Глава 17

  Я медленно подъезжала к дому. Ничего страшного не произошло, несмотря на то что Артем беспокоился. Иногда мужчины — такие странные существа. Остановившись около подъезда, я взяла с соседнего сиденья сумочку и посмотрела на свой телефон. Разряжен... Черт, и как же я забыла про него? 

 Кинув аппарат в сумку, поправила зеркало заднего вида, и тут впереди мое внимание привлек какой-то блеск. Не разглядев его источник с первого взгляда, я присмотрелась внимательнее и, когда блеск повторился второй раз, поняла, что это. Но для меня оказалось уже поздно. Тишину улицы нарушил громкий щелчок, затем короткая вспышка — и мою грудь пронзила боль. Постепенно магические силы стали покидать меня, а я начала заваливаться на бок, погружаясь в темноту беспамятства. Последнее, что успела сделать, — это включить на машине Абсолют-защиту.

«Вот и все», — подумалось мне, и пришла темнота...

* * *АНДРЕЙ ХОРСОВ

Я стоял около окна в своем кабинете в Тайм-сити. На душе было очень неспокойно.

Дверь в комнату приоткрылась, и я уже знал, кто это.

— К тебе можно? — спросил Матвей, заходя в кабинет.

— Конечно. Проходи, — пригласил я и, вернувшись к столу, устало опустился в кресло.

— Андрей, что с тобой? Ты, несмотря на то что не работаешь, последние дни весь измотан и постоянно нервничаешь. Сильно поругался с отцом?

Немного помолчав, я решил рассказать другу о том, что учудил мой отец. Держать это в себе просто больше не было сил.

— Тебе рассказать сначала?

— Конечно, — усмехнулся друг.

— Тогда слушай. Я точно не знаю, когда все это началось, но мне кажется, с того бала, на котором мы с Роговой танцевали танго.

— Она тоже здесь замешана?

— Мне в последнее время кажется, что она постоянно присутствует в моей жизни.

— Интересно... — Друг улыбнулся, рассматривая свои сцепленные пальцы.

— Так вот, история началась, наверное, с этого танца. Именно после него родители начали странно себя вести. Мама стала намного спокойнее относиться к пятерке и тепло — к ведьме. Меня это насторожило. Тогда я разбираться в этом не стал. Не имелось повода. Но потом отец стал добиваться сначала моего шефства над расследованием, а потом и охраны ведьмы. Этот интриган все очень ловко повернул, даже такие страшные обстоятельства обратив себе на пользу.

Прикрыв глаза, я попытался отрешиться от головной боли.

— Я не понимал действий отца и постоянно расспрашивал его о мотивах подобных решений. Но он либо отмалчивался, либо называл те причины, которые и так все знали. Но я чувствовал, что здесь не все гладко, и докопался бы до сути, если бы не это заключение в квартире с Роговой.

— Если честно, я думал, что после спонтанного обращения ты ее убьешь.

— Я тоже... — сказал я и, глубоко вздохнув, продолжил: — Но отец, видимо, соображает лучше нас с тобой. Как только мне кажется, что я чего-то стою, папа постоянно показывает мне, что я еще пацан.

Матвей рассмеялся, а я продолжил:

— Сначала все было хорошо и я даже смог притерпеться к ведьме.

— Что же заставило тебя так поступить? — перебил меня друг, лукаво на меня смотря.

Весело ему!

— Она шикарно играет в карты. Но потом произошел этот спонтанный оборот. Я до сих пор не могу определиться с причиной, которая его вызвала.

— Андрей, ты должен понимать, что на тебя, скорее всего, воздействовал мощный катализатор. Ты сильный оборотень, и причины, которые могли так пошатнуть твой контроль, можно по пальцам пересчитать.

— Да, и парочка случилась в тот день.

Друг молчал, ожидая, что я скажу дальше.

