Глава 7. Госпожа и дети

Хюррем осталась одна. Она тихо выдохнула и попросила:— Эсма, Селим спит, остальных детей нет. Принеси мне щербета.— Как скажете, Госпожа, — поклонилась служанка и вышла.Хюррем всё думала об одном — о Махидевран. Всё время вспоминала, что та могла натворить.

Тем временем у Махидевран:— Может, вы чего-то хотите? — осторожно допрашивала любимая служанка.— Не хочу, оставь меня одну, — быстро ответила Махидевран.— Как скажете, Госпожа, — поклонилась служанка и вышла.Махидевран сейчас остро нуждалась в поддержке, но кто мог помочь ей в этот момент?

В игровой комнате Хатидже сидела с детьми:— Так играйте, мальчики, — нежно сказала она.— А я? — спросила Михримах, волнуясь.— А ты поиграешь со мной, если хочешь, — улыбнулась Хатидже.— Правда? — засветились глаза девочки. — Пойдем играть!— Ха-ха, пойдем!Михримах повела Хатидже к куклам:— Это мои куклы, — обняла их девочка. — Для меня сделали.— Я знаю, — улыбнулась Хатидже и щекотала рыжую девочку«Ха-ха-ха!» — смех доносился по всему гарему. Некоторые служанки волновались, но никто не смел остановить игру, ведь в игровой была сама Хатидже Султан.

Хатидже любила всех детей одинаково, но Михримах покорила её юное сердце. Девочка была единственной дочерью Султана Сулеймана — высшая честь! Сейчас её мать готовилась родить ещё одного ребёнка. Хатидже радовалась за Хюррем: родить четверых детей — большая честь.

Мустафа и Мехмед сидели рядом, помогая друг другу есть.— Мама мне сегодня странное сказала, — начал Мустафа.— Интересно, что же? — спросил Мехмед.— Попросила, чтобы я с тобой не общался.— Но почему?— Не знаю...— Мы больше не будем общаться? — тихо заплакал маленький Шехзаде.— Похоже...Слёзы потекли и у Мехмеда. Он был зависим от Мустафы? Или что-то другое тревожило его сердце?— Мехмед! — крикнула Хатидже и быстро подошла. Михримах тихо издала «ц» — сигнал позвать Хюррем.Пока беременная Хюррем шла к игровой, Хатидже решила разобраться:— Что случилось? — спросила она у Мустафы.— Ну... я рассказал ему историю, а дальше...— Говори, не бойся.— Вы не будете ругать? Не скажете маме? — робко спросил Мустафа.— Нет, давай решим между нами. Маме Мехмеда я тоже не скажу, скажу, что это случайность. Рассказывай.— Мама запретила мне общаться с Мехмедом, и я решил рассказать ему. Мехмед расстроился и расплакался.— Ты, конечно, подставил свою маму, — улыбнулась Хатидже. — Но и мне помог. Не расстраивайся. Мехмед, молчи и никому ничего не рассказывай, поняли?— Да, Хатидже Султан, — сказали оба одновременно.— Тетушка Хатидже, — попыталась поправить их Хюррем, слегка улыбнувшись.— Мы договорились, молчим, и никому ничего не рассказываем.Хатидже поцеловала обоих в лобик и села ждать Хюррем. Гарем наполнился тихим, но радостным ожиданием.