Глава 13 « точка невозврата»

Амелия не ушла.Не потому что не могла. А потому что не хотела.Её разум шептал: уходи. Сердце билось в истерике: оставайся.А тело... Тело уже давно принадлежало ему.

Он смотрел на неё из-за кухонной стойки.Обнажённый по пояс. С чашкой кофе в руке.Спокойный. Властный. Чертовски красивый.И ужасно опасный.— Ты выглядишь так, будто жалеешь, что снова легла в мою постель, — бросил он.— А если так? — её голос прозвучал тише, чем хотелось.— Тогда мы оба долбанутые. Потому что я не жалею ни секунды.

Он подошёл к ней. Медленно. Как хищник.Амелия отступила на шаг. Потом ещё.Пока спиной не упёрлась в стену.

— Думаешь, можешь скрываться за словами, Амелия? Ты хочешь меня. Я вижу это. Я чувствую тебя.Он прижал её запястья к стене. Губы почти касались её губ, но он не целовал. Только дразнил.

— Знаешь, что с ума меня сводит? — прошептал. — Когда ты пытаешься делать вид, что тебе всё равно.— Мне... всё равно, — она соврала.И он улыбнулся. Улыбка волчья.— Тогда почему ты дрожишь?

Он развернул её, прижал животом к стене. Его руки сжали её бёдра.— Ты знаешь, что это будет грубо, да?— Только если ты не остановишься.

Он разорвал на ней майку. Прямо так — в ярости. В жажде. В диком, первобытном желании.Она ахнула, но даже не пыталась остановить его. Только крепче вцепилась пальцами в стену, когда его губы прошлись по её спине — горячие, влажные, по-хищному чувственные.

— Скажи мне, что ты моя, — его голос гремел в её ушах.— Нет.— Скажи.— Никогда.Он толкнулся в неё так резко, что она вскрикнула. Он знал, как именно двигаться, чтобы свести её с ума.— Я не слышал ответа.— Чёрт тебя...— Только тебя. Только сейчас. Только здесь. — Его толчки становились сильнее, руки крепче сжимали её талию, будто он хотел вбить в её тело каждое слово.— Скажи.— Да! Ты доволен? Ты хочешь, чтобы я молила?

Он остановился.Резко. Жёстко. Его пальцы вцепились в её челюсть, заставляя посмотреть в глаза.

— Я хочу, чтобы ты помнила. Каждую секунду. Каждое прикосновение. Как я заставлял тебя кричать моё имя.

И он снова начал двигаться в ней, но теперь медленно. Уверенно. Как будто вырезал на ней свою одержимость.

Её стоны звучали глухо, приглушённо — но страсть была абсолютной. Она терялась в нём, как в шторме. Снова. И снова.

А когда всё закончилось, она лежала в его постели, на изломе между блаженством и истерикой.

Он повернулся к ней, прижавшись лбом к её щеке.— Ты моя, Амелия. Ты прошла точку невозврата.Она молчала. Потому что знала — он прав.