Эпилог: часть вторая

— И ты получил подарок? — спросил Тэхен, наверное, в шестой раз. Намджун вздохнул, поправляя воротник куртки.

— Да, Тэ. Он все еще в кармане моего пальто. Как и те шесть раз, когда ты спрашивал меня об этом.

Тэхен поднял руки в знак капитуляции.

— Я просто на всякий случай. Лучше перестраховаться.

Намджун опустил руки и окинул себя взглядом в зеркале. Он кивнул.

— Ладно, кажется, я готов, — сказал он, прежде чем повернуться к ухмыляющемуся Тэхену. Младший брат театрально шмыгнул носом и вытер фальшивую слезу.

— Посмотри на себя, такой взрослый.

Намджун закатил глаза и игриво толкнул брата в плечо.

— Ладно, меня не будет всего три часа, максимум.

— Я сомневаюсь в этом.

— Если тебе что-нибудь понадобится или что-то случится, позвони мне. Немедленно. Понял? — Намджун приподнял бровь, указывая пальцем на Тэхена.

Младший кивнул.

— Сэр, да, сэр!

Намджун фыркнул и вышел из комнаты в квартире Тэхена.

— Клянусь, тебе почти двадцать шесть, а я все еще чувствую себя так, будто разговариваю с четырехлетним ребенком...

-

Намджун стоял на улице на холоде и ждал Джина, как на их первом свидании.

Засунув руки в карманы и покачиваясь на пятках, он оглядел парк в надежде увидеть старшего мужчину.

Намджун чувствовал, как маленький подарок в его правом кармане впивается в ладонь красным бумажным бантом.

Внезапное прикосновение к плечу заставило его обернуться, и сердце его забилось быстрее.

— Привет, — Джин слегка улыбнулся, тоже засунув руки в карманы.

На нем были простые темные джинсы, водолазка и пальто, но в глазах Намджуна он все равно выглядел как бог.

— Привет, — выдохнул младший.

Много лет спустя Намджун все еще чувствовал то же, что и в первую их встречу.

Совершенное потрясение.

Джин тихо рассмеялся, и этот звук показался Намджуну таким драгоценным.

— Итак, ты пригласил меня на свидание... что мы будем делать?

Младший отвлекся от своих мыслей и подошел ближе к ангелу, стоявшему перед ним.

— Помнишь, как мы впервые сюда пришли? — спросил он, протягивая Джину локоть, чтобы тот взял его под руку.

Джин что-то промычал, когда они тронулись в путь.

— Это было прямо перед Рождеством. Ты подарил мне это ожерелье, — Джин поднял крошечный кулон, — и извинился. Это произошло после того, как я узнал о Ен Чжэ. Боже, как давно это было?

Намджун слегка усмехнулся.

— Почти восемь лет назад...

— Что?! Определенно не восемь, — отказывался верить Джин. Он посмотрел на своего парня, прижавшись к нему. — Что ж, я рад, что встретил тебя. Ты — все для меня.

Намджун посмотрел старшему в глаза и одарил его своей фирменной улыбкой с ямочками на щеках.

— Я люблю тебя, — прошептал он, наклонившись, чтобы поцеловать возлюбленного.

Они простояли так несколько минут, наслаждаясь вкусом губ друг друга, а затем, улыбаясь, отстранились.

Влюбленные продолжили прогулку по той же тропинке, как и много лет назад. Разговор был непринужденным, а шаги — медленными.

Джин хихикнул, а Намджун продолжал дуть горячим воздухом на его руки.

Прожив вместе так долго, младший точно знал, о чем думал его парень, когда говорил, что у него холодные руки. Поэтому он взял его руки в свои, чтобы согреть.

Намджун улыбнулся, радуясь тому, что Джин выглядит таким счастливым и беззаботным.

Ему часто казалось, что они показывают себя с двух разных сторон — перед камерой и за ней.

Хотя они все еще оставались собой, он заметил, что было что-то более реальное, когда они проводили время вместе наедине.

Намджун практически физически ощущал, как стресс и ответственность исчезают, когда они были вместе.

Это делало его счастливым.

Они медленно направились к тому месту, куда Намджун пытался их отвести, и Джин слегка покачивал их руки во время ходьбы.

— Джуни.

— М?

— Могу я задать тебе вопрос?

