chapter 64

!присутствуют сцены 18+

    Опустившись на постель, мы тут же встретились взглядами. Я потянулся и нежно поцеловал ее, тихонько посмеиваясь над тем, как четко наши сердца отбивали единый такт.

    Устало вздохнув, я перекатился на спину, раскинув в стороны обессиленные руки. Она устроилась у меня на плече, а я пытался восстановить дыхание.

    - Вот это да, - пробормотал я, проводя рукой по волосам, а затем по лицу. Упершись подбородком в мою грудь, она улыбнулась мне широкой довольной улыбкой. Волосы свалялись и запутались, а кожа практически блестела в свете утренней зари. Она посмотрела в окно, затем повернулась ко мне.

    - Ну, с добрым утром, красавчик, - засмеялась она, пока я убирал волосы с ее взмокшего лба.

    - Ммм... это было очень доброе утро, - усмехнулся я, подмигивая ей. Я чмокнул ее в губы и, развернув голову, спросил серьезным тоном. – Можно я скажу тебе кое-что?

    Она закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула, когда я провел рукой по ее растрепанным волосам.

    - Именно вот так я хочу просыпаться каждое утро, - она открыла глаза и взглянула на меня. – Джесси, ты любовь всей моей жизни. Я больше никого никогда не полюблю. Никогда. – Обхватив руками ее личико, я продолжил. – Каждый день, что я был с Рашель, я знал, что она не предназначена для меня. И каждый день, с тех пор как я встретил тебя, я знал, что ты предназначена.

    - Правда? – спросила она слегка дрожащим голосом.

    Я глубоко вздохнул, на секунду опустив глаза, затем снова взглянул на нее.

    - Я оставался с Рашель по совершенно глупым причинам. Наши отношения были удобными, спокойными, легкими. Я оставался с ней, потому что все вокруг от меня этого ожидали. Но я знал, что никогда не смогу полюбить ее так же сильно, как она меня. Рашель красивая, заботливая и отзывчивая девушка, и когда она захотела большего... когда она захотела то, чего хотят большинство людей, то, чего она была в праве ожидать от меня... я ее бросил.

    Я тяжело сглотнул, переведя взгляд на прядь ее волос, что я неосознанно накрутил на палец.

    - Она хотела свадьбу и детей, и я запаниковал. Я запаниковал, потому что не хотел всего этого, ни с ней. Я сказал ей, что больше не люблю ее, что она заслуживает мужчину, который даст ей это все без вопросов. К вечеру я уже уехал.

    - А сейчас? – спросила она тихо.

    - А сейчас, - вздохнул я, поворачивая голову, чтобы снова видеть ее глаза. - Я понимаю, что должен был закончить эти отношения задолго до этого. Я вводил ее в заблуждения, потому что так было проще. Мы никогда не ссорились, и я думал, что мы хотим одного и того же. Она посвятила всю себя нашим отношениям, а я так сильно ранил ее своим уходом. Она забросила работу, ушла в себя... она была сломлена. А я...

    - Приехал сюда, - закончила она за меня.

    Я кивнул, стараясь прочесть ее выражение лица.

    - Когда я впервые увидел тебя, в своем офисе, смеющуюся... Джесси, за тот короткий момент я почувствовал то, чего ни разу не чувствовал за все время, что мы с Рашель были вместе.

    Она ждала продолжения, затаив дыхание.

    - Я был в ужасе. Что бы я ни делал, как бы себя ни вел, я не мог выкинуть тебя из головы... ты всегда была там. Я подумал, возможно, если ты возненавидишь меня, и если я заставлю себя возненавидеть тебя, все будет хорошо. – По ее щеке скользнула одинокая слеза, и я аккуратно стер ее. – Но в этом не было смысла, - проговорил я, качая головой, - ты была самым прекрасным созданием, которое я только видел: самоуверенная, сообразительная, с немыслимой силой воли любительница поспорить. Я вел себя, как последний осел, но ты всегда держалась достойно.

