Глава 5

Проснулась совершенно разбитой, где-то в середине дня и только от того, что телефон пиликал от приходящих сообщений, как ненормальный.

Тяжело поднялась с кровати и добравшись до телефона одним предложением ответила Жене, что я жива и со мной все хорошо.

Ложь.

Я чувствовала себя разбитой и выглядела явно не лучше. Отражение в зеркале это подтвердило. Припухшее бледное лицо, обрамленное лохматыми каштановыми волосами, краснющие глаза и пересохшие потрескавшиеся губы. Не спящая красавица, конечно, но уверена, такой мой вид явно бы понравился Ефремову. Вид поражения. От представленной широкой, идеально ровной, улыбки Ефремова и искорок довольства в его зеленых глазах стало не по себе.

Неожиданно что-то кольнуло в груди. Странные чувства, которых я раньше не испытывала - борьба, отпор, сопротивление до последней капли крови.

Мысль запереться в квартире на неделю другую тут же прогнала из своей головы. Я не могу сдаться так легко и быстро. Илья Ефремов не получит желаемого. По крайней мере так просто.

Будь мы героями потрепанной российской мылодрамы я бы приняла решение попытаться вызвать в нем чувство симпатии к себе, чтобы отплатить той же монетой в конце - ненавистью, когда я разобью его мечты, но... но мы в своей реальности. Все, что мне остается - заставить его взбеситься от того, что этот мудак не получит желаемого - моего морального падения перед ним. Чтобы он не устроил я приму все с высокоподнятой головой.

Когда проигравший улыбается, победитель теряет вкус победы.

Поставила рамку с фотографией на место, пообещав отцу, что я стану той Риммой, которую он растил - сильной, целеустремленной и несгибаемой.

Умываюсь и даже не поев собираюсь, чтобы в ближайший же час оказаться на работе. Сегодня в университете уже делать точно нечего.

Михаил Борисович - директор одного из лучших заведений города, встречает меня с поднятой бровью.

-Голубева? У меня старческий маразм или ты действительно пришла не в свою смену?- с долей шутки спрашивает седоволосый мужчина, отвлекаясь от проверки доставленной партии алкоголя.

-Не моя смена,- киваю ему.- Подумала не помешают лишние руки, пока вы не нашли кого-то на должность Вероники,- она совершенно недавно ушла в декрет и место все еще пустовало, а график перекроили впопыхах.

-Запишу тебе сверхурочные,- кивает он, помечая что-то в кожаном блокноте и поправляя очки на переносице обратной стороной ручки.- Пока зал относительно пустой, но к вечеру ожидаем важных персон. Будь наготове.

-Всегда наготове,- с маниакальной улыбкой.

Михаил Борисович по доброму хмыкнул и вернулся к своим делам.

Переоделась в униформу достаточно быстро, нацепив позолоченный бейдж на белую рубашку взглянула на себя в зеркало. Привычное отражение меня, но кажется, словно все равно что-то изменилось. Больше показушной уверенности в которую я сама до конца не верила? Желание прикрыть работой свои чувства? Все и сразу.

Надеюсь, работа действительно сможет меня отвлечь.

Если не всецело работа, то коллеги точно. Другие официанты, повар, су-шеф и даже бармен. Никто из них не знал о случившемся и я чувствовала себя лучше, когда понимала, что не ловлю сочувствующих или оценочно-осуждающих взглядов. Для всех все было как обычно. На время я окунулась в мир, где мне было легко и свободно. Даже туфли на небольшом каблуке, кои я раньше терпеть не могла, показались мягкими привычными тапочками.

-Римма, твой столик,- потрясла меня за плечо Алина, одна из официанток.- Все хорошо? Выглядишь уставшей.

Резко открыла глаза. Оказывается, я провалилась в микро-сон, прислонившись к шкафчикам в подсобном помещении.

-День выматывающий,- покачала головой с улыбкой. Алина вопросительно посмотрела на меня, но я лишь отмахнулась.