Намджун посмотрел на старшего.

— Вперед.

Джин прижался поближе.

— У тебя такое же сильное чувство дежавю, как и у меня?! — спросил он, и Намджун рассмеялся. — Потому что мне кажется, что мы уже это делали.

— Ну, в этом и был смысл, — младший улыбнулся, когда они наконец добрались до места назначения.

Джин втянул в себя воздух.

— Ого, — он улыбнулся, оглядываясь по сторонам.

Это был тот же самый маленький деревянный мостик над прудом. Вода была неподвижной, безмолвной, в ней почти идеально отражалась луна.

Как и в первый раз, когда Намджун пригласил его сюда, все вокруг было покрыто росой, а большую часть земли укрыл белый снежный покров.

Было спокойно. Безмятежно. Красиво.

А еще ожидался букет роз.

Намджун подвел Джина к мосту и пошел по нему, пока они не остановились посередине, глядя на воду. Он поднял цветы и протянул их своему парню.

— Я пытался воссоздать наше первое свидание здесь, — он слегка усмехнулся, смущенно отводя взгляд.

— Мне очень приятно, — с улыбкой ответил Джин.

— И даже подарок, — продолжил говорить Намджун, вытаскивая коробочку из кармана. — У меня есть кое-что для тебя, — прошептал он.

Джин поднял голову и посмотрел на него.

Он изящно взял подарок из рук Намджуна с широкой улыбкой на губах.

— Я вижу, что твои навыки упаковки тоже не улучшились, — пошутил он, на что его слегка толкнули плечом. — Могу я открыть его прямо сейчас?

Намджун кивнул.

— Конечно. Передай мне цветы, чтобы у тебя были свободны обе руки.

Они поменялись подарками. Джин быстро развернул бумагу и выбросил ее в мусорное ведро неподалеку.

Его глаза расширились, когда он узнал упаковку и недоверчиво рассмеялся.

— Tiffany&Co! Я... — Джин покачал головой, все еще хихикая.

— Дело в деталях, — с ухмылкой ответил Намджун.

Старший мужчина посмотрел вниз на коробку, потом на своего парня.

— Спасибо тебе.

— Что ж, не благодари меня, пока не посмотришь. А что, если тебе не понравится? Это было бы неловко... — засомневался Намджун, на что Джин игриво закатил глаза.

Он медленно открыл коробочку, и легкая улыбка появилась на его губах.

Он прикусил губу, прежде чем посмотреть на младшего.

— Это идеально. Мне очень нравится. Спасибо, — прошептал он, обнимая Намджуна, полностью забыв о розах в его руках.

Намджун положил подбородок на плечо Джина, а затем повернул голову, чтобы поцеловать в висок.

— С годовщиной, детка, — сказал он, прежде чем отстраниться и положить цветы на перила. — Можно? — спросил он, указывая на украшение.

Джин кивнул, передавая коробку с ожерельем Намджуну, и повернулся.

Младший расстегнул старое ожерелье, отдал его Джину на хранение и взял новое.

После нескольких неудачных попыток ему удалось застегнуть, и он улыбнулся, поцеловав возлюбленного в плечо.

Джин посмотрел на золотое ожерелье, похожее на его старое, только кулон был не плоским, а объемным.

Он улыбнулся, вертя в пальцах простую пластинку, на трех сторонах которой было что-то выгравировано.

k.nj

k.sj

k.yj

Оставалась еще одна пустая сторона, на которой, как Намджун надеялся, когда-нибудь можно будет выгравировать еще одно имя.

Джин негромко рассмеялся над милой гравировкой.

— Спасибо, — сказал он, наблюдая, как уши Намджуна краснеют, пока он улыбается в ответ.

Они стояли на вершине моста, прижавшись друг к другу, в тишине, которая успокаивала, а их тепло напоминало о том, кем они были друг для друга.

Глядя в глаза Джина и видя счастье на его лице, Намджун почувствовал прилив смелости.

Он прервал относительную тишину тихим смехом, почти восторженным.

Джин склонил голову набок, все еще улыбаясь.

— Что?

Намджун только покачал головой, посмеиваясь.

— Я просто... э-э, — он отпрянул и взял старшего за руки. — Это не входило в мои планы, но...