— Не жди, я не буду пересказывать тебе мой позор. То, что произошло за эти три дня, будет со мной на протяжении всей жизни. Даже сейчас, обернувшись в человека, я не могу вспоминать об этом без содрогания.

— Что, все было так страшно?

Прикрыв глаза, я вспомнил самые неприятные моменты.

— Нет. Еще хуже. Но ладно, если бы обстоятельства так сложились. Так еще и папочка подсобил — подкинул этой сумасшедшей идеи.

— Помыть тебя?

— Она помыла не только меня, но и мой хвост!

— И ты ей позволил?

— А что, я тогда мог многое предпринять? Я полностью был животным! Скорее всего, я подпустил Рогову к себе из-за ее связи с моей сестрой. В ней моя кровь.

— Нет, не из-за этого, — уверенно сказал друг. — Не в этом случае.

— Это магическая связь, нельзя ничего утверждать наверняка.

На это друг лишь приподнял бровь и приготовился слушать дальше.

— Но потом я испортил ее любимый диван, и, конечно, она не могла не отомстить. Она побрила мне хвост магическим огнем.

После этого Матвей захохотал.

— Если ты не замолчишь, я сломаю тебе руку, — проинформировал я друга с угрозой.

Но тот никак не мог унять смех.

— Кажется, я начинаю понимать, что именно предполагает твой папа.

— Да и я тоже это понял, когда Рогова на кухне рассказывала мне о наших приключениях. Мне стало ясно, что все это проделки отца.

Встав и опять подойдя к окну, я продолжил:

— В тот день мы с ним сильно поругались. Я тогда заявил, что он не имел права вмешиваться в обстоятельства. И теперь пресекаю любые его попытки сблизить меня с ведьмой.

— Андрей, посмотри правде в глаза. Отец не может заставить тебя выбрать пару. Это может решить только твоя животная натура.

— Я это понимаю. Даже если предположить, что родители правы и Рогова — одна из возможных для меня пар, выбор-то я все равно делаю сам.

— Если, конечно, ты не сделал его раньше и сейчас уже не поздно. Ваши отношения всегда были непростые. Уверен ли ты, что сможешь определить грань?

— Думаю, да. Тем более я ведьме еще ничего не сказал, а то с ее характером нам бы всем точно аукнулось.

— Мне бы твои проблемы. Конечно, с Роговой непросто, но по крайней мере с ней у тебя может быть семья. А вот на меня девушка, от которой я без ума, вообще не смотрит.

Обернувшись и печально посмотрев на друга, я сказал:

— Нам обоим сейчас непросто. В любом случае если Рогова — моя пара, рано или поздно я узнаю об этом. Через...

Я не смог договорить фразу и прикоснулся рукой к виску, так как мою голову в этот момент пронзила боль.

— Что?

— Андрей? — подбегая ко мне, спросил Матвей.

И только я смог вздохнуть, как и грудь, словно тиски, сжала сильнейшая боль.

— Твою мать! — прохрипел я, схватившись рукой за стол и согнувшись от боли пополам.

— Что случилось?! — уже закричал Матвей.

А я, не отнимая руки от груди, посмотрел на него.

— Кажется, я оплошал, друг мой. Ибо любовь зла.

После этого я опрометью бросился из кабинета, на бегу набирая номер, который помнил наизусть.

* * *

Первый раз я открыла глаза и увидела перед собой какую-то женщину в белом халате. Услышала слова «пришла в себя» и снова отключилась.

Следующее мое пробуждение было более долгим. Теперь передо мной стоял Дэн.

— Привет, Марго. Ну и как тебя угораздило попасть мне в пациентки?

Чуть улыбнувшись, я сказала:

— Ты прекрасный манохирург. Мне повезло, что я попала к тебе.

Хмыкнув, Дэн мне сообщил:

— Ладно, давай с тобой поговорим как хирург с магом-криминалистом.

В этот момент я немного пошевелилась, и грудь пронзила боль. Поморщившись, я ответила:

— Давай.

