10 "Слабость"

В голове у меня возникло множество вопросов: что именно рассказал Жан, как отнесся ко всему этому Леви, и верит ли он всему, что знает? — Хоть и с трудом, но нам удалось активировать это устройство. Мы нашли нечто, что совершенно не принадлежит нашему миру, — произнес он, положив телефон на стол и сцепив руки в замок. Снова посмотрев на меня, он добавил: — Жан рассказал мне, кто ты, и о том, что доказательства находятся в этом устройстве. — На мгновение он умолк. — Ты правда из другого мира? — произнес он с таким тоном, словно старался скрыть свой интерес и недоверие, но любопытство все же пробежало по его лицу.— Черт! — выругалась я, накрывая лицо руками и потерев глаза. — Я в шоке. Как вы… как вы могли? — произнесла я, отворачивая взгляд и устремляя его в угол кабинета. — Вы просто не захотели меня слушать. Я пыталась вам объяснить это несколько раз, а вчера пришла к вам с телефоном, чтобы показать доказательства. Но вы выбросили меня за стены, как чудовище, на съедение титанам.

Лицо Леви заметно изменилось — он был удивлён от моего тона, но я продолжала.— Да, я из другого мира, а ваш мир — выдумка. Но я не знаю всего и не могу вам помочь. Я обычный человек, который напуган. Лучше бы меня съел титан, чем снова оказаться здесь. — Хватит, — резко произнес он и встал со стула. — Я допустил ошибку, думая, что ты просто уйдёшь туда, откуда пришла. Я не намерен был доверять кому попало и подвергать опасности весь город и сейчас я признаю, что принял поспешное решение.— Мне больше не о чем с вами говорить, — сказала я, чувствуя, как от обиды на глаза наворачиваются слёзы. Я не хотела показывать ему свою слабость и поспешила выйти. Слабость в теле все ещё давила на меня, и я не могла двигаться быстро, но никто и не пытался меня остановить. Спустившись по лестнице, я столкнулась с целым отрядом разведкорпуса, которые уставились на меня, словно на какого-то экспоната. Слеза предательски покатилась по щеке.— Что случилось? Почему она плачет? — спросил Кони. Все начали говорить что-то невнятное, но их голоса сливались в один сплошной гул. Жан и Микаса подошли ко мне с двух сторон и начали вести по коридору. Я еле переставляла ноги, почти не в силах видеть дорогу сквозь мутную пелену перед глазами. — Мы скоро придём, потерпи, — послышался голос Микасы рядом с моим ухом. — Кажется, она сейчас отключится. У неё сильный жар, — произнес Жан, и он был прав: моё сознание готово было вот-вот отключиться, и противостоять этому я не могла. Мы оказались в медицинском пункте. Я всё ещё была в сознании, но почти не разбирала, что происходит вокруг. В какой-то момент я закрыла глаза, и моё тело переместили, в итоге уложив в горизонтальное положение. Я могла слышать лишь фрагменты голосов и какой-то посторонний шум. Но внезапно воцарилась тишина, звуки стали чётче, и я смогла различить пение птиц за окном, а также скрип двери от лёгкого ветерка, что пробрался внутрь.Я разлепила веки и уставилась в высокий белый потолок палаты. Во рту знатно пересохло, но в целом я чувствовала себя лучше. Повернув голову, я заметила рядом сидящую девушку, погружённую в книгу. — М… Микаса! — тихо произнесла я. Она, услышав меня, тут же оторвала взгляд от книги и немного наклонилась ко мне. — Привет, как ты? — спросила она. — Нормально, не отказалась бы от воды. — Секунду, — быстро ответила она, отойдя к маленькому столику, где из графина налила мне стакан воды. — Вот, держи, — сказала она, и я чуть приподнялась, ощущая на руке что-то.— Капельница? — спросила я, ощущая лёгкое беспокойство.— Да, почти закончилась, — подтвердила Микаса, передавая мне стакан с водой. Я начала пить, в то время как девушка продолжала внимательно смотреть на меня. — Так ты знаешь меня? Я тоже существую в вымышленной истории, что созданна твоим миром?Я остановилась пить и устремила на неё взгляд. — Жан всё рассказал. Если это так, то тебе, должно быть, действительно страшно - произнесла она— Честно, вся моя жизнь кажется отстойной, — усмехнулась я. — Не хуже, чем встретить титана, но тоже отстой. Я живу в мире, где я никому не нужна, даже оказавшись здесь… я никому не нужна. Микаса опустила взгляд, словно она понимала меня, и добавила:— Это трудно, но такова жизнь. Но если ты вернёшься, ты сможешь изменить наш мир? — Думаю, это невозможно, — ответила я, и Микаса слегка вздохнула.