    Я улыбнулся, проводя костяшками пальцев вдоль ее скул.

    - Мои желания изводили меня, Джесси. Офис превратился в мой личный ад на земле... но я бы ни за что его не покинул. В этом есть хоть капля смысла?

    - Да, - ответила она, прижимаясь к моей руке. – Я все не могла понять, что я такого сделала, что ты так ненавидишь меня.

    - Ты ничего не сделала, - продолжил я, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. Я поглаживал пальцами ее руку, пытаясь все объяснить. – Я убедил себя, что данной ситуацией можно управлять, но затем настал тот вечер. Ты была так близко, я мог чувствовать твой аромат в воздухе. Все, что оставалось сделать, это дотянуться и... взять. И когда ты не оттолкнула меня, когда позволила ласкать тебя... чувствовать тебя... быть внутри тебя..., - я замолчал, притягивая к себе ее лицо, проводя губами вдоль ее нежной кожи. – Я пропал. Теперь я не просто хотел твое тело. Я хотел тебя.

    - Я всегда хотела тебя, - прошептала она. Наши рты были так близко, я прочувствовал каждое произнесенное ею слово.

    - И я есть у тебя, я всегда был у тебя, - ответил я, изучая каждую черточку ее лица. – И я никогда не позволю тебе уйти.

    Ее пальчики забрались мне в волосы, и она притянула меня к себе, накрывая мои губы своими.

    - Покажи мне, - выдохнула она, крепче сжимая пальчики. – Покажи, что не мог показать все это время. – Она пробежала язычком вдоль моей челюсти, понижая голос. – Покажи мне, чего ты хотел.

    Я застонал и перекатил нас на бок. Наши тела плотно прижаты друг к другу по всей длине.

    - Я хотел, чтобы ты ласкала меня, и показала, как хорошо ты знаешь мое тело, - сказал я, сотрясаясь, когда ее ручка обхватила моего бойца, проводя пальчиком по головке. – Я хотел знать, что ты тоже заметила каждую мелочь.

    - Как эта? – спросила она, двигая ладонью вверх-вниз по всей длине.

    - Черт, да, - прошипел я, подергивая бедрами, пока она продолжала дразнить меня. Ее рука двигалась медленно, ее прикосновения такие родные, такие невероятно правильные.

    - Что еще? – она поцеловала меня в уголок губ и провела губами вдоль скул.

     - Я хотел ласкать тебя, - ответил я. – Я хотел, чтобы ты чувствовала в моих прикосновениях, что я ощущаю каждую твою реакцию, что я вижу все, что тебе нравится.

    Она взяла мою руку и положила себе на грудь.

    - Как это? – промурлыкала она соблазняющее.

    Я в точности знал, чего она хочет: сначала, моя ладонь, сжимающая ее грудь. Затем пальцы, нежно пощипывающие сосок. И наконец, легонько оттянуть. Она застонала, как я и ожидал.

    - Да, - выдохнул я, растворяясь в ней, зная, что больше никто и никогда не познает ее таким образом, никто не доставит ей таких ощущений.

    - Что еще? – ее голос был натянутым, полным желания.

- Я хотел, чтобы ты называла меня по имени, - я  ущипнул ее сосок и нагнулся поцеловать ее.

Я почувствовал, что она улыбнулась под моими губами.

- Я люблю ощущения, что ты даришь мне, Джейден, - прошептала она мне на ухо.

- Я хотел называть тебя по имени, - я прикусил ее нижнюю губу. Она чаще задышала, когда я добавил. – Я хотел называть тебя Джесси. – Я приподнял ее ногу и закинул себе на бедро, дотягиваясь руками до ее задницы, и притягивая ближе к себе.

Я отодвинул голову в сторону и посмотрел на нее, желая подчеркнуть момент, когда все изменилось.

