Часть 1: 2.Верю-не-верю. глава 2

Юля шла по набережной, подальше от шумного центра. Никаких развязных движений, плывущего взгляда. Там в баре спектакль, не более... Зато попалась не беззащитная девчонка, а она, способная дать отпор, даже и без вмешательства Страйфа. Страйф...  Не глядя, она провела подушечкой большого пальца по тонкому шраму, пересекающему ладонь. Проверила, на месте ли он. На месте. Как и та боль, что снова сдавила рёбра, стоило лишь вспомнить.

Три года назад.Грудь сжимали невидимые тиски. Воздух не проникал в лёгкие — только обжигающая пустота. Мышцы налились свинцом, но она всё же смогла повернуть голову... и увидела его.

— Твой Мир своих не отдает, вцепился намертво! — Голос был едва слышен, словно сквозь плотное одеяло, хотя он наклонился к ней очень близко. — Твое сознание так скоро разорвёт! У меня есть идея, попробуем кое-что. Это риск... Но помоги мне! И если я в тебе не ошибся, то... Когда скажу, ты должна будешь принять меня, слышишь? Не сопротивляйся. И падай! Не бойся! Ты выдержишь.

Юля начала уплывать куда-то в тишину. Перед глазами появился туман. Правую ладонь обожгло, кажется, Страйф накрыл её своей, сжал и потом... Потом в вены проникло нечто... тугое, обжигающе-холодное, вытесняющее её собственную кровь. Оно медленно поднималось по руке, плечу, текло к сердцу, разливаясь по всему телу. Было... больно. Она чувствовала, как каждая клеточка, которой касается это нечто, выворачивалась наизнанку, распадалась на части. Юля всхлипнула от боли и судорожно забилась. «Нет! Нет, отпусти, отпусти меня!» — мысленно закричала она, не издавая при этом не звука.

— Не мешай мне! — громыхнуло в её голове. Сотни голосов сливались в один, но где-то в глубине звучал его — мелодичный и знакомый. — Смотри на меня!

Юля с трудом открыла глаза и увидела тёмное колышущееся облако, пронизанное молниями. Оно кружилось вокруг, то отдаляясь, то сжимаясь в кольцо. Внезапно в верхней части облака вспыхнули багровые прорези подобия глаз, оскал огненных зубов и корона, состоящая из язычков пламени. Чем бы ни было это существо, оно вызывало ужас, отвращение. Нет, не он... Это что-то другое. Оттолкнула от себя. Боль усилилась. Ее резало десятками тонких лезвий изнутри. Сердце билось так быстро, что разрывало грудь. Тьма выпустила отростки-щупальца, потянувшиеся к её глазам.

— Перестань бороться! — снова громыхнул в голове сонм голосов. Красные прорези глаз засверкали. — Падай! Сейчас!

Дымные щупальца обхватили её шею. Потеряв опору, она рухнула в бездну, разрываемую молниями. Боль накрыла с головой, и сознание погасло...

Сейчас.Вибрация телефона в кармане вырвала её из прошлого. Юля моргнула, пытаясь стряхнуть остатки видений, и достала гаджет. На экране — «Катюха».

— Ну ты где?! — раздался в трубке встревоженный голос.— Да я тут. На набережной. Вышла подышать.— Подруга, ты где конкретно? Я приду.— Да не надо. Отдыхала бы ты!— Ты где, я говорю?

Юля вздохнула:— Я прошла пляж Реддисона, к камням иду...— Сейчас буду, — резюмировала Катя.— Да, Катюх, слушай. У меня тут текила. Стаканчики возьми!Подруга отключилась, Юля же открыла в телефоне приложение с музыкой и нашла ту, что её зацепила в баре:Ты ночной кошмар, что растаял поутруЯ по-прежнему красива, хоть казалось, что умруМежду нами дым, слезы и горящий мост...

