Глава 16 «Лжебог»

Глава 16

«Лжебог»

02.02.2018

Ночь, здание культа имени «Ники». Одна из множества уборных комнат, которая располагается в центральной части построения, на крайнем, восьмом этаже. Стоя перед разбитым зеркалом, переминая в руке осколки, протыкая ими свою кожу и почти моментально регенерируя, пытался понять произошедшее бедствие Чиеро.

— Какого чёрта... Да они... Обвели меня вокруг пальца, вот же умора, ну что же, Эван Лоуренс, придётся мне предпринять крайние меры за столь серьёзное непослушание...

01.02.2018

Момент, начало, Масамуно объявил битву на ножах между Лоуренсами. Инои жалостливо отвёл глаза. Оюки молча с холодным взором, наблюдал за происходящим. Гравитас с неким подобием маниакальной улыбки предвкушал грядущее событие. Мидас устало стоял в стороне, не желая смотреть на столь скучное мероприятие. Нами, подпирая собой стену, лениво зевал, но всё-таки пристально наблюдал за каждым действием оппонентов. Швальт же попросту делал ставки, с ярым азартом смакуя приближающийся «конный забег». Юграм стоя близ трона своего повелителя, стрелял самодовольным взглядом на Риримона, якобы: «Эй, смотри на меня! Я скоро смещу тебя, перед этим уничтожив... Тебе конец». Эмми взмахнула ножом, дабы ударить того, кто сделал ей больно морально, полностью наплевав на её чувства. Видя всё это, Длирт решил... Не вмешиваться.

— Эван, готов проиграть? — спросила Лоуренс, провернув рукоятку в ладони.

— Только после тебя, сестрица, — ответил ей парень, а после, сделал рывок вперёд, взмахнув ножом. Данное действие с громким звуком лязга металла было заблокировано.

— Бьёшь как девчонка, — съязвила она, подло ухмыльнувшись, наблюдая за состояние брата.

— Хех... Что-то в тебе всё же осталось человечное, — сделав два шага назад, Эван избежал выпада от сестры.

Эмми продолжала идти в наступление, ловко размахивая ножом, в попытках попасть по нему. В её глазах читался первобытный гнев. Замечая каждый промах, актёр лишь тактично отступал и уворачивался. Это всё происходило до тех пор, пока она не начала запыхиваться. И именно эту деталь Лоуренс посчитал нужным моментом. Совершив резкий выпад, он задел её плечо, оставляя ей рану.

— Знаешь, что всегда в нас двоих отличалось? — задал вопрос парень, вновь уйдя в пассивное состояние.

— Мне плевать! — огрызнулась девушка, не теряя решимости.

— Плевать? Ладно, тогда скажу тебе чистую правду, — когда Эмми стала уязвимой, её брат резко сократил расстояние и порезал ей кисть. — Ты всегда была бездарностью, — от этих слов культистка замерла на долю секунды, а после, резко совершила лёгкое движение рукой вверх, рассекая ему щёку, словно хирург.

— Не зазнавайся, мразь, — ответила на его высказывания сестра.

— А? Как так... — попятившись назад, Эван дотронулся новообразовавшейся раны. — А ты стала более ловкой и хладнокровной, чем я думал.

Тяжело вздохнув, Лоуренс сорвался на бег. Замахнувшись, тот собирался нанести удар по лицу, по крайней мере, так думала девушка. Но на самом деле, актёр порезал её другое плечо, но уже глубже.

— Тебе следовало бы отступить пока не поздно, — натянув на лицо ухмылку, он старался не показывать своих искренних чувств, ведь он понимал, что...

«— Мы просто лошади для их ставок. Что я, что она. Только в отличие от неё, я понимаю, что лошадь не может стать чем-то большим, чем мясом, на которое ставят деньги. Эван... Ты актёр. Ты должен сохранять лицо. Ты должен сделать так, чтобы она усомнилась в твоём поведении и увидела то, как выглядит она. Эван. Потерпи. Я понимаю, что болит. Но, прошу, ещё пару минут...» — думал парень, уворачиваясь от новых выпадов.

— Эй, Оюки, как думаешь, кто победит? — спросил друга Гравитас, улыбнувшись во все тридцать два.

— Мне кажется... Они не завершат бой, — ответил ему Йор, отведя свой взор в сторону. — Меня больше не интересуют кровавые бойни ради страданий.

— Чёрт, какой же ты зануда, — отчеканил четвёртый архангел, обидевшись.

— Смотри под ноги, — сказал Эван, перейдя в наступление.

— Да пошёл ты к чёрту со своими советами! — огрызнулась Эмми, отступая.

— Как скажешь, — резко сократив дистанцию, Лоуренс схватил свою сестру и опрокинул её через плечо на спину. Обернувшись, тот оперативно надавил ей на руку ногой, а после поспешил зафиксировать в неподвижном положении. — Эмми... Ты проиграла, потому что ты лишь бездарность без таланта.

— Что? Неужели всё так и кончится? Это не моя ставка... — разочаровано пробубнил Швальт, собираясь уходить, как тут его остановил подбежавший Гравитас.

— Стой, старик, смотри!

Лицо Эвана переменилось. Оно стало более серьёзным, а губы слегка побледнели. В то время как Эмми лишь ухмылялась, что-то прошептав ему на ухо.

— Не зазнавайся, братец, из тебя ужасный актёр, — провернув нож в брюхе своего брата, та с трудом скинула его с себя, победоносно подняв руку верх.

— Ох, так у нас есть победитель! — воскликнул Чиеро, встав с трона.

Другие архангелы начали восторженно ликовать, одобряя победу девушки, тем самым показывая, что она – одна из них. Такая же. Показывая, что лошадь и правда может ставить ставки на других кобыл. Но лишь пара людей была неудовлетворенна исходом. Резко Риримон подал голос, подходя к Эвану и начиная его незаметно исцелять.

— Чиеро! — выкрикнул он, тут же приковав к себе глаза всех в комнате.

— Что такое, Риримон? — попытался максимально мягко выдать из себя эту фразу основатель.

— Я знаю, где на данный момент находится Юль... Железная леди, — моментально ответил ему архангел, словив на себе неодобрительный взор Эвана.

— Ох, да? Ты ведь в курсе, что... — встав со своего места, парень тяжело вздохнул, готовясь ответить. — Стоп. Я не... Где она. Риримон, где она?!

Все, кто собрался в зале были в недоумении, включая и Маркейна, чья самодовольная улыбка очень быстро слетела с лица.

— Она...

— Где она?! — рявкнул чумной гений.

— Я видел, как она уходила в сторону парка неподалёку от здания культа, скорее всего... Она нашла способ, как отвязаться от культа без последствий, — завершил свою мысль небесный дракон.

— Так, собрание переносится на завтрашний день, на этом... Я попрошу вас всех удалиться, — на этом собрание и закончилось, а взъерошенный властитель направился вспоминать информацию о своих же способностях.