Она воспринимала эту работу именно как работу, а не уход от реальности. В этом наше отличие. Поэтому я была рада и улыбалась, а она - нет. Спорю, что будь ее желание она бы уволилась в это же мгновение, но, как я знаю, блондинка так же не хотела проиграть спор с отцом-отчимом.

Алина обладала достаточно вспыльчивым и упертым характером и, в порыве ссоры с отчимом, поспорила с ним на то, что она взрослая и способна выжить сама, без его денежных подачек. Сюда устроилась по протекции, но надо отдать должное - не зазнавалась и выполняла всю порученную работу, даже если позже и постоянно ворчала.

«У меня браслет дороже, чем средний чек в этой забегаловке!» - ее слова, когда мы вместе закрывали смену в один из вечеров.

Забегаловка... я бы не смогла сказать подобного о ресторане в стиле неоклассики, расположенном на верхнем этаже небоскреба с безумно притягательным панорамным видом и не менее безумными ценами.

-И то верно. Эти богатые соплежуи сегодня как с цепи сорвались,- ворчит она.

Соплежуями Алина называла всех чиновников и высокопоставленных лиц, кто приходил и заказывал морепродукты, в частности устрицы. Не питала она тяги ни к тем, ни к другим.

-Какой столик мой?- спросила, выглядывая из подсобного помещения, понимая, что не вижу никого в зале.

Время позднее, скоро закрываться, но мы ориентированы на посетителей и работали до ухода последнего гостя. Михаил Борисович дорожил репутацией и ни повар, ни уборщица не могли уйти раньше, чем уйдет последний посетитель. Даже если всем нам придется просидеть здесь до полуночи, пока не окончатся переговоры, на которые эти буржуи чаще всего сюда и приходили.

-Там,- она многозначительно поднимает палец вверх.

Поджимаю губы, чуя западню.

Мало кому удается выбить себе такое местечко - единственный приватный столик на верхнем балконе. Особое место для особых людей.

«Выше них только президент и бог» - так прозвали это место между официантами еще до того, как я устроилась сюда.

Стряхиваю с себя непонятно откуда взявшиеся мурашки и, натянув улыбку, иду к лестнице, чтобы подняться к высоким людям. Не могу упустить шанс посмотреть в окна, где вижу свое полупрозрачное отражение на фоне огней вечернего города. Завораживающее зрелище.

-Добрый вечер, меня зовут Римма. На сегодня я ваш официант. Вы уже готовы сделать заказ?- стандартная фраза обыденным тоном.

Я была рада, что произнесла это до того, как подняла взгляд и задохнулась воздухом (ели такое возможно). Хотя Илья Ефремов показал мне, что нет ничего невозможного.

Он держался свободно, смотрел на меня чуть склонив голову и крутя полированный столовый серебряный нож в руках. Сильно зажмурилась и открыла глаза. Нет. Не галлюцинация. Передо мной и вправду сидел Илья Ефремов. В своем привычном бунтарском стиле, который никак не вязался с той статусностью, которую он должен иметь, чтобы находиться здесь.

Но его компаньон не отставал. Ровно напротив Ефремова сидел парень, стиль возраст и взгляд которого выдавал с головой - такой же моральный урод. Разве что блондинистый.

Почему их не посадили за стол внизу? Может ли это значить, что влияние Ефремовых и неизвестного парня в сливках города куда выше, чем я могла предположить?

-Два виски без льда, а там посмотрим, Римма,- улыбается уголком губ блондин.

Илья переводит испытывающий взгляд с меня, на вопросительный в сторону «друга». Тот ловит его, явно распознает и посылается что-то вроде «попался!».

Собралась уйти, но далеко не ушла, Ефремов даже не напрягаясь хватает меня за локоть, останавливая.

-Тебя сегодня не было в университете,- с ноткой осуждения.

