась.- Норман... - послышался сонный голос на том конце провода.От его голоса сердце замерло, полились горячие слезы:- Умоляю, приезжай... Я не хочу умирать...Телефон упал в воду. Я открыла глаза и так и не смогла вдохнуть: перед глазами осталась та же темнота."Поздно. Слишком поздно, Грейс, ты ухватилась за жизнь..."Вскрик и страшная тишина.Ни вдоха.Ни биения сердца.

*от лица Дэйла*

Зазвонил проклятый телефон. "Который вообще час?.. Пиздец, 1:24! Кому что нужно?.." - злился я.Лениво поднял трубку:- Норман... - произнес сонно.От услышанного в ответ, я открыл рот:- Умоляю, приезжай... Я не хочу умирать... - тихий шепот.Слышен всплеск воды и через секунду "Этот абонент недоступен..."Грейс... Такой родной голос... Но сколько в нем боли...Бездонная тревога сжала меня в тиски. Мороз пробежал по телу.Я подорвался с кровати и уже через минуту заводил машину. Я злился и беспокоился одновременно. Руки судорожно сжимали руль, и я нажимал на педаль газа до упора. Сжимая зубы, я прогонял дурные мысли из головы. "Я не хочу умирать... Что за черт? Что она уже творит? Если это шутка, Грейс, тебе несдобровать." - я был взбешен от непонимания происходящего и глупой беспомощности в данной ситуации.Впервые меня гнала вперед не решимость, а страх. Страх потерять того, кого... приручил..."Я не могу произнести это слово. Не могу! Приручил, покорил - что угодно, но только не то чувство, испытать которое я так боюсь.."Визг шин. И я, бросив открытой машину, мчал в дом. Сердце колотилось, дыхание сбивалось.Я открывал входную дверь, а руки мои тряслись. С момента звонка прошло около двадцати минут, но, казалось, я прожил вечность. Быстрыми шагами я побежал наверх.- Грейс! - крикнул, поднимаясь по лестнице. - Грейс!..В ответ тишина...Забежал в ее комнату: пусто. Рванул в свою спальню - тоже никого.- Блядь, Грейс! Я не буду играть с тобой в прятки! - терпение подходило к концу.Место тревоги заступал гнев.Я вошел в ванную.- Какого?.. - под ногами захрустело битое стекло.Но тут взгляд мой остановился и внутри все оборвалось. Сердце обожгло, будто каленым железом, и я замер на месте. А через мгновение метнулся к телу, лежащему в ванне с кроваво-красной водой.- Твою мать!!! Грейс! Девочка моя, что же ты наделала? - я вытащил ее из ледяной воды.У самого ноги подкашивались, но я вынес ее из ванной, оставляя дорожку из капель, стекающих с ее холодного тела."Господи, только бы жива была! Прошу тебя... Не умирай, моя малышка..." - душа разрывалась.Я положил ее на кровать и коснулся холодной побледневшей кожи на шее, пытаясь нащупать пульс. Слабый, но есть! Есть!Я выхватил мобильный и быстро набрал номер:- Мистер Тайлер! Это Норман. Прошу вас, приезжайте! - голос дрогнул. - Скорее!Я отбросил телефон в сторону и сел на кровать рядом со своей маленькой девочкой.Казалось, каждую секунду из нее уходит жизнь.Она лежала такая бледная, беззащитная: виднелись синие круги под глазами, тонкие худые руки лежали неподвижно и практически сливались с белой простыней, на губах ее замерла тень улыбки, а длинные черные волосы волнами спадали на подушку...Коснувшись ее щеки, я вздрогнул. Мышцы напряглись и в груди сильно заныло...- Сука! - я подорвался с кровати и со всей силы врезал кулаком в стену.Послышался хруст кости и руку пронзила острая боль. Но сейчас мне было все равно. "Сука! Сука! Она умирает, твоя девочка умирает, а ты ничего не можешь сделать!.. Какой же ты ублюдок, Норман..." - я ненавидел сам себя за те страдания, которые она сейчас терпит.Я присел возле нее и слушал тихий свист, доносившийся из ее груди при каждом вдохе...Сердце рвалось на части! Я готов был поменяться с ней местами...- Не умирай, Грейс... - шептал, гладя ее волосы. - Маленькая, только не умирай... Слышишь? Не смей умирать!.. - я был в отчаянии.

Вибрация телефона выдернула меня из раздумий.

- Слушаю! - бросил нервно.- Это мистер Тайлер, Норман, - я узнал голос доктора. - Я приехал с дежурства на машине скорой помощи. Уже у ворот.- Я не запер их. Заезжайте на территорию и поднимайтесь на второй этаж. - я сглотнул и добавил. - Прошу вас... скорее...Я положил трубку. - Дыши, моя хорошая, дыши... Только не оставляй меня... Я не справлюсь со своей болью один, слышишь? Ты меня исцеляешь, даже не зная этого... Главное, дыши... - повторял я, а сам надеялся лишь на чудо.Послышались шаги, и я выбежал в коридор с криками:- Сюда! Сюда! Мистер Тайлер!Пыхтя, и с огромным чемоданом в спальню вошел доктор.- О Боже... - на его лице испуг. -Что произошло?- Она вскрыла себе вены. - коротко ответил я.- Ох, ты ж беда... - мужчина принялся копаться в своей сумке, вытащил оттуда бинты, шприцы, какие-то бутылочки с жидкостью и еще кучу разных препаратов.-Пульс проверяли? - спросил он.- Да. Слабый был. Очень. - ответил я.- Сейчас пульса нет. - его слова словно молотом разбивают мое сознание. - Ничего... Сейчас все сделаем. Не волнуйтесь! - подбодрил доктор.Слова его звучали уверенно, но вот только я почему-то не верил. Я метался по комнате, как тигр в клетке, не находя себе места. Я боялся взглянуть на нее, боялся не никогда больше не увидеть улыбки на ее лице."Господи! Я понимаю, что это расплата за мои грехи, но я же не выживу без ее смеха, ее горячих губ, без ее прикосновений!.. Господи! - я положил руку на сердце. - Прошу тебя! Не забирай ее! Я без нее не хочу жить!.."Тем временем мистер Тайлер позвонил коллегам, сидящим в автомобиле во дворе.- Да, капельницу сюда и реанимационную аппаратуру! - он спрятал телефон и взглянул на меня. - Я же правильно вас понял: вы не дадите забрать ее в больницу?Я отрицательно помахал головой. Старик знал меня достаточно хорошо и уже даже не удивлялся.- Тогда будем спасать девушку здесь. - решил доктор. В комнату ворвались еще двое мужчин. Они отдали капельницу мистеру Тайлеру, а сами принялись вытягивать большой прибор из сумки. Я напрягся: сейчас ей сделают больно. Отвернулся и уставился в окно, чтобы не видеть, как ее хрупкое тело будет содрогаться от разряда тока.- Так, ребята, капельницу я поставил. Давайте включайте машину скорее! - командовал доктор.Загудел мотор прибора, и я сжал зубы:"Терпи, Грейс! Ты сильная! Ты сможешь."- Разряд! - голос одного из мужчин, и по моему телу пробежала дрожь.Тишина и снова приказ:- Разряд!- Еще! - услышал мистера Тайлера.Секундная пауза.- Увеличить разряд!