Глава 4

Напевая про себя песенку, вместе с собаками я спустилась вниз – на ужин. К этому вре- мени вернулись родители, и вместе с бабушкой и Арчи они садились за стол. Арчи, мой брат- шестиклассник, обещал стать мечтой всех девчонок, когда вырастет (очень уж хорошеньким он рос, правда, противным был до ужаса; прямо типичный младший брат). Назвали его Арчи- бальдом в честь папиного деда. Бабушка же хотела назвать своего единственного внука в честь собственного отца, но ей этого сделать не позволили, и она затаила на своего зятя, обиду. В результате, чтобы умаслить бабушку, мы с Ксюшей пообещали ей: если у кого-то из нас родится сын, то мы назовем его, как она и хотела, Леопольдом. Надеюсь, столь сомнительная честь достанется сестре, и именно ее сын будет всю жизнь упрекать ее за имечко подлого труса – помните, как было в советском мультике? Я помогла накрыть на стол и села между родителями. – Как прошел день, Танечка? – спросила мама, пока папа прямо за столом разговаривал по телефону с очередным бизнес-партнером. Папа у нас настоящий трудоголик. – Хорошо, – ответила я. – Встретила пару-другую идиотов и одного полоумного, но ведь мир не может существовать без подобных экземпляров. Миру нужна гармония, правда? – Тебе просто нужно влюбиться, – мама весело улыбнулась. – Тогда и мир будет видеться иначе. – В кого? Кругом одни одноклеточные. Как-то не хочется деградировать до их уровня, – ответила я. – Правильно, дочь, – в это время папа как раз закончил разговаривать по телефону. – Не разменивайся на мелочь. И не переживай, если понадобится, папа найдет тебе достойного человека. У меня уже есть кое-кто на примете. В бизнесе папа был жестким, я и сама порою поражалась тому, насколько. Однако дома он становился совсем другим – любящим и заботливым. Иногда даже сверхзаботливым. Прежде чем папа согласился на свадьбу Ксю, Виталик, ее бывший жених, прошел несколько кругов ада. – Боюсь спросить, кто? – кисло поинтересовалась я. – Сын одного моего знакомого. у него строительный бизнес. Очень приличный парень. – Приличные от Таньки разбегаются в разные стороны, – хихикнул брат, и я мрачно на него посмотрела. Хотела даже что-то сказать в ответ, но вмешалась бабушка, и мы наконец приступили к ужину. Многие говорили, что мне повезло с родителями. У отца было свое дело, связанное со строительством и строительными материалами, оно шло в гору, мама играла в драматическом театре. Папа был деловым, довольно жестким человеком с логическим складом ума, высокий, с внушительной фигурой. Мама на его фоне казалась воздушной феей, погруженной в теат- ральный мир. Папа занимался бизнесом, мама – искусством. Они были полными противопо- ложностями. Познакомились они в театре, и, по семейной легенде, папа был так очарован мамой, что после представления подарил ей сотню белых роз. Именно сотню: мама не поленилась пере- считать их и жутко обиделась на поклонника, подарившего четное количество цветов. Папа дарил ей цветы почти каждый день, и в результате мама сдалась. Многие считали, что брак был по расчету. Говорили, что мама вышла за папу из-за денег, а он женился на ней из-за ее статуса красивой и талантливой актрисы. Однако мне казалось, что они искренне любят друг друга и в своих детях души не чают. Правда, оба они всегда были все в делах, и нами троими занималась бабушка. Именно поэтому мы и жили все вместе. Арчи и Ксю пошли в папу, а я была точной копией мамы в юности. И орехово-зеленые глаза от нее достались только мне. – А Ксюша где? – спросила я, раскладывая по тарелкам вишневый пирог. – Осталась в городской квартире. После отмены свадьбы у твоей сестры плохое настро- ение, – ответила мама. – Говорит, что хочет побыть одна. – У меня после отмены свадьбы тоже плохое настроение, – не преминула заметить я. – Где я теперь новое платье выгуляю? А