02.02.2018

Утро. Пересобрание архангелов, даже среди элиты на этот день стоял шум и гам. «Неужели Юлья ушла просто так?» «Неужто не будет наказания, которое она заслужила?» «Почему она смогла, а я нет?»

— Какого чёрта она смогла сбежать из-под влияния господина... — невнятно пробубнил себе под нос Юграм, стоя на этот раз в сторонке.

— Слышь, Маркейн, чего это ты темнее ночи? У нас наконец-то будет возобновлён вчерашний перформанс между этими двумя новобранцами, — заявил Нами, подходя к своему коллеге.

— Не слышкай мне тут, Ваташи, я тебе не какой-то там дружок или товарищ. Уйди с глаз моих, — ответил ему Маркейн.

— Тц-ц, ладно-ладно, идиот, да подавись ты своим одиночеством! Достали все, когда ты по-доброму, то тебя все шлют. Когда по-злому, тоже шлют, за что... — заявил Ваташи, уходя туда, куда шёл.

Параллельно с этим в другой стороне комнаты.

— Длирт, а ты как думаешь, что будет сегодня? — спросил Инои.

— Скорее всего, что-то похуже вчерашнего заявления... — грустно пробубнил Длирт, не зная, что делать.

— Эй, Эван! — обозвала своего брата Эмми.

— Что? — откликнулся Эван, поворачивая голову в сторону своей сестры.

— Прости меня за моё вчерашнее поведение, я была сама не своя, просто... Это всё так наложилось друг на друга, и я... Будто бы сошла с ума, представляешь?! Ха-ха-ха... — произнесла Лоуренс, хлопая его по плечу свободной рукой. — Ты как? Как рана? Мне очень жаль...

— А? Ну... Что сказать, всё бывает... Ты просто пойми, я хочу для тебя только лучшего, — сказал он, слегка приближаясь к уху сестры. — Завтра ты идёшь в парк вместе со мной, мой знакомый поможет тебе выбраться отсюда. И... Не переживай на счёт меня, всё в порядке, — на самом деле, не смотря на помощь первого архангела, у парня не было всё так уж и хорошо.

— Ты... Ты не шутишь?! — возгласила она, от удивления приоткрыв рот.

— К слову, а чего ты руку за спиной держишь? — поинтересовался актёр, вопросительно поднимая бровь.

— А? — и тут раздался еле слышный щелчок.

— Ты... Что это было, Эмми? — настороженно спросил парень, как тут же освещение стало тусклым, а трон спустился с верхнего этажа на платформе вместе с основателем.

— Мистер Масамуно, разрешите сказать! — воскликнула девушка, подняв правую руку, в которой та держала диктофон.

— А? Только день начался, а я уже как нарасхват! — усмехнулся Чиеро, а после продолжил. — Да, разрешаю.

— Мой братец, более известный вам всем как Эван Лоуренс, стал причиной ухода Юльи МЧ Ларен из культа. И здесь, запись того, как он попытался призвать меня к этому действию, — заявила Эмми, смотря на своего брата.

— Ого, вот оно как... Дай-ка мне свой диктофон, — задумчиво произнёс властитель, на что получил неожиданное действие. Эван, быстро накинулся на свою сестру, пытаясь выбить устройство из её рук.

— Отстань! — взвизгнула она, отбиваясь от актёра.

— Ты не опустишься до их уровня, Эмми, — говорил он, выхватывая записывающее приспособление.

— Мидас, Юграм Маркейн, схватите его, — строго отрезал чумной гений.

— Что?! Какого... Эй! — стал возмущаться Лоуренс.

— В подвал его, теперь-то я всё понял... Эван Лоуренс – предатель, который требует незамедлительного исправления, — приказал Чиеро, на чём собрание и закончилось.

Итого, актёра заперли в подвале, в том секторе, где была приобретённая у Марии Ивановой глушилка, привязав того к крючку на стене.

11:29. Дом Эвана, первый этаж, кухня. За столом сидело несколько ребят, а именно: Эн, Юлья и Шушу. Ситуация однако неординарная, но отныне им предстоит найти общий язык.

— Ага, то есть, ты хочешь сказать, что из культа выбраться своими силами невозможно, и вас там держат насильно? — спросил Фиммонс, пытаясь выпить чай.

— Да, именно так, — чётко отрезала Ларен, смотря пустым взглядом в самый обычный суп.

— Так, а о чём это вы тут общаетесь? — поинтересовалась Ито, забегая в комнату, поправляя свою розовую будто бы детскую пижаму.

— О, Юки, доброе утро! Кхм, мисс Ларен рассказывала нам о том, что...

— Эн, можешь не напрягаться, я расскажу сама, — в нужный момент перебила его француженка, уставившись на пришедшую соседку пока та рыскала в холодильнике. — Когда ты вступаешь в культ... Ты не можешь просто взять и сказать: «Хочу быть архангелом, пойду и подам заявку!» Нет... Всё происходит совсем иначе. Изначально, нужно привлечь внимание Чиеро, чтобы тот действительно заинтересовался тобой. Далее, как только его внимание было поймано, то он начинает копаться в тебе и обещать всё то, о чём ты мечтал. Знаете, будто бы та самая чудесная фея или какой-нибудь Питер Пен.

— Питер Пен? Это ещё кто?

— Юки, не перебивай! — воскликнул Эн.

— Так вот, после того как ты попал на крючок... Начинается то, чего стоит бояться. Ты начинаешь привязываться к его вниманию, к его обещаниям, словам и просто желать того, чтобы он банально взглянул на тебя. Но это не всё, он заставляет тебя перестать общаться с семьёй, друзьями и всеми остальными, кто хоть как-то держал тебя в твоей обычной жизни. И как только ты оторван, а у тебя есть только он... Чиеро говорит, чтобы ты мог воплотить все свои мечты в реальность и вечно купаться в его внимании и быть первым помощником, то ты должен убить всю свою семью. Те, кто этого не делают – умирают. И именно в момент убийства, ты... Попросту перестаёшь быть собой. Да, ты в своём теле, но тебе больше не нужна еда, ты в основном не чувствуешь боль, биологические процессы в твоём теле останавливаются, а твоя воля... В любой момент может стать его. Он будто кукловод, который управляет тобой как куклой, и это страшно... Со временем ты теряешь его внимание и начинаешь смиряться со своей судьбой, ведь те, кто противился – умирал. Если ты делал что-то не то, то тебя публично наказывали среди элиты культа. Вчера меня должны были казнить за то, что я не убила Нику. Но... Вы, а если быть точнее Шушу... Он спас меня. И как бы я не хотела это признавать, но я благодарна ему за это. Вот, как-то так... — закончила свою речь девушка, грустно вздыхая от осознания всего того, что ей пришлось пережить.

— В основном помог не я, а мистер Длирт, который из культа... — выразился Шушу, замечая подглядывающего Адольфа. — Люхтен, чего не заходишь? Вчера же стоял с нами и общался.

— А? Нет, всё нормально... — как только немец поймал на себе взгляд железной леди, он поспешил уйти обратно на второй этаж.

