Глава 15

— Жое, — в который раз начал Се Лянь. — Давай уже превращайся обратно в человека.

Видеть я маму свою не видела, потому что в виде ленты у меня отсутствуют глаза, но чувствовала прекрасно его духовную энергию, поэтому просто помотала своей частью, которая была вверху из стороны в сторону, явно говоря ему, что ничего, что он хочет, я делать не собираюсь. Вообще, в этой форме я пребываю всегда относительно не долго, но меня очень сильно бесит, что в ней не могу сопротивляться никаким указаниям Се Ляня, насчет связывания или удушения кого-то.

Вот и сейчас зла на него, потому что этот мой недо-родитель, взял и приказал мне связать этот разлагающийся трупешник. Насколько это противно, словами цензурными и матными не передать. А всё почему? Да потому что, кто-то бегает очень медленно, в отличии от трупа, а поймать его надо. Хоть у нас Цзянши передвигается ужасно, от мусорного бога он улепётывал тоже отлично, как кузнечик скоча. А вот Се Лянь действовал так, будто это у него коленки не сгибаются, в общем...

— Жое! Ну хватит дуться! Нам нужно было его поймать.

«Не нам, а тебе. Тебе же жители всей деревни благодарностей насыпали и кучу денег, и благодарностей. А всю грязную работу сделала я! А мне что? Ни-ху-я!»

— Жое, иначе он бы дальше терроризировал жителей.

«Будто мне есть до них дело», — фыркнула я в мыслях. «Я вот Цзянши не боюсь, и они пусть не боятся. Не съел же он никого. Подумаешь, поверье, что они вставать не должны. Да у бедного трупа просто суставы затекли, вот он и вышел размяться, а вы его все сразу ловить-упокаивать-убивать! Вот кому бы понравилось, что ему сердце собираются вырывать? Вот и ему не хотелось этого».

— Жое, не стоит лежать на пыльной полке, ты же вся белая и красивая.

«Сейчас, значит, я замараюсь, а когда труп обнимать по твоему приказу, так там всё чисто. Нет ни гнили, ни гноя, ни крови, не земли. Будто с разбегу в пенную ванну прыгала, ага?»

— Жое, ты не можешь всё время в этой форме находиться.

«Это мы ещё просто не пробовали».

— Ты же тогда не сможешь носить свою прекрасную шпильку.

«Прекрасную, потому что единственную?» — в мыслях у меня сарказм на каждое слово Се Ляня так и пёр. В этой форме мне весь белый свет был не мил, матушка так особенно. Хоть я в ней себя и чувствовала довольно естественно, всё же это моя изначальная форма, но было всё равно что-то да не то.

Я лежала на этой пыльной полке и пыталась себя ощутить. Внутри меня не было сейчас сердца или крови, а лишь тягучая энергия, похожая на старый мёд. Энергия, в которой плавали осколки чужих душ, капли божественной крови и тяжкий груз почти трёх самоубийств, где-то двух с половиной. Разве это не рецепт демона? Взять скорбь, смешать с насилием, приправить предательством и дать проявиться душе.

Все демоны, которых я пыталась притащить домой, чувствовали это. Они видели во мне не сестру по несчастью, а нечто иное. Цзянши бежал от меня не потому, что я была священным мечом, а потому, что была более чудовищным, более завершённым трупом, чем он. Я могила, которая сама ходит и затаскивает остальных в эту же смертельную яму.

Се Лянь говорит, что я «Абсолютный Хищник». А чем, скажите, не демон? Демоны пожирают людей, их плоть, души или страх. А я... а что я пожираю? Почему все боятся моего прикосновения? Может быть, я пожираю сам факт их существования? Но я же не хочу! Я не чувствую голода к трупам, у меня нет этой жажды убийств. Я просто хочу, чтобы Кринжола не скучала, чтобы со мной играли в догонялки. Это разве похоже на демона?

Или это самая хитрая уловка? Притвориться милой и несчастной, чтобы потом...

— Жое, хватит, — голос Се Ляня прозвучал тише, почти устало. Он подошёл к полке, это было слышно по шагам. — Я знаю, что ты злишься и знаю, что тебе противно. Прости.

Его пальцы легонько коснулись моего шёлкового края. Я резко соскользнула с полки, обвилась вокруг его запястья, уютно устроившись на нём. Палец Се Ляня всё так же легонько гладил шёлк, а его голос прозвучал тихо, почти по-отечески, что было для него несвойственно до жути:

— Ну, доченька, не обижайся.

Всё. Внутри меня что-то щёлкнуло, мир резко перевернулся, сплющился и вытянулся, а потом снова обрёл привычные формы. Я стояла на полу, уже в своём девичьем обличье, и по щекам моим, предательски горячим, текли ручьи.

Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, не веря своим ушам. Четыреста лет! Четыреста долгих лет он ухаживал за мной, кормил, учил, ругал, защищал, но никогда, ни разу, он не называл меня этим словом вслух. «Доченька».

— Ты... — голос мой сорвался на противный писк. — Ты сказал...

Я не дала себе договорить. В следующий миг уже была рядом с ним, вцепившись в его белые одежды с такой силой, что, будь он простым смертным, ему бы не хватило воздуха. Я прижалась лицом к его груди, спрятав свои слёзы в складках ткани.

— Ты сказал! — это было уже не упрёк, а счастливый писк. — Ты признал!

Я чувствовала, как он на мгновение замер, его тело стало столбом. Затем его руки медленно, почти нерешительно, легли мне на спину. Одна на лопатки, другая на затылок, прижимая меня крепче. С моим-то ростом в метр, мое лицо упиралось ему точно в солнечное сплетение, а его руки закрывали почти всю мою спину. Я была как маленькая птичка, нашедшая, наконец, своё гнездо.

— Дурочка, — его голос прозвучал прямо над моей головой, глухо, и я почувствовала вибрацию его груди. — Я же всегда так считал.

— Но не говорил! — прохныкала я, утираясь о его халат. — Никогда не говорил! А теперь сказал! Значит, это правда!

И весь мой гнев, вся обида на пыльную полку и вонючего цзянши растворились без следа. Ради этого слова и объятия, я была готова обнять хоть тысячу трупов. Ну, может, не тысячу, но одного точно.

_______• Мой Telegram-канал: Mori-Mamoka||Автор, или ссылка в профиле в информации «Обо мне».• Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, нормальный комментарий, мне будет очень приятно. Без спама!• Донат на номер: Сбербанк – +79529407120