— Ты ведь уже поняла, чем в тебя прилетело?

— Да. Это был сгусток чистой манны.

— Именно. Манна — это чистый энергетический поток. В лучшем случае человек, получивший разряд в грудь, умирает, в худшем — оказывается магически выжженным.

Глубоко вздохнув, я поморщилась, чувствуя, как от страха скручивает внутренности.

— Только не говори...

— Нет, тебе повезло. В твоем случае разряд попал выше груди, поэтому ты сохранила дар, но временно не сможешь им пользоваться.

— Сколько?

— Не знаю. Пока твой организм не восстановит свою обожженную ауру.

— Порадовал...

— А что ты хотела? Скажи еще спасибо, что помощь вовремя оказали, а то бы осталась магическим инвалидом. Да и вообще, что происходит с вашей пятеркой? Вы в больнице скоро будете постоянными клиентами.

— Это неважно. Ко мне посетителей пускают?

— Да, но ненадолго.

— Кто там, в коридоре, сидит? — спросила я.

— Лена, Артем, Юля, два каких-то оборотня и твой парень.

При последнем сообщении мои глаза широко распахнулись.

— Кто?

— Я так понимаю, нужно сначала пригласить его? — спросил Дэн, скорее, для проформы.

Но не успела я его расспросить, как врач уже вышел за дверь. Интересно, кто это — мой мужчина?

Послышалась легкая возня за дверью, после чего она открылась, и в палате появился Хорсов. Мои глаза полезли на лоб.

— Скажи мне, Хорсов, когда это мы с тобой начали встречаться?

— Сейчас это непросто объяснить, и данная тема вполне способна подождать до того момента, когда ты более-менее выздоровеешь. А пока скажи мне, пожалуйста, одну вещь...

Я приподняла бровь в ожидании продолжения.

— О чем ты думала?! — раздался крик на всю палату.

Лицо у оборотня было какое-то перекошенное, и почему-то именно сейчас я его испугалась.

— Может, мы и этот вопрос обсудим позже? — поинтересовалась я осторожно.

В палату, видимо, услышав крик, завалилась вся толпа из коридора, состоящая из оборотней и друзей. Разобравшись, что случилось, посетители присоединились к Хорсову со своими упреками. Гомон поднялся ужасный, и единственный человек, который молчал, был Матвей. Вот золотой мужик!

На этот шум прибежал Дэн и всех разогнал.

— Больной нужен покой! А вы что тут устроили?

Единственная, кого мне удалось отбить, была Валя. Ссылаясь на приятные впечатления от общества подруги, я упросила врача оставить ее со мной на ночь подежурить.

Когда дверь за всеми закрылась, Валя присела на стул около меня и сказала:

— Балда. Столько прятаться, чтобы так попасться.

— Думаешь, если бы со мной находились рядом Артем и Лена, все случилось бы по-другому?

— Я полагаю, что вообще не нужно было из дома уходить. И чего тебя понесло в такую даль?

— О-о-о... это отдельная история. Но сначала ты мне расскажешь, как вы меня нашли.

— Я не знаю, как все началось... — пробормотала Валя, отводя глаза. — Сначала мне позвонил Андрей и в полном бешенстве и панике велел найти тебя.

— Позвонил Хорсов? А он-то откуда узнал, что случилось?

— Ты знаешь, я не маг и не могу выходить в изнанку мира, но я постоянно ношу с собой амулет, ты нам пятерым сделала их, чтобы мы всегда могли найти друг друга.

Я кивнула. Было такое...

— И вот только я успела тебя обнаружить, как сразу позвонила Андрею. Он был близко от твоего дома. И дальше я знаю ситуацию только по рассказу Матвея.

Я даже приподнялась на подушке от любопытства.

