Глава 14: Эхо между мирами

Ига бросила Тиру быстрый взгляд. Сейчас она выглядела иначе: длинные волосы затянуты в узел, фиолетовая куртка старшекурсницы оттеняла смуглую кожу. Излучая спокойствие и уверенность, она провела группу напряжённых, испуганных юнг в комнату сенсорной разгрузки.

Тир коротко кивнул ей, набираясь терпения. Сейчас нужно ждать.

Сквозь высокие стрельчатые окна в Зал Прибытий Салуридана проникал свежий, сладковатый запах цветущих деревьев с зелёных равнин. Здесь, в южном полушарии Раваны, весна как раз вступала в свои права. Салуридан всегда считался тихой провинцией, но роскошь его Зала Прибытий всё ещё оставалась для Тира избыточной. Равана открыла свои Врата давно, ещё до того, как стала имперской метрополией, задолго до того, как растеряла свои владения после череды кризисов и войн. В те времена Переходы считались сакральным действом — изысканные, полные символизма барельефы отражали это сполна.

Правда, раванские здания и без того тяготели к монументальности. Тир огляделся вокруг. Громадные арки поддерживали массивные своды. Купол над центральным залом переливался перламутром, символизируя небеса. Каждый штрих, каждый барельеф, каждая мозаика напоминали о том, что Равана когда-то простиралась на многие миры. Здесь любили строить на века.

Ига вышла из комнаты, плотно прикрыла за собой дверь и направилась к нему. Сейчас они могли видеться только в краткие промежутки между рейсами. В ночь их ссоры её отсутствие в интернате Школы не прошло незамеченным. Теперь придётся на время воздержаться от ночных встреч.

Тир вздохнул. Он тосковал, но понимал, что так будет лучше.

Вместе они опустились на тяжёлую гранитную скамью под одной из колонн зала. Тир невольно следил за каждым жестом своей возлюбленной, ловил малейшие изменения её состояния. После той ночи в нём навсегда поселился страх поранить её, разрушить, потерять.

— Перестань. Мне от этого не по себе, — Ига неодобрительно покачала головой.

Он вопросительно вскинул брови.

— Я в порядке, Сет! — заверила его она. — Ты трясёшься надо мной, как будто я больна.

— Я боюсь... — начал он.

— Я знаю. Но нельзя потерять то, что твоё навсегда. Смотри, — она заглянула ему в глаза, потом закатала рукав. Гладкую смуглую кожу украшала изысканная татуировка извивающейся рептилии с перепончатым гребнем.

— Морской змей, — ахнул Тир.

— Только ты и я поймём, да?

Его родовой символ. Холодок пробежал по его спине. Тир был ошеломлён и польщён такой демонстрацией преданности, но его насторожила её решимость. Неужели это то, о чём говорила Мэв? Любовь, которая, усилившись, стала слепой, фанатичной?

— Это вполне в раванских традициях, — терпеливо пояснила Ига, улавливая его мысли. — Наверное, все мы здесь немного фанатики. Во всяком случае в том, что касается чувств. Разрывы бывают, но осуждаются. Если ты станешь моим Вторым, мы будем вместе всегда, — она помолчала и тихо добавила: — Я на это надеюсь.

Если? Значит ли это, что она пока в нём не уверена? Тогда эта татуировка — вдвойне серьёзный шаг. Тир поклялся себе позже всё обдумать.

Он тихо спросил:

— Наставники не узнали?

После той злополучной ночи он специально обучил её технике экранирования, на случай если в Школе вздумают сканировать её память.

— О том, где я была, — нет, но... — она вздохнула, поглубже засовывая руки в карманы, — Они поняли, что я проходила через Червоточину. Отобрали портативный генератор и поручили вести группу новичков. Сказали, что мне стоит заняться чем-то стоящим. Но личное дело чистое, я на хорошем счету. Пока.

Тир замер, борясь с чувством, которое сдавило ему горло.

Ига покачала головой.

— Это не твоя вина. Как и с твоими учениками...

— Давай не будем о них, — он тряхнул головой. — Я заварил эту кашу, мне и расхлёбывать.