- А после Сиэтла я просто хотел быть с тобой, не притворяясь, что я все время в бешенстве, не противясь своей слабости. Я хотел, чтобы ты была рада видеть меня, чтобы я мог показать, как моя грудь будто раскрывается, когда я вижу твою улыбку. Я хотел, чтобы ты любила меня, - я перекатил ее на спину и устроился между ее ног. – Я хотел, чтобы ты любила меня так же, как я тебя.

- Я люблю тебя, - выдохнула она, пробегая губами по моей шее, и в то же время захватывая меня в кольцо своих сомкнутых ног. – Джейден, пожалуйста...

Сделав толчок вперед, я легко вошел в нее. Развернув голову, я отыскал ее губы. Переплетя наши пальцы, я завел руки у нее над головой, вжимая их в матрац. Я держал ее в плену, как она держит меня с момента нашей первой встречи.

- Я люблю тебя, Джесси, - прошептал я, продолжая проникать в нее. – Я хочу, чтобы ты была моей, - произнес я между поцелуями. – Я хочу просыпаться с тобой каждое утро, и каждую ночь засыпать, крепко обнимая тебя в объятиях. – Она судорожно дышала подо мной, и я слегка приподнялся, оставляя поцелуй на ее раскрасневшейся щеке, и шепча ей на ухо. – Я хочу видеть, как в тебе растет наш малыш.

Она крепче сжала мои руки в ответ, требовательнее притягивая меня к себе ногами, и тихонько произнесла мое имя. Я чувствовал, как она выгибается мне навстречу, и ускорил толчки.

- Я тоже хочу все это, - пробормотала она вдоль моих губ. В ту же секунду момент ясности посетил мой рассеянный разум. Я увидел нас как пару, не как упрямых, потерянных людей, какими мы являлись поодиночке. Я больше не сомневался в том, что принадлежу ей, и что она всегда будет моей. Я понимал ее страхи, и знал, что она отбросила их в сторону, чтобы поверить в нас.

Солнце поднялось из-за горизонта, его первые робкие лучи заглядывали к нам в окно, падая на кровать, переливаясь в ее волосах. Я поднес наши все еще переплетенные руки к губам, оставляя нежный поцелуй на ее безымянном пальце. Без тени сомнения я знал, что однажды надену на него кольцо. И эта уверенность пробуждала во мне новые чувства.

Я посмотрел на нее, в ее глаза. Закусив губу, она обхватила руками мое лицо и поцеловала меня с безумной страстью.

- Я больше не могу терпеть, - прошептала она, и я почувствовал, как знакомое тепло начинает расходиться по всему телу. – Пожалуйста, кончи со мной...

Я медленно целовал ее, чувствуя, как она  начинает напрягаться, как грохочут между нами наши сердца.

Оргазм накрыл нас одновременно, сопровождаемый тихими всхлипами и судорожными вздохами. Руки и ноги тряслись от изнеможения, а мы лежали, крепко ухватившись друг за друга. Она убрала волосы с моего лба и оставила там поцелуй, а я медленно съехал вниз, расположив голову у нее на груди.

- Знаешь, что я хочу сделать? – спросил я, тяжело дыша, слушая удары ее сердца прямо под своим ухом.

- Что? – поинтересовалась она, и я закрыл глаза, как только ее пальчики скользнули мне в волосы.

- Сводить тебя куда-нибудь позавтракать, - ответил я просто, и улыбнулся, наслаждаясь драгоценными звуками ее смеха.

- И зачем тебе это нужно? – удивилась она. – Все,  что я хочу, прямо здесь, в кровати.

Я посмотрел ей в глаза и улыбнулся.

- Потому что я хочу пойти с тобой на самую людную улицу во всем Чикаго, - начал я, поднося ее пальчики к губам и снова целуя их. – И я хочу держать тебя за руку.

Париж.