— После того как тебя нашли, ребята поняли, что в машину они проникнуть не могут. Поэтому Андрей выхватил из автомобиля, на котором они приехали, какую-то штуковину. Она при нажатии на кнопочку начинала светиться.

— Да, это генератор манны.

— И начал лупить ею по твоей машине.

— Что?! — заорала я, подскочив на постели так, что чуть было капельницу из своей вены не выдернула. — Что он сделал?!

— Спас твой дар, дурында! И прекрати орать, пока и меня отсюда не попросили. Будешь лежать одна.

Постаравшись немного успокоиться, я переспросила:

— Он что, манной пытался разрушить защиту машины?

— Послушай, Марго, там была критическая ситуация. Брату пришлось думать, и думать очень быстро. Да, он слегка помял твою машину, но он спас твой дар!

— Слегка помял?

— Ну хорошо... Разбил.

Немного помолчав, я сказала:

— Ты не подумай, что я в претензии, просто, когда твой брат вошел в мою жизнь, в ней немедленно начались тотальные разрушения.

— Не ворчи. После извлечения из машины тебя доставили в больницу и охраняли. А папа в это время позвонил Гранилову. То, как он орал, слышали, наверное, на соседнем континенте.

Я на это только хмыкнула.

— Валя, нам нужно побыстрее завершать это расследование. Скоро из круиза вернутся мои родители. Что тогда? Родители близняшек сейчас в Китае. Их проект магического двигателя без топлива еще не сошел с мертвой точки. Они на военном объекте и приедут нескоро. У Артема его папа и мама до сих пор в своей экспедиции в Мага... Матала... в общем, черт-те где. Там проще сгинуть, чем найти кого-то. Мои же родители перемещаются по миру, но скоро приедут домой.

— Я понимаю тебя, Марго. Но следующее совещание у нас будет после того, как тебя выпишут из больницы. Раньше — нет смысла. А пока папа и Гранилов роют носом землю, чтобы найти виновного.

— И Гранилов тоже?

— А ты думаешь, такому влиятельному мужику, как он, нравится, когда его дурачат? Он же нам сказал, что покушений больше не будет.

— Нет, конечно...

— Вот именно. Да и мой отец не последний человек в городе. Я его вообще в таком гневе только несколько раз в жизни видела.

— Чего это он распереживался? — подозрительно спросила я.

— Нет уж, сначала ты мне расскажешь про Артема.

— Ну слушай. История будет та еще, — усмехнулась я.

В этот вечер мы практически до ночи проговорили, делясь информацией. Истории любви наших друзей Валя очень удивилась, но была рада за них. Юля все пыталась помириться с Даниилом и жутко на всех из-за этого срывалась. А подруга пыталась наконец-то начать свою интимную жизнь с Дмитрием.

— Ты знаешь, с этим расследованием не до личной жизни. Только я собираюсь сделать шаг к сближению, как что-то случается.

— А он?

— А он боится того, что я девственница. И поэтому инициатива полностью моя.

— Да... Такая ответственность, — сыронизировала я. — Что за мужик пошел?

А на следующее утро ко мне, сменив Валю, пришел Хорсов и потребовал, чтобы, пока ко мне не вернется магия, я без него на улицу ни ногой. После небольшого спора я согласилась. Во-первых, не впервой же, а во-вторых, не это меня занимало. Через три дня перед выпиской из больницы мне предстояло пройти магическое сканирование. Именно тогда я узнаю, сколько мне еще жить без магии...

* * *

Я стояла во дворе и смотрела на медленно кружащийся снег. Первый в этом году.

Только сегодня утром я вернулась из больницы домой. Перед выпиской мне огласили вердикт — месяц без магии. Такое тяжело пережить. Если маг лишается своей магической силы, то для нас это катастрофа. Лучше умереть. И вот теперь месяц я совершенно беззащитна, хотя могу пользоваться магией других. Но это как язвеннику предлагать полуфабрикаты. Противно, слов нет!