— Что это с ним? — поинтересовалась Юлья, насупив брови.

— Эфо он немфого влюфилфя, — громко чавкая, ответила ей мечница, метая презрительный взгляд.

— Юки, я понимаю, что мы в Корее, и тут это нормально, но не могла бы ты... Не чавкать, — попросил её Эн, скривив лицо.

— А фто? Я фпофне фмефяефо ем! — гордо воскликнула японка, пока из её рта хаотично вылетали хлопья.

— Не, ну тут я солидарен с ней, Эйс, она права! Лед, мы же договорились... Ну, я забываю, прости! — вновь перекинулись между собой фразами братья в одном теле.

— Это выглядит жутко... — процедила Ларен, слегка отодвигаясь от своего собеседника.

— Мы знаем, — чётко и кратко ответил ей безднорождённый.

— И даже делать ничего не собираетесь? — спросила она, замечая странное поведение ещё одного члена их разговора. — Юки, что-то не так?..

— Да, с лицом твоим не так, — съязвила японка, вставая из-за стола. — Не вызываешь доверия, слишком быстро из части идиотского культа перешла к нам.

— А... Ладно? Так вот, Эн...

— Не уходи от разговора, зачем ты перешла к нам? — продолжила натиск девушка.

— Мне надо было умирать, потеряв единственную появившуюся надежду на жизнь? Да, я была преданной Чиеро пешкой, но он сделал свой выбор, и теперь, я здесь и меня больше не заботит кто он и где он. Но... Надолго я здесь не останусь. Как только будет хоть какой-то намёк на появление Чиеро здесь собственнолично, я ухожу, мне не нужны проблемы, и становиться его куклой я тоже не хочу, — ответила ей Юлья, откидываясь на спинку стула.

— А с чего бы ему к нам приходить? — вновь вернулся в диалог Эн с логичным вопросом. — Если тебе помог Эван и как выразился Шушу — первый архангел, то с чего бы ему вообще узнавать правду?

— Сестра Эвана после смерти Квиста Эля стала очень странной. У меня нет сомнений в том, что вскрытие правды через доверчивость Эвана лишь дело времени, — ответила Ларен, закидывая ногу на ногу.

— Выходит, что... Мы теперь под прямой угрозой? — поинтересовалась мечница, поставив посуду в раковину.

— Вероятнее всего он нас не найдёт, по крайней мере сейчас, — сделал заключение Шушу, тяжело вздыхая. — Я уверен, что у него ещё много-много забот...

В это время на втором этаже дома, в одной из множества гостевых комнат. Ника, Рэндел и Инь Сюн Юрэн проводили нечто похожее на психологическую беседу.

— Итак, Юрэн, с чего бы нам начать... — задал вопрос Мейстер, ровно сидя на стуле.

— Я не знаю... С чего бы вы хотели начать? — робко спросил Сюн, поёживаясь на одном месте.

—Почему бы ни начать с твоего детства? — предложил Ника, закрывая шторы.

— С детства? Ну... Там всё будет сложно, но я постараюсь рассказать... — неуверенно произнёс Юрэн.

— Рассказать? Ха-ха-ха, дорогуша, ты не будешь ничего рассказывать, мы всё посмотрим через твои глаза. Для этого тебе нужно впасть в контролируемую кому или подобие сна, — заявило воплощение страха, закрывая его глаза ладонью. — А теперь сосредоточься и постарайся сконцентрироваться на самом ярком моменте твоего детства. Ника, а ты будь на подстраховке.

— Хорошо...

— Как скажешь, Рэндел.

Положив того в горизонтальное положение, солнцеликий стал наблюдать за тем, как его товарищ ювелирно погружает подопечного в режим «открытого кинотеатра воспоминаний».

— Так, Сюн, будь спокойным, и просто помни одну вещь: всё, что с тобой будет происходить – сон. Тебе не будет больно, ты будешь цел, и тебя никто не будет унижать сейчас, — бережно говорил Рэндел, а после, хлопнув в ладоши, приказал. — А теперь, спи...

1542 год, Южная Корея.

С самых малых лет меня изъяли у родителей и воспитывали в далёком от моей родной деревни храме. Изначально с нами обращались как с обычными детьми, куча нянечек в белых рясах, которые обучали нас дикции, чтению и передвижению. После же нас стали обучать «правде мира», о которой вещал пророк из другого мира. Этот мужчина был довольно странным, и я всегда относился к нему с неким подозрением, но слушал, ведь у нас не было другой правды. Нас не выпускали за стены монастыря, обосновывая это тем, что мы станем непригодными для великого дела. С каждым годом нас становилось меньше и меньше, ведь мало кто мог выдерживать ежегодный приход Главы и его неделю испытаний для отсеивания слабых и непригодных. Нам говорили, что наших родителей больше нет, поэтому своими родителями мы считали тех самых нянь. Когда нам исполнилось одиннадцать лет, нас оставалось десять, и лишь тогда Глава сообщил нам о том, что такое этрат и о том, что существуют другие миры и о том, что существуют боги... Я верил, что это сказки, старался верить... Так вот, он рассказал нам пророчество, что в день, когда против небес встанет ехидный монстр, властитель его родного мира, первородный бог баланса – Брухма, умрёт, и ему нужна будет замена. И вот, нас всех с раннего возраста воспитывали идеальными сосудами, для его души, целей и мечт. Нам всем внушали, что это вся цель нашей бренной жизни. И вот... Год моего пятнадцатилетия, нас осталось трое. Я – Инь Сюн Юрэн. Единственная выжившая девочка – Наён. Главный кандидат на унаследование воли Брухмы – Ён Иль. Я не знал их фамилий, да и это меня не интересовало. До прихода Главы оставалось пару дней, как всем уже было известно, кто покинет нас в этот раз... Все стрелки показывали на меня. Но, одной ночью случилось то событие, которое никто не ожидал. Разразившись громом, небо раздвинулось, на протяжении всей ночи вся земля вибрировала, а с балок поддерживающих потолок нашего спального дома сыпалась пыль, всё падало, а нянечки вымаливали о лучшем исходе. Тогда-то я и понял, что происходит. Пророчество сбывается. А ведь через пару-тройку дней нас должны были представлять жителям другого мира, властителем которого был Брухма. И тогда, в четыре часа я почувствовал, будто бы нечто странное происходит с моим телом. Я... Стал им? Это было вовсе не так, как нам рассказывали. Мне не было неприятно, я всё ещё был в сознании, а прилива сил не происходило. Когда прибыл Глава, он сразу понял всё... И приказал убить меня, дабы дух великого бога перешёл Ён Илю. Я сбежал, и меня никто не нашёл. Спустя годы я пытался найти родителей, но их не было, но зато... Я обнаружил своего будущего мастера – Шушу. И с тех пор, я и тренировался у него, был в подмастерье, а дальше... Вы уже наверняка знаете.

— А теперь, Сюн, мы копнём глубже... — раздался голос Рэндела.

16:56. Наше время, здание культа. Тёмные подвальные помещения, капающая с потолка испарина. Эван сидел один в темноте, прикованный цепью к стене.