Джесси Миллер

Он довольно вздохнул, откидывая назад голову, лениво укладывая ее у меня на плече. Он вытянул свои длинные ноги, осторожно устраивая их на краю фарфоровой ванной. Капельки воды ритмично падали с кончиков его волос и, нежно щекоча мою грудь, скатывались вниз. Комнату заполнил легкий пар с ароматом ванили, а отдаленные звуки оживленной парижской улицы беспрепятственно влетали в распахнутое окно.

Прижавшись губами к его виску, я закрыла глаза, наслаждаясь умиротворенностью момента.

- Ты ведь знаешь, мы так можем подхватить пневмонию, - проговорил он лукаво, от чего я улыбнулась.

- Ммм, - вздохнула я, шире улыбаясь, - по-моему, мне сейчас все равно.

Он бесшумно засмеялся, и я почувствовала вибрацию от его смеха на груди.

- Тебе будет не все равно, когда высокая температура не даст тебе в полной мере насладиться нашим отпуском, - ответил он, переворачивая голову, чтобы взглянуть на меня. Я посмотрела на него. Его рот был так близко, что я не удержалась и поцеловала его.

- Такие прекрасные звуки, - вздохнула я, переводя взгляд к окну, где на фоне темнеющего неба виднелась освещенная мириадами огней Эйфелева Башня. Здесь не часто можно увидеть звезды, зато можно наслаждаться незабываемыми видами города. Я, правда, еще мало что видела; с тех пор как мы приехали, мы почти не покидали наш номер. Не то чтобы я жалуюсь – я обожаю каждую минуту, проведенную с ним. Приглушенный смех, звон винных бокалов и божественный звуки скрипки доносились до нас из кафе, расположенного под окнами нашего пентхауса. – Но... возможно ты прав.

Я еще раз поцеловала его, прежде чем он без предупреждения сдвинулся к краю и встал, чтобы закрыть большое окно на красиво украшенный орнаментом шпингалет.

Мой взгляд был прикован к его рукам. Я смотрела, зачарованно за тем, как играют мышцы его спины, то сокращаясь, то расслабляясь. Вода заплескалась вокруг нас, когда он развернулся и поймал мой бесстыже изучающий его взгляд. Уголки его губ поползли вверх, и вскоре ванную комнату заполнил его низкий смех, эхом отдающийся от белоснежного кафеля.

Он покачал головой и наклонился, чтобы поцеловать меня, а затем снова занял свое место у меня между ног.

- Я хочу твоего пристального внимания.

- Поверь мне, оно у тебя есть, - заверила я его.

- Уверена, что не хочешь поменяться местами? –  опять спросил он, обхватывая руками мои икры, и медленно массируя их пальцами.

- Ммм, - застонала я, закрывая глаза. – Ни за что. Мне безумно нравится все, как есть.

Он снова засмеялся.

- Уверен, что нравится.

Обхватывая его за плечи, я притянула его к себе, оставляя легкий поцелуй на его шее и пробегая пальцами по его волосам.

- Удобно?

- Очень. – Он запрокинул голову и вздохнул, щекоча мою влажную кожу своим теплым дыханием. – Но неужели это все, что я смогу показать тебя из всего Парижа?

- О чем ты говоришь? Мы столько всего видели, - ответила я, вспоминая все, чем он со мной поделился. Я заскользила пальцами вдоль его груди, дорожки из волос и твердых мышц, таких знакомых под моими руками.

- Да, - начал он. – Но все же, здесь очень красивые ночи, а мы каждый раз оказываемся здесь, - засмеялся он, указывая на ванную.

- Или в кровати, - поддразнила я, покусывая его шею. – Или на кресле, или..

- Малыш, - застонал он, и я улыбнулась, замечая, как мурашки побежали по его рукам.

- Знаю, знаю. Еще пару минут.

Он кивнул и повернулся, чтобы чмокнуть меня в подбородок.

- Будешь продолжать в том же духе, мы так и не выйдем из номера... как вчера.