Но в этот момент в палату резко вошел Жан, что заставило его замереть, заметив нас. — Пришла в себя? — спросил он, подходя ближе. — Да, тогда мне вдруг стало так плохо, — произнесла я. — У тебя снова подскочила температура, но о чем вы говорили с Капитаном? — Он сказал, что ты ему всё рассказал и что он допустил ошибку, думая, что я враг, и выгнав меня за стены, он думал, что я просто уйду туда, откуда пришла.

Жан и Микаса переглянулись, а затем снова посмотрели на меня. — Что-то не так? — спросила я. — Капитан Леви редко признаёт, что ошибся. Думаю, он действительно чувствует себя виноватым перед тобой, — произнес Жан. — В любом случае, я не хочу его больше видеть, — заявила я. — Честно говоря, я не знаю, как вернуть тебя обратно и что делать, — добавил он. — Лучше бы меня съел титан, — произнесла я в отчаянии. — Не говори так. Я не думаю, что здесь тебя теперь обидят. В любом случае, ты не представляешь никакой угрозы, — сказала Микаса с легкой улыбкой. Дверь снова скрипнула, и в помещение вошла медсестра.— Ребята, идите в столовую, Рин нужно отдохнуть, — сказала она, бросив на меня взгляд. Лица ребят поднялись.— Мы можем ещё зайти, — сказал Жан, прежде чем покинуть комнату.— Тебе тоже нужно поесть, — произнесла медсестра и сняла капельницу.— Честно, я не голодна, — ответила я.— Тебе нужно набираться сил.— Нет, спасибо. Я просто хочу побыть одна и немного обдумать происходящее.— Вы не должны волноваться, это негативно сказывается на вашем состоянии. Капитан Леви просил присмотреть за вами.Я тут же нахмурила брови и уставилась на медсестру.— Что? Какое ему дело?— Ну... Возможно, мне не стоит это говорить, но всё же. — Она тихо произнесла это и повернулась к двери, убедившись, что там никого нет. — Капитан Леви действительно переживал за вас. После того как привёз вас обратно, он приходил и почти всю ночь просидел рядом с вами.

В моем сознании всплыли размытые воспоминания о том, что я увидела ночью, осознав, что Леви мне вовсе не приснился. Я уставилась в одну точку, но медсестра быстро вывела меня из моих мыслей.— С капитаном Леви может быть непросто. Он многое пережил, и такая забота о вас — нечто новое в его жизни.— произнесла она, слегка улыбнувшись.— Хотите сказать, я теперь должна целовать ему руки?— Ну зачем уж так? Я имею в виду, постарайтесь встать на его место тоже.Дверь хлопнула от сквозняка, и медсестра немного вздрогнула, оглянувшись назад.— Что ж, я пойду, принесу вам еды, — сказала она и направилась к двери.— Не стоит, я не голодна, — попыталась я возразить, но медсестра уже ушла и явно не собиралась слушать мои отговорки.Минут через пятнадцать она вернулась с подносом, на котором располагалась еда, от которой исходил приятный запах, но желание есть не появлялось. Медсестра оставила поднос на маленьком столике и поспешила выйти.

Я отвернулась в другую сторону, закрыв глаза и пытаясь вспомнить отрывки из своей прошлой жизни.Я оказалась в приюте, когда мне было три года. Родители выбросили меня, как ненужную вещь. Завести друзей было не так просто, а для меня почти невозможно; я никому не нравилась. Став старше, я пыталась найти родителей, но узнала о их кончине в пожаре. Покинув приют, я жила только для себя, но и это не удавалось; зарабатывать деньги было сложно, как и наладить отношения с коллективом. Одно разочарование следовало за другим. Даже единственный парень, который когда-то у меня был, использовал меня как игрушку и выбросил. Кругом была ложь, мир никогда не был прекрасным, он отвратителен.Позже медсестра снова зашла ко мне, унесла остывшую, нетронутую еду и вскоре принесла что-то другое, надеясь на то, что я всё же поем. Но аппетита не было.— Вы должны поесть, хотя бы немного, — говорила медсестра, чуть ли не умоляя меня, но я всё ещё продолжала отрицательно мотать головой. У меня не было сил даже приподняться. Температура оставалась стабильной, но с приближением вечера я начинала чувствовать себя всё хуже.Медсестра снова зашла в палату и зажгла лампы, создавая приглушённый, тёплый свет.— Вы сегодня ничего не ели, пожалуйста, не мучьте свой желудок и съешьте хотя бы немного, — снова произнесла она, протягивая мне поднос с новой порцией еды.— Нет, спасибо.— Но как же так? — с грустью произнесла она.В этот момент послышался голос у двери.— Эмма... Как только медсестра обернулась, открыв мне обзор, мои глаза чуть расширились: в дверях стоял Леви. Он прошёл чуть вперёд, остановившись возле нас.— Оставьте нас, пожалуйста, — обратился он к медсестре, имя которой я узнала только сейчас.Эмма бросила короткий взгляд на меня, затем кивнула и покинула помещение. Теперь все внимание Капитана было сосредоточено на мне.