Как и то, что теперь Паромщики в Хорс-Вигаре знали технику экранирования и умели блокировать восприятие на границе чужого сознания. Это позволяло им скрывать неудобную им правду; на короткое время они могли даже становиться невидимыми. И это теперь тоже на его совести.

— О чём поговорим тогда? — сказала Ига с нарочитой небрежностью, глядя на свои ботинки. — Что нового у тебя?

Тир задумался. Теперь он тщательнее подбирал слова. О чём говорить? Точно не о том, что на Саоре катастрофа истребителя из трагедии переросла в грандиозный скандал с массовым увольнением генералов, требованиями остановить производство «Шторма» и расформировать элитную эскадрилью. И точно не о том, что народ требовал правосудия. Всё это уже завело их совсем не туда.

— Младший подкинул задачку, — наконец сказал он. Тир принялся рассказывать, сопровождая рассказ мыслеобразами, и через минуту понял, что увлечённо описывает Иге проблему, с которой столкнулся Янг.

Немаркированный груз, менявший вес между пунктом отбытия и прибытия. Порошок из водорослей, вызвавший сон у одного из лоцманской пары... Ига слушала и вникала, изредка задавая вопросы.

— А компрессоры — это что?

— Системы, создающие нужное давление в двигателях.

Уголки её рта разочарованно опустились вниз.

— Механические?

— Янг тоже поначалу думал, что имеет дело с утечкой какого-то вещества, но...

Она в упор посмотрела на Тира.

— Пока ясно одно: что-то происходит с грузом во время рейса, и кто-то не хочет, чтобы Лоцман об этом узнал. Порошок подсыпали намеренно, и только пока сенсора сопровождал эмпат.

— Янг вначале считал, что всё дело в феноменах путевой развязки. Сенсоры обещали разобраться, но сейчас их бросили на расследование аварии. Теперь, когда оказалось, что всему виной порошок лайроги, ни он, ни я не знаем, что и подозревать...

— Развязка, ты говоришь? — оживилась Ига.

Тир кивнул.

— Переплетение Путей между Саорой и Киллумом.

— Мы называем его узлом Сот-Лодории в память о Лоцманах первопроходцах, — подхватила она. — Тир, я ведь скоро иду туда! Следующий мой тренировочный рейс как раз на Киллум, — она одарила его многозначительным взглядом, ожидая, что он закончит фразу.

— Мы могли бы исследовать его вместе...

Её глаза зажглись, но тут же потухли, не встретив в нём ответного энтузиазма.

— Я уже предлагал помощь Янгу, но он отказался. Сказал, что разберётся сам.

Ига возмущённо фыркнула.

— Кого-то он мне напоминает! Только знаешь что? Одному ему не справиться. Спорю на что угодно, тот, кто определил его на этот рейс, на это и рассчитывал.

— Я уважаю его решение. Я...

Она повернулась к нему.

— Сет, послушай меня! Кто-то явно подставляет твоего родного брата, и ты даже не хочешь узнать, что и как? Мы ведь можем ему помочь! К тому же это повод испытать нашу Связь!

Он всё ещё молчал, и тогда она добавила:

— Если мы не найдём ничего особенного, мы просто ничего ему не скажем. Скажем только, если обнаружим опасность. Иногда приходится наплевать на чью-то гордость, чтобы ему помочь.

Взгляд её светился предвкушением и азартом. Ещё бы — вот долгожданный повод применить всё, что они знают, на практике, проверить, чего стоит Связь, которая так дорого им досталась.

— Ты права, — сказал Тир, уступая её напору. Сейчас он не решился бы ей отказать. — Только будем действовать осторожно. Тщательно продумаем, что сделаем. И как.

***

Этот рейс Янга ничем не напоминал предыдущие. На первый взгляд ничего не менялось: тот же Путь на Киллум, та же сенсорная перегрузка у путевой развязки. Даже дежурные фразы транспортника о высокомерных зазнайках — и те оставались прежними.

Но изменилось качество его внимания. На этот раз он оставался насторожен и собран, как будто Переход и не заканчивался. Сейчас нужно было быть бдительным — важна была каждая деталь.

Он закончил формальности с накладными, но не стал выходить на платформу. Не стал даже подниматься на Смотровую, чтобы увидеть океан. Быстрым шагом Янг направился в глубь грузовых доков, ища нужный транспорт под уже известным ему номером.