Встретившись с ним взглядом, я улыбнулась, крепче сжимая его, кладя голову ему на плечо.

- Хочу точно такую же ванну в новом доме.

- Детка, думаю, это замечательная идея, - начал он, водя пальцами по моей руке. – Хотя... я даже не знаю, как мы тогда сможем работать.

Я засмеялась, довольно вздыхая у него на плече.

- Наш дом, - повторила я с едва сдерживаемым приступом неконтролируемой радости. Я улыбнулась, закусив губу, чтобы не разразиться эйфористичным смехом.

Наши взгляды снова встретились. Его теплая мокрая рука осторожно легла мне на щеку, и он улыбнулся так же широко.

- Наш дом.

***

Спустя два часа я сидела на кровати, завершая телефонный разговор с его матерью.

- Не правда ли Париж самое красивое место на земле? – спросила она, не скрывая интереса и мечтательной интонации голоса. – Помню, я просто жила ожиданием поездки в Париж.

- О да, он просто потрясающий, - согласилась я. – Мы побывали везде, где я просто обязана была побывать – Лувр, Елисейские Поля, и конечно, Эйфелева Башня. А также он показал мне виноградники, и даже свою старую квартиру. Посещать Париж с кем-то, кто в совершенстве говорит по-французски, очень..., - я замолчала, вспоминая свою реакцию на него, когда он всего-навсего заказывал нам ужин.

- О, поверь мне, - начала она задорно. – Я знаю, что ты имеешь в виду.

Я прикрыла глаза свободной рукой, смущенно покачав головой, и испустив тихий смешок.

- О Господи.

Она тоже засмеялась, продолжая нашу беседу, посвящая меня в подробности ее последнего визита сюда. Легкость этого разговора в очередной раз напомнила мне, как же мы стали близки. В такие моменты я ловлю себя на мысли о реальности происходящего – столько всего изменилось за последние несколько месяцев.

Не смотря на протесты всей его семьи, я отказалась от должности ассистента нового исполнительного директора. Вместо этого я предпочла вернуться в школу и устроилась волонтером в лечебный центр, как и моя мама. Деньги, что она мне оставила, оказались весьма кстати, и не смотря на постоянные предложения моего любящего парня о материальной помощи, я сумела справиться своими силами. Впрочем, с одним исключением. После подсчета суммы белья, что он страстно истребил, я, в конце концов, приняла его ЛаПерловскую карту.

Этот компромисс осчастливил обе стороны.

Но не смотря на все произошедшее и на то, как наши решения повлияли на мою карьеру, возможность быть с любовью всей моей жизни изменила меня до неузнаваемости. Впервые, я не чувствовала, будто должна кому-то что-то доказать. У меня были любовь и уважение мужчины моей мечты. Все остальное – мелочи.

Я ни на секунду не сожалела о решении бросить работу, которая однажды определяла мою личность. Я знала, что в будущем меня ожидают даже лучшие возможности, но на данный момент я наслаждалась невиданным счастьем. И я была не одинока в этом чувстве, я видела изменения в нем, и его семья тоже.

Я никогда не забуду слова его отца:

«Мой сын может быть трудным человеком, - сказал он, глядя в никуда. – Но последние несколько недель он был абсолютно другим. Больше улыбался, шутил с родственниками... он больше не влачил на своих плечах тяжесть всего мира. Теперь я знаю, что это изменение – ты. И не зависимо от того, как это все вышло наружу, мы очень благодарны тебе за это.»

Я бережно хранила в памяти эти слова, и они удивительным образом облегчали все мои решения. Конечно, его отец был прав, и он в корне изменил мое видение мира и моего места в нем.

- Собираетесь где-нибудь поужинать вечером? – ее любознательный тон вернул меня в реальность.

- Прости, что ты сказала?

Она засмеялась.

- Что вы двое планируете на вечер?

- О, - произнесла я, качая головой над своей рассеянностью. – Вообще-то, мы собирались в оперу.