Джин в замешательстве посмотрел на него, а затем его лицо вытянулось от шока.

Намджун опустился на одно колено.

Джин поднес руку ко рту, его глаза засверкали от набежавших слез, а Намджун вцепился в его руку, как в спасательный круг.

— Ким Сокджин... — младший заерзал, внезапно испугавшись. — Кхм-кхм, эм, Ким Сокджин.

Джин тихо рассмеялся, чтобы снять напряжение, и вытер выступившие на глазах слезы.

— Когда я впервые встретил тебя, я сразу почувствовал, что между нами возникла связь. Что-то в тебе было таким... притягательным. Твоя улыбка, твоя доброта, твой смех. В тебе нет ничего, чем бы я не дорожил. Ты дал мне шанс на любовь, ты подарил Ен Чжэ потрясающего родителя и ты наполнил мою жизнь смыслом. Каждую секунду каждого дня я чувствую, что влюбляюсь в тебя заново, и я хочу продолжать чувствовать это каждый день.

Намджун издал еще один нервный смешок.

— Э-э, если честно... я не ожидал, что сделаю это прямо сейчас, так что у меня нет кольца или чего-то еще, что я мог бы тебе подарить, — пока! Пока... но я... — он сделал глубокий вдох и выдох. — Ким Сокджин, ты сделал меня цельным. Ты помог мне увидеть жизнь такой, какая она есть. Пожалуйста, продолжишь ли ты делать меня самым счастливым человеком на этой планете? Ты выйдешь за меня?

Джин не выдержал, бросился к Намджуну, который все еще стоял на коленях, и заключил его в крепкие объятия.

— Да! Да, конечно, да! — воскликнул он, уткнувшись лицом в грудь своего теперь уже жениха.

Намджун просиял и так же крепко обнял его.

Джин шмыгнул носом, глядя на него водянистыми глазами.

— Я люблю тебя, — прошептал Намджун.

Старший издал тихий смешок, прежде чем наклонился вперед и соприкоснул их губы.

Намджун поднял руки, чтобы обхватить его лицо, и Джин взял его ладони в свои.

Их губы встретились в порыве страсти, от которого у Джина по спине побежали мурашки. Он вздохнул в поцелуе, наслаждаясь ощущением мягких губ на своих.

Спустя, казалось, целую вечность они отстранились друг от друга, тяжело дыша, соприкасаясь лбами, все еще стоя на коленях на заснеженной земле.

— Повтори еще раз, — прошептал Джин, пытаясь отдышаться.

Намджун одарил его улыбкой.

Улыбка была такой лучезарной, что растопила сердце спросившего.

— Я люблю тебя, — вот и все, что Намджун прошептал в ответ, когда Джин снова слил их губы в поцелуе.

-

Сегодня был тот самый день, самый важный день.

Последний день первого мирового тура Намджуна.

Три месяца, четыре континента — он объехал весь мир, и его последней остановкой был Сеул.

В качестве подарка он выпустил новый альбом, который, по его словам, служил благодарностью за поддержку.

Он исполнит его в последний день.

В этот день.

Альбом вышел всего за несколько часов до концерта, так что у фанатов было достаточно времени, чтобы прослушать все девять песен и придумать свои фанатские кричалки и теории.

Кроме того, там было скрытое послание, а Намджун знал, что его фанаты умны. Он не хотел, чтобы новость распространилась слишком рано, опасаясь, что это может испортить сюрприз.

— Нервничаешь? — спросил Чимин, пока Намджун готовился к выходу.

Старший подпрыгивал на цыпочках, тряся руками, одна из которых сжимала микрофон.

— Нет, — фыркнул он.

Чимин поднял бровь.

— Ладно, может, немного, — признался Намджун. Чимин рассмеялся и похлопал его по спине.

— Это похоже на любое другое твое выступление. Расслабься. Наслаждайся, — подбодрил он, широко улыбаясь.

— Тебе легко говорить, не ты выходишь на сцену.

— Да-а-а!

Намджун повернул голову и увидел, что Ен Чжэ, которому уже одиннадцать, бежит к нему.

Отец ухмыльнулся, раскрыв объятия, когда подросток почти бросился в них.

— Привет, Чжэ, — поздоровался он, крепко обнимая мальчика.