А я зависла, ощущая покалывания там, где сжимаются его пальцы на моей руке. Хватка сильная, но не настолько, чтобы оставить синяк. Хотя стоит мне попытаться убрать руку, шелохнуться в сторону - она усилится и сделает больно.

-Сейчас я на работе,- чуть тише, раздраженнее, пытаясь вразумить его.

Мысленно умоляю не устраивать скандал. Я не хочу терять работу из-за этого мудака. Михаил Борисович явно наблюдает за важными персонами и моим профессионализмом, если это можно так назвать.

Руки Ильи Ефремова на мне - не профессионализм.

-Я не спрашиваю тебя о том, где ты сейчас,- достаточно грубо, будто я обязана был отчитаться ему о своих передвижениях.- Умную девочку-ботаничку-олимпиадницу не учили, что прогуливать нехорошо?

Вновь удар и провокация. Ефремов знал как и куда бить. Или это стечение обстоятельств? Откуда ему знать об «олимпиаднице»? О том, что выигрыш в подобных соревнованиях столь значим для меня, так как помог поступить в один из лучших ВУЗов знал только Денис. Но я никогда не поверю, что Денис рассказывал своему психопату-братцу обо мне.

Прогуливать нехорошо? То же мне, эталон порядочности нашелся!

-Ефремов, я просил виски, а не киски, окей?- шутит на довольно опасной грани.

Не могу скрыть своего испуга и округлившихся глаз от «шутки». Рука Ефремова напрягается и сам он подбирается, всем видом показывая, что его друг ляпнул ахинею, которая ему не понравилась.

Ему хватило на долю секунды расслабить хватку, чтобы я выпорхнула из этой ловушки, точно подбитая птица.

-Закрой-ка ты рот, пока я его тебе не заткнул,- вроде без угрозы, но я ощутила иначе.

Удивилась, как не скатилась кубарем с лестницы - так хотела отдалиться от Ефремова как можно скорее.

-Два виски без льда,- повторила бармену.

-Что случилось? Труп фейсом лучше тебя выглядит,- изогнула бровь Алина, сидя на барном стуле - вольность, которую она позволяет себе, когда в зале не остается посетителей.

-Ноги в мозоли стерла,- пытаюсь отмахнуться, но Алина прекрасно видит мою мимику.

-Давай я отнесу,- скорее утверждает, чем спрашивает.

-Не нужно,- перехватываю ее тянущиеся руки.- Нам не нужны скандалы,- пытаюсь оправдаться.

-Не думаю, что хоть кому-то из соплежуев не плевать, кто тащит им алкашку,- закатывает она глаза.- Сано, поухаживай за дамой и достань из аптечки пластырь,- обращается к бармену, все же забирая алкоголь для Ефремова.

Ее простота в выражениях и отношении ко многим жизненным вещам никак не укладывалась с визуальной картинкой. Алина была стройной и весьма красивой девушкой, холенной и темпераментной. Если бы не ее внутренняя харизма, то такие слова окрестили бы ее как провинциалку.

Помассировала висок, выдыхая и отсчитывая каждую секунду, прекрасно зная, какой злой сейчас вернется Алина, когда Ефремов отфутболит ее, сказав, что обязана вернуться именно я.

Я бы сказала, что я высокомерная параноичка, но так оно и случилось. Алина возвращалась на крыльях злобы с таким ярким выражением лица и диким блеском в глазах, что я печально вздохнула.

Скандалу и катастрофе сегодня быть.

И имя этому - Илья Ефремов.

-Что за херь? Кем он себя возомнил?!- пыхтя шепотом.- Облезлый придурок!- сквозь эмоции она передала заказ повару и повернулась ко мне.- Ненавижу высокомерных дебилов, которые думают, что раз у них есть статус их фамилии и влиятельный дружок, то все дозволено. А сам-то? Явно ноль без палочки.

-Я, конечно, не знаю, чем занимается семья Ефремовых, но...

-Ефремов? Этот убийца недоделанный? При чем тут вообще Ефремов?- она поправляет выбившуюся прядь из прически.- Я про этому белобрысого кобеля.