- Что будете смотреть? – поинтересовалась она.

Звук открывающейся двери душевой кабинки привлек мое внимание. Облокотившись на спинку кровати, я мельком уловила отражение его тела в зеркале.

Дверь в ванную была слегка приоткрыта, и золотой изящный бра в форме листа отбрасывал теплый свет на его обнаженную влажную кожу. Полотенце висело низко на его бедрах, и он наклонился над раковиной, с искусной точностью проводя бритвой вдоль скул и подбородка. Как бы я ни наслаждалась этой беседой, я хотела присоединиться к нему.

- Мы будем смотреть «Богему», - ответила я отвлеченно, в то время как он то появлялся, то исчезал из поля моего зрения. – А еще он очень хочет сводить меня в какое-то свое секретное место.

- Ну, - начала она, - я не имею ни малейшего понятия, где это может быть.

Я закатила глаза, прекрасно осознавая, что все что-то от меня скрывают, но снова быстро отвлеклась, когда он скрылся за дверью.

- Я вся в предвкушении, - ответила я, быстро соображая. – Кстати говоря, мне надо идти собираться. Мне передать ему, чтобы он перезвонил, когда будет свободен?

- Просто передай ему, что я его люблю, и веселитесь, - ответила она. – Люблю вас обоих, поцелуй моего сына за меня.

Я улыбнулась ее нежной и любящей интонации.

- Обязательно. Мы тоже вас любим.

Выключив телефон и бросив его на кресло, я направилась в ванную. Заглянув за дверь, я непроизвольно задержала дыхание, увидев кончик его татуировки, торчащей из-под полотенца.

- Тук-тук, - проговорила я, встречаясь с ним взглядом в зеркале.

Как только я вошла, он прекратил бриться, отложил станок в сторону и повернулся ко мне, жадно изучая меня глазами.

- Милая, ты просто очаровательна.

- Спасибо, - пробормотала я, не в силах отвести от него взгляд. – Ты и сам довольно не плох.

Он засмеялся, сокращая расстояние между нами, и, остановившись, провел пальцем вдоль глубокого выреза моего платья. Я положила ладони ему на грудь, тихо вслушиваясь в ритмы его сердца.

- Вот опять... не уверен, что хочу выходить из этой комнаты, - прошептал он мне в волосы. Я закрыла глаза, позволяя его теплому дыханию окутать меня, мои чувства сфокусировались на движении его рук. Потихоньку его пальцы переместились на плечи, затем вдоль шеи и запутались в волосах. Мне нравились его прикосновения, и если он продолжит в том же духе, я думаю, что тоже не захочу уходить.

Я тяжело сглотнула, несомненно, он слышал это, и уж определено он знал каждую мою реакцию на него. Время не ослабило нашего физического притяжения, скорее наоборот, только усилило. У меня было не больше сил противостоять ему сейчас, чем тогда в первый раз. Я подняла на него глаза и в ту же секунду знала, что он также бессилен как и я.

Медленно он наклонился ближе, проводя пальцем по моей нижней губе, его полузакрытые глаза сосредоточены на моих губах.

- Не могу представить, чтобы я был где-то в другом месте. Спасибо, что поехала со мной, - сказал он нежно.

- Спасибо, что позвал, - ответила я, сбивчиво дыша.

- Спасибо, что любишь меня, - его губы были совсем близко, и он крепче обхватил меня.

- Спасибо, что хочешь, чтобы я любила тебя.

На секунду улыбка тронула его губы, а затем он закрыл глаза. Приподняв мою голову, он притянул меня к себе, тихо застонав, когда между нами, наконец, не осталось ни миллиметра. Каждый нерв в моем теле загорелся в момент, когда его губы полностью накрыли мои.