Он поднял взгляд и увидел, что Джин тоже идет к ним. Он стягивал с себя маску и кепку, держа верхнюю одежду Ен Чжэ на руке.

— Джуни, — сказал он, целуя своего жениха в щеку. — Извини, что мы опоздали, движение было немного затруднено, а потом я застрял на въезде.

Намджун покачал головой, пренебрежительно махнув рукой.

— Все в порядке. Ты сейчас здесь, а это все, что имеет значение.

Джин оглянулся и увидел, что один из его лучших друзей стоит, заложив руки за спину.

— Чимин! — воскликнул он, подбегая обнять друга.

— Привет, Джинни!

— Что ты здесь делаешь?

Чимин пожал плечами, его лицо сияло, а глаза сверкали.

— Это последний день тура Намджуна, конечно я буду здесь. Я попросил подменить меня на танцполе, — сказал он, подмигнув Ен Чжэ.

Джин не уловил этого, но мальчик все понял и попытался скрыть смех за руками.

Намджун посмотрел на сына, давая ему понять, что лучше ничего не выдавать, а затем повернулся к Джину и Чимину.

— Что ж, я пойду готовиться. Чимин, тебе, наверное, тоже стоит вернуться.

— Верно. Что ж, увидимся с вами позже! — и с этими словами он ушел.

Джин подошел еще раз обнять Намджуна и быстро поцеловал его.

— Удачи! Хотя я знаю, что у тебя все получится. Увидимся после! — сказал он с улыбкой, не замечая, что Ен Чжэ позади него хихикает.

Намджун наклонился, чтобы обнять сына, и мальчик прошептал ему на ухо:

— Не волнуйся!

— Угу. Увидимся... позже, — он быстро ушел, прежде чем Джин успел удивиться его странному поведению.

-[за несколько дней до этого]

Намджун вошел в магазин, закутанный с ног до головы. Куртка, шарф, шапка, маска и даже солнцезащитные очки.

Он любил свою работу, но у известности были свои недостатки. Как бы печально это ни звучало, но о личной жизни не могло быть и речи.

— Фух! — вздохнул Ен Чжэ, снимая с себя все лишнее.

Намджун усмехнулся рядом с ним, когда к нему подбежал продавец.

Это была иностранка со светлыми волосами и карими глазами. Она улыбнулась и поклонилась.

— Господин Ким! Так приятно наконец-то с вами познакомиться! Я Бри. Мы разговаривали с вами по телефону, — произнесла молодая женщина на безупречном корейском, протягивая руку для рукопожатия.

Мужчина с радостью ответил на него.

— Да. Здравствуйте. Я Ким Намджун, а это мой сын - Ен Чжэ, — отец указал на одиннадцатилетнего мальчика.

Ен Чжэ вежливо улыбнулся и поклонился.

— Я уверена, что вы хотели бы начать, — сказала Бри, жестом приглашая следовать за собой. — Я выбрала несколько вариантов, которые, как мне кажется, могут вам понравиться, исходя из того, что вы рассказали мне по телефону. Конечно, я рада учесть все ваши пожелания.

Когда они подошли к задней части магазина, Намджун огляделся и заметил, что вокруг царит пугающая тишина.

— Вы, кажется, очень заняты в это время суток, — пошутил он, на что Ен Чжэ чуть не закатил глаза.

Бри улыбнулась, прежде чем отодвинуть занавеску, ведущую в заднюю комнату.

— Обычно так и есть, но когда мы обслуживаем наших клиентов из списка А, мы стараемся сделать так, чтобы их безопасность и конфиденциальность стояли в приоритете.

Глаза Намджуна расширились от удивления.

— О боже. Простите, если я доставил вам неудобства, я не знал, что вы закроете магазин ради меня.

Продавщица беспечно покачала головой.

— Не волнуйтесь, пожалуйста. Мы понимаем, насколько для вас важна конфиденциальность. Мы просто хотим ее соблюдать, — объяснила Бри, указывая на стулья, на которые Ким-старший и Ким-младший могли бы сесть.

Она обошла прилавок, надела перчатки и открыла дверцы стеклянных витрин.

Бри осторожно вытащила несколько колец, уже разложенных на подносе с увеличительным стеклом.