— Что же, Длирт, проходи, — открывая дверь, тем самым впуская внутрь свет, произнёс Чиеро. — Я, надеюсь, ты выполнишь моё указание... — толкнув архангела вперёд, тот закрыл дверь. — Действуй.

Сомневаясь, Длирт подошёл ближе к заключённому, скидывая на пол белую накидку. Вздохнув, Риримон приблизился так, чтобы его рот был рядом с ухом Лоуренса.

— Просто потерпи... — прошептал архангел, а после резко коленом ударил актёра в солнечное сплетение, вызывая резкий болевой шок, от которого тот хотел согнуться, но не мог, его придерживали.

Сделав шаг назад, с разворота, культист вмазал ему голенью в бок, вызывая приступ кашля у своей цели. Глубоко вздохнув, тот с размаха прописал удар ногою в пах, от которого Эван упал на холодный, мокрый пол. Лязг цепей раздавался по всему помещению, смешиваясь с тяжёлым дыханием и звуками кашля. Он выглядел как вытащенная на сушу рыба, пытающаяся набрать воды в рот. После чего, с разбега, Длирт начал запинывать свою «жертву». Издавая непонятные звуки, пытаясь выгнуться так, чтобы не чувствовать всё это, корчился от боли Лоуренс. Ударяясь лицом об холодную жидкость на полу при каждом ударе, актёр кричал от действий своего бывшего коллеги. В голове крутилось лишь одно: «За что... Когда это закончится?..»

— Всё-таки Длирт хороший пёс... — говорил сам себе Чиеро, находясь по ту сторону двери, самодовольно ухмыляясь. — Никуда он от меня не уйдёт... А теперь, пора бы мне наведаться к мисс Лоуренс, — промолвил Масамуно, уйдя на верхние этажи, где его уже ждала Эмми, в картинной галерее.

— Ох, мистер Масамуно, вы всё-таки пришли! — воскликнула девушка, посмотрев на него с некой добротой во взгляде.

— Да, я не мог опоздать, иначе бы ты расстроилась ещё сильнее, — достав из кармана бутон красной розы, он положил его за ухо собеседницы.

— М-мистер Масамуно! — охнула она, притронувшись пальцами к цветку. — Спасибо?..

— Да не за что, я не мог не подметить твою красоту. Ты столь красива, как и редкие цветы в нашем саду. Думаю, ты уже имела дело узреть их воочию, — сказал Чиеро, а после задал чёткий вопрос. — Не мог не заметить, что тебя сильно заботит твой внешний вид. Была ли ты моделью когда-либо?

— А? — этот вопрос задел Эмми за живое, будто бы что-то внутри неё надломилось, что-то всплыло из глубин памяти. — Это... Очень личная история...

— Расскажи, ты всегда можешь доверять мне, — резко сжав её ладонь меж своих, произнёс Масамуно. — Я внимательно тебя выслушаю.

— Хорошо... Всё началось, когда...

Когда мне было семнадцать лет... Это был год две тысячи четырнадцатый? Да, четырнадцатый. Я была не такая, как остальные мои одногодки. Правда, свой потенциал я тогда не замечала, но вот отец...

В Амстердаме было приятное, тёплое лето. Эмми сидела у себя в комнате на тахте перед трельяжем. Расчёсывая свои длинные каштановые волосы, Лоуренс напевала себе под нос какую-то мелодию, что разливалась по комнате. Резко дверь открылась, и внутрь зашёл её отец.

— А? Папа? Что случилось? — поинтересовалась она, обернувшись.

— Собирайся, мы едем в одно злачное место, — сказал Камики, смотря на неё с многозначительной ухмылкой.

И они поехали. Всё происходило слишком быстро, словно на каком-то промышленном производстве. Эмми с отцом прошли в здание, где была куча девушек и каждую из них вызывали по очереди подойти к сидящей в центре женщину. Текучка кадров была огромной. Они проходили и покидали здание в интервале пяти-шести минут. Осмотревшись, Лоуренс заметила на стенах плакаты с лозунгами: «С помощью нашей компании Blushing Flower мы поможем любому юному бутону расцвести прелестным цветком, который захотят опылить все пчёлы в округе». И в её светлую голову сразу же пришла мысль.

«— Он хочет, чтобы я... Стала моделью? Но зачем? Что он задумал в этот раз?»

Как только дошла очередь до неё, она встала и подошла к, судя по всему, главной в этой конторе, под строгим надзором отца. Её тут же заставил застыть на месте серьёзный взгляд местной дьяволицы. Женщина, обведя мизинцем губы, причмокнув и закатив глаза, сказала.

— М-да... Не густо, не густо... Фигура груша, уже виден минус... — в её голосе читалась явная надменность, но до тех пор, пока к ним не подошёл Камики, протягивая портфолио дочери. — Аа! Так ты та самая Эмми Камики Лоуренс! — воскликнула мадам, встав и подойдя к ней.

— Приятно вас видеть, мисс...

— Мисс Бэлл, — сказала она, дополнив мысль мужчины. — Не переживайте, мистер Лоуренс, под моим крылом ваша дочь расцветёт и будет благоухать как куст свежих роз, — подмигнув, та сняла очки и протёрла линзы, сев читать портфолио. — Поняла... — сказала Бэлл, постукивая авторучкой по столу. — В целом, я могу слепить из тебя конфетку и сделать звездой. Что же, я прорекламирую тебя и буду предлагать брендам как хорошую модель. Только попробуй что-то испортить, — в конце её голос стал строгим, как у работорговца. На это Эмми лишь молчаливо кивнула, стараясь уловить хоть какой-то успокаивающий взгляд отца, но ему было всё равно.

После того как меня оформили, я начала ждать. Отец лишь неумело пытался подбадривать меня, но, всему нужно было своё время. И вот, спустя три месяца ожидания...

— Что?! М-моделью в... В сам RMX?! — ошарашено спросила Эмми, округлив глаза по пять копеек, подкатывая на офисном стуле с колёсиками ближе к столу начальницы.

— Ох, деточка, не просто моделью, нет... — сняв очки, Бэлл продолжила. — Ты мало того что станешь главной моделью смой съёмки этого бренда, так ещё и будешь на обложке. В общем, ты нужна им как хэдлайнер. Смотри, не подведи, иначе... Гореть твоей карьере, поняла?

— А... Ага! — смело сказала Лоуренс, кивнув ей.

— Вот и славно, — на лице женщины появилась многозначительная улыбка, а после девушку ослепил свет солнца из окна.

Щелчок! После него её ещё несколько раз просили сменить позу, а в перерывах перенастраивали свет. Позируя в шёлковой белой сорочке без низа, она держала одной из рук свои волосы.

— Да! Вот оно! Покажи мне то, насколько тебе комфортно в этой одёжке. Покажи, что тебе приятно это носить и что ты чувствуешь себя чертовски сексуально! — говорил фотограф, начав щёлкать по кнопке фотоаппарата.

