Глава 2

Я вошла в отцовские комнаты, и тут поняла, а куда мне собственно идти-то?— Простите,...— Во-первых на ты, мне всего 30, а не 40, а во-вторых Миша— ответил... медведь Миша, я хихикнула.— А что смешного, и как ты поняла какая у меня ипостась?— а я, а что я...начала хохотать, как припадочная.— Аделина, вы идёте, или как?— спросил Михаил.— В смысле мы же вроде на ты, или нет?— я даже прекратила смеяться от непонимания.— О, теперь, я знаю, как заставить тебя прекратить смеяться, — улыбнулся он.— Так ты идёшь или мне тебя понести— играя бровями произнёс он.— Ты меня не понесёшь , я тебе потом все ноги каблуками оттопчу—зловещим шёпотом произнесла я.— Чего не сделаешь ради достижения цели— угрюмо протянул он, при этом шагая ко мне со зверским выражением лица. Я взвизгнула и заверила его, что мои ножки смогут донести моё бренное тело. Он тихо рассмеялся и сказал следовать за ним. По мере его отдаления, мышцы как будто начали сдуваться. Я поняла что он возвращает себе человеческий облик. Миша продолжал идти при этом рассказывая, что за той или иной дверью.В покоях отца оказалось четыре комнаты. Гостиная в серых тонах, ванная комната, спальня, кабинет. Мы прошли все комнаты, и остановились у личного кабинета Евгения Константиновича Ролинка. Я повернула голову к Мише, и у меня появился вопрос, который я сразу озвучила: «—Когда ты успел одеть рубашку?», на что он мне ответил, что он дескать всегда в ней был, ну в смысле с самого моего появления в этих комнатах.— Деля, проходи.— Мне страшно— он почесал затылок. И спустя несколько секунд произнёс:— Всё будет хорошо, наверное— последнее слово он произнёс шёпотом, но я услышала, и мне стало жутко.— Знаешь, а я наверное пойду— пробормотала я и попыталась слинять.— Ты помнишь, что я обещал сделать, если ты не пойдёшь ножками?— елейным тоном произнёс он. На что я попыталась внушить ему радость, доверие к ближнему в данном случае мне, и улыбнулась.— А ну быстро вошла в кабинет— рыкнув, он улыбнулся в ответ не радостно, как улыбаются другу, а как-то с ненавистью, произнося эти слова. А мне казалось, что он добрый, и совсем молодой. Ан нет, совсем Делька ты не разбираешься в людях.Я вздохнула. Выдохнула. Опять вздохнула, задержала дыхание, выдохнула и взялась за дверную ручку. И в моей голове проскочила мысль «а может я смогу пробежать до куда смогу, пока он меня не схватит в охапку, немного трансформировать руки, чтоб сильнее ударили, а ещё лучше чтоб остановить противника, провести когтями. До того места куда дотянусь. И сбежать там продам мою машинку, хоть и жалко, всё равно отец подарил. Может он жучка посадил или что там сажают, чтоб проследить куда оно движется. Продам, получу деньги, куплю билет на самолёт, допустим за границу. Хотя нет у меня же нет загранпаспорта. Значит в какой-нибудь Ростов-на-Дону. Чтоб подальше и поглубже. Стоп, а учеба?— Задала я себе животрепещущий вопрос— блин ладно что-нибудь придумаю» это все пронеслось у меня в голове за считанные секунды. Но потом я поняла, что не брошу мою жизнь, друзей и всего что мне дорого из-за того что папочка решил в первый раз за 11 лет поговорить со мной. Я не дворняжка с улицы, я не буду заглядывать в рот отцу, делать все на что он укажет мне пальцем. Я имею своё мнение и голос, чтобы возражать, а не для того чтобы лебезить и подчинятся. У меня есть чувство собственного достоинства и гордость. Я выслушаю отца, чего бы это мне не стоило. Моя спина выпрямилась, плечи расправились, подбородок поднялся и я вошла в кабинет отца, следом за мной вошёл Михаил и направился к нему. А я начала разглядывать отца, сидящего за широким столом.