И вот, выйдя из машины, я смотрела, как какой-то незнакомый мне оборотень, который забрал меня из больницы, вытаскивает из багажника мои вещи.

Что-то странное вокруг меня происходит. Аслан навестил меня пару раз, при этом все время уходил от моих вопросов. Валя просто отмалчивалась, и я уже заподозрила заговор.

Неожиданно из ниоткуда рядом со мной возник Хорсов. Кивнув поставившему рядом со мной сумки оборотню, он попросил его подождать в машине.

Я удивленно посмотрела на кошака.

— Нам нужно поговорить.

— О чем?

— Может, лучше поднимемся в квартиру?

Недоверчиво посмотрев на оборотня, я очевидного подвоха не увидела.

— Хорошо, но ты несешь сумки.

И, не оглядываясь, пошла вперед.

Как ни странно, Хорсов не зубоскалил и спокойно помог занести сумки. Посмотрев на него испытующе, я пригласила оборотня в мою убитую им же гостиную.

Присев в кресло и дождавшись, пока я расположусь напротив, он заявил:

— Не знаю, как сказать, но в нашей жизни случилась неприятность.

Услышав это, я напряглась, и в связи с последними событиями в мое сердце начал закрадываться страх. Господи, что еще случилось?

— Внимательно тебя слушаю.

— Дело в том, что ты моя пара.

После этих слов я, широко раскрыв глаза, уставилась на оборотня. Потом до меня дошел смысл фразы.

— Это что, какой-то ход? Ты хочешь меня на что-то вынудить?

Нахмурившись, оборотень ответил:

— Нет, с чего ты это взяла? Наверное, наша связь стала устанавливаться еще тогда, в юности. И с каждым годом она все крепла и крепла, в то время как наши отношения на фоне этого все усложнялись и усложнялись. После моего спонтанного оборота я начал догадываться о том, как все обстоит на самом деле.

Хорсов встал и заходил взад-вперед передо мной, заложив руки за спину и погрузившись в свои рассуждения.

Надо же, Андрюсик попался в мои сети. Мне было приятно. Все-таки с какой стороны ни посмотри, а он шикарный мужчина.

— Но после покушения на тебя я оказался вынужден посмотреть правде в глаза. Моя натура привязана к тебе.

Ха! Ну, в принципе и он ничего. На моем лице расцвела улыбка.

— Теперь я понимаю, что моя человеческая натура всегда противилась этой привязанности. Но, видимо, здесь ничего не поделаешь.

Он не устоял передо мной.

— С того времени, которое мы провели в этой квартире, я всячески боролся с собой, но тем не менее результатов это не принесло.

Мое самолюбие просто балдело...

— Увы, вопреки себе, своему здравому смыслу и в чем-то даже человеческой натуре я вынужден признать, что связан с тобой.

Что? Вопреки чему?

— Безусловно, я понимаю, на что обрекаю тебя. Твой характер просто невыносим, ты магичка, а вы хитрые, мстительные и изворотливые существа, и, конечно, будь моя воля, я бы никогда не выбрал тебя.

По мере того как Хорсов говорил, моя улыбка постепенно угасала.

— Будучи человеком рассудительным, я прекрасно понимаю, что мне придется очень непросто с тобой как в семейной жизни, так и в общественной.

Где мой тесак!

— Единственное, что меня хоть немного утешает, так это вполне приемлемые внешние данные. По крайней мере в постели не придется мучиться.

Встав с кресла, я посмотрела на этого... засранца, который сейчас оскорбил меня, как мог. Его хамство не явилось для меня сюрпризом. Но и его за язык никто не тянул, тем более в моем доме.

— Это что, предложение руки и сердца? — очень спокойно спросила я.

— Пожалуй, да.

— Очень мило. Но ты упустил одну важную вещь. — Мой голос по мере того, как я говорила, становился все жестче и жестче. — Это ты ко мне привязан, а не я к тебе. Поэтому советую тебе сейчас взять ноги в руки и топать отсюда!