— Не увлекайся слишком, Роуч, мы не порно-студия. Не забыл ли каков наш босс? — произнёс один из мужчин стоявших поодаль.

— Знаю-знаю, так... Барбара, плесни на неё воды! — приказал парень, чью просьбу немедленно выполнили.

«— Воду?.. Зачем? — и тут её окатили водой, отчего ход её мыслей сбился. Теперь она была мокрой, а сорочка просвечивала и облипала стройное тело, показывая бельё под ним. — Чего сейчас...»

— Не расслабляемся, все кроме модели ушли с кадра! А теперь... Спозируй для меня ещё пару раз, детка, — и снова раздался щелчок, Эмми не понимала происходящего, но в силу неопытности думала, что это – норма.

— Да чёрт тебя подери, мы не порно-студия, повторяю! — вновь рявкнул тот же мужчина.

— Да знаю я! — воскликнул он, а дальше сказал. — Давай, девочка, иди менять наряд, а мы пока подготовим фотосет. Эй, Барбара, Конни, сюда!

Встав с пола, Эмми быстро направилась в гардеробную, где ей помогли сменить сорочку на обтягивающее вечернее платье красного цвета. Переделав ей макияж и причёску в довольно быстром темпе, её вернули обратно на фотосет.

— Так, садись быстрее и держи, — усадив девушку на приятное кресло уже в новой обстановке перед столом с шампанским и ведром со льдом, ей выдали бокал. — А теперь... Покажи мне томность, эротику. Покажи свою женственность. Давай, детка, поехали! — и тут снова раздался щелчок.

И так, совсем неожиданно я стала моделью на обложке журнала RMX в свои семнадцать лет. Другие девочки мечтали бы оказаться на моём месте. Но сначала я даже ничего не осознавала, я будто бы плавала в пузыре.

— Эмми, ты хорошо справилась. Молодец, удивила, — промолвила Бэлл, отдавая ей журнал, который только что листала.

— В-вау... Я и, правда, на обложке журнала... Поверить не могу! — восхищённо воскликнула Эмми.

— Не стоит так восхищаться, это только начало, — сказала начальница, смотря на оживлённую улицу в окно.

Спустя пару недель люди были очарованы мной. Я начала сиять... Я начала становиться... Звездой!

— Итак, слушай меня внимательно. После RMX и пары других не особо популярных журналов тебя запросил бренд Email2Me, но не на журнал, нет... А на показ. Ты пройдёшься по подиуму, деточка, — говорила женщина, ходя вокруг своей работницы. — Ты же не подведёшь меня, верно? — ухмыльнувшись, она наклонилась над ней и сжала руками её плечи.

— Я... Я вас не подведу!

Спустя пару дней Эмми попала на показ, на который её вызвали. Она была в окружении ещё пятнадцати дам. Им чётко объяснили, кто в каком порядке идёт. Они сделали несколько репетиционных проходок и утвердили каждой из моделей образ. За несколько часов до начала началась подготовка внешнего образа каждой из дам. Над ними порхала куча гримёров, которые преображали их в нежные цветы. Лоуренс была под восьмым номером. Ей досталось лёгкое белое платье в пол с неглубоким декольте. На её руках были полупрозрачные отдельные перчатки без пальцев со сверкающими вкраплениями. На груди у неё была большая красная роза, от которой отходило пять шипастых лоз. Две из них уходили на рукава, обвивая её предплечья. Остальные же трое струились вниз платья. Она была похожа на мёртвую невесту, из сердца которой пророс элегантный цветок. И вот, момент, объявляют начало показа. Сначала пошла первая троица, звезды этого шоу, за ними направились не самые востребованные дамы. С каждой новой моделью Эмми нервничала всё больше, отчего до боли прикусила палец. И вот, ведущий объявил её выход. Она пошла легко и свежо, от бедра, чётко и твёрдо ступая по гладкой белой поверхности подиума. Дойдя до контрольной точки, Лоуренс остановилась и, расставив руки в стороны, сделала пару оборотов вокруг своей оси и спозировала, а после ушла, а на подиум вышла следующая леди. Как только Эмми оказалась за кулисами, то от эмоций слегка расплакалась, вспоминая запечатлённую в голове картинку шокированных зрителей, которые начали аплодировать именно тогда, когда вышла она. Когда показ кончился, то девушка поняла для себя, что всё кончилось и можно больше не нервничать. Можно не переживать.

А после этого произошёл какой-то информационный взрыв. Я вовсе не ожидала того, что случилось после...

— Эмми Камики Лоуренс... — тяжело проронила Бэлл, сидя к ней спиной на своём месте.

— Да, мисс Бэлл, — подала голос Эмми.

— Ты просто молодец! — резко развернувшись, выкрикнула женщина. — Ты просто звезда! Менеджер Email2Me сообщил мне о том, что ты затмила всех! После твоего показа, то платье, которое было на тебе, стало бестселлером сезона! Все хотят носить это платье, все хотят быть похожей на тебя, Эмми... Ты стала востребованной, — в глазах начальницы читалась гордость и неким самолюбием, ведь именно она разглядела в этой девчушке талант.

— Что? — непонимающе вопросила Лоуренс, моргая.

— Статистика просто возросла, Эмми, все хотят видеть тебя лицом своего бренда! Люди тебя любят!

Уже через пару дней начали приходить заявки, которые требовали моего присутствия. Я стала настоящей звездой. Я старалась брать все заявки, которые мне кидали. Но меня вовремя направила на правильный путь мисс Бэлл, указав какие бренды лучше выбирать. Ох... Как же я была рада, я словно снова стала живой после происходившего в моей жизни...

Щелчок! Куча камер снимают её, идущей по красной ковровой дорожке на каком-то из мероприятий. Её остановил один из интервьюеров.

— Мисс Лоуренс, мисс Лоуренс! Здравствуйте, мы бы хотели бы узнать о том, как вам удаётся поддерживать столь чудесную форму? Все наши зрители желают узнать о том, как же вы остаётесь такой же красивой? — говорил мужчина, а после передал ей микрофон.

— Здравствуйте, здравствуйте! Какой чудесный вопрос, на который у меня уже есть ответ! — радостно заявила Эмми, а после посмотрела в камеру. — Всё проще простого, бесконечные тренировки и веганство. Я считаю, что любая любящая себя девушка в итоге придёт к этому выбору. А ещё, естественно, очень тщательно ухаживаю за лицом и телом! Спасибо за вопрос, — одарив их всех своей блистательной улыбкой, Лоуренс направилась дальше по дорожке.

Конечно же, как и любой другой человек... Я врала.