туфли, которые я к нему месяц подбирала? – Сама замуж выходи, – хихикнул Арчи. – Если возьмут, конечно. Кому нужна ведьма? Я дала ему звонкий подзатыльник. – Кажется, у меня проблема, – братик наградил меня выразительным взглядом. – Какая еще проблема? – я вздохнула. – Сестра – дурочка, – выдал Арчи. Ох, и любит же он нарываться! – Я тебе сейчас кастрюлю на голову надену, – любезно предупредила я его, – и ложкой по ней начну отбивать песенку веселого дятла, пока ты мне подпевать не начнешь. Я наградила его подзатыльником второй раз. Для профилактики. Мама погрозила мне пальцем. – Таня, тебе двадцать два, как ты себя ведешь? – укоризненно сказала бабушка. – В твоем возрасте, между прочим, я уже родила твою мать. –  Хочешь, чтобы я тоже кого-нибудь родила?  – невинно поинтересовалась я весело, накладывая в тарелку салат. – А почему бы и нет? Хотя правнуков я, наверное, не дождусь, – бабушка вздохнула. – Мама, – отец внимательно посмотрел на нее, – что вы говорите? Какие еще правнуки? Никаких правнуков, дочь. Сначала для себя поживи, выучись, мир посмотри. Слава богу, воз- можность есть. – Вот из-за тебя у нашей Танечки никого и нет, – сказала бабушка и поджала губы. С папой они постоянно спорили. – Из-за меня? – папа вытаращился на нее. – А причем тут я, простите? – Ты распугал всех ее женихов, – заявила бабушка. – И как, позвольте узнать, я их распугал? – поинтересовался папа. – Бегал за ними с лопатой? Угрожал ножом? Всего-навсего задал пару вопросов. – Дорогой, вопросы о ежемесячном доходе были лишними, – звонко рассмеялась мама. Я хмыкнула. Пару месяцев назад родители случайно встретили меня и парня, с которым я пошла на первое свидание. Папа так извел несчастного вопросами, что тот мне больше не писал. И такое было уже не один раз. Человек папа суровый и очень въедливый. Даже я порою от него устаю. – Я просто беспокоюсь за свою дочь, – раздраженно ответил папа. – Не хочу, чтобы она связалась с каким-нибудь нищебродом или дураком. Мои девочки достойны лучшего. И этого лучшего я буду выбирать сам. Кстати, – ухмыльнулся он, – дочь моего зама скоро выходит замуж. И знаете, за кого? За своего профессора, диплом у него писала, все домой ездила на консультации. Вот и доездилась, уже на седьмом месяце. –  А у нас в театральном все девчонки были влюблены в молодого преподавателя по актерскому мастерству, – мечтательно вздохнув, сказала мама, и ревнивый папа, услышав это, нахмурился. – Такой красивый был, элегантный. Жаль, что женатый. – Помню я его, – встряла бабушка и почему-то нехорошо посмотрела на отца. – Да-да, жаль, Наташенька, что у вас ничего не получилось. Из такой хорошей семьи был. Очень интел- лигентный мужчина. Образованный, начитанный. – Ну простите, что ваш зять – быдло, – усмехнулся папа. – Я этого не говорила, Володя, – бабушка поджала губы. – Вы это подразумевали. Но знаете, мама, я даже не злюсь. Смысл злиться на пожилого человека? Взгляды-то вы уже не поменяете, да и я привык к тому, что все проблемы от меня, если и не на всей земле, то в этом городе – точно, – весело сказал папа.– Вот, значит, как ты обо мне думаешь, – бабушка сощурилась. – А я ведь к тебе как к сыну! – Приемному, – хмыкнул папа. – Володя, перестань, – мама ткнула его локтем в бок. – Да, перестаньте. У меня от вас болит голова, – пожаловалась я. – Как опилки могут болеть? – тотчас поинтересовался Арчи и получил третий подза- тыльник. Остаток ужина папа и бабушка, как обычно, спорили и подкалывали друг друга, мама пыталась их успокоить, а под шумок Арчи кормил собак со своей тарелки, потому что, как обычно, не хотел есть. За окном шел пушистый снег, в комнате весело трещал электрический камин и вкусно пахло вишневым пирогом. Семейная идиллия Ведьминых. Я обожала такие вечера, наполненные теплом и домашним уютом. Жаль, что Ксю не с нами.