— Итак, я начала с нескольких изделий из наших весенних и осенних коллекций, а также с нескольких вневременных изделий, — она начала указывать на кольца, которые были сгруппированы соответствующим образом. — Классика — это изделия, к которым тяготеет большинство наших клиентов, — Бри указала на несколько колец с бриллиантами. — Я знаю, что по телефону вы однозначно исключили более экстравагантные, более женственные украшения, и вы сказали, что не уверены, хотите ли вы сплошное кольцо или более традиционное обручальное кольцо, поэтому у меня есть несколько образцов, которые помогут нам определить, не подходит ли вам одно из них. Таким образом, мы сможем исключить и сузить круг вариантов.

Намджун безучастно смотрел на лежащие перед ним украшения, не зная, что делать со всей этой информацией, обрушившейся на него.

— Гм... — пробормотал он.

Бри слегка усмехнулась.

— Все в порядке, я знаю, что поначалу это может показаться сложным. Не торопитесь.

Мужчина кивнул, рассматривая все детали, анализируя и пытаясь представить, как они могли бы смотреться на руке Джина.

Через несколько минут ему удалось исключить несколько пунктов, но перед ним по-прежнему лежал большой список.

Он повернулся к Ен Чжэ.

— Что ты думаешь? Есть какие-нибудь идеи?

Младший в основном молчал, наблюдая за тем, как его отец общается с Бри и как сужает круг поиска.

— Ты же знаешь, что у папы очень... яркий характер?

Намджун рассмеялся и кивнул.

— Я прекрасно знаю.

Ен Чжэ ухмыльнулся, прежде чем перевести взгляд на кольца перед собой.

— Ну... может быть, его кольцо не обязательно должно подходить? Может быть, его личность должна говорить сама за себя, а кольцо просто дополнять его.

Намджун несколько мгновений смотрел на сына, удивляясь, когда тот успел так вырасти.

Он кивнул, понимая, что пытался сказать одиннадцатилетний мальчик.

Он указал на группу больших колец с бриллиантами замысловатой формы и более мелкими камнями, встроенными в ободки.

— Давай избавимся от них.

-

Выступления проходили быстро, и Намджун вошел во вкус уже к третьей или четвертой песне.

На несколько секунд он забыл о своем сюрпризе в конце, растворившись в музыке и толпе.

Но потом он оборачивался и видел название последней песни на экране позади себя.

После каждой песни, которую он исполнял из своего нового альбома, на экране позади него появлялось название, буквы исчезали, образуя все новые и новые слова. Как в караоке.

Он был более чем уверен, что фанаты разгадают скрытое послание еще до того, как дойдут до середины списка композиций, поэтому он попытался добавить несколько старых песен, чтобы разбавить послание.

Но он видел, что фанаты с нетерпением ждут, многие уже поняли его послание.

Слава богу, Ен Чжэ и Джин стояли за кулисами под углом.

Намджун также оставил особые указания персоналу, чтобы тот следил за тем, чтобы старший оставался подальше от экрана до предпоследней песни.

В середине песни говорилось:

WILL o̶f̶ ̶t̶h̶e̶ ̶g̶o̶d̶s̶ WILL

Un̶d̶e̶r̶ ̶t̶h̶e̶ ̶s̶t̶a̶r̶s̶ U

My̶ ̶t̶i̶m̶e̶ M

Al̶r̶i̶g̶h̶t̶ A

t̶h̶e̶ ̶Ri̶g̶h̶t̶ ̶Re̶a̶s̶o̶n̶s̶ RR

Если это не было очевидно, то Намджун не знал, что еще могло бы это прояснить.

Казалось, что прошли часы, песни звучали так долго, как только возможно, и хотя он наслаждался каждой минутой, проведенной со своими поклонниками, он хотел, чтобы концерт поскорее закончился.

Как бы он ни нервничал, он хотел наконец-то официально — с кольцом — попросить Джина выйти за него замуж.

-

Джин наблюдал со стороны, как Намджун выступал перед публикой.

Он улыбнулся, увидев, как его жених страстно поет и читает рэп для своих фанатов.

Он так гордился Намджуном. Несмотря на все трудности, он никогда не сдавался. Никогда не жаловался и не останавливался. Он поднялся выше и победил.

Сколько бы раз Джин ни видел выступления Намджуна, они никогда не наскучат ему.