Забежав в ванную в попехах, Эмми попросила охрану остаться снаружи. Пройдя к кабинке туалета, та заперлась в ней и, аккуратно сложив платье, привела. Поспешно собрав волосы и заколов их апельсиновой палочкой, она посмотрела на два своих пальца. Протолкнув ком в горле, Лоуренс открыла рот и трясущейся рукой резко придавила корень языка, а после... Из желудка резким потоком начала выходить зеленовато-жёлтая рвотная масса с не переваренными кусочками еды, небрежно падая в туалет. В перерывах между спазмами, девушка кашляла и кряхтела. В определённый момент из её глаз потекли слёзы, а на лбу проступил пот. Неприятный запах ударил ей в нос, а во рту появился горьковатый привкус того, что она съела на мероприятии. Когда всё кончилось, Эмми выдохнула, а после, нажала на кнопку смыва и начала затирать остатки рвоты. Выйдя из кабинки на трясущихся ногах, Лоуренс прополоскала рот, умылась и на быструю руку переделала макияж, средства для которого заранее положила в сумочку.

— Чёрт... — впившись пальцами в раковину, она напоследок выплюнула слюну в слив. — Грёбанная мразь: «Эй, давай вместе выпьем и съедим что-нибудь». Чтоб ты со своей матерью мёртвой что-то съела. Ненавижу... — посмотрев на своё отражение, девушка убедилась, что готова выйти, а после, поспешно покинула уборную, куда уже выстроилась очередь людей, которых не пропускала охрана.

Я даже... Перерабатывала? Правда, тогда я думала, что это нормальный график работы...

— Эй, Эмми! Как ты успеваешь посещать все показы? Это просто чудо какое-то! — воскликнула одна из её подруг.

— Фрилл, не стоит, ты же знаешь, что я просто люблю свою работу и я... Обожаю одежду! — ответила ей Эмми, подготавливаясь к тренировочному выходу на дорожку.

— Я серьёзно вообще-то! — промолвила Фрилл, как тут её собеседница встала и пошла дальше, на что модель направилась за ней. — Ну, правда, ты просто заняла собой всю индустрию! Ты начала вытеснять всех вокруг! Ты будто бы фея, которая появляется везде и всегда!

— Фрилл... Послушай, я просто очень продуктивная работница, любящая свою работу, вот и всё. А теперь, прошу, не мешай тренировке, мой график может пострадать как твоя фигура от курицы, — и на этой ноте Лоуренс вышла на неподготовленный подиум, делая проходку, позу на контрольной точке и плавно покидая сцену.

Люди сходили по мне с ума. Они даже подражали мне, некоторые предприниматели даже старались заработать на моём имени! Да что уж тут, вспомнить только ситуацию, когда меня сфоткал какой-то паренёк, когда я выбрасывала мусор в какой-то не самой приятной одежде. Так люди устроили флешмоб, повторяя эту фотографию! Они были... Лишены ума от одного моего упоминания...

— Эмми, моя дорогая звёздочка, один из брендов прислал тебе сумку на тихую рекламу. Мы уже заказали папарацци, которые разнесут фотографии тебя с этой сумкой ради рекламы. Так что у тебя лишь одна задача – прогуляться с этой сумкой в центре города, поняла? — спросила Бэлл, протянув своей модели аксессуар.

— Поняла!

Мне приходили бартерные, если так можно сказать, заявки. Я должна была носить определённые вещи в жизни, в то время как меня где-то выискивали и фотографировали ради рекламы. А мой гонорар... Боже мой, это же что-то с чем-то! Я могла указать любую сумму, и мне её оплачивали, но... У любой звезды есть свой срок жизни. И любой цветок имеет свойство увядать. Одной ночью мне на электронную почту пришло письмо. С ужасным содержанием...

— Ч-что это значит?.. — спросила сама у себя Эмми, сидя перед ноутбуком и смотря в экран. — Нет... Это же... Это же неправда! — закрыв ладошками глаза, та начала плакать, заливаясь горькими слезами. — Это неправда! — взревела она, ударяя ногами по полу и переворачивая девайс.

Мне пришло письмо с угрозой. Если кратко, то в том письме были гигабайты фотографий с моим лицом прифотошопленым к голым женщинам. Шантажист указал, чтобы я ушла из моделинга, иначе это всё увидит мир. И я... Согласилась.

— Что значит, что ты уходишь... Ты хоть представляешь, что ты делаешь?! — выкрикнула Бэлл, опираясь обеими руками о стол.

— Да, я понимаю... — виновато проронила Эмми, начиная плакать.

— Ты пустоголовая дура, кто принимает такую кучу заявок, а в итоге, попросту отказываешься! Так ещё и должна им всем огромный штраф. Ты... Ты точно уверена? — с повышенного тона женщина перешла на спокойную, сочувственную речь.

— Извините, но да...

И я ушла. Я выплатила огромные штрафы, в итоге, оставшись ни с чем. Попросту я сидела у разбитого корыта. И это... Давило. Люди интересовались, куда я пропала. Мне приходили письма фанатов. Я видела вопросы в новостях и соц.сетях, но... Это было не самое страшное, что случилось. Те фотографии попали в сеть. Все увидели этот позор и... Они, конечно же, поверили сливеру. Я просто разбилась. Я... Я больше никогда не появлялась на слуху. И, вроде, спустя четыре года... Всё успокоилось. Никто больше не вспоминает это. В общем и целом...

— На этом всё, — закончила свой рассказ Эмми, посмотрев на Чиеро, который молча, без каких-либо слов крепко обнял её, а она... Расплакалась в его руках.

18:21. Через час после этих событий в культе, где-то в Сеуле. Сидя в баре, статная женщина покуривала сигарету, сбивая пепел пальцем в шот виски. Схватившись за свою голову, она слегка потрепала саму себя по волосам, превращая их часть в запутанную копну.

— Итак... Меня обвели вокруг пальца и, поимев с меня некоторую информацию, просто взяли и разорвали контракт. Хах... Ну, ничего, Чиеро, скоро ты снова вспомнишь о великом имени Марии Ивановой. Я заставлю тебя пожалеть о своей потере, — потушив почти докуренную сигару, та направилась к выходу из заведения.

Неоновая вывеска бара неприятно мигала, делая больно глазам. С неба падал снег, медленно, но верно покрывая собой дорогу и тротуар. Мимо проезжающие машины лишь давали понять, что пока у неё всё плохо, то у кого-то всё хорошо. У кого-то счастливая семья, кто-то изменяет своей жене, кое-кто может спешить на встречу давних друзей, ну, а какой-нибудь счастливый человек уже спит в своей уютной кровати. Достав из сумочки телефон, Мария набрала номер своей помощницы Роксаны. Как только абонент взял трубку, она начало разговор.

— Добрый вечер, мисс Мария, вы что-то хотели? — раздался голос по ту сторону.

— Здравствуй, Роксана, можешь прислать мне локацию нахождения того места, куда уезжал Эйс после похищения? После этого, можешь отдыхать, ведь на этом твоя работа на этот месяц закончена, — произнесла Иванова, пристально наблюдая за снегопадом.

— Так точно, мисс! Сию же минуту отправлю вам координаты! — и на этом звонок был завершён, а после, через минуту пришло заветное уведомление.

— Молодец, Рокс, как всегда идеально выполнила работу... — вновь доставая пачку сигарет, мафиозница с ухмылкой схватила зубами выступающую табачную палочку. — Совсем скоро я надеру этому зазнавшемуся засранцу зад.