Выведать его не составило труда. Лолу Ларкину не пришлось долго уговаривать. Она готова была заглянуть в отцовскую память и выудить там пароль доступа к базе диспетчерской, чтобы приблизиться к разгадке. Дальше дело было за малым: оставалось лишь посмотреть, какие ещё саорианские транспорты прибывали на грузовые Причалы платформы К1247. А потом найти того самого Привратника.

Правда, не обошлось и без шпилек с её стороны.

— На твоём месте, — сказала Лола Янгу, — я бы присмотрелась к твоей Второй. Я видела её после первого дня расследования. Она слишком вовлекается в дело этого Морригана, куда больше, чем надо.

При мысли об этом Янг почувствовал, как задыхается. Он и сам это заметил — в тот вечер, когда она принесла домой коробку с записями. Ревность, которую он считал такой глупой и беспочвенной, вновь подняла голову. Янг усилием воли заставил себя не думать о Стине и её увлечённости тем раванским полукровкой. То, что он собирался предпринять сейчас, потребует изрядной доли притворства. А значит, и владения собой.

Он без труда нашёл нужный Причал и увидел грузовой шаттл. Погрузка как раз завершалась. Мужчина средних лет стоял рядом, уставившись в рабочий планшет. Мятая форма Привратника, усеянная пятнами, сидела на нём, как мешок. Даже издалека Янг считал его чувства и состояние: Технику хотелось уснуть и проснуться где-нибудь подальше от этой захолустной платформы. Желательно в другой реальности.

Янг подошёл поближе и выбрал нарочито небрежный тон.

— Привет! Ты вроде как всегда тут, верно? Есть пару вопросов.

Мужчина поднял взгляд, оглядел Янга с головы до ног и поморщился.

— А ты кто такой? Ах, точно. Лоцман, — планшет в его руках дрогнул. — Один из этих... тонко чувствующих. Тебе чего? Знаешь, у меня тут и без тебя дел полно.

— Тонко чувствующих, точно, — Янг продолжил, не обращая внимания на его тон. — Вот и почувствовал, что здесь, на платформе, происходят интересные вещи. Вроде тех, которых не пишут в отчётах.

— Это какие же? — Техник отступил на шаг и насупился.

Янг подавил досаду. Будь на его месте Стина, она бы быстро усыпила его бдительность и расположила к себе. Ему же придётся изворачиваться. Он принял расслабленную позу и засунул руки в карманы.

— Слушай, ты можешь не говорить ничего прямо, — лениво бросил он. — Мне не нужны подробности. Я просто подумал... Может, есть возможность присоединиться и мне? Ну... ты понимаешь.

— К чему? — глухо сказал Техник, уставившись на него исподлобья.

— Да брось. Мы же оба понимаем, что на таких платформах, как эта, люди часто занимаются... другими делами. И если кто-то вроде тебя получает такие поручения, значит, ты человек с хорошими связями. Вот я и подумал, может, будет что-то и для меня. Лишняя халтура не помешает.

Техник всё ещё сверлил его взглядом. Тщеславие боролось в нём с недоверием, но всё-таки взяло верх. Лоцман считал его влиятельным и даже пришёл просить об одолжении. Это подкупало.

— Я не стану болтать направо и налево, — заверил его Янг, чтобы закрепить успех. — Мне это не на руку.

— Ладно, допустим, кое-кто действительно даёт поручения, — медленно проговорил Техник. — Но я никого не знаю лично. Получил задание, выполнил, всё.

— Но ведь и задания такие... ничего сложного, верно?

— Конечно. Ну, подсыпать кое-чего, проверить, чтобы там... всё в порядке. Никаких глупостей, вроде оружия или контрабанды.

— Конечно, — улыбнулся Янг. — Никто из нас не хочет проблем. Значит, тебе приходят сообщения с заданиями...

— Ты так ничего и не понял, — хмыкнул Техник. Он наклонился поближе и приложил палец к виску. — Сечёшь? Ну, где твоя хвалёная лоцманская проницательность?

Янга прошиб холодный пот, когда Техник произнёс тихо, глядя ему в глаза:

— Никаких личных встреч. Никаких сообщений. Задания возникают прямо в моей голове.