Хорсов подошел ко мне вплотную и, глядя в глаза, сказал:

— Я мог бы тебе соврать, но не стал и не собираюсь. А насчет того, что привязанность только у меня, советую тебе не заблуждаться. Ты не замечаешь в последнее время странного настроения у себя? Нет?

Видимо, поняв все по моему лицу, оборотень сделал соответствующие выводы.

— Ты многое знаешь об оборотнях, но не все. Когда мы выбираем пару, то выделяем феромоны. И если организм самки принимает их в связи с уже установившимися симпатиями человека, то образуется связь. После этого пара удаляет часть волос с хвоста. И чем больше удаляет, тем крепче связь. Ты его побрила весь. Поэтому связь настолько крепка, что мы чувствуем друг друга полностью. От сильных эмоций до ран. И даже в другой жизни, наверное, будем чувствовать. И все благодаря тебе. Ты рада? Я так просто счастлив, — прорычал Хорсов.

И, наверное, увидев понимание на моем лице, добавил:

— Да, именно так я почувствовал нападение на тебя. И не сказал бы, что это замечательные впечатления.

— Как ты заметил, я достаточно знаю об оборотнях и еще больше о магии. Не зря всю жизнь училась. Так просто я не сдамся.

— Ритуал ты завершила сама и добровольно. Зря ты думаешь, что от тебя что-то зависит. Теперь ничего не изменить. Я не отпущу тебя, ты принадлежишь мне. А оборотни своим никогда не делятся, Марго. Но я понимаю, что тебе нужно время, чтобы это принять, и даю тебе его. Только привыкай к этой мысли быстрее — я на голодном пайке сидеть не собираюсь.

После чего этот гад развернулся и ушел, а я запустила в стену вазой. Мы еще посмотрим, кто к какой мысли привыкнет!

* * *ВАЛЕНТИНА ХОРСОВА

Желание накрывало меня с головой. Его губы, целующие меня везде...

Бип... бип... бип...

— Черт! Кому я могла понадобиться?!

— Не подходи, — пробормотал Дима, уткнувшись мне в шею носом.

Вот что за подлость — даже белье не успели снять до конца, а уже кто-то помешал.

Бип...

— Нужно ответить. Вдруг что-то серьезное. В последнее время...

В моем голосе явно прозвучали просительные и извиняющиеся нотки. Дима глубоко вздохнул и откинулся на спину, демонстрируя моему жадному взгляду гладкую мускулистую грудь.

— Еще одна такая остановка во время процесса — и я останусь импотентом.

Бип... бип...

Рассмеявшись, я ответила на звонок.

— Тебе весело?! — послышался голос подруги в полной истерике. — А мне вот не смешно! Сейчас у меня побывал твой братец, и между нами состоялся интересный разговор. Мне почему-то кажется, что ты знаешь какой. В общем, я не ожидала, что друзья, которым я всю жизнь доверяла, будут так со мной поступать.

Не успела я ничего ответить, как в трубке раздались гудки.

Посмотрев на Диму, я спросила:

— Ты слышал?

— Еще бы, она так кричала... Тебе нужно поехать к ней. Ее лучше не оставлять одну в таком состоянии.

Его голос звучал разочарованно, но с пониманием.

Запустив руки в волосы, я пробормотала:

— То брат, рычащий: «Испортишь мне все — голову откручу». То подруга, кричащая, что я предательница. Почему я постоянно между молотом и наковальней?!

Хмыкнув, Дима встал с кровати и, взяв чашку уже остывшего кофе, направился за газетой, а я провожала его восхищенным взглядом, скользя им по сильным плечам и перекатывающимся под кожей мышцам. Затем, печально вздохнув, пошла в ванную.

— В следующий раз я отключу все телефоны, — крикнула я.

— А я проконтролирую этот процесс, — полетело мне вслед