33 глава

– о чем спрашивали? ' с сожалением спросила моника.я слышала в ее голосе горечь. знала, что она переживает похожие чувства, что и я. мони не хочет, чтобы я страдала, а еще ей больно видеть меня в таком состоянии. я знаю это.– кико похитили. ' сдавленно начала я. голос продолжал хрипеть от молчания. ' – его увезла серая машина, а затем ее поменяли на другую. это все, что они знают. 'мысли путались, я ее осознавала, что говорю.моника вздохнула.– они найдут его. ' тихо сказала она.это был первый раз, когда я не поверила ее словам.я проснулась. проспать удалось два часа. моника хлопотала на кухне. входить из комнаты я, конечно же, не хотела. девушка принесла завтрак в постель.на подносе красовалась яичница, хлеб и помидоры. – поешь, пожалуйста. ' сказала моника умоляющим голосом, садясь рядом. я неохотно взяла вилку в руку. ника, поняв, что я безнадежна, выхватила вилку и сама стала кормить меня. удивительно, но с ее рук я проглотила пару кусочков яичницы и съела хлеб за долгое время.– ну хоть так. ' сказала девушка и протянула мне таблетку.– что это? ' прохрипела я. голос, кажется, и не собирался восстанавливаться. – успокоительное. выпей, хоть немного успокойся. ' я приняла таблетку и запила водой. когда ника собралась уходить я окликнула ее:– мон, полежи со мной.. 'слабость. я показала ей свою слабость. я нуждалась хоть в ком-то и знала, что моника с радостью поможет мне, стоит только попросить. она никогда не сделает ничего против моей воли. девушка обернулась и вернулась в комнату. легла рядом, аккуратно положив руку мне на спину. мне стало легче от ее поглаживаний. – хара, все будет хорошо. ' прошептала она и сладко поцеловала меня в шею. я лежала, притупив взгляд, а мона лежала рядом и гладила мою спину. мне удалось заснуть.

|моника|черт возьми она заснула. наконец-то она заснула - думала я. нет, я слишком за нее переживаю. мне очень жаль ее брата, но нельзя так изводить себя. не спит, не ест, даже на солнце не выходит! в голове постоянно крутится момент, когда харуко перестала со мной общаться. порвала все связи и подружилась с лильяном. я рыдала, как дура, каждую ночь. ни ела, ни спала, и не была на солнце. в точности, как харуко сейчас. я знаю, что тогда она меня не бросила, я уверенна в этом. как она сказала, у нее была веская причина. меня ведь хотели убить, она защищала меня.. защищала.. эта прекрасная девушка меня защищала. харуко мирно спала. я не слезала с кровати, лишь обняла ее и прижала к себе. это маленькое хрупкое тело будто сейчас рассыпется у меня на руках. сколько бы хару не притворялась сильной, она такая же, как и все. имеет чувства, эмоции, слабости. в этом нет ничего такого, только вот она этого не понимает. хотя я тоже раньше не понимала этого. моя милая обняла меня во сне, что-то шепча, но я не смогла разобрать ни одного слова. хотелось поскорее найти кико, чтобы харуко пришла в себя. если его не найдут, как раньше уже не будет.нет, время не лечит. я сама знаю это, не понаслышке. моя мама умерла много лет назад. меня даже не было в той машине вместе с ней! однако помню те чувства до сих пор. дрожь, резкий холод, бесконечный поток слез. тетя пыталась меня успокоить, говоря, что папа с братом сейчас приедут и все будет нормально. но нормально уже никогда не будет. наша прекрасная семья, наши совместные ужины, походы в театры - всего этого уже никогда не будет. и как же больно было осознавать такое, будучи маленькой девочкой. я не хочу, чтобы харуко переживала такое. хотя у нее тоже нет мамы. теперь уже второй. я видела, что брат для нее что-то большее чем просто сын приемной матери. для нее он настоящая семья, дом, тепло и уют. какой бы прекрасной и хорошей я ни была я ни за что не смогу заменить ей брата. и я это очень хорошо понимаю. мне не обидно от этого. все мы теряем людей и порой не находим им достойную замену. пустота от потери человека жжёт изнутри, и она не пройдет даже через двадцать лет. у тебя будто отобрали кусок души, который больше не вернут обратно. потеря - это страшно. а еще хуже видеть своего любимого человека, который умирает изнутри. ей нужна ниточка надежды, чтобы зацепиться за нее. но даже эта нитка рвется.я не смогу ей помочь.