Ледяная дрожь сковала тело. Убийца? Непроизвольно взглянула в сторону балкона. Прикусила губу, рассматривая очертания Ильи. Алина, как сама из семьи «высшего света» явно знала или слышала о Ефремовых больше. Намного больше меня. Но что она имела ввиду под «убийца»?

Илья Ефремов действительно настораживал и пугал, но чтобы взаправду быть тем, кто намеренно лишает жизни?!

-Денис Ефремов?- переспрашиваю я, прочищая горло покашливанием. Алина посмотрела на меня, как на недалекую.

-Это Илья,- значит она тоже отличает их, как и я? Явно так, ведь она, похоже, знакома с близнецами.- Денис адекватный, не то, что этот,- облокачиваясь о барную стойку.- Погоди, а ты откуда знаешь их?- она посмотрела на меня сканирующим взглядом.

-Долгая история,- пытаюсь отмахнуться.

-Я никуда не спешу.

-Там... это сложно. Давай хотя бы после работы,- частично согласилась, ведь мне самой было интересно узнать о Ефремовых больше. В частности об одном из них, о ком нет информации даже в интернете.- Так, а что за второй?- перевела тему.

-Белобрысый шибздик? Поверь, знала бы, уже бы оценила возможность вылить этот виски ему в лицо или нет,- легко вернулась к своей злости.

-Что произошло? Он сказал тебе что-то?

-Очень мило выразился на счет несоответствия размера униформы и моих прелес... пропорции моего тела. Гад ползучий.

-Почему ползучий?

-Татуировка змеи на шее,- дотрагиваясь до своей собственной. Но от меня не скрылось, что сказала она об этом так, будто это какой-то особый знак.- Не уверена, но... такое среди нас делают только... нет, он не может быть...

Впервые увидела всегда собранную Алину такой сомневающейся и даже слегка взволнованной. Если даже Алина такая... значит ли это, что блондина стоит опасаться так же, как и Ефремова? Татуировка? Понятия не имела, о чем она говорит. Я не всматривалась в блондина.

Да и разве татуировки в наше время не бьют просто так? По лицу Алины могла понять, что нет, не так. Не в высших кругах.

-Куда, что клеить?- Саша, бармен, обошел стойку с найденной аптечкой.

-Это всего лишь мозоли,- попыталась отнекиваться, но Алина заставила сесть на высокий стул одни лишь взглядом.

-Нихрена себе всего лишь,- присвистнула она, замечая испачканную кровью внутреннюю сторону обуви.- Да ты маленькая врушка, Голубева.

Это заставило меня стыдливо опустить голову и взгляд. Вчерашняя прогулка дала о себе знать и мозоли превратились в пылающе-красные отметины, покрытые каплями крови. Удивительно, что до момента прихода Ефремова я и не замечала боли от них.

Саша присел возле моих лодыжек и взял ступню в руки, осматривая повреждения. Мне же пришлось упереться в стойку позади, чтобы не терять равновесие.

Увидел бы все это Михаил Борисович... такое не делают в общем зале, даже если посетителей уже и нет. Нам нужно отойти в другое место.

Поздно.

Это увидел Ефремов.

Дернулась от ощущения его взгляда. Он не сидел за столом, он облокачивался о перила и наблюдал за всей картиной. Не могу сказать точно на что именно он смотрел, но легче мне от этого не стало. Пронзительный взгляд, точно шило под кожу, с напряженным разворотом плеч - недовольство на грани агрессии.

Почему он злится? Это все вообще из-за него и происходит! Он не имеет право на это!

От этой мысли мою неуверенность, как ветром сдуло. Смотрю в его глаза стойко и не менее зло.

Его поднявшаяся бровь - признак сильного удивления. Обычно он хранит подобные эмоции за каменной маской.

Напряглась, следя за тем, как Ефремов, барабаня пальцами по перилам, стал медленно спускаться по лестнице.