От него пахло шампунем и кремом для бритья, его кожа все еще теплая и слегка влажная от душа. Мои руки скользнули вниз по его груди, пальчики коснулись края полотенца, намереваясь сбросить этот ненужный предмет, и ощутить его в своей руке. Он задержался на моих губах, поддразнивая меня, но так и не углубляя поцелуй. Я захныкала, когда он отстранился, прижимая свой лоб к моему.

- Нам нужно идти, - произнес он, и я почувствовала его затрудненное дыхание, когда он оставил поцелуй у меня в волосах.

- Знаю, - мои руки продолжили жадно бродить по его коже, очерчивая мускулы его плеч. Отстранившись чуть дальше, он обхватил мое лицо руками.

- Знаешь, что я собираюсь сделать? – спросил он, озорно ухмыляясь. – Я собираюсь отвезти тебя в оперу и похвастаться тобой в этом шикарном платье.

Он чмокнул меня в щеку.

- Знать, что каждый мужчина в зале пялится на тебя, но ты принадлежишь только мне, - его губы коснулись уголка моих губ.

- И когда мы вернемся сюда, - его голос стал низким, а взгляд снова упал на мои губы. – Я собираюсь заниматься с тобой любовью, - он аккуратно поцеловал меня в губы. – Пока не взойдет солнце.

***Джейден Хосслер

Два дня спустя.

Мы шли, держась за руки, вдоль узких мощеных улочек, наслаждаясь беззвездным небом. Тротуары были все еще мокрыми от недавнего шторма, а воздух насыщен запахом дождя. Мы шли не спеша, погрузившись в собственные мысли. Не было ничего неловкого в нашем молчании, никаких неудобных пауз в разговоре, просто полная удовлетворенность компанией друг друга.

Мы повернули на знакомом мне углу, и я почувствовал приступ волнения. Я постарался сосредоточиться на том, где мы были и что этот вечер означал для нас, позволяя ее близости успокоить меня, когда мы приближались к кафе.

Красивые убранства и праздничные украшения с мерцающими гирляндами заполняли витрины маленьких магазинчиков, и казалось, они светились изнутри. Я глубоко вздохнул, вбирая знакомые ароматы мокрого камня, кофе и корицы из булочной, расположенной двумя магазинами далее. Я задумался над тем, как я позволил себе так долго быть вдали от всего этого, как я сумел ни разу не вернуться в это место, что стало неотъемлемой частью меня. Взглянув на девушку рядом со мной, я вдруг понял, как.

Сначала, я должен был найти ее.

Я посмотрел на нее, улыбаясь ее восторженному выражению лица. Ей нравился город, нравилось просто гулять со мной, впитывая всю эту атмосферу, точно так же как и я в свою первую экскурсию. Я возлагал большие надежды на то время, что мы здесь проведем, но я и не мог подумать, что ее радость возымеет на меня такой эффект. Ее глаза светились от счастья, когда мы гуляли по улицам, заходя в небольшие бутики, простенькие уличные кафешки, рынки с разноцветными изделиями и сувенирами. Я видел город ее глазами – его отличие, его своеобразие – всё, её широким восхищенным взглядом.

Ее радость стала моей радостью, еще один урок, который ты усваиваешь, если только по-настоящему влюблен.

Покачав головой, я опустил взгляд на наши сплетенные руки, тихо раскачивающиеся между нами, и сердце быстрее забилось от такого простого жеста, но так много значащего для нас.

Она вздохнула, возвращая мое внимание к ее лицу. Ее нос и щеки уже порозовели от холода, а волосы ниспадали волнами на плечи. На ее ресницах, словно бриллианты, поблескивали снежинки, образованные от ее теплого дыхания. Декабрьский вечер был достаточно прохладным, чтобы заставить нас надеть пальто и перчатки, побуждая нас вновь остаться в номере. Но ничто в этом мире не смогло бы нарушить мои планы на сегодня.

Без задней мысли я привлек ее к себе, обнимая за плечи, и продолжил вести нас к нашему пункту назначения. Она обняла меня в ответ, кладя руку мне на поясницу, и прикладывая голову к моей груди.