Кто б из авторов песни мог подумать, что уже не совсем смертная женщина будет напевать её про себя, адресуя одной из древнейших Сущностей во всех Мирах, первому созданию Хаоса, его сильнейшему орудию в извечном противостоянии с Порядком, старшему среди Чёрных Лордов и прочая и прочая и прочая... Тому, кто недавно ей: «У меня нет сердца или души. Я не смогу отдать тебе ту любовь, что ты должна получить. И не хочу однажды поглотить тебя, а ты не захочешь возвращаться. И перестанешь существовать...»

— Ведь я бы просто стала частью тебя. И что в том плохого? — грустно пробормотала Юля и отхлебнула текилу. Но алкоголь практически не брал с тех пор, как началась её вторая жизнь.

Сзади раздались поспешные шаги. Юля оглянулась и расплылась в улыбке:— Ты и Маську притащила!— Она сама проснулась! — оповестила Катя, подходя ближе.

Юля  наблюдала за подругами: миниатюрная, как тростиночка, Маша расстилает коврик на камни, а Катерина достает стаканчики, оливки, сыр и мясную нарезку в контейнере. Подруги уселись рядом, Юля разлила напиток.

— Лайма не нашли посреди ночи, — заявила Катя, закручивая длинные тёмно-русые волосы в тугой пучок. — А чего за текилу взялась? Ты же не любишь?— Да... — отмахнулась Юля. — Угостили, скажем.

Они чокнулись стаканчиками и выпили.— Ну что, подруга, грузишься? — Катя ласково сжала руку Юли.Но ответить не дали.

— На неприятности нарывается ваша подруга! — Страйф появился перед ними из воздуха. Маша вздрогнула и пролила остатки из рюмки на себя. Катя громко выдала: «Б***ь!» — и схватилась за сердце.

А Юля, как всегда, залюбовалась им: «Какой же ты... — с нежностью подумала она. — Мой повзрослевший волшебник Хаул!»Вслух беззлобно же буркнула:— Ничего я не нарываюсь!

— Да? — Страйф опустился перед ними на камни, уселся по-турецки. — Трое парней собирались поиметь... За пирсом, я же правильно расслышал? Это ли не нарываться?

— Что?! — Катя вцепилась в её ладонь так, что Юля поморщилась:— Этого бы не произошло! Я бы...— Что — сожгла их? — перебил Страйф. — или разорвала когтями? А, может быть, откусила головы? Ты не готова отнять жизнь.

Он наклонился, и длинные пряди, обрамляющие лицо, упали на глаза. Её рука дернулась — привычка. Раньше она убирала эти пряди, смеясь над их непослушностью. Теперь же рука замерла в воздухе. Юля резко подсунула ладонь под бедра и отвернулась. Лишь бы он не увидел, как быстро она заморгала, скрывая увлажнившиеся глаза.

— Твою бы отняла! — горько съязвила она.Страйф снял очки и долго, не отрываясь, смотрел на неё. Юля быстро взглянула — что-то промелькнуло на его лице, но тут же исчезло. Несмотря на связывавшую их магию крови, невозможно тягаться с Сущностью, возраст которой не передать числом. Потому что такого просто не существует ни в одном языке!

— Неувязочка выйдет. Нельзя отнять то, чего нет. Я не живой, — невозмутимо ответил он. «У меня нет сердца или души», — эхом отозвалось в её голове.— А что до тех пацанов... Да напугала бы, да и все. И вообще, зато им попалась я, а не какая-то девчонка, которую...Юля замолчала.

— Сегодня не попалась — завтра попадется, — равнодушно пожал плечами Страйф, — тем двоим точно.

— Вот объясни мне, как это может быть?! — всплеснула руками Маша. — Почему такая мерзость есть — и ничего не сделают... Такие, как вы?!

— Потому что каждый Мир решает, как ему жить, самостоятельно, — привычно ответил Страйф. А Юля вздохнула — сколько раз она требовала объяснений. Он же монотонно твердил о невмешательстве Высших сил. Так часто и убедительно, что она поверила.

— Мы не пастыри, не поводыри и не наставники, — продолжил тем временем Страйф. — Мы лишь обеспечиваем баланс сил. А любой баланс означает комбинацию разных элементов. И такие, как те парни, часть вашего Мира.