18:40. Дом Эвана, комната отдыха на втором этаже.

— Какая же скучная идея, я ожидал чего-то другого, чем просто прийти и в лобовую атаковать, — упрекнул девушку Шушу, устало зевая.

— В смысле?! Они ведь сто процентов не ожидают такого действия от нас! Тем более, когда они так расслаблены! — возмущалась Юки, расставив руки в боки.

— Нет, Шушу прав, это глупая идея. Да и я не понимаю вашего спокойствия, Чиеро уже знает всё, в этом нельзя сомневаться, — влилась в разговор Юлья, которая расплывшись, лежала в кресле-мешке.

— А тебя никто не спрашивал! Шпионка... — произнесла Ито, презрительно осмотрев француженку, как тут раздался дверной звонок на первом этаже.

— Я пойду, открою, — спохватился Эн, поспешив спуститься вниз. — Добрый ве-

— Ага, да, здравствуй, неизвестный мне мужик, — наставив на него пистолет, сказала Мария, изо рта которой выходил клубами пар. — Ты так и будешь стоять как истукан? Впусти даму внутрь, у меня есть интересное предложение для вас на тему устранения этого Чиеро.

— Чего... То есть, ты, после всех своих поступков в мою сторону просто приходишь и предлагаешь подобие союза?! — вспылил Фиммонс.

— Я тебя вообще не знаю, чтобы натворить чего-то плохого, — недовольно промолвила Иванова, не спеша убирать огнестрел.

— Ах, да, каждый раз забываю, что я больше не выгляжу, так как раньше... Я – Эйс и я – Лед. Теперь поняла, с кем ты общаешься?! — выкрикнул мужчина, спеша захлопнуть дверь, но за неё крепко схватилась собеседница.

— Да всё равно мне кто ты и что ты, впусти, а иначе я сделаю то, что должна была сделать ещё в подвале... Прострелю твою тупую мужицкую башку! — тоже повысила тон мафиозница, стараясь победить оппонента в перетягивании двери.

— Что за шум, даже на втором этаже слышно, будто эту тупую женщину из подвала снова встретил, — спускаясь с лестницы, говорила японка, но как только увидела персону на улице... — Вот же сука, — подбежав к вешалке, она взяла стоявшую рядом с ней катану. После чего, встала в предбоевую стойку. — Что ты тут забыла?!

— Да какого чёрта... Я хочу помочь вам с Чиеро, потому что он и мне тоже очень сильно насолил! — выкрикнула русская, победив в перетягивании. — И как оказалось теперь, ещё и не выполнил задачу нашего с ним контракта, просто так получив одну мою разработку.

— Что, помочь? — не понимая, переспросила наёмница.

— Ого, а со мной таких истерик не было. Хотя я могла увидеть такой умопомрачительный спектакль, — раздался позади уставший голос Юльи.

— О, нет, этой ещё тут не хватало... Чего ты вниз выперлась? Тебя сюда никто не звал! — возмутилась Юки.

— Я шла на кухню, а тут такое представление, вот и не сдержалась. Удачи вам, — после своей фразы, Ларен ушла в сторону кухни.

— А я, пожалуй, здесь останусь, дабы вы друг друга не загрызли, — произнёс появившийся Шушу.

— Серьёзно, мы будем с этой договариваться?! — вспылил Эн, непонятливо смотря на бога.

— Именно, если её намерения чисты, то мы не можем упустить такого сильного союзника, — промолвило божество воды, скрестив руки на груди. — Проходите внутрь, нам стоит обсудить некоторые моменты...

В это время на кухне.

— Так, мне нужно молоко... — пробубнила себе под нос девушка, включая свет. — Привет, выспался? — поинтересовалась она у сидящего за столом Адольфа.

— А?! Я уже ухожу, — произнёс Люхтен.

— Нет, не стоит, ты мне не мешаешь, да и нам стоило бы обсудить тему твоего избегания, — поспешила успокоить его француженка.

— Что? Какого избегания? Больно мне это надо! — решил отнекиваться немец.

— Да тебе просто стыдно за то, что ты тогда чуть не испепелил меня на стадионе, — выстрелила не в сердце, а в мозг Юлья.

— Допустим стыдно, да, дальше-то что? — выдал избранник, смотря на неё с неким презрением.

— Да, в общем-то, и ничего, спасибо за это, ведь... Я здесь благодаря тому твоему поступку. Только вот меня мучает один вопрос, как ты нашёл нас? — спросила девушка, садясь напротив него.

— Ну, во-первых – я почувствовал энергию Ники, против которого имел честь сражаться много лет назад. Во-вторых, против вас дрался огромный теневой кот, как такое не заметить? Я удивлён, что вас не начали, не знаю... Снимать на камеру? Додумались ведь такую масштабную битву устроить в том мире, где тема этратов разглашается с трудом, — ответил ей парень, скрещивая руки на груди.

— А... И то верно, — скривив лицо, она лишь молча, приняла факт того, что та битва была максимально неаккуратной из всех её заданий.

Параллельно с этим в гостиной, куда Марию впустил Шушу. Сидя друг напротив друга, они вели простую беседу, в то время как Юки и Эн стояли в сторонке, наблюдая.

— Итак, вы хотите сказать, что на данный момент для нас вы безвредны и нашей команде не принесёте никакого вреда? Что же, но что вы можете предложить? Какова тактика? — поинтересовался бог воды.

— Точной тактики нет, но готова стать одним из стратегов вашей команды. У вас ведь есть хоть какая-либо стратегия против культа? — спросила Иванова.

— Нет... — кинув взгляд на парочку позади, которая тоже не знала ничего, произнёс он.

— Тогда-то и понятно как у вас умер Эйс... Учитывая то, что они в численном приоритете, вам как минимум нельзя разделяться. Это главное правило, которое вы должны знать как отче наш, — сказала мафиозница, заняв более уверенную позу.

— Эй, Эн, что такое этот «Отче наш»? — шёпотом задала вопрос Ито.

— Молитва такая в православной религии, — коротко и ясно ответил ей Фиммонс.

— Далее, не стоит забывать про вечную готовность, которой у вас нет. Тот же Эн действует на эмоциях, если бы я хотела, то он уже как минут десять валялся мёртвым на пороге. Так что будьте более рассудительными, и в данной ситуации не должно быть места эмоциям, а особенно на поле боя, — продолжала женщина, всё больше убеждая их в том, что она им нужна. — И самое главное... Не доверяйте никому из культа. А если и хотите, то всё должно доказываться делом, а не словом. На этом, поверхностно, у меня всё.

— Мы согласны, но будь готова к тому, что в случае предательства каждого твоего близкого и саму тебя настигнет воля короля морей. А он уж поверь, заставит тебя пожалеть о непредвиденном разрыве нашего союза... — протянув ей руку, произнёс Шушу. — Договорились?

— Что?! Но ты даже с нами это не обсудил! — вспылила резко мечница, подойдя к тому.