- А это за что? – спросила она, когда я ослабил хватку, приподнимая ее подбородок, чтобы она взглянула на меня.

- За то, что ты здесь, - ответил я, целуя ее в голову и улыбаясь ей.

Она умиротворенно вздохнула, снова прижимаясь ко мне, пока мы продолжили путь, наслаждаясь воодушевленным гамом и суетой покупателей и Рождественскими хоралами. Мы были уже совсем близко, еще один поворот и мы там.

Я задумался над теми вещами, что сейчас надежно покоились в кармане моего пальто, и о ее очевидной реакции на них. Уже в течение нескольких месяцев я хотел сделать ее своей женой, но я ждал, боясь, что это слишком рано.

Вскоре после того, как наши отношения стали общеизвестным фактом, я предложил ей съехаться, уверенный в том, что мы не сможем провести ни одной ночи врозь. Я был весьма поражен, когда она отказалась, боялся, что я не так все понял, что, возможно, у нас разное представление о будущем.

Той ночью, лежа на диване в моей гостиной, мы обо всем поговорили. Действительно поговорили.

Она рассказала мне о своих страхах: что меня интересует только интимная сторона наших отношений, что она полюбила меня с Сиэтла, и каждый день с тех пор готовилась потерять меня. Она рассказала мне о том моменте, когда решила, наконец, сдаться искушению, и как с каждым днем любила меня все сильнее. Мы поговорили о том, что она боялась разочаровать мою семью, как безмерно благодарна она была за их любовь и признание, и как она желала, чтобы ее мама была жива и познакомилась со мной.

Так просто она усмирила все мои страхи. Ее слова залечили мое раненое самолюбие, помогая мне осознать, что нам нужно время, чтобы привыкнуть.

С той ночи я никогда не давил на нее, обещая себе, что дам ей необходимое время, необходимое нам. Но, не смотря на наши планы, мы едва ли провели хоть одну ночь порознь.

Конечно, не все было гладко. Она решила уволиться из нашей компании, с чем я был в корне не согласен. Но как она и говорила, были люди, что, не стесняясь, обсуждали наши отношения, и я знал, что она всегда старалась скрыть это от меня. Я чувствовал вину от того, что ей пришлось бросить любимую работу, и беспокоился, что, в конце концов, она будет обижаться на меня за это.

Конечно, не обошлось и без ссор. Одна из ее черт, которую я люблю больше всего, это ее сильная воля. Что касается упрямства и независимости, она не капли мне не уступала, что зачастую приводило к жарким спорам, но она никогда не позволяла мне выйти сухим из воды и всегда тыкала носом, если я начинал нести ахинею. За это я люблю ее еще больше.

Она значительно повзрослела за то время, что мы были вместе, постоянно напоминая мне, что важно лишь то, что мы имеем. Остальное придет со временем. Я снова влюбился в нее, но в этот раз не просто как в девушку, перед которой я не мог устоять, но и как в человека, без которого я теперь не смогу жить.

Несколько недель назад, отец обратился ко мне с предложением о возможном открытии офиса в Нью-Йорке. Сначала я хотел отказаться. Ведь я не могу принять такого важного решения, не посоветовавшись с Джесси, но я боялся заводить с ней этот разговор. Я понимал, что не смогу жить без нее, уж в этом-то я был уверен. Но чувствует ли она тоже самое? Когда сроки стали поджимать, я упомянул это вскользь. Однако ее ответ и удивил и взбудоражил меня.

Она задумалась всего на мгновение, а потом взглянула мне в глаза и сказала, что она готова и хочет, чтобы мы поехали.

Тогда я понял, что время пришло.

На следующий день я пошел в ювелирный, и как только я увидел кольцо, которое сейчас находится у меня в кармане, я знал, оно идеально для нее. Каким-то образом мне удавалось скрывать его от нее, тайно мечтая о том дне, когда она станет моей женой.