Фанаты подпевали, пока он двигался по сцене. Танцоры-аккомпаниаторы исполняли свои номера, а Намджун время от времени присоединялся к ним, делая несколько движений вместе с ними.

Джину показалось, что он несколько раз видел Чимина и улыбался, наблюдая за своим лучшим другом.

По мере того, как ночь подходила к концу, фанаты начинали сходить с ума. Они становились все громче и громче.

Это было немного странно, но после каждой песни, прямо перед следующей, казалось, что фанаты кричат о чем-то захватывающем.

Джин не понимал, в чем дело, и пошел посмотреть на мониторы, чтобы понять, не упустил ли он что-то на большом экране, но Ен Чжэ вел себя странно: ему часто приходилось ходить в туалет, или ему нужна была помощь, чтобы перекусить или что-то еще.

Казалось, что прошло всего двадцать минут, а концерт уже подходил к концу. Толпа сходила с ума, а Намджун продолжал выступать изо всех сил.

Это было странно.

Песня.

По какой-то причине Намджун не давал Джину послушать альбом до его выхода, и, честно говоря, в то утро старший мужчина был занят на съемках, так что он не слушал его до сих пор.

Песня подходила к концу, пока Джин с любопытством наблюдал за происходящим.

Освещение на сцене перестало бешено мигать, а многие танцоры из массовки побежали со сцены.

Песня все еще звучала, но Намджун перестал петь.

— Приветствую всех! Надеюсь, вам сегодня было весело! — воскликнул он, и толпа ответила ему криками.

Мужчина тяжело дышал, вытирая пот со лба, и начал расхаживать взад-вперед.

— Я просто хотел сказать вам, как сильно я ценю каждого из вас. Спасибо вам всем за поддержку. Без вас ничего бы этого не было.

Джин почувствовал, как кто-то дернул его за рукав.

— Папа, — Ен Чжэ смотрел на него.

— Хммм?

— Этот мужчина спрашивал о тебе, — сказал одиннадцатилетний мальчик, указывая на человека с планшетом и микрофоном.

Подошел сотрудник.

— Господин Ким, вас кое-кто спрашивает за сценой. Ваш друг Чимин.

Джин кивнул и велел мужчине показывать дорогу.

Он слышал, как Намджун что-то говорил, пробираясь сквозь толпу сотрудников и танцоров.

— Когда я был моложе, на моем пути встречалось много препятствий. Мне казалось, что этому не будет конца. Это походило на греческий миф о Сизифе, где я был вынужден катить камень в гору, но когда он достигал вершины, то скатывался обратно.

Джин слегка усмехнулся, услышав, как Намджун рассуждает о философии перед своей аудиторией.

Наконец они добрались до места, и сотрудник указал, где находится Чимин. И действительно, мужчина улыбался и размахивал руками.

— Эй! Ты отлично справился! — сказал Джин, обнимая своего лучшего друга.

Чимин поблагодарил его, отстранившись от объятий, и улыбнулся.

Это было немного странно. Джин чувствовал, что он что-то скрывает.

Его глаза сузились, и он склонил голову набок.

— Что происходит?.. — медленно спросил он.

Чимин прикусил губу, словно пряча улыбку, и пожал плечами, разворачивая мужчину так, чтобы тот смотрел на экран перед собой. На нем была сцена, обращенная к зрителям.

Намджун все еще говорил, пока песня подходила к концу.

— Он всегда был рядом со мной. Поддерживал меня во всех испытаниях. На каждом препятствии, трудности и ухабе на дороге. Он всегда был рядом, чтобы сказать мне, что все будет хорошо. Что мы справимся с этим вместе.

У Джина защемило в груди, когда он понял, что Намджун говорит о нем

Он посмотрел на Чимина с намереньем спросить, знал ли тот, что Намджун собирается сделать, но младший держал в руках букет роз.

Чимин хихикнул, протягивая цветы шокированному Джину. Тот огляделся и наконец заметил, что все смотрят на него.

Он снова повернулся к экрану.

— Моя вторая половинка, Ким Сокджин.

Толпа начала аплодировать, а Намджун одобрительно кивнул.

С этими словами Чимин взял друга за руку и повел его вперед.

— Эм, Чимин... что ты делаешь? — спросил Джин, крепче сжимая цветы, пока они все ближе и ближе подходили к сцене.