— Но для кого-то же вы — боги! — настаивала Маша. Шумно выдохнула, сдувая платиновую прядку с лица. — Почему не сделать мир лучше?

— А что, боги не творят страшных вещей? Или их последователи? И разве во имя вашего Бога не проливались реки крови? — парировал Страйф. — Нельзя взять и сделать лучше! Чем больше сила вмешательства — тем больше сила, противостоящая ей!

— Страйф, ты пришел поговорить о миропорядке? — фыркнула Юля, отворачиваясь. Горькая слюна наполнила рот: «Тоже мне, включил режим лектора!»

Страйф легко считал её настроение и перемену в нем. Как всегда.

— Не хочу, чтобы ты подставлялась так глупо и навредила себе, — мягко сказал он, плавно поднимаясь на ноги.

— Не хочешь сломать ценный лабораторный образец? — саркастично спросила Юля. Подруга сжала её руку, пытаясь успокоить, но... «Понеслась коза по ипподрому!» — вспомнила она любимую цитату. Губы задрожали. Юля надавила большим пальцем в центре ладони там, где был шрам. «Почему... почему ты так?!» — пронеслось в голове, но она не сказала этого вслух.

— Да хватит уже! — рыкнул невозмутимый до этого Страйф. Сильный раскат грома прокатился по чистому небу. Вдали над морем ударила ветвь молний. Злости Чёрного Лорда вторила сама природа. — Какой образец? Кто вбил тебе эту дурь в голову? В тебе моя кровь, когда ты поймёшь наконец, что это значит?!

— Тогда почему так больно?! — Юля вскочила на ноги и яростно постучала пальцами по татуировке на лбу. — Ты прямо здесь!  В моей голове, каждую чертову секунду! Я не могу избавиться от тебя! Освободи от этого! — в отчаянии взмолилась она. — Умоляю!

— Не могу, — покачал он головой. — Ты — уже Страж. Не так просто...— Да плевать! Освободи меня! Или... Забери с концами. Сделай частью себя! Я не хочу так больше!

— Нет! — внезапно холодно отрезал Страйф. — Хватит ставить условия. Ты забываешься.

Это был странный и даже нелепый порыв. После Юля не смогла объяснить, зачем она это сделала. Но в ту секунду эмоции вылились в банальный и такой человеческий жест: она замахнулась и дала ему пощечину.

Страйф чуть повел головой и мгновенно перехватил её запястье, крепко сжал. От раската грома содрогнулись огромные валуны на берегу, а молнии вспыхивали так часто, что стало светло.Юля почувствовала, как позади в ужасе застыли девочки. Да она и сама понимала, что перегнула палку.

— На этот раз достаточно, — невозмутимым тоном произнес Страйф, до боли сжимая её запястье. Вторую руку он резко поднял и положил Юле на лоб. Она замерла, запрокинула голову и застыла.

Катя открыла было рот, но прежде, чем она успела издать хоть звук, Страйф погрозил ей пальцем:— Даже не вздумай пикнуть! Я предупреждаю один раз! Женщины, вы вообще страх потеряли или что?! Ладно эта, — кивнул он на обездвиженную Юлю, — а ты куда лезешь?! Я вам друг-приятель из соседнего подъезда?! Вы реально забыли, что я?!

Гром продолжал сотрясать чистое небо. Молнии били в воду, вздымая пену. А Страйф... Он стоял, не шелохнувшись. Только глаза залила тьма, в глубине которой били молнии. — Что с ней будет? — тихо спросила Маша. Катя предусмотрительно предпочла промолчать.

— Да Девятые Врата, будь вы неладны! — выругался Страйф, подхватывая тело Юли на руки. — Посидит в Замке на перевоспитании! И да, я в курсе про передатчик, что вам Кхамер оставил. Не надейтесь, я его заблокирую.

— Как так? — возмутилась было Катя, не выдержав молчания.— А вот так! — отрезал Страйф. — Спасибо скажите, что на домашнем аресте!И он растаял в воздухе вместе с ней, оставив рассеивающиеся клубы мрака и аромат гиацинтов.