когда я проснулась, харуко все еще лежала в кровати. на улице уже стемнело. мне нужно было идти домой, однако хару выглядит такой измученной, что я предложила остаться на ночь, на что девушка просто кивнула. я пошла на кухню, приготовила макароны, налила воды и принесла ей в комнату. харуко заметно смутилась и сначала я не поняла из-за чего, а потом до меня дошло, чего она хочет. я взяла вилку в руки и вновь стала ее кормить. почему-то она ест только так. впрочем, мне не важно как она ест, главное чтобы ела. мне важно ее здоровье. – тошнит. ' кратко сказала харуко. я отвела ее в туалет, где она неплохо проблевалась. совсем обессиленная, она облокотилась на крышку туалета. – эй, идём, переоденешься. ' я аккуратно подняла харуко за руки, умыла ее лицо и отвела в комнату, дав чистую футболку. она вяло надела ее на себя. – как себя чувствуешь? таблетку от тошноты дать? ' обеспокоенно спросила я.– мгм. ' промычала хару, садясь на кровать. на этот раз она хотябы сидела, а не лежала. я принесла ей стакан воды и парацетамол. на часах час ночи, но харуко и не думала спать. я тоже не спала. меня все мучила тревога за девушку. – мони.. ' тихо произнесла она и я повернулась к ней лицом. ' – мне так плохо. 'харуко только что окончательно показала перед мной слабость. по крайней мере, она точно так считала. эти три слова дались ей с неимоверным трудом. – я понимаю, милая, я знаю.. ' горько проговорила я. сердце сжималось от ее вида, от голоса, от ее состояния. это все так ужасно и больно, видеть, как твой любимый человек страдает.– я не могу не думать о брате. ' продолжила хару, откинув голову назад. я молчала.– он преследует меня всюду. куда не посмотрю вижу его силуэт. мне так больно, что его нет рядом, я не могу потерять и его, я не могу!.. ' из глаз хару полились слезы.– иди сюда. ' я мягко обняла ее, а она прижалась ко мне всем телом, обнимая двумя руками и плача в плечо. обессиленно, всхлипывая и громко крича так, что голос срывался. от ее отчаянных криков я тоже заплакала. она захлебывалась в слезах, а я гладила ее по спинке, пытаясь устранить свой плач. послышался еще один крик и ее громкие-громкие всхлипы. эти звуки как ножом по сердцу провели. невозможно слушать. слишком больно. она впивалась ногтями в мою спину, ища хоть какое-то спасение от кошмара. я уже не могла сдержать слезы и сама вцепилась в нее, стараясь подарить безопасность, которой давно больше нет. она надрывалась и я плакала вместе с ней. хару вцепилась в меня с большой силой, боясь отпустить и неразборчиво шептала, заикаясь и всхлипывая. ей нужно было выпустить свои чувства, которые она так сильно скрывала. и мне это тоже бы не помешало. спустя минут десять она затихла. больше не кричала и не плакала. лежала, продолжая меня обнимать, на моем плече. я вытерла и свои слезы. так больно видеть ее такой. словно ее каждый крик вонзался мне пулей в голову. – хар? ' тихо и мягко позвала ее я. мой голос слегка дрожал.она не отозвалась. больше я не говорила с ней. собственно бесполезно говорить с человеком в таком состоянии. она все равно будет молчать. я переложила девушку на кровать, не отпуская при этом ее руку. глаза харуко сильно покраснели, на лице остались полосы от слез. вид стал еще хуже, чем раньше. голос она точно сорвала. девушка смотрела в потолок, сжимая мои пальцы. не знаю о чем она думала, но явно о плохом. эта гнетущая тишина тянулась вечно. я старалась не засыпать раньше хару. не знаю почему, просто чувствовала, что я нужна ей рядом.наконец она взглянула на меня. сосуды в ее глазах полопались, она явно хотела спать. «спасибо» - произнесла харуко одними губами, не в силах говорить. я ничего не ответила, только крепко обняла ее, и погладив по голове, полностью легла в кровать. на следующее утро я проснулась от тихого плача. харуко. плачет. я потерла глаза и приподнялась. – хар? ' мягко позвала ее я. она не ответила и вновь прильнула ко мне. – все хорошо, успокойся. ' заверила я ее, но знала, что это ложные слова. как тут может быть всё хорошо? харуко снова легла в кровать и кажется ненадолго уснула, а я села за стол, достала карандаш и блокнот. появилось резкое желание рисовать. я виртуозно выводила линии простым карандашом. черкала, вырисовывала складки и мелкие детали. через пару минут был готов набросок моей девушки. она сидит на траве, под солнцем и мечтает о чем-то хорошем. так я вижу ее внутренний мир. ее внутреннего ребенка.