Младший предпочел проигнорировать его расспросы и продолжал тащить за собой.

Вскоре они прорвались сквозь занавес, яркий свет со сцены практически ослепил старшего.

Если это вообще было возможно, толпа зашумела еще громче, а Джину пришлось прищуриться, чтобы оглядеть сцену.

У него засосало под ложечкой.

Ничего плохо не происходило, просто у него закралось подозрение насчет того, что должно произойти

Он повернулся как раз в тот момент, когда Чимин подтолкнул его вперед, слегка смеясь над растерянным выражением лица друг.

— Джинни, — раздался голос перед ним. Он резко повернул голову, увидев улыбающегося Намджуна с ямочками на щеках.

Младший протянул руку, и Джин в оцепенении взял ее.

Намджун медленно подвел их к центру, толпа оглушительно шумела, а Джин оглядывался.

— Ким Сокджин, — начал Намджун, не используя микрофон. Ему пришлось наклониться ближе, чтобы собеседник его услышал.

Он хотел, чтобы Джин и только Джин услышал его слова.

— Да, я понимаю, что это немного экстравагантно, но ты заслуживаешь экстравагантности. Я знаю, что уже пытался сделать это однажды. Я излил тебе душу, и ты хорошо отреагировал, но, честно говоря, я просто хочу официально называть тебя своим женихом.

Как и в первый раз, рука Джина, не державшая цветы, взлетела ко рту в порыве радости и искренних чувств.

Намджун порылся в кармане пиджака, прежде чем опуститься на одно колено, и толпа окончательно обезумела.

— Не окажешь ли ты мне честь и не ответишь ли еще раз?

Джин рассмеялся, а Намджун кивнул головой, словно приглашая посмотреть за спину.

Наконец он увидел задний экран на стене.

WILL o̶f̶ ̶t̶h̶e̶ ̶g̶o̶d̶s̶ WILL

Un̶d̶e̶r̶ ̶t̶h̶e̶ ̶s̶t̶a̶r̶s̶ U

My̶ ̶t̶i̶m̶e̶ M

Al̶r̶i̶g̶h̶t̶ A

t̶h̶e̶ ̶ Ri̶g̶h̶t̶ ̶Re̶a̶s̶o̶n̶s̶ RR

Ye̶s̶.̶ Y

Mo̶o̶n̶ M

Ev̶e̶r̶y̶t̶h̶i̶n̶g̶, ̶ ̶e̶v̶e̶r̶y̶t̶h̶i̶n̶g̶ E

Equestion mark?

У него засосало под ложечкой, сердце забилось чаще, когда он прочитал сообщение. Все стало ясно как день.

Джин не мог поверить, что Намджун смог провернуть это, не привлекая его внимания. Он был в полном восторге.

Он наблюдал, как появилась последняя песня «Equestion mark», а затем исчезла, оставив после себя настоящий вопросительный знак.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил Намджун, открывая коробочку.

Джин ахнул, глядя на простое, но элегантное кольцо. Оно было серебряном, с двумя инкрустированными бриллиантами, соединенными друг с другом.

Это было идеально.

Джин слегка рассмеялся, кивнув, и услышал, как толпа поздравляет их. Намджун улыбнулся, вскочил на ноги и крепко обнял его, раздавив цветы.

Джин шмыгнул носом, когда его теперь точно жених надел украшение на безымянный палец и нежно поцеловал, прежде чем снова обнять.

Внезапно что-то тяжелое обрушилось ему на спину. Джин обернулся и увидел, что Ен Чжэ обнимает его сзади.

Он улыбнулся, повернулся и обнял мальчика.

Внезапно небо расцвело яркими красками. Джин в изумлении поднял голову, увидев на небе красивый фейерверк.

Он не мог быть счастливее, пока Намджун и Ен Чжэ были рядом с ним.

Вот где его дом.

-[бонус]

Прошло шесть лет, а жизнь не стала менее беспокойной.

Ен Чжэ было семнадцать, а их младшей дочери Аре — пять.

После того как Намджун и Джин поженились, они искали способы расширить свою семью.

На протяжении многих лет, по мере того как молодое поколение прокладывало себе путь, а знаменитости и известные люди поддерживали его, правительство было вынуждено отменить многие устаревшие правила, направленные против представителей ЛГБТК+ сообщества.