— А чего обсуждать? В любом случае придётся её принять, ведь её намерения чисты, ведь это сделка, — ответил ей бог воды, переключая взгляд обратно на новоиспечённую союзницу.

— Тц-ц, как скажешь, главное, что я в своём выборе уверенна, — пожав тому руку, Мария самоуверенно произнесла. — Договорились.

19:21. Личная комната основателя культа. Красное освещение заливало всё помещение, а свежий воздух спокойно продувал через открытый балкон, развевая полупрозрачные чёрные портьеры. В дверь постучалась Эмми.

— Да-да, проходите... — произнёс Чиеро, вставая из-за письменного стола.

— Добрый вечер, господин... Могу ли я с вами поделиться своими переживаниями?.. Мне просто совсем не с кем после того случая утром... — её заставил замолчать один жест подошедшего Масамуно, который закрыл рукой её рот.

— Тише, мисс Лоуренс, не стоит об этом вспоминать. Он уже получил заслуженное наказание... — слегка приобняв её за талию, чумной гений провёл её вглубь комнаты, усадив на кровать. — А теперь можешь рассказывать.

— Мне очень одиноко... После того как Квист Эль посмертно покинул нас, я стала замечать то, чего не замечала ранее, будто бы все кто были добры ко мне, на самом деле ведут себя не лучше тех кто убил его, — находясь в предистерике, говорила Эмми.

— Что-что? Правда?! Это просто ужасно! — наиграно удивился парень, округлив глава, убирая прядь волос с лица собеседницы.

— Да, и самое ужасное, что я... Перестала понимать свои чувства, я просто не понимаю что делать. Я просто... Будто бы... — говорила Лоуренс, наблюдая за тем, как Чиеро поваливает её на кровать.

— Будто бы что? — спросил он, сострадальчески смотря на неё.

— Будто бы я хочу делать всё ради вас... Я не знаю почему, правда... — шептала она, ощущая, как его тёплые губы прикасаются к её шее.

— В этом же и вся суть нашего культа... Мы все здесь находимся ради одного, чтобы отдавать всю волю в своих решениях кому-то другому, и ты, выбрала меня, — произнёс Масамуно, стягивая пояс своего махрового халата.

В это время в коридоре мимо его комнаты проходил Юграм, заметив, как из щели под дверью выходили сгустки полупрозрачной чёрной энергии принадлежащей основателю.

— Видимо, с этого момента, она такая же, как и мы... — скептически произнёс Маркейн, с неким недовольством сверля взглядом дверь.

— С этого момента... — томно говорил чумной гений, целуя свою посетительницу.

— ...и в веки веков... — продолжала она, будто находясь под гипнозом.

— ...ты принадлежишь мне, — завершил фразу культист, проводя пальцами от её пупка к солнечному сплетению, передавая энергию своего побочного тела ей, буквально подчиняя.

На месте суставов у Эмми начали появляться шарниры, которые тут же исчезали, а приятный румянец исчезал с её и без того фарфорового лица. С этого вечера, и до конца её дней, она станет куклой в руках господина.

20:57. Дом Эвана, второй этаж. Рэндел и Ника уже заканчивали сеанс с Юрэном.

— Итак, а теперь... — прикоснувшись пальцами к его лбу, Мейстер буквально одним толчком разбудил юношу. — Добрый вечер, Сюн, — с лёгкой улыбкой сказал тот.

— Наконец-то! — возгласил солнцеликий, перестав переживать за результат.

— Как долго мы провели времени, копаясь в воспоминаниях о том лагере? — спросил Инь, осматриваясь.

— Целый день, пойдём, тебе стоит поужинать, — произнесло воплощение страха, помогая ему встать. — Аккуратно, первые пару часов могут быть проблемы с вестибулярным аппаратом.

Спустившись вниз, те прошли на уже знакомую всем кухню, где в компании было явное прибавление в виде неожиданной персоны.

— Так, а это что за дамочка? — недовольно спросил бог солнца и небес.

— Это наша новая союзница и, непосредственно, новый стратег, — с лёгкой улыбкой ответил Шушу, попивая кофе.

— На удивление, она вполне адекватная, не знаю, что этой парочке в ней не нравится, — сказал Адольф, указывая на Эна и Юки, которые с неким презрением смотрели на гостью.

— Я уже говорил, что по её вине меня убили, поэтому, мне такой союзник не сдался, — произнёс Фиммонс, пренебрежительно окинув взглядом Марию.

— Эн, мы все в одной лодке, не стоит быть столь злопамятным... Тем более вас двое в одном теле, вам стоит просто осознать её полезность, — влезла в разговор Юлья.

— Тебе мы... Э.. — переглянувшись со своим другом, Ито продолжила. — Я! Тебе я тоже не доверяю!

— Ох, что за детский сад... — промолвил Рэндел, проходя к холодильнику.

— Если мастер Шушу видит в ней союзника, то я тоже вижу... — робко сказал Сюн, подходя к богу воды.

— Ухты, а что это за маленький, сладенький мальчик? — томно спросила Иванова, ухмыльнувшись.

— А?! Что?! М-мисс, не называйте меня так, вы меня пугаете... — сказал юноша, делая шаг назад.

— Ох, да что ты? Не у всех узкоглазиков есть такая милая мордашка, — продолжала мафиозница говорить такие вещи в сторону ученика Шушу.

— Мисс, хватит! — крикнул он, топнув ногой.

— Вот, о чём я вам и пыталась сказать. Он повёл себя как ребёнок и топнул ножкой, но никак не попытался отстоять себя у простой девушки, которая пыталась его совратить, — промолвила Мария, сонливо потягиваясь от усталости. — Так... Где я могу поспать?

— Давайте я вас проведу, — сказал Шушу, вставая из-за стола.

— Ага, пройдёмте, — произнесла Иванова, уходя вместе с ним.

— И теперь нам с этим уживаться? — спросил Ника.

— Да, — ответил ему Эн.

— Именно, мистер гений! — добавила Юки, закатывая глаза под лоб.

Позже этой же ночью, Швальт Хвер собирался покидать место своего уничтоженного банка, завершая своё лёгкое расследование, как тут же его зацепил взгляд железной пластины лежащей неподалёку от фундамента.

— Что тут у нас... — подойдя к блестяшке, банкир поднял её и осмотрел, заметив на обороте выгравированную надпись «made by Agaci Salin» — Вот ты и нашлась... Воровка.

Неподалёку от обычного мирка Шаронэля был умирающий мир под названием Погребительное Чрево, более известный вам как Ад, в котором когда-то на рассвете этой вселенной я создал демонов... Всё, что их интересует, так это лишь жестокость, отчего за ними очень забавно наблюдать. Добро пожаловать в мой рассказ, меня зовут Дельта, приятно познакомится.

— Есть! Я... Я сделала это! Сделала! Наконец-то... Ха-ха-ха-ха-ха!!! Я... Я НЕПОБЕДИМА! — выкрикнула демоница, подняв руки вверх как победный знак. — Кто же следующий на очереди... Ты?