к слову, мне всегда нравилось рисовать. когда я только начала чувствовать любовь к соседке я рисовала ее. если заглянуть в мой скетчбук можно увидеть различные рисунки хару в профиль, анфас и три четверти, в различных позах, некоторые из которых, довольно откровенные. (хах!)рисование - это моя жизнь. какое-то время я даже училась в художественной школе. рисование меня спасло. с момента смерти моей мамы прошел всего месяц, и маленькая я не могла от этого отойти. папа решил занять меня чем-то другим и записал в художку, где я проучилась около двух лет, а потом бросила. в спасении от трагедии, что случилась с мамой, я больше не нуждалась и как-то даже забросила любимое хобби. вернулась к рисованию лишь с появлением харуко. я хотела рисовать ее вечно. каждый божий день сидела на уроках и разглядывала ее лицо, в надежде найти мелкие детали, о которых я еще не знала. ее внешность просто превосходна и достаточна проста, чтобы изобразить ее на бумаге.я часто рисовала ее тонкие пальцы, с единственным надетым кольцом. иногда я даже представляла, что это кольцо обручальное и мы женаты. ха! сейчас мне смешно с этой мысли, но я часто думаю о том, какая была бы наша семья. наши дети, как бы мы жили вдвоем, строили семейную жизнь? пока что это все лишь в моих мечтах, но я уверенна, что мы с харуко будем жить где-нибудь в загородном доме, готовить друг другу блины и вместе просыпаться. собирать наших детей в школу, приготавливая им завтрак, вечером смотреть различные фильмы и рассказывать детям что-то новое, чего они раньше не знали. когда хару проснулась я сказала, что мне пора домой. она кивнула, но по совершенно пустым глазам я поняла, что она не хочет меня отпускать. тогда я подошла к ней, приподняла ее волосы и поцеловала в лоб.– я приду позже, хорошо? ' тихо и нежно, так, чтобы не напрягать харуко своим голосом сказала я.она что-то промычала, а зачем кивнула. так и осталась сидеть на кровати и пялить в стену, а я ушла домой. там меня ждал папа и лиам. – как она? ' с сочувствием спросил брат. он чувствует вину за то, что упустил кико из вида. я специально сказала руте и лиаму не появляться у хару дома. она просто не выдержит общения с кем-либо. я не уверенна, что она меня выдерживает.– плохо. ' сдавленно сказала я, устало садясь на стул. ' – все плохо лиам. она чувствует себя хуже, чем я после потери мамы. ' от последних слов лиам оторопел. мы редко говорили о маме, точнее вообще почти не разговаривали об этом.– ей можно чем-то помочь? я не знаю.. принести что-нибудь, отвлечь как-то? ' умоляюще спрашивал лиам, стараясь перевести тему, но я покачала головой:– нет, вряд-ли. ей поможет только внезапно появившийся брат на пороге дома. ' все были подавлены. даже мой папа не ходил угрюмым, а скорее тоже чувствовал сожаление из-за данной ситуации. брат считал, что они с рутой виноваты, что они причастны к этому и винят себя за то, что не могут ничего вспомнить из-за выпитого алкоголя. я всячески пыталась успокоить брата, доказать, что он не виноват, но его характер весь в отца, упирается и утверждает, что это его вина. все повторяет и повторяет. боже мой, как же это. больно! невыносимо больно. словно я испытываю не моральную боль, а настоящие ножи, проходящие через мое сердце, спину, грудь и ребра и выходящие насквозь. вечером я плачу от бессилия. а что еще остаётся делать? я не могу кому-либо помочь, не могу найти кико, не могу утешить бедную харуко. я бесполезна и от этого становится еще хуже прежнего.

|расследование|– так вы не видели подозрительных автомобилей? ' повторил джексон стрит, обращаясь к охраннику заправки, что работал в смену, когда произошло похищение.– да..хотя.. ' словно одумался парень продолжил. ' была тут одна машинка.. встала неподалеку от заправки, метров на десять дальше, по обочине. оттуда вышли два парня и купили у меня верёвку и простую воду.. 'полицейский пометил у себя в блокноте два новых слова: «веревка» и «вода». – один мальчик, ему не больше двадцати. русый..вроде, не особо помню..все таки не вчера было. волосы у него вьются. второй парень, поменьше ростом, но точно старше. лет двадцать пять наверное.. темные волосы, пол лица закрыто какой-то тканью..кажется у него азиатский разрез глаз.. а! и еще тот, что русый говорил с акцентом. каким-то..нидерландским что-ли.. ' парень пожал плечами ' – или французским.. каким-то таким. в общем, точно не наши парни. тот, что постарше, видимо из китая какого-то приехал. ох, эти мигранты! не удивлюсь, если найдете у них что-нибудь! '