Благодаря этому пара смогла завести Ару с помощью суррогатного материнства.

Растить единственную дочку в доме, полном мужчин, было новым опытом для молодых родителей, но они были рады принять этот вызов с помощью своих друзей, у многих из которых появились собственные дети и семьи.

Одним из впечатляющих изменений в их жизни стало то, что Сыльги снова связалась с ними. Она долго отсутствовала, чтобы встать на ноги, прежде чем попытаться снова узнать своего сына.

Джин общался со своим отцом, поэтому он знал, что Сыльги полностью ушла из модельного бизнеса и присоединилась к специальному подразделению полиции, целью которого является борьба с наркоторговцами, торговцами людьми и, в ее случае, помощь несовершеннолетним детям в индустрии развлечений, чтобы они не попадали в неприятности.

Джин с гордостью наблюдал, что она использует свои навыки с пользой, поскольку часто работала под прикрытием, рискуя своей жизнью.

Намджун и Джин были более чем счастливы позволить Ен Чжэ познакомиться с ней поближе, так как на самом деле они никогда не хотели, чтобы у матери и сына выстроились плохие отношения.

Этому также способствовало то, что у Сыльги теперь был парень, у которого остались дети от предыдущих отношений. Благодаря этому она не зацикливалась на подростке, а просто время от времени проверяла, все ли у него в порядке.

На самом деле, для семьи Ким не стало неожиданностью, когда она пригласила их на церемонию ее выпуска из академии, понимая, что они сыграли большую роль в ее росте.

И они с радостью согласились.

Знаменитой семье из четырех человек потребовалось некоторое время, чтобы попасть внутрь здания, где их легко узнавали, но в этом и была прелесть окончания полицейской академии.

Охрана и наблюдение были их работой.

Мужчины оделись в красивые костюмы, а малышка Ара — в милое бледно-розовое платье принцессы.

Их быстро проводили к столику, и вскоре началась церемония.

Они хлопали и радовались, когда Сыльги получила свой сертификат и значок. Они также поздравили ее после окончания церемонии, остались на ужин и немного поговорили с ее парнем.

-

— О боже, у моего малыша есть девушка? — проворковал Джин, глядя на подростка.

Ен Чжэ захныкал, а он продолжал щипать его за щеки и смущать.

— Папа, я больше не ребенок! Отец, скажи ему! — крикнул он Намджуну, когда тот посмотрел на своего покрасневшего сына.

Он усмехнулся, держа дочь у себя на коленях.

— Ты всегда будешь нашим малышом. Неважно, сколько тебе лет.

Ен Чжэ притворился, что его тошнит, и малышка Ара захихикала, глядя на его странное выражение лица.

— Что ж, раз вы оба в таком сентиментальном настроении, то я ухожу, чтобы поздравить маму. И если вы не против, Нари попросила меня потусоваться с ней, так что вы можете возвращаться. Я поеду на метро.

Посмотрев на своего сына, такого беззаботного и зрелого, Намджун испытывал чувство гордости.

Он воспитал своего сына должным образом. Воспитал его добрым, вежливым и независимым.

Он посмотрел на Джина, который улыбался их дочери, слушая ее болтовню о чем-то, что она придумала.

— Отец. Отец? Ты меня слышишь?

Ен Чжэ стоял перед ним и махал рукой перед лицом, отвлекая его от мыслей.

— Кхм, извини.

Ен Чжэ лишь покачал головой с легкой улыбкой на лице.

— Я сказал, что ухожу. Я просто немного побуду с Нари. Хорошо? Так что не беспокойся обо мне или о чем-то еще.

Намджун посмотрел на сына, осознав, как сильно он вырос и повзрослел, превратившись в молодого мужчину.

Он улыбнулся и кивнул.

— Конечно, kiddo, — сказал он, взъерошив волосы сыну.

Подросток что-то проворчал, игриво поглядывая на отца.

— Знаешь что? Я приму такое обращение. Все равно это лучше, чем когда ты называешь меня малышом, — пробормотал он со вздохом и направился к выходу. — Увидимся позже. Вы ведь справитесь без меня сегодня, да?

Намджун кивнул, с любовью посмотрев на своего мужа и дочь, а затем улыбнулся и кивнул сыну.

— Конечно.

-Конец-