5

Спустя два дня я уже со всеми своими вещами ехала в новый дом за городом. Чёрт возьми, как быстро всё завертелось. Ещё пару дней назад я кидала на кухонный стол сумку после смены и мечтала вырубиться на диване, а теперь — личный водитель, машина с кожаными сиденьями и жизнь, которая мне даже в самых смелых фантазиях не снилась.Я украдкой поглядывала в окно: за ним мелькал Берлин, мой привычный город, со своими шумными улицами, серыми домами, с вечно спешащими людьми. Всё это оставалось где-то там, позади. Впереди же меня ждал огромный загородный особняк, который я видела только на фотографиях в интернете, когда гуглила «дома миллионеров».Моя сумка лежала рядом на сиденье, а на коленях я теребила свой телефон.Ну вот и всё, Агата, поздравляю. Добровольно согласилась на фиктивный брак с самым наглым типом, которого встречала в жизни. Только ради денег. Ради новой жизни.Машина плавно свернула на загородное шоссе, и я заметила, как водителя, идеально выбритого, в чёрном костюме, зовут господин Мюллер. Он не сказал ни слова за всю дорогу, только вежливо кивнул, когда помогал мне загрузить вещи.

— Мы почти приехали, фройляйн, — наконец сказал он глубоким голосом.

Я подняла глаза — и дыхание перехватило. Вдали, за высокой оградой, маячил огромный дом. Нет, не дом. Особняк. С коваными воротами, фонтаном на подъезде и окнами, в которых уже горел мягкий свет.

— Охренеть, — выдохнула я, даже не заметив, что сказала это вслух.

Мюллер усмехнулся уголком губ, но промолчал.И вот тут до меня дошло окончательно: я реально подписалась на игру в жизнь «идеальной жены» для Тома Каулитца.

Машина плавно въехала во двор. Даже несмотря на осень, здесь было красиво: ухоженные клумбы, идеально подстриженные кусты, фонари с тёплым светом вдоль дорожки. Казалось, что каждая мелочь вокруг этого дома стоила больше, чем вся моя квартира в Берлине.Когда мы заехали в гараж, я аж прикусила губу. Рядом друг с другом стояли несколько машин — блестящие, дорогие, каждая из них могла бы купить всю мою жизнь с потрохами.

— Это... все его? — с неверием спросила я, обернувшись к Мюллеру.

Тот только коротко кивнул, будто для него это обыденность.Я чуть ли не присвистнула, но вовремя сдержалась.Ну да, Агата. Добро пожаловать в новый мир, где одна машина стоит, как твои почки, печень и обе руки вместе взятые.Водитель вышел, открыл для меня дверь и помог вытащить чемодан. Я сделала глубокий вдох. Ну всё, назад дороги нет.Мы поднялись по ступеням, и Мюллер распахнул передо мной огромные дубовые двери.

— Добро пожаловать, фройляйн, — произнёс он и жестом указал внутрь.

Я переступила порог и почувствовала запах дорогого дерева и чего-то пряного, дорогого. Внутри всё выглядело так, будто я оказалась в фильме: огромный холл, мраморный пол, лестница с резными перилами, люстра, которая могла ослепить меня своей роскошью.

Я как раз рассматривала огромную люстру над головой, когда сверху послышался стук шагов. Через пару секунд на лестнице появился Том.Без костюма — серые спортивные штаны, чёрная футболка. Даже в таком виде от него веяло властью и холодом. Он лениво оглядел меня с головы до ног, будто проверяя товар.

— А, приехала, — его голос был низкий, раздражённо-сухой. — Отлично.

Я сжала губы. «Приехала». Тоже мне, встреча века.

— Мюллер покажет тебе комнату, — он спустился по ступеням и проходя мимо, даже не остановился. — Обустраивайся сама. Я спешу на работу.— О, спасибо за радушие, — я не удержалась от колкости, но он только бросил на меня быстрый взгляд через плечо.

В этом взгляде не было ни капли тепла — чистая холодная сталь.

— Не обольщайся, — он прищурился. — Я не собирался устраивать тебе экскурсию по дому. Ты здесь не для того, чтобы я тебе поддакивал.

Я почувствовала, как меня начинает трясти — от злости и от того, насколько бесцеремонно он со мной разговаривает.

— Отличное начало семейной жизни, — пробормотала я сквозь зубы.

Он усмехнулся, беря с тумбы ключи от машины.

— Забудь слово «семья», Агата. Здесь всё по контракту.

И, не дожидаясь ответа, вышел из дома, громко хлопнув дверью.Я осталась стоять в холле с чемоданом и ощущением, будто меня только что окатили ледяной водой.

Я глубоко вдохнула, подняла чемодан и шагнула внутрь.Дом был огромный. Настолько огромный, что в первые минуты я даже не знала, куда смотреть. Белые стены, мраморный пол, лестница с резными перилами, потолки такие высокие, что можно было поставить ёлку размером с Берлинскую башню.Всё выглядело как с картинки в дорогом журнале: безупречно, стильно, дорого. И в то же время — как-то холодно. Ни одной детали, которая намекала бы, что здесь живут. Всё идеально стерильно, будто этот дом был выставочным образцом, а не местом для жизни.

— Ваша комната на втором этаже, — голос водителя вывел меня из мыслей. Он, оказывается, поднялся следом за мной. — Последняя дверь слева.

Я кивнула и поблагодарила его, после чего пошла по лестнице.Открыв дверь, я увидела просторную спальню в светлых тонах. Большая кровать с белоснежным бельём, шкаф-купе, столик с зеркалом. На тумбочке даже стоял небольшой букет свежих роз.

Я закатила глаза.— Конечно. Купил жену — купи и букет для антуража.

Кинув сумку на кровать, я обошла комнату. За дверью — личная ванная. Огромная, как половина моей квартиры. Джакузи, душ, умывальник с подсветкой, шкафчики с аккуратно сложенными полотенцами.Я заглянула в шкаф — пустой. Идеально чистый, будто новый. Мои вещи явно будут смотреться здесь как дешёвая подделка на фоне брендов, к которым привык этот сноб.Потом я прошлась по дому.Кухня — сияла, как в рекламе. Огромный холодильник, плита на шесть конфорок, кофемашина, которая наверняка стоила как моя трёхмесячная зарплата. В гостиной — гигантский телевизор и кожаный диван, на котором можно было спать целой компанией.И снова эта стерильность. Ни фотографий, ни личных мелочей. Только мебель, техника и богатство, выставленное напоказ.

Я остановилась посреди гостиной и поймала себя на мысли:— Господи, и как я вообще согласилась на всё это?

После гостиной я прошла к панорамным дверям, ведущим на задний двор.Стоило мне выйти — и я застыла.Задний двор выглядел как курорт в пятизвёздочном отеле. Просторная терраса с плетёной мебелью и мягкими подушками, шезлонги, аккуратно расставленные вдоль идеально чистого бассейна. Вода сверкала голубым даже под серым осенним небом.Чуть дальше — небольшой бар под навесом. С полками, заставленными бутылками дорогого алкоголя, и высоким столиком с барными стульями. Там же стоял холодильник, полный напитков.За бассейном раскинулся ухоженный сад: ровные дорожки, аккуратно подстриженные кусты, фонари, которые уже начинали загораться в сумерках. Казалось, каждый кустик и каждый камешек тут стоили дороже всей моей квартиры.Я подошла ближе к бассейну, провела пальцами по холодной поверхности воды и фыркнула:— Ну да, шезлонги и бар в октябре. Гениально.

Осенний ветер пробежался по двору, качнул деревья, и я поёжилась. Всё это выглядело красиво, безусловно. Но в то же время — чертовски не по-домашнему.Я ещё пару минут стояла у бассейна, глядя, как ветер гоняет по воде мелкие круги, и вдруг поймала себя на странном чувстве. Да, красиво. Да, дорого. Но внутри было пусто. Всё это казалось каким-то декорационным — как будто я случайно угодила на съёмочную площадку фильма, а не в «свой новый дом».Вернувшись в гостиную, я провела рукой по идеально гладкой поверхности кожаного дивана. Ни единой вмятины, ни одного пледа, ни кружки с недопитым чаем на столике, ни носков, забытых где-то под креслом. Всё чисто, блестяще, вылизано.И почему-то в этот момент мне стало до безумия грустно.Вспомнилась моя маленькая, «бомжацкая», как я сама её называла, квартирка в Берлине. Там вечный бардак, вечно забытая кружка на подоконнике, подушки, сброшенные на пол, кухня, на которой места едва хватало, чтобы разогреть пиццу. Но это было моё. Там пахло моими духами и кофе по утрам, там я могла ходить в растянутой футболке и не чувствовать себя чужой.А здесь... здесь я была гостем. В красивом, богатом, но всё равно чужом доме.

Я опустилась на край дивана и закинула ногу на ногу, глядя на свой чемодан, оставленный у входа.— Ну что, Агата, — пробормотала я вслух. — Ты сама подписалась на эту авантюру. Добро пожаловать в новую жизнь.

Но внутри всё ещё ноило ощущение, что я продала часть себя за деньги и возможность выбраться из долгов.

Я представила лицо мамы, когда скажу: «Мам, пап, я выхожу замуж».Спустя месяц после того, как рыдала у неё на кухне, жалуясь на козла, который мне изменил.И теперь — бац! — новая любовь всей моей жизни? Только это не любовь. Это сделка.Что я им скажу? Что влюбилась так быстро, что сама себе не верю? Что он меня осчастливил так, что я готова пойти под венец? Или правду: «Мам, пап, у меня контракт. Три года фиктивного брака с богатым придурком, который угрожал мне, а потом предложил квартиру и деньги»?Да меня из дома выгонят с такими признаниями.Папа сразу решит, что он меня купил. Мама подумает, что я окончательно спятила.Да и что я сама думаю? Я ведь ещё неделю назад считала его последним мудаком. А теперь должна изображать счастливую невесту.

***

Я вертелась перед зеркалом минут десять, но так и не смогла решить — сказать родителям в спортивках или хотя бы в приличной рубашке.Смешно. Какая, к чёрту, разница, в чём я признаюсь, что через пару месяцев выхожу замуж?

Я глубоко вдохнула, нажала на кнопку звонка — и через секунду оказалась в родительской кухне. Запах маминой выпечки ударил в нос, и от этого всё стало только хуже.

— Агата! — мама обняла меня так, будто не видела год. — Ты как, милая? Работа не изнуряет?— Да нормально, мам, — пробормотала я, садясь за стол.

Папа поднял глаза от газеты.— На тебе лица нет. Что-то случилось?

«Да так, пустяк. Вышла замуж за богатого психа, который купил меня как вещь». Я сжала зубы, чтобы не выпалить это вслух.

— У меня... новости, — начала я, и сердце забилось так, что я слышала его стук в ушах.— Что ещё за новости? — мама насторожилась.— Я выхожу замуж.

Тишина. Ложка выпала из маминой руки и громко ударилась о тарелку. Папа уставился на меня так, будто я сказала, что стала наркоторговцем.

— Повтори, — попросил он медленно.— Я... через несколько месяцев свадьба.— Ты... — мама попыталась подобрать слова. — Ты месяц назад ревела у меня на плече из-за этого... как его... Рика! А теперь замуж? За кого?

Я сглотнула.— Его зовут Том. Он... бизнесмен. Всё серьёзно.

Папа прищурился.— Серьёзно? Ты уверена, что знаешь, за кого выходишь? Богатые бизнесмены любят играть жизнями девочек вроде тебя.

Мама всплеснула руками.— Может, ты торопишься? Может, стоит ещё подумать?

А я только улыбнулась, как могла, и соврала:— Всё хорошо. Я счастлива.— Счастлива? — повторила мама, явно не веря своим ушам. — Агата, дорогая, это так внезапно. Но если ты уверена...Она склонила голову набок и посмотрела на меня с тревогой.— Я уверена, — выдавила я, хотя внутри всё кричало обратное.

Папа откинул газету и скрестил руки на груди.— Ладно. А когда мы познакомимся с твоим... женихом?

И вот тут у меня перехватило дыхание. Познакомитесь? С Томом? С этим хамом, который разговаривает со мной так, будто я его собственность? Да лучше я сама прыгну в бассейн с кирпичом на шее.

— Эм... чуть позже, — я попыталась изобразить лёгкую улыбку. — У него... работа. Он очень занятой человек.

Папа недовольно хмыкнул.— Бизнесмен, говоришь. У таких всегда «работа». Ты не станешь для него очередной игрушкой, Агата?

Мама мягко положила руку на его плечо.— Дорогой, не сгущай краски. Может, он и правда хороший. Но... — её взгляд снова впился в меня. — Мы хотим его увидеть. Хотя бы за ужином.

— Да, — твёрдо добавил папа. — Приведи его. Если он действительно серьёзен, он не будет против.

Я кивнула, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу.— Конечно... я скажу ему.

А сама в голове только и думала: «Да он скорее купит этот дом вместе с вами, чем придёт